Изольда с трудом приходила в сознание, удивляясь, почему мир вокруг воняет тухлой рыбой, почему потолок превратился в облачное небо и почему ее рука пылает.

Из горла вырвался хрип. Девушка открыла глаза – и тут же закричала.

Над ней склонился мужчина, его курчавая борода была такой длинной, что касалась ее груди. Рука мужчины лежала на ее ране, и, что бы он ни делал, боль была адской.

Изольда снова вскрикнула и попыталась вырваться.

– Тише, – шепнула Сафи, крепко сжав ей плечо. – Он исцеляет тебя.

– Мышцы восстанавливаются, – раздался голос Эврейн с другой стороны от Изольды. – Но прежде, чем станет лучше, придется потерпеть.

С трудом сглотнув – настолько пересохло в горле, – Изольда посмотрела на бородатого целителя. Его нити были насыщенного зеленого цвета, но в них дрожали оттенки красного – раздражение.

Он исцелял ее, но ему это не нравилось.

И тут Изольда заметила веревки вокруг его запястий, они были почти скрыты под широкими рукавами. Колдун был пленником. И да, теперь, когда она сосредоточилась не только на целителе, ей удалось разобрать и другие нити – пунцовые от злости. Вокруг были люди в таких же мундирах, как у целителя.

Она снова повернулась к Сафи.

– Это корабль принца?

– Нет. Вообще-то это корабль его сестры.

Вдалеке раздался взрыв.

– Что это было? – прохрипела Изольда.

Нити Сафи вспыхнули виной.

– Нас атакует марстокийский флот.

– Судя по всему, – произнесла Эврейн ледяным тоном, – ваша подруга приходится невестой императору Карторры, и теперь за ней охотятся марстокийцы.

Еще один громовой раскат донесся до ушей Изольды. Сафи бросила взгляд, полный паники, в сторону моря.

– Они приближаются слишком быстро. – Она перешла на марстокийский, обращаясь к колдуну: – Поторопись, или отведаешь кар-авенского меча…

– Не отведает, – вмешалась Эврейн.

– …Или кар-авенского ножа.

– И этого тоже – нет. – Эврейн перешла на марстокийский: – Мы все утонем, если дело затянется.

Мужчина усмехнулся.

– Я могу работать только с такой скоростью. У этой жалкой номатси плоть как у зверя.

Стремительным движением Сафи вытащила клинок из ножен Эврейн и приставила его к щеке мужчины.

– Скажешь такое еще раз – умрешь.

Мужчина оскалился и все же с новой силой принялся за работу.

Раздались пушечные залпы, но они, казалось, находились за тысячу лиг от Изольды. Как и вонь дохлой рыбы, и щекотание бороды целителя.

Наконец голос Сафи прорвался сквозь боль:

– Ты закончил? Рана затянулась?

– Да, хотя ей потребуется время на восстановление.

– Но она не умрет?

– Нет. К сожалению. Отребье номатси… – Голос мужчины оборвался, сменившись воем, и его борода перестала щекотать грудь Изольды.

Как раз в тот момент, когда в глазах у девушки начало проясняться, Сафи толкнула целителя к остальным морякам.

– Будь ты проклят, – прошипела она ему вслед. – Сын пустотника! Да провалишься ты в адские врата навеки…

– Достаточно, – сказала Изольда.

Она попыталась встать. Эврейн наклонилась и протянула ей руку – точнее, что-то в руке. Плетеный шнурок с крошечным магическим камнем, блокирующим боль.

– Это уймет боль, пока действует ведовская сила целителя.

Она обмотала шнурок вокруг запястья девушки. Камень вспыхнул, и боль отступила. Изольда ощутила прилив энергии, она даже смогла улыбнуться Эврейн, когда та поднялась.

Девушка попыталась встать на ноги, и ее тут же ослепил яркий свет.

Она ничего не могла разглядеть из-за серебристого сияния, вибрирующего и клубящегося перед глазами. В нем мелькали линии пурпурного голода и черной смерти…

Нити, поняла Изольда. Страх и благоговение смешались в ней. Самые толстые и длинные нити, которые она только видела, – по крайней мере, в половину длины корабля. И, что самое странное, они, казалось, исходили из-под корпуса судна. Из-под воды.

– Что-то приближается, – прошептала она. – Что-то огромное и… голодное.

Эврейн напряглась. Она схватила Изольду за плечо.

– Ты видишь звериные нити?

– Не знаю. – Серебристые и черные нити были такими яркими и стремительными… – А что может быть под кораблем?

– Спаси нас, Ноден, – выдохнула Эврейн. – Морские лисицы…

Последние слова монахини растворились в грохоте воды. Военный корабль откинуло назад, и на поверхность моря вырвалось нечто огромное и столь же чудовищное.

Вода хлынула вниз, и связанные марстокийцы закричали от ужаса.

Но Изольда едва слышала матросов. Перед ней появилось невиданное чудовище. Змея толщиной с мачту корабля выползала из волн по правому борту. Вместо чешуи ее покрывал густой серебристый мех, а голова по форме напоминала лисью – правда, в десять… двадцать раз больше, чем у обычной лисы.

Когда существо щелкнуло челюстями и повернулось к кораблю, Изольда увидела, что у лисицы больше зубов, чем вообще может быть у животного.

И клыки. У твари определенно были клыки.

Но больше всего Изольду напугало то, что нити существа пылали голодом, а пасть широко распахивалась при каждом движении…

Существо закричало.

Когда Райбер описывала морскую лисицу, Сафи представляла себе совсем не это.

И уж точно она не предполагала, что существо будет визжать, как души проклятых за адскими вратами. Из пасти чудовища вырвался пронзительный крик, чуть позже к нему присоединился визг второго монстра, вынырнувшего рядом с «Джаной».

Барабанные перепонки Сафи чуть не лопнули, и она почувствовала, как участился пульс. Девушка бросила взгляд в сторону «Джаны», пытаясь разглядеть Мерика среди бурного моря, но поиски оказались недолгими. Вопль лисицы оборвался.

Девушка нашла причину: одного из марстокийцев, стоявших ближе всех к поручням корабля. Руки мужчины дымились и шипели, он накапливал ведовскую силу, но из-за связанных запястий оказался слишком неуклюжим, чтобы продолжить схватку.

Сафи вскочила на ноги, выхватила нож и зарычала:

– А ну брось его!

Морская лисица мотнула длинной шеей в сторону девушки.

Проклятье. Сафи успела полюбоваться льдисто-голубыми глазами чудовища, что приближались слишком быстро, прежде чем ей удалось выхватить метательный нож. Он вонзился в чернильный зрачок, морская лисица с воплем перевернулась вниз и ушла под воду. Судно опасно накренилось, но тварь не всплыла.

Сафи бросила отчаянный взгляд на «Джану» и увидела, что вторая морская лисица тоже ушла под воду.

– Отличная работа! – воскликнула Изольда. Она осторожно ступала по главной палубе, ноги явно ее не слушались. В левой руке девушки поблескивал меч Эврейн.

Сердце Сафи заколотилось. Увидев Изольду, стоящую во весь рост – и неважно, что причиной тому была сила камня, блокирующего боль, – Сафи захотелось рассмеяться от облегчения. Или заплакать. Скорее всего, и то и другое.

Но по-настоящему ее поразили глаза Изольды. Они были яркими и широко открытыми.

– Сменила оружие? – спросила Сафи. Она охрипла и запиналась, произнося слова.

Губы Изольды дрогнули.

– Нужно же было как-то спасти твою шкуру.

Горло у Сафи перехватило еще сильнее.

– Кар-авенская сталь – лучшая, ты же знаешь.

– Так и есть, – недовольно вмешалась Эврейн, которая как раз подошла к девушкам. – У тебя ноги подгибаются, ты не выдержишь качки. А ты, донья, – она бросила взгляд на Сафи, – только зря потеряла нож. Это разозлит чудовище еще больше.

– Но я же попала! – сказала девушка, указывая на опустевшее море.

– Нет! У них такая тактика. – Эврейн вынула второй метательный нож. – Они проверяют корабль, смотрят, чем именно мы сражаемся. Потом ныряют. И пока мы тут болтаем, обе лисицы уже плывут обратно. Сейчас они раскачают оба корабля и постараются схватить всех, кто упадет за борт.

У Сафи рот открылся от удивления, и в него ворвался соленый воздух.

– То есть они сейчас вернутся?

– Да. – Монахиня сунула оружие в руки Сафи. – Бери нож и приготовься к атаке, глупая девчонка!

Девушка успела схватить клинок, и в тот самый миг Изольда закричала:

– Вот они!

Дерево на бортах ломалось со страшным треском. Корабль резко накренился влево, еще левее… Сафи изо всех сил вцепилась в правый борт, стараясь сработать противовесом.

Позади нее раздались крики. Марстокийские матросы падали за борт, со связанными руками они лишились шансов спастись.

Сафи и Изольда переглянулись. Сафи поняла, что ее повязанная сестра думает о том же. Действуя сообща, они перестали бороться с подъемом корабля, а вместо этого помчались к левому борту, где скопились матросы.

Дерево впивалось в голые ступни Сафи, но она старалась не отставать от Изольды. На той были сапоги, они легко скользили по мокрым доскам.

Изольда первой добралась до левого борта и вцепилась в зеленый мундир именно в тот момент, как его хозяин начал падать в воду. Это был колдун огня, ее целитель.

– Ну что, теперь номатси не такая уж жалкая? – крикнула ему Сафи.

Но тут раздался крик. Второй марстокиец, совсем еще мальчик, навалился на борт и начал соскальзывать в воду. Сафи кинулась за ним. Она успела схватить его за лодыжку и тоже чуть не свалилась вниз, но Изольда успела схватить подругу.

– Держу тебя, – прохрипела она и вцепилась в борт корабля раненой рукой. – Но долго не смогу! Проклятье!

Корабль перестал переворачиваться. Гравитация взяла верх, и судно под отчаянный скрип деревянного корпуса выпрямилось на воде.

Сафи и мальчик вскарабкались на борт, Изольда вскрикнула от боли, которую причиняла раненая рука, но рядом вовремя оказалась Эврейн. Она каким-то чудом удержалась на ногах и перехватила Сафи.

Морская лисица вынырнула из волн – слишком близко к тому месту, где карабкалась на борт Изольда.

Сафи метнула нож. Он вонзился в глаз твари в нескольких дюймах от первого ножа.

Чудовище взвизгнуло и нырнуло снова. Соленая вода хлынула вниз, и корабль еще сильнее накренился.

Сафи подняла Изольду на ноги. Правая рука подруги безвольно свисала, лицо было искажено от боли, но она все же успела крикнуть:

– Отличный бросок!

– Вот только я целилась в другой глаз.

– Хватит! – крикнула Эврейн, стоявшая в нескольких шагах от нее вместе со спасенным мальчиком. – Ты зря тратишь мои ножи! – Сверкнул меч, и монахиня разрубила веревки на руках мальчика. – И сколько можно стоять! Надо развязать всех, пока есть время!

Изольда устало кивнула и направилась к ближайшим матросам.

Но Сафи снова оказалась без оружия.

Эврейн отстегнула свой последний метательный нож.

– Не потеряй его, донья.

– Да, да! – Сафи схватила его и повернулась к матросу. Тремя быстрыми ударами она освободила его от пут. Перешла к следующему человеку, потом к следующему. Веревки падали одна за другой. Освобожденные спешили на помощь своим товарищам, а горстка колдунов огня заняла оборонительный квадрат в центре палубы. Сафи бросила взгляд на море – все еще спокойное – и на «Джану».

Морской лисицы, наводившей на всех ужас, нигде не было видно. На полминуты Сафи решила, что, возможно, чудовища отказались от охоты… Но тут Изольда пронзительно закричала:

– Вот оно! Заходит с юга!

Ну да. Именно с той стороны корабля, где как раз была Сафи. Проклятье… Девушка перерезала последнюю веревку, и матрос отполз в сторону.

Морская лисица выскочила из волн, перевалившись мордой через борт. Зубы вонзились в древесину. Сафи могла смотреть только на них, а визг лисицы разрывал ей череп изнутри.

Чудовище собиралось сожрать ее. Оно разорвет ее тело пополам и проглотит…

Ветер ударил в грудь Сафи. В ноги. Она резко повернулась назад, прочь от пасти чудовища. Когда море, небо и корабль расплылись в горячем воздухе, она заметила летящего на нее Мерика.

Благодарность и облегчение на мгновение мелькнули в ее сердце.

Сафи упала на палубу – как и колдун, но прямо на нее. Когда корабль снова выпрямился, Мерик скатился с девушки и заорал:

– Ты что здесь делаешь, ад тебя побери?!

Сафи моргнула, растерявшись на мгновение. Но тут же заорала в ответ:

– Ты собрался отдать меня марстокийцам!

– Уже нет! – Он выхватил саблю и начал перерезать веревки на руках пленников. Одновременно он прокричал: – Только идиот отказывается от такого подарка!

–Подарка?– спросила она, перерезая веревки у какого-то старика и вглядываясь в поверхность моря.– Это морскую лисицу ты называешь подарком?

– Хватит болтать! – Мерик указал на ведущую вниз лестницу. – Спускайся вниз и не мешай.

– Не уходи! – закричала Изольда, чуть не рухнув на Сафи, за девушкой по пятам следовала Эврейн. Дыхание ее стало прерывистым, лицо осунулось. – Лисица сзади, нужно добраться до пленников на той стороне судна.

Не говоря больше ни слова, они бросились к носу корабля. Сафи и Изольда оттаскивали от борта матросов, одного за другим, и толкали их к Эврейн и Мерику, которые перерезали веревку за веревкой. Колдуны огня присоединялись к своим, готовые к бою.

Но лисица была слишком быстрой и для колдунов, и для всех остальных. Она со всей силы врезалась в борт корабля, и судно опасно накренилось. Сафи попыталась удержаться и не упасть в море.

В переднюю часть корабля хлынула вода. Вторая морская лисица с воплем бросилась к судну, готовая хватать прямо с палубы всех, кто подвернется, умеет он стрелять огнем или нет. Сафи посмотрела на Изольду. Повязанная сестра кивнула. Как и в прошлый раз, девушки перестали бороться с креном и вместе ринулись вниз по палубе. Прямо в пасть морской лисицы.

Сафи ударилась о перила – теперь они оказались прямо у поверхности воды – и выпрямилась во весь рост. Ее нож рассек мохнатую пасть. Хлынула кровь.

И тут появилась Изольда, пролетевшая вдоль фальшборта. Ее меч глубоко вонзился в шею чудовища. Морская лисица вздрогнула, запрокинув голову.

Изольда взмахнула мечом, а Сафи крутанулась на месте, вложив всю силу в идеальный удар ножом.

Пасть существа широко распахнулась. Сафи метнула нож. Он полетел прямо и точно в горло лисицы.

А меч Изольды вырвался вперед. Он проткнул лоб чудовища.

Морская лисица закричала – в самый последний раз, – прежде чем погрузиться под воду.

Первое чудовище ослабило напор. Сафи и Изольда успели ухватиться за борт, чтобы не упасть в море, когда военный корабль опустился на воду. Волны хлестали, люди кувыркались по палубе, но Сафи и Изольда крепко держались за поручни.

Пока наконец не улеглась качка, и Сафи смогла добраться до подруги.

– Как ты? Где болит?

– Везде. – Изольда улыбнулась. – Этот камень не особо помогает. Он слабый.

Не успела Сафи позвать на помощь Эврейн, как Мерик прокричал:

– Пока не радуйтесь! – Его сапоги стучали по палубе, а вокруг него все быстрее и быстрее закручивался ветер. – Тварь еще не сдохла. – Мерик оказался рядом с Сафи. Его ветер трепал ее одежду и волосы. – Она вернется.

– И, – добавила Эврейн, указывая на горизонт, – к нам все еще движется флот Марстока.

– Не говоря уже о второй морской лисице. – Изольда схватила Сафи за рукав и оттащила ее от поручня. – Она приближается, очень быстро. И на этот раз спереди.

– Приготовьтесь! – приказал Мерик. – Я использую силу ветра, чтобы перенести нас…

Морская лисица ударила по воде. Корабль взмыл в небо, и когда ноги Сафи оторвались от палубы, а мир превратился в светящиеся облака и пурпурную дымку, ветер Мерика подхватил их. Воздушная воронка несла всех четверых на «Джану». Они рухнули на форштевень без всякой элегантности, и это было больно. Но Сафи не стала проверять, цела ли она. Девушка кинулась к Изольде, та прижимала к себе раненую руку. Где-то рядом Сафи заметила огненную вспышку.

Нет, четыре вспышки. Бочки с кетой, за которыми она раньше пряталась, висели прямо в воздухе и пылали. От них исходили жар и вонь сгоревшей рыбы, а рядом стоял Каллен. Дыхание у него было неровным, глаза выкатились из орбит. Но он удерживал бочки своим ведовским даром так, что они даже не дрожали.

– Каллен, – крикнул Мерик, поднимаясь на ноги и бегом направляясь к барабану. – Ставь первую бочку на позицию!

Он подхватил колотушку и стал ждать, пока ближайшая пылающая бочка подплывет к барабану.

Мерик ударил по барабану. Поток воздуха оттолкнулся от него и подхватил бочку. Она понеслась над водой, продолжая ярко гореть. Потом шлепнулась вниз, рядом с ближайшим марстокийским галеоном.

– Следующая бочка! – крикнул Мерик, и через мгновение к нему подплыла вторая. Затем третья и четвертая. Каждая из них отправилась прямиком к марстокийцам.

– Лисица уплывает! – крикнула Изольда. Ее взгляд проследил за галеоном, а затем за затонувшим судном. – Она гонится за бочками!

– Они – азартные охотники, – сказала Эврейн, и Сафи от неожиданности подпрыгнула на месте. Девушка совсем забыла о монахине, которая устало ссутулилась неподалеку. – Им нравится вкус обугленной плоти.

Не отрывая глаз от воды, Сафи наблюдала, как две черные тени метнулись прочь от «Джаны», а потом вынырнули из волн. Они атаковали пылающие бочки, сталкивались в воздухе и отчаянно дрались за кету.

В это время марстокийские галеоны подплывали все ближе – прямо к морским лисицам. На краткий миг Сафи чуть не пожалела марстокийцев, у которых едва ли были припасены дары для тварей, способные их надолго отвлечь.

Но порыв прошел, как только девушка увидела измученную и покрывшуюся холодным потом Изольду. Сафи полностью переключилась на повязанную сестру, а ведовской ветер наполнил паруса корабля.

Под мерное поскрипывание судно отправилось на восток.