Придя в себя, я обнаружила, что лежу на заднем сидении машины. Мои руки связаны за спиной, а голова покоится на коленях у Джейка, который напевает под нос какой-то мотивчик.

Впереди были видны очертания города, над которым медленно поднималось солнце. За рулем сидел Гейб, а рядом с ним дремал любитель футбола Тревор.

Я сразу вспомнила о Сэме, и эта мысль болезненно уколола сердце. Если о его участии в моем побеге стало известно, то Пожиратель уже мертв.

– Выспалась? – ласково спросил Джейк, глядя на меня с насмешливой улыбкой.

Я подскочила и неуклюже села, поморщившись от боли в запястьях.

Странно, что они решили связать меня, а не приказали Гейбу применить свои чары. Возможно, пока я была без сознания, он просто не мог этого сделать, иначе бы вряд ли упустил шанс поиздеваться надо мной.

– Куда вы меня везете?

– Догадайся с трех раз.

И правда, глупый вопрос.

Джейк отряхнул свои светлые джинсы и с брезгливостью снял с бедра мой волос. Я хотела оскорбиться, но, вспомнив, сколько раз валялась этой ночью на земле, передумала. Страшно представить, на какое чудовище я сейчас была похожа.

Я прислонилась спиной к двери, пытаясь незаметно ослабить веревку на руках.

– Так ты работаешь на Кассандру?

Джейк поморщился.

– Ты повторяешься, ангелочек. Я ни на кого не работаю.

– Зачем ей открывать Врата? – не сдавалась я.

Пожиратель выгнул бровь.

– Думаешь я стану посвящать тебя в наши планы? – Лицо Джейка окаменело, глаза стали непривычно серьезными. – Ты не представляешь, как я зол из-за твоей идиотской выходки. Ты могла умереть. Что бы я тогда сказал брату?

– Как будто тебе есть дело до Кая. Ты ненавидишь его.

На щеках Джейка проступили желваки, но уже спустя секунду выражение его лица изменилось. Он подался ближе ко мне, слишком близко, и я вытаращила глаза, вжавшись спиной в дверь.

– Может, мне есть дело до тебя?

Джейк вытащил из моих волос листик и покрутил его между пальцами.

Я громко фыркнула.

– Не смеши меня. Какая разница, утону я в реке или умру во время ритуала?

Брови Джейка дрогнули в искреннем удивлении.

– Я не собираюсь тебя убивать. Достаточно пары капель добровольно отданной крови.

– Я лучше умру, чем помогу тебе устроить апокалипсис.

Губы Джейка искривились в усмешке, и он раскрошил листик в кулаке.

– Посмотрим, как ты запоешь, когда мы окажемся на месте.

Джейк отвернулся. Нехорошее предчувствие в моей груди усилилось.

– Те жертвоприношения были для Бельфегора? Она хочет, чтобы он сломал печать и она смогла вернуться к Люциферу?

Джейк откинулся на спинку сидения.

– Насколько я знаю, они с Люцифером в ссоре.

По виску скатилась капля пота. Я практически смогла освободить руки.

– Тогда зачем ей открывать Врата?

– Господи, ты когда-нибудь заткнешься или нет? – Тревор развернулся и уставился на меня покрасневшими карими глазами. От него пахло алкоголем и вяленой рыбой, и меня затошнило от этого запаха. – Я и так гонялся за тобой всю ночь, теперь еще от твоей болтовни голова раскалывается.

– Я говорил, что надо было сунуть ей кляп в рот, – вставил Гейб, и я метнула в него ненавистный взгляд. Вспомнив, что Сэм убил его подружку Джесс, я попыталась найти на его лице хотя бы какие-то признаки печали, но он выглядел точно так же, как и обычно.

Я перевела взгляд на Джейка.

– Просто ответь, и я отстану. Должна же я знать, ради чего все это.

– Да скажи ты ей уже! – застонал Тревор.

– Ладно, – сдался Джейк, метнув в него раздраженный взгляд. Его глаза потемнели, стали темно-синими, как океан во время шторма. – Кассандра хочет выпустить своих детей, рожденных от их союза с Люцифером…

– Представляешь, сколько они успели наплодить за свою вечную жизнь? – хмыкнул Тревор.

Джейк поджал губы и в упор уставился на Тревора. Веселое выражение лица сменилось на испуганное, а в следующее мгновение он стал задыхаться. Покраснев, как будто наелся самого острого в мире перца, он царапал горло, пытаясь расслабить невидимую удавку, и издавал хрипящие звуки.

Я расширившимися от ужаса глазами смотрела на Джейка, на лице которого не дрогнул ни единый мускул. Я впервые видела, как он использовал силу, и это было жутко. Глаза Пожирателя стали непроницаемыми, стеклянными, и в них совсем не осталось знакомых насмешливых искр.

– Хватит, мать твою! – рявкнул Гейб, косясь на медленно синеющего Тревора.

Выждав еще несколько секунд, Джейк моргнул, и Пожиратель обессиленно упал на сидение.

– На чем я остановился? – перевел на меня взгляд Джейк. Я покосилась на еле живого Тревора, но почему-то не испытала радости. – Ах да, на жертвоприношениях. Они были для Бельфегора. Когда-то он был советником Люцифера, но когда тот узнал об их связи с Кассандрой, то обрек Бельфегора на вечные муки в самом жутком месте Ада, огненной пучине. Жертвоприношения помогли ему стать сильнее и разорвать оковы. Довольна?

– Не совсем. Я все еще не понимаю, зачем это тебе.

Джейк вздохнул и посмотрел на меня, как на несмышленого ребенка, которому все надо объяснять на пальцах.

– Когда Врата откроются, демоны будут править людьми, а я демонами.

Я подняла брови.

– Это она тебе сказала?

Джейк многозначительно посмотрел мне в глаза.

– И ты ей веришь? – Я неверяще покачала головой, пораженная его наивностью. – Я считала тебя умнее. Почему бы ей самой не править или кому-нибудь из ее детей?

– Я и есть ее сын! – прошипел Джейк, и его глаза полыхнули адским пламенем, почти так же, как у демоницы. – Не по крови, но Кассандра заменила мне мать. Я рано стал Пожирателем, и моя родная мать боялась меня. Запрещала развивать способности, но я не слушался. Я знал, что я гораздо больше, чем обычные люди. – Джейк ухмыльнулся и бросил на меня быстрый взгляд, в глубине которого скрывалась та детская обида, обернувшаяся озлобленностью на весь мир. – За это отец постоянно меня наказывал, и я рано ушел из дома. Позже он, конечно, пытался наладить общение, присылал деньги, но мне его подачки были не нужны. А потом я встретил ее, и Кассандра научила меня всему, что я умею. Так что да, я ей верю.

Джейк сжал зубы и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

– В конечном счете это всегда приносит боль и разочарование, – повторила я его слова и тоже отвернулась.

Больше мы не разговаривали.

Спустя полчаса мы остановились возле часовни Святой Елены на мосту, которому на вид было не меньше пятисот лет. Высотой она была около тридцати пяти футов. Зубчатые стены венчали две остроконечные башни. Искусную резьбу на стенах и три узких дверных проема оплел жалкий засохший плющ.

Теперь понятно, почему мама не любила эту часовню и кривилась каждый раз, когда мы проезжали мимо.

У входа нас уже ждала Кассандра в сопровождении Маргарет и двух незнакомых Пожирателей. Демоница стояла с закрытыми глазами и прятала руки в карманы черного пальто. Маргарет облокотилась о перила моста и сложила руки на груди. Ее волосы были спрятаны под кепкой и капюшоном куртки, что вызвало у меня злорадную улыбку. Я представила, как сталкиваю ее прямо в ледяную воду, и уголки моих губ дрогнули в улыбке.

Тревор грубо выдернул меня на улицу, впившись пальцами в предплечье. Видимо, решил сорвать свое плохое настроение на мне. Он подвел меня к демонице, и Маргарет тут же отлепилась от перил и стремительным шагом подошла к нам. В ее глазах было столько ненависти, что мои губы растянулись в провокационной улыбке.

Уверена, если бы не Джейк, который встал по левую руку от меня, она бы набросилась на меня.

Кассандра встретилась со мной взглядом, и ее идеальные губы растянулись в улыбке.

– Готова?

Я ничего не ответила и почему-то покосилась на Джейка. Он стоял каменным изваянием и смотрел перед собой. Мыслями Пожиратель явно был где-то далеко.

Кассандра первой скрылась в узком дверном проеме, и наша небольшая процессия двинулась следом. Двое незнакомых Пожирателей из ее охраны остались снаружи, остальные заключили меня в клетку из своих тел, обступив со всех сторон.

Внутри было душно. Пахло спертым воздухом и ладаном. Яркие витражные окна отбрасывали разноцветные блики на пол и стены из серого камня. С икон на нас смотрели святые, некоторые печально, другие – безразлично. Больше всего в глаза бросался свисающий с потолка огромный черный крест. От него у меня бежали мурашки.

Мы прошли через проход между скамей и оказались перед алтарем.

Возле него нас ждали двое внушительных мужчин в черном и девушка с вьющимися каштановыми волосами, одетая в водолазку и кожаные брюки. При виде Джейка ее раскосые карие глаза ярко вспыхнули. Она облизнулась и закусила губу, как будто Пожиратель был сладким десертом, который она собиралась съесть.

Я покосилась на Джейка, но он никак на нее не отреагировал. Лицо Пожирателя осталось непроницаемым, но что-то его определенно беспокоило. Мне ужасно захотелось залезть к нему в голову и узнать, о чем он думал. Почувствовав, что я смотрю на него, Джейк окинул меня сверху долгим задумчивым взглядом.

– Лея, у нас все готово? – рядом прозвучал властный голос Кассандры, и мы разорвали зрительный контакт.

Джейк склонился ко мне так, чтобы остальные нас не услышали.

– Не надо так смотреть, ангелочек. В отличие от моего брата я всегда довожу дело до конца.

Я сжала зубы, и меня затопило глупое разочарование. На что я рассчитывала? Что один разговор сможет перекрыть годы ненависти? Кто здесь наивный – так это я.

Лея почтительно склонила голову и метнула в меня ревнивый взгляд.

– Да, Ваше Величество.

Я не сдержала смешок и перешла на второе зрение. Кто бы сомневался. Суккуб. Кем были ее спутники с короткими рожками, выглядывающими из-под волос, я не поняла, но точно не Верховными демонами. Окружавший их ореол тьмы ни в какое сравнение не шел с тем, что исходил от Кассандры.

– Прекрасно. Деймон, Орландо, охраняйте вход. Лея, за мной.

Кассандра направилась к винтовой лестнице.

– Да вы прикалываетесь… – пробормотала я, когда Гейб спустился в кромешную тьму со старинной лампой в руке, от которой практически не было толку. Конечно, где же еще могут быть Врата в Ад, как не в жутком темном подвале часовни?

Гейб подал руку Кассандре, и они оба скрылись в тени. Следом пошли мы с Джейком, но между нами вклинилась суккубша, оттеснив меня назад. Я закатила глаза и двинулась следом.

– Поторапливайся, корова, – хмыкнула Маргарет и грубо толкнула меня в спину.

Поскользнувшись на маленькой каменной ступеньке, я налетела на парочку. Лея возмущенно взвизгнула и уперлась ладонью в стену, чтобы не упасть, а Джейк поймал меня за руку. Не глядя на него, я выдернула руку и гордо прошествовала вперед, поравнявшись с Кассандрой.

– Пожалуйста, – пробурчал Пожиратель мне вслед.

Демоница повернула голову, и ее глаза жутко сверкнули в темноте.

– Не терпится начать?

От ее вкрадчивого голоса по телу поползли мурашки. Теперь мне захотелось обратно к суккубше и Джейку.

– Раньше сядешь – раньше выйдешь.

Чем дальше лестница углублялась вниз, тем хуже я себя чувствовала и буквально всем своим существом ощущала тяжелую, давящую энергетику этого места. Когда она закончилась, мы оказались в узком коридоре с каменными стенами и низким потолком.

Демоница усмехнулась и наклонилась ко мне, как совсем недавно Джейк. От ее близости мне показалось, что температура резко упала до минус ста градусов. Изо рта вырвалось облачко пара.

– Ты так наивна, что полагаешь, что выйдешь отсюда?

Сердце гулко ударилось о ребра. Я замерла и уставилась на демоницу.

Кассандра посмотрела на меня с напускной грустью.

– Будь ты ангелом, хватило бы нескольких капель, но ты всего лишь полукровка. Придется выпустить всю твою кровь, чтобы ритуал сработал наверняка.

– Можешь убить меня сразу, я не дам тебе ни капли.

– Посмотрим.

Демоница ухмыльнулась и, пригнувшись, чтобы не удариться головой, вошла в какое-то помещение, а я так и осталась стоять на месте. Я уверяла себя, что готова умереть ради высшей цели, но сейчас, стоя в этом жутком месте, где воздух пропах сыростью и плесенью, отчетливо понимала, что это ложь. Я не хотела умирать, но на кону стояла моя жизнь против всего человечества, которое вряд ли переживет новое вторжение демонов. Ради спасения миллионов я должна была пожертвовать собой. Это правильно.

К сожалению, жизнь не всегда справедлива.

Гейб грубо толкнул меня в темное помещение и вошел следом.

Первым, что я увидела, была массивная гробница у противоположной стены. Я сдержала истерический смешок. Лучшего места для самоубийства и не придумаешь.

Откуда-то сбоку раздался тихий стон, и я повернула голову на звук. Тусклый свет фонаря осветил каменную стену, к которой были прикованы две фигуры, мужская и женская.

Мое сердце остановилось. Головы пленников были опущены, но я все равно узнала их.

Мелани и Майлз.