Я лишь пожала плечами:

— Я в картах Таро не очень разбираюсь, к тому же их очень много разновидностей, разные колоды, разные арканы. Да бог с ней, с этой картой… Нужно постараться вычислить этого душегуба как можно быстрее, пока он не наметил себе новую жертву. Кстати… Кто тут у вас в селе из пожилых женщин любит выпить? — обратилась я сразу к своим двоим собеседникам.

— Да каждая вторая, — хмыкнула Римма Павловна.

— Действительно, — в ответ ухмыльнулся Паша.

— То есть выбор у нашего душегуба весьма большой, — с кривой ухмылкой сказала я.

— На самом деле — это ужасно! — в сердцах воскликнула Римма Павловна. — Непонятно только, зачем он это делает? Какая цель у этого психа?

— Вот именно — психа! — ответил Паша. — У психов нет никаких мотивов, они могут просто так убивать…

— Не согласна, — перебила его экс-учительница. — Любым психом или маньяком что-то движет. Как у того нашего… Душителя. Умерла молодая жена, поехала крыша, и на почве этого расстройства у него что-то переклинило в его нездоровой голове… Но почему нынешний Душитель стал копировать именно те преступления? Вот это, конечно, непонятно…

— Он словно чистильщик… — задумчиво сказал Паша.

— Чистильщик?

— Да… Заметьте, выбирает себе жертв не абы каких. Сначала колдунья-гадалка, потом сумасшедшая, на очереди… пьяница. Нет, это неспроста, в этом есть какой-то смысл, некая тайна, и надо постараться эту тайну разгадать.

— Пашенька, ты, наверно, до сих пор втайне читаешь свои детективы, — снисходительным тоном строгой учительницы обратилась к нему Римма Павловна. — Я же помню, как тебя на уроке географии застали читающим какой-то детективчик с яркой обложкой. Помню, на этой самой обложке была вульгарная блондинка с пистолетом в руках. Ну и вкусовщина!

Паша рассмеялся.

— Скучную классику из школьной программы я разбавлял остросюжетными детективами. И, как видите, это не помешало мне окончить филфак и стать учителем.

— Паша, да ты просто уникум! До сих пор удивляюсь, как ты еще тут, а не где-то в Москве, ну или хотя бы в Рязани? Все же там, я уверена, учителя зарабатывают больше. Или ты еще чем-то промышляешь?

— Конечно, Римма Павловна. Занимаюсь копирайтингом, пишу различные тексты для сайтов, посты в мессенджерах, также занимаюсь репетиторством онлайн, подготавливаю учеников к ЕГЭ… А вообще, у меня выпускной класс, я обещал, что не брошу их, доведу до конца. Класс хоть и небольшой — всего девять человек, но они мне как родные, словно мои собственные дети… А вот в следующем году…

— Жениться тебе надо, — назидательно ответила ему бывшая учительница. — И своих детей заводить…

При этом оба — и Римма Павловна, и Паша — быстро, но весьма двусмысленно глянули на меня. Я же сделала вид, что не заметила этих взглядов, и перевела разговор на прежнюю тему. А точнее, дала намек на то, что наше общение пора закруглять. На первом этапе все, что нужно было, я узнала.

— Римма Павловна, спасибо вам, что уделили нам время. Общаться с вами было очень интересно. И блины у вас великолепные, и чай очень вкусный.

— Да не за что, милая Татьяна. Надеюсь, мой рассказ хоть как-то поможет вам в вашем расследовании. Вижу, вы девушка умная и хваткая, да еще с таким помощником. — Она с восхищением посмотрела на своего бывшего ученика. — Только, пожалуйста, будьте осторожны, что-то у меня плохое предчувствие. Неспроста все это… Словно должна случиться какая-то беда, большая беда… — Ее руки в очередной раз предательски задрожали. Но женщина снова быстро взяла себя в руки. Приподнялась из-за стола и стала спешно убирать чашки, блюдца, недоеденные блины.

Когда я пошла сквозь большую просторную гостиную, мой взгляд поневоле задержался на большом черном рояле, стоявшем чуть в стороне, одним боком к стене. Мой любопытный взгляд был тут же засечен внимательной хозяйкой дома.

— Да, Татьяна, это маленькая гордость моего скромного дома. Кабинетный рояль, имеет средний диапазон и умеренную выразительность, самое то для домашней любительской игры. Заходите ко мне еще, я с удовольствием для вас что-нибудь сыграю. Мои любимые — это «Прелюдия номер один до мажор» Баха и «Серенада номер тринадцать соль-мажор» Моцарта. А если желаете, можно исполнить «Лесного царя», «К Элизе» или «В пещере горного короля».

— Это очень заманчиво… — ответила я, но договорить свою мысль не успела.

В прихожей послышался шум закрывающейся двери, а потом чьи-то легкие и стремительные шаги.

Через минуту перед нами предстал высокий молодой человек приятной наружности, я бы даже сказала — смазливый. Русые волосы, правильные черты лица, аккуратный вздернутый нос, тонкие сжатые губы и выразительные глаза-угольки. В руках он держал небольшое пластиковое ведерко, наполненное различными грибами. Видимо, парень бродил по лесу в поисках осенних грибов. И, надо отметить, неплохо преуспел в этом деле — наполненное сыроежками-лисичками до краев ведро явно говорило об этом.

— Никитушка, — обратилась к нему хозяйка дома. — Я думала, ты позже будешь. А у меня вот… гости были. — Она перевела взгляд в нашу сторону. — Это мой дорогой, единственный и любимый племянник. Впрочем, с Пашей вы знакомы.

— Да, привет, Паш. — Он протянул руку. — Какими судьбами у нас? И что с тобой за прекрасная спутница? — Меня окинули заинтересованным взглядом.

— Это Татьяна, — коротко представил меня Паша.

— Никита, ты не поверишь, Татьяна у нас детектив, — сразу выдала меня Римма Павловна.

— Вот как? Очень приятно, Татьяна-детектив. — Глаза-угольки продолжали меня внимательно рассматривать.

— Татьяна расследует те самые преступления, что происходят в наших Сельцах. Никита, ты что-нибудь про это слышал?

Его лицо сразу приобрело жесткие черты, а тонкие губы поджались еще сильнее.

— Ты имеешь в виду ту нашу местную ворожею-колдунью, которую нашли задушенной в лесу? — спросил он свою тетю, а потом перевел свой острый взгляд на меня.

— Вчера убили еще двоих человек, — с придыханием ответила его тетка. — Ночью на кладбище! Представляешь, какой кошмар!

— Ничего себе! — удивился ее племянник. — Я ничего об этом не слышал. А кого убили?

— Бориса Лиходеева и Лиду Петрову. Ну, Петрову ты, скорее всего, не знаешь. А Бориса, может, знал…

Никита явно призадумался, почесал свой затылок, потом ответил словно в пустоту, смотря при этом в пол:

— Борис Лиходеев… Да, я знал его; помню, в детстве мы даже дружили, но потом… как-то перестали общаться. А последнее время я его даже не встречал в нашем поселке. — Он на некоторое время замолчал, а потом, переведя взгляд на меня, спросил: — А вы, Татьяна, значит, занимаетесь расследованием этих э-э… преступлений?

— Я конкретно занимаюсь обстоятельствами гибели Бориса Лиходеева.

— А кто вас, простите, нанял для расследования? — поинтересовался он.

— Его друзья, — коротко ответила я.

— Да уж… — только и ответил он, снова спрятав пальцы правой руки в своей русой шевелюре.

— Но ребята уже уходят, — произнесла Римма Павловна с нотками сожаления в голосе. — У нас был такой занимательный разговор…

— Спасибо вам еще раз, Римма Павловна, — поблагодарила я хозяйку дома. — Ну мы, наверное, пойдем. Рада знакомству с вами.

Мы распрощались с хозяйкой большого красивого дома и ее племянником и вышли на свежий осенний воздух.

— Никита так на тебя смотрел, — заметил Паша, когда мы сели в мою машину.

— Как? — спросила я.

— Ну как… Очень уж пристально, внимательно и… с неким подозрением, что ли. Мне кажется, ты ему понравилась.

— Ничего удивительного, — с улыбкой ответила я и завела двигатель.

— Но этот его взгляд… я не знаю.

— Паша, видел бы ты свой взгляд, когда мы познакомились.

— И-и… какой это был взгляд?

— Примерно такой же, только в твоих глазах еще присутствовало некое восхищение. — Я глянула в его сторону и подмигнула.

Паша лишь хмыкнул, потом поинтересовался:

— Ты, наверное, уже привыкла к таким взглядам?

— Со стороны мужчин — да, привыкла.

Я аккуратно ехала по земляной дороге, выруливая в сторону центральной улицы.

— Татьяна, а куда мы едем? В сторону моего дома?

— Верно. Я подвезу тебя прямо к дому.

— Спасибо, — ответил Паша, а после небольшой паузы продолжил: — А может… может, немного прогуляемся? Время еще не совсем позднее, смеркаться начнет часа через три. Татьяна, у нас тут такие красивые места, я могу тебе показать, а можем к нашему озеру съездить. Или прогуляться по сосновому бору.

Я улыбнулась уголками губ и ответила:

— Паша, спасибо за столь заманчивое предложение, но давай не сегодня.

— Только не говори мне, что будешь продолжать заниматься расследованием?

— А почему нет? — ответила я и вырулила в этот момент на центральную улицу, где была асфальтированная дорога.

Я чуть прибавила газу.

— Паша, я могу заниматься расследованием двадцать четыре часа в сутки, если того требуют обстоятельства. А что, твоя героиня из книжек действовала как-то иначе? — сыронизировала я и взглянула на своего нового знакомого.

— Да как она только не действовала, — ответил он с улыбкой. — Уверен, ваши методы работы чем-то похожи.

— Мне уже хочется познакомиться с твоей книжной героиней, — рассмеялась я. — Может, принесешь почитать?

— Ты серьезно? Конечно, принесу. У меня на веранде на книжном стеллаже как раз лежит полно старых книг. Могу подобрать для тебя одну, на мой взгляд, самую достойную.

— Подбери. Только не обещаю, что быстро прочитаю.

— Я понимаю, тебе в жизни своих детективных историй хватает, — подметил он.

— Это точно, — со вздохом ответила ему я.

* * *

Еще до встречи с Пашей, когда мы с Ириной шли по центральной улице, а потом свернули в тихий закуток, она показала мне дом Бориса, который находился словно на отшибе от близстоящих домов. И именно сейчас у меня возникла мысль посетить этот дом.

Разумеется, о своей вылазке я никому сообщать не стала — в подобном деле мне не нужны ни помощники, ни свидетели. И моя машина рядом с этим домом тоже будет лишней, ибо может привлечь ненужное внимание со стороны местных жителей.

Поэтому свой «Ситроен» я припарковала у дома Ирины, решив не загонять его в гараж. И по-быстрому, пока мои подруги не засекли меня, направилась быстрым шагом к интересующему меня дому.

Домик был хороший, благоустроенный — сразу видно, что хозяин этих владений рукастый и работящий. Взглянув на этот добротный дом, я с грустью вздохнула.

Жил себе не тужил жизнерадостный сельский парень, трудолюбивый и полный надежд на хорошее будущее. Искал себе спутницу жизни, чтобы привести ее в этот уютный, обустроенный дом, где уже все было готово для совместной семейной жизни. Завести ораву детей и жить-поживать да добра наживать. Но судьба-злодейка распорядилась иначе.

«И кому, интересно, достанется этот благоустроенный добротный домик?» — спросила я сама себя.

Судя по тому, что мне рассказывала Ирина, у этого парня вообще никого не осталось, и этот домик некому унаследовать. Или все же есть какие-то родственники, кому этот терем может достаться. Надо будет этот момент прояснить более конкретно.

Дом был огорожен невысокой сплошной деревянной оградой, через которую можно было бы без проблем перелезть. Но я не стала торопиться это делать. У ограды имелись большие расписные деревянные ворота и рядом металлическая дверь. Дверь была опечатана — оперативники уже успели тут побывать, — видимо, им пришлось вскрывать дверь, а потом, как и полагается, опечатать. Поэтому вход через дверь отменяется.

Я подошла к воротам, подергала — они были закрыты и, судя по всему, на задвижку с внутренней стороны. А следовательно, ворота как способ проникновения на территорию дома тоже отменяются.

Ну что ж, значит, остается перелезать через ограду, ничего не поделаешь.

Я обошла дом по периметру, выбрала место, где, по моим предположениям, были задворки дома и какие-то пристройки, убедилась, что рядом нет ни одной живой души, за несколько секунд перемахнула через нехитрую ограду.

На территории дома мое внимание сразу привлекла небольшая деревянная постройка. Поэтому начать я решила именно с нее. Что я там собиралась найти? Да что угодно. Как показывает моя богатая детективная практика, можно обнаружить что-то полезное там, где совсем не ожидаешь что-то найти.

Постройка оказалась самой обычной столярной мастерской: небольшая пилорама посередине, доски разных размеров и конфигураций, две деревянные недоделанные двери, всевозможные инструменты, опилки на полу…

Минут двадцать у меня ушло на тщательный осмотр этого нехитрого помещения. И я нашла кое-что интересное.

И то, что я обнаружила, полностью подтвердило мои мысли, которые я озвучила выше, и в очередной раз вселило в меня уверенность, что искать нужно всегда и везде. И уж тем более слушать свою интуицию.

Под одним из металлических шкафов, стоящим на небольших ножках, высотой примерно сантиметров пять, я различила что-то похожее на колоду карт. Быстро достав свою находку, я убедилась в своих изначальных предположениях. И одновременно при этом сильно удивилась.

В моих руках была колода карт Таро.

Как я уже упоминала ранее, я не очень хорошо разбираюсь в картах Таро, хотя в свое время, в юности, пыталась ими увлекаться и даже пробовала гадать, но очень быстро забросила эти начинания. Поэтому, если мне память не изменяет, в моей руке была колода Таро Райдера-Уэйта, где должно быть семьдесят восемь карт, из них двадцать две из категории Старшие арканы. Колода была не новая, видно было, что этими картами не раз пользовались.

Я хмыкнула. Возникает вопрос: что тут, в столярной мастерской обычного работящего деревенского парня, далекого от эзотерики, делают подобные карты? Или, возможно, я еще чего-то не знаю об этом молодом человеке. Опять же, это его личная колода, которую он прятал в своей мастерской, или… Либо карты принадлежат кому-то другому? Кому тогда? И почему они лежали в столь странном месте? Почему не дома? Даже если предположить, что у Бориса была девушка, которая любила и умела погадать на Таро, то логичнее было бы хранить эту колоду в доме.