Шерлок медленно произнёс: «Но они не пытались стрелять в нас, когда мы выбежали из здания. Мы все были на открытом пространстве, бежали, конечно, но мы были открытыми мишенями».

Савич сказал: «Мы, должно быть, выбежали быстрее, чем они ожидали. Помните, мы бежали на всех парах.

Возможно, они все еще имели дело с Берни.

«В конечном итоге, нам придется предположить, что Виктор и Лисси все еще где-то там и ждут, когда мы выскочим из этой парадной двери, а затем они попытаются убить нас всех».

«Вот это да, хорошая мысль», — сказала Шерлок. Она подошла к окну гостиной и оглядела окружающие деревья. «Мы на самом краю города, вокруг одни деревья и холмы. Они могут быть где угодно.

Ты действительно думаешь, что они за нами следят, Диллон?

«О, да, я бы наблюдал и ждал», — сказал он.

Калли сказал: «Их всего двое. Думаешь, они разделились — один следил за задним ходом, а другой — за передним?»

«Звучит разумно», — сказал Савич.

Шерлок сказал: «Согласен. Что теперь будем делать?»

Савич достал мобильный. «Я сейчас вызову кавалерию».

62

ПИСА-РИДЖ, ДЖОРДЖИЯ

Их отвели обратно в зал заседаний, приставив пистолет Кьелла к спине Итана.

Дверь бесшумно открылась.

«Войдите, шериф, миссис Бэкман».

В последний момент Кьелл попытался схватить Отем, но она отскочила в сторону.

Она побежала за Итаном.

Кьелл стоял там, явно не зная, что делать.

Затем он крикнул через плечо: «Хранитель, мне нужна твоя помощь».

Блаженный вошёл в комнату следом за ним. Он выглядел измождённым, глаза его были красными от слёз.

«Загони их в угол, Хранитель».

«Нет!» Отэм отпрянула и повернулась к Блаженной, протянув руки, пытаясь прикрыть и мать, и Итана.

«Нет, нет, Благословенный, не смей ставить их в тупик!»

Блаженный схватил ее и поднял на руки.

«Тихо, Осень. Ты будешь молчать».

Осень вцепилась зубами в руку Блесседа.

Кьелл сказал, когда Блессед застонал: «Отдай ее матери, пока она не отгрызла тебе руку».

Блаженная опустила бьющуюся в ладоши Осень на пол. Она подбежала к матери, обняла Джоанну за талию и прижалась лицом к её животу. Она плакала громкими, глубокими рыданиями, которые звучали… фальшиво.

Кьелл скрестил руки на груди и просто смотрел на каждого из них по очереди, но его внимание, его истинный интерес были сосредоточены на Отем. Блаженный прижал пальцы к руке, которую она укусила. На пальцах была кровь. Он смотрел на них, глаза его были полны гнева. Он задыхался. «Хватит. Пора».

Осень закричала: «Нет!» Она бросилась на Блесседа, ударив его кулаками в живот. Блессед схватил её за запястья и уставился на неё сверху вниз, и тут произошло нечто очень странное.

Блаженный не разговаривал и, казалось, не мог двигаться.

Внезапно его глаза закатились, и он рухнул на пол.

Кьелл в мгновение ока оказался рядом с Блесседом. Он упал на колени и встряхнул его. «Хранитель! Проснись!» Он потянулся к Отэму. «Что ты с ним сделал? Что?»

Кьелл слишком поздно осознал опасность. Он вскочил на ноги, поднял пистолет, но Итан уже настиг его. Он выбил пистолет из его руки.

Итан задавался вопросом, обучен ли Кьелл драться, и тот учился. Но Итан изучил карате и участвовал в самых грязных уличных боях на планете – на Филиппинах. Он позволил себя избить, прежде чем понял, что жестокость – единственный способ выжить. Он обрушился на Кьелла со всей своей яростью, со всей своей яростью. Джоанна прижала Отем к себе, закрыв глаза рукой, чтобы не видеть насилия, но она знала, что Отем слышит удары кулаков о плоть, хрипы, короткие паузы, которые были ещё хуже, и знала, в какой момент Итан сломал Кьеллу нос и очки. Кровь хлынула, стекая по белой стене позади него.

Она смотрела, как Кьелл, с залитым кровью лицом, ударил Итана ногой в почку, как тот отшатнулся назад и упал, а затем снова встал на ноги. Он яростно набросился на Кьелла: кулаком в челюсть, ногой в живот, а другим кулаком – в сломанный нос. Кьелл, до этого момента молчавший, упал навзничь и застонал.

Сердце Джоанны чуть не остановилось, когда Кьелл прыгнул на Итана и повалил его на белый пол. Они катались по земле, кряхтя и ударяя друг друга по голове, пытаясь найти опору.

И всё кончилось. Итан, лежавший сверху, откинулся назад и ударил основанием ладони по сломанному носу Кьелла, разбрызгивая капли крови. Кьелл не издал ни звука. Его глаза закатились, и он обмяк. Итан потряс его рукой, потёр окровавленные костяшки пальцев.

У Джоанны пересохло во рту, и она не могла найти в себе силы заговорить. Наконец она прошептала: «Он мёртв?»

«Да». Итан медленно поднялся на ноги и посмотрел на молодого человека сверху вниз. Что обещал ему Колдикот Уистлер, если Кьелл его подчинится? Огромное богатство?

Сила? Убил ли Кьелл людей, которых, как видела Отем, хоронили Бэкманы?

Теперь ему уже ничто не было важно.

Он был мёртв. Итан подобрал пистолет Кьелла и заткнул его за пояс.

Блаженный застонал и сел. Он обхватил голову руками и начал раскачиваться взад-вперёд. Он посмотрел на Итана, затем на Джоанну, пристально посмотрел, но на Отэм не смотрел. Он схватился за лоб и прошептал:

«Этого не может быть, не может», — и он снова упал на бок и заплакал.

Итан сказал: «Осень, что ты сделала, чтобы

Благословенный?"

Осень была смертельно бледна. Итан опустился на колени и прижал её к себе. «Прости, дорогая. Я знаю, тебе плохо, но мне нужно, чтобы ты сейчас уделила мне внимание, хорошо? Это очень важно. Расскажи мне, что ты сделала с Блаженной».

«Я ничего не сделал, Итан, я только...»

Дверь в стене внезапно снова закрылась.

Итан знал, что у них мало времени. Он сказал:

«Мы выберемся отсюда. Вернёмся тем же путём, которым пришли».

«Итан».

Он обернулся и увидел Джоанну, уставившуюся на стену. Он услышал, как из маленького белого отверстия, расположенного всего в шести дюймах от пола, вырывается газ. Он тихо выругался. «Нам нужно выбираться отсюда».

Он подхватил Отем на руки и побежал туда, где они впервые вошли в белую комнату. Джоанна следовала за ним. Он видел очертания раздвижной двери, но не мог понять, как её открыть.

«Что-то должно быть», — сказала Джоанна. «Что-то должно быть». Итан опустился на колени перед Отем. «Мы проведём ладонями по этой стене, поищем кнопку, что угодно. Дыши легко; постарайся, чтобы газ тебя не брал».

Они не могли найти выхода. Итан ударил плечом по двери, но она была прочной. Он чувствовал запах газа, чувствовал его кожей. Он сорвал с себя рубашку, подбежал к низкому вентиляционному отверстию в стене и упал на колени. Он изо всех сил засунул рубашку между узкими планками. Но чтобы хоть что-то исправить, ему приходилось удерживать рубашку на месте.

Джоанна упала на колени рядом с ним, подтянула рубашку и расстегнула бюстгальтер. «Подвинь рубашку!» Пока она засовывала бюстгальтер между планками, Итан крикнул:

«Осень, подойди к дальней стене и натяни футболку на нос и рот!»

Джоанна сняла кроссовки и носки. Он сделал то же самое.

Они запихнули носки внутрь, стараясь задержать дыхание во время работы.

Объективно Итан знал, что не будет

Выключил газ, а его не было. «Извини, Джоанна, это не поможет.

Нам нужно найти выход отсюда. Должен быть какой-то механизм.

«Да, что-то должно быть», — сказала Джоанна.

«Так должно быть».

Но этого не произошло. Итан почувствовал, как мир закружился, словно он поднимался с пола. Он потерял сознание.

63

УИННЕТТ, СЕВЕРНАЯ КАРОЛИНА

Прошло восемь минут, прежде чем зазвонил мобильный телефон Савича.

«Савич». Через мгновение он кивнул. «Хорошо».

И он выключил телефон.

Он сказал Калли и Шерлоку: «Кавалерия здесь.

Начальник полиции и все его помощники, числящиеся в штате Уиннетта, уже на своих позициях. Они не могут контролировать лес, но перекрыли Пулитцеровскую дорогу с обоих концов. Они образовали большой периметр, прячась в просветах между деревьями, но стараясь не попадаться на глаза.

Шеф сказал, что поставил пару стрелков на крыше дома Виктора, проник через чёрный ход и поднялся по лестнице на крышу. Шеф уверяет меня, что все сделали всё возможное, чтобы Виктор и Лисси не узнали об их присутствии. Мы не слышали отсюда шума машин, так что, возможно, и они тоже.

Они ищут машину Виктора и Лисси, или, скорее, спрятанную машину,

поскольку мы не знаем, на какой машине сейчас ездят Виктор и Лисси».

Калли сказал: «Вероятно, они спрятали его где-нибудь среди деревьев у дороги».

«Это недалеко отсюда. Может, шеф найдёт. Тогда мы их поймаем».

«Так что в лучшем из возможных миров Лисси и Виктор не подозревают, что их окружили», — сказал Шерлок.

Калли ударил кулаком в стену. «Ненавижу это, правда. Что, если Берни мёртв?» Он посмотрел в глаза Савичу. «Наверное, ты не знаешь. Жена Берни, Джесси, — она моя сестра. У них двое детей, моих племянников».

Шерлок коснулся её пальцев своего предплечья. «Он их заложник, пока они не прижмут нас и не уедут из Уиннетта, Калли. Он жив, по крайней мере, пока».

Он кивнул, но она знала, что он не питает больших надежд.

Она снова сказала: «Диллон, пора проверить, разделились ли они, посмотреть, ждёт ли кто-нибудь из них сзади, пока мы выйдем через кухонную дверь. От задней стены дома до опушки леса примерно тридцать футов, а соседний дом – добрых пятьдесят футов. С другой стороны от нас весь лес. Теперь, поскольку через заднюю дверь выходить не очень светло, я думаю вылезти через окно спальни, там целая куча дубов. Отличное укрытие». Шерлок увидел его лицо и быстро добавил: «Я самый маленький, могу проскользнуть через окно, они меня не увидят. Ты же знаешь, я умею уворачиваться и пригибаться не хуже других. Я проскользну за те деревья и проберусь обратно…»

Савич сказал: «Ни за что. Тебе только что удалили селезенку, Шерлок».

«Да ладно тебе, Диллон, прошло уже несколько месяцев после операции. Я в порядке. Ты же знаешь, что я в порядке. Перестань строить из себя мистера...»

Защитник».

«Забудь, ты всё ещё не готов бежать по лесу. Я хочу, чтобы вы с Калли оставались на месте и зорко следили за происходящим. Посмотри на это с другой стороны: у нас есть подкрепление. Я, вероятно, буду лишним. Не волнуйся. Я скоро вернусь. Кстати, хороший план». И прежде чем Шерлок успел наброситься на него или накричать, Савич отошёл от передних окон и пошёл по коридору в спальню.

Он услышал, как Шерлок сказал позади него: «Кому вообще нужна селезенка?»

64

ВИКТОР НЕССЕР бросил бинокль на землю.

"Где они?"

Лисси немного подпрыгнула, подняла бинокль и посмотрела в него.

«В доме по-прежнему нет никакого движения, даже лица не выглядывает из окон. Хотя они не смогли найти здесь нашего приятеля-полицейского, готов поспорить, они вызвали свою криминалистическую группу, Виктора, и именно поэтому они всё ещё внутри дома».

Виктор спросил: «Но почему же криминалисты до сих пор не прибыли? Почему они ничего не предпринимают ?»

«Я помню, это команда криминалистов , так их называют по телевизору», — сказала Лисси.

«Ты прав, прошло слишком много времени», — она вернула ему бинокль.

«Да, но, знаете ли, это же провинциальный городок. Где сейчас можно найти команду экспертов? Может, в Bud's Bowling Bonanza или в O'Malley's Dairy Queen?

Почему они так долго не могут собраться? Почему? Разве они не выходят из дом?»

Лиззи похлопала Виктора по щеке. «Они поймут, детка, они поймут. Они глупые. Они ничего не знают.

Они вот-вот выскочат из дома, и мы разнесём их на миллионы осколков». Она вдруг нахмурилась и ткнула его в руку. «Такую же ты бомбу сделал, Виктор. Сначала ты не смог остановить машину охранника в Вашингтоне, а теперь не смог взорвать бомбу.

Вы настоящий эксперт в компьютерах.

«Он должен был выстрелить», — сказал Виктор, потирая руку. «Я точно следовал инструкциям; ты видела, как я это делал. Не бей меня больше, Лиззи, мне это не нравится».

«Всё равно», — сказала она, затем взглянула на Берни. «У нас здесь мистер Федерал, и это уже кое-что».

Виктор наклонился и сильно ударил Берни по руке. «Эй, проснись, свиноматка. Знаешь, почему твои дружки тебя не ищут?»

Берни уже какое-то время не спал, пытаясь справиться с головной болью, раскалывающейся от удара по затылку. На самом деле, он шептал «Аллилуйя». Бомба Виктора, слава богу, не взорвалась, а это означало, что Савич и Шерлок её обезвредили. Калли был жив, и Берни думал только об этом. Он надеялся, что они скажут что-нибудь полезное, если он продолжит притворяться опоссумом, но тут Виктор ударил его.

«Давай, свиноматка, открывай свою детскую хандру!»

«У него не голубые глаза, Виктор, они карие».

«Да? Откуда ты знаешь, Лисси?»

«Он весь большой и тёмный; голубых глаз у него нет».

Берни открыл карие глаза и уставился на Виктора. Ему не нужно было притворяться ошеломлённым. «Что?»

«Эй, ты что, притворялся? Или всё ещё валяешься?» Лиззи ударила его кулаком в живот. Он едва ответил. «Видишь? Он всё ещё тупой. Я ударила его так сильно, что у него мозги полицейского всё равно перепутались». Она наклонилась и прошептала ему на ухо, положив ладонь ему на живот. «Эй, мистер…»

Агент, мне нравится ощущение вашего живота. Никакого жира, хороший мышечный тонус. Дай-ка подумать.

Лисси выдернула рубашку из штанов, сорвала пуговицы и распахнула её. «Ух ты, Виктор, посмотри на нашего накачанного копа». Она погладила его по животу, и, к своему ужасу, Берни почувствовал, как её пальцы скользнули ему в шорты.

Он попытался вырваться, затем закашлялся и захрипел.

Виктор вздрогнул, увидев её руку. «Что ты делаешь, Лиззи? Прекрати, слышишь? Ты его даже не знаешь. Прекрати!»

Лисси рассмеялась и вытащила руку из его штанов.

«Вот так и можно разбудить копа, Виктор. Достаточно просто потрогать его мозги». И она снова рассмеялась.