Шерлок сказал: «Мне бы очень хотелось увидеть интерьер вашего прекрасного дома, миссис Бэкман».

«Большинство людей так бы поступили».

«Можно войти?»

Они видели, как Шепард Бэкман отчаянно хотела продемонстрировать свой шедевр, вызвать ещё больше зависти и похвалы. Но должна ли она была не подпускать агентов ФБР или же делать вид, что сотрудничает? Она явно колебалась. Они видели, как её шестеренки забуксовали: впустить врага или нет?

«Хорошо, но я не покажу вам весь дом, он слишком большой. Можете посмотреть гостиную. Потом уйдёте».

42

САВИЧ и ШЕРЛОК последовали за ней в огромный вестибюль с дубовым паркетом. На антикварном столе в огромной розовой вазе стояли свежие цветы, над ней висело изысканное викторианское зеркало – и то, и другое выглядело так, будто только что сошло с картин Букингемского дворца. Старинная подставка для зонтов, группа из нескольких картин… и вот викторианский стиль остановился. Они уставились на четыре…

Картины, грубые и первобытные, до боли современные. Их постоянными темами были грозовые тучи, бурлящие водой, и чёрные скалы. На каждой из них, казалось, тонул человек, размахивая бледными руками и открывая рот в крике.

Пугающий взгляд в душу художника?

«Невероятные картины. Кто художник?» — спросил Савич.

«Они невероятные, правда? Их нарисовал мой сын Грейс. Я считаю, что они достойны музейного экспоната».

«Это общая тема для Грейс?»

«Полагаю, вы гадаете, не утонула ли Грейс во время шторма? Это называется художественной интерпретацией, это описание сил и возможностей, неподвластных смертным». Она ухмыльнулась им обоим, это было очевидно. Она развернулась, и они последовали за ней в первую комнату справа, где доминировал камин из каррерского мрамора с внушительным портретом пожилого джентльмена над ним. Взгляд его бледных глаз был полон счастливого безумия. Это, должно быть, Теодор Бэкман, её покойный муж.

Миссис Бэкман шла бодро и прямо, хлопковое домашнее платье свободно спадало до самых икр, туфли-мюли скользили по прекрасному полированному дубовому полу. Она указала на подлинный викторианский диван.

Они сели, наблюдая, как она удобно устроилась в кресле с высокой спинкой напротив них. Она самодовольно оглядела большую комнату. «Пять лет ушло на то, чтобы построить этот дом и обставить его так, как я хотела. Теперь он идеален. Но мои сыновья, Блессид и Грейс, не интересуются ничем, кроме свиных отбивных на тарелках и ежевечернего десерта – клубничного чизкейка, который Мардж готовит для них каждый день в пекарне Фелпса». Она обвела их рукой.

«Этот прекрасный дом, все цветы, антиквариат — всё это для них напрасно. Это несправедливо и несправедливо. Я спросил их, что они собираются делать после моей смерти».

«И что они сказали?»

«Они украдкой переглянулись и придумали историю, что поженятся, как только похоронят меня, чтобы их жёны могли поддерживать мой храм. Так они называют этот прекрасный дом — мой храм. Это произведение искусства, сказал я им, а не какой-то нелепый храм, а они просто переглянулись и пожали плечами.

Ничего нельзя сделать».

Савич сказал: «Вот почему ты хочешь, чтобы твой

Внучка будет жить с вами, миссис Бэкман?

Ты хочешь, чтобы Осень выросла здесь и заняла твое место после твоей смерти?

Поддерживайте порядок в своих прекрасных садах, покупайте больше антиквариата?»

«Это было бы хорошо, если бы это было то, чего она хотела»,

Миссис Бэкман спокойно ответила, ничуть не удивившись, что они знают об Отем. «Однако, нам не нужны ещё какие-то антикварные вещи. Она всего лишь маленькая девочка, и она прожила здесь недостаточно долго, чтобы я могла определить, достойна ли она такого подарка. В конце концов, в ней течёт половина крови её матери».

Ого. Шерлок спросил: «Почему вы считаете, что жена вашего сына — простолюдинка, мэм?»

«Мне достаточно было поговорить с ней, чтобы понять, кто она такая».

Савич сказал: «Вы, должно быть, были очень опечалены известием о смерти вашего младшего сына. Это был шок».

Шерлок видел, как она сжала кулак в складках домашнего платья. Она покачала головой и сказала: «Бедный Мартин. Он был растерян, как и многие молодые люди. Он бы вернулся домой, но эта женщина, она заманила его и убедила держаться от нас подальше. Я даже не знала, где он живёт, пока она не позвонила мне, но к тому времени было уже слишком поздно. Он уже был мёртв. Ты знаешь, что она не сохранила его тело, чтобы похоронить здесь рядом с отцом?» Её голос теперь был высоким и гневным. «У неё хватило наглости привезти его домой в дешёвой урне. Я хотела увидеть своего мальчика, прикоснуться к нему в последний раз, но от него остался лишь пепел».

Шерлок сказал: «Я так понимаю, его жене пришлось приложить усилия, чтобы вообще вас уведомить, миссис Бэкман. На самом деле, она даже не подозревала о вашем существовании; она вообще ничего о вас не знала. Видите ли, её муж никогда не говорил ни о вас, ни о своих братьях. Это он разорвал с вами все связи, а не его жена. Насколько я понимаю, вы называли его Потерянным?»

«Он заблудился, но он бы вернулся домой ко мне.

Теперь это неважно. В его смерти виновата она. Она соблазнила моего сына и держала его вдали от семьи.

Она даже не рассказала мне, как и где он умер. Но откуда вы знаете о Мартине? Эта женщина что, наплела вам на всякие байки?

Савич сказал: «Но ваша внучка, госпожа...

Бэкман, тебе понравилась Осень?

«Я же говорил тебе, эта женщина увезла ее слишком быстро, чтобы я мог судить».

«Мы знаем о даре Отем, и вы тоже, не так ли, миссис Бэкман?

Разве она не говорила тебе, что часто разговаривала с отцом, когда они были в разлуке? Разве не поэтому ты послал Блессед и Грейс в Тайтусвилл, чтобы они вернули тебе Отем?

«Это, молодой человек, совершенно абсурдно».

Савич спросил: «Ты приказал Блаженному и Грейс убить Джоанну, пока они этим занимались?»

В ее глазах читалось высокомерие, почти зашкаливающее.

Старуха считала себя неуязвимой, считала, что никто не может её тронуть. Она была опасна, подумал Савич, несмотря на свой возраст, женщина, способная убить без малейшего колебания и не испытывающая ни малейшего угрызения совести. Как Блаженная. А как же Грейс?

Если Отем была права относительно тел миссис...

Бэкман и её сыновья похоронили, а эта старушка уже много раз убивала. Он снова сказал:

«Ты приказал Блаженному убить Джоанну, когда он завладел Отем?»

«Вы понятия не имеете, о чём говорите, агент Савич. То, что вы обвиняете Блаженного во всём этом, лишь показывает, насколько вы ограничены и недалеки.

Ты сейчас уйдешь. Я тебе помогала, я говорила, что Блаженной и Грейс здесь нет. Не знаю, когда они вернутся.

«Тогда позвольте мне рассказать вам о Блаженном», — сказал Шерлок, слегка наклоняясь на диване. «Сейчас он в больнице, с повязкой на глазах. Его запястья привязаны к перилам кровати, так что он не может снять повязку и помешать кому-либо».

Она ничуть не удивилась. «Почему мой мальчик в больнице?»

Савич сказал: «Я застрелил его. Вчера вечером ему сделали операцию.

Но Грейс звонил вам, не так ли? Он рассказал вам, как Блессед проник в дом шерифа Мерривезера, чтобы похитить Отем. Может быть, Грейс боится того, что вы с ним сделаете, потому что Блесседа поймали? Может быть, Грейс боится, что вы его обвините? Вы дали ему дальнейшие инструкции, миссис Бэкман? Не могли бы вы рассказать нам, что вы ему велели?

«Ты хочешь сказать, что застрелил Блаженного? Ты мерзкий! Ты пытался убить моего мальчика!» Её голос повысился на октаву, и ярость залила её пергаментные щёки. Глаза потемнели почти до чёрных.

«Ты будешь наказан за это», — сказала она. «Я позабочусь о том, чтобы тебя наказали».

Шерлок любезно сказал: «Если это случится, я убью тебя сам, чтобы ты не узнала всего этого удовольствия. А теперь перейдём к делу». Она вытащила из кармана куртки ордер. «Это ордер, миссис Бэкман, на обыск вашего семейного кладбища в поисках тел, которые Отем видела, как вы и ваши сыновья хоронили».

Старуха хотела их погубить, они это видели по ее глазам, по ее побелевшим от напряжения кулакам.

Наконец она сказала: «Это чушь, и ты это знаешь.

Вы и правда верите в кошмар маленькой девочки, потому что этого хочет её мать? Вы что, с ней спите, агент Савич?

«Примите ордер, миссис Бэкман», — сказал Савич.

Тем не менее, она не потянулась к ордеру в протянутой руке Савича, лишь бесстрастно посмотрела на них обоих. «Я позвоню шерифу Коулу, если вы немедленно не уйдёте и не заберёте с собой этот нелепый ордер».

«Но шериф уже звонил вам, не так ли, мэм? Минут пятнадцать назад? Сообщил, что мы вас ищем?»

«Я позвоню шерифу Коулу, — повторила она. — Он разберётся с вами двумя».

Савич посмотрел на часы, а затем снова поднял их, услышав снаружи шум автомобиля.

«Если это не шериф, то это наша команда криминалистов, которая должна осмотреть ваше семейное кладбище». Он встал и положил ордер ей на колени. «Не стесняйтесь, прочтите его. Не стесняйтесь».

снова позвоните шерифу Коулу и скажите ему, что он слишком медлителен».

«Я тоже звоню своему адвокату».

«Вы могли бы также позвонить в Калдикот Уистлер».

Это был удар, они это видели. Она втянула воздух, но сдержалась и промолчала.

Шерлок улыбнулся миссис Бэкман. «Полагаю, это наша команда криминалистов».

43

ПОИСК НЕ УСПЕШЕН.

Час спустя судебно-медицинский эксперт и руководитель группы Дирк Платт подошел к Савичу и Шерлоку, наблюдавшим за операцией на месте захоронения Мартина Бэкмана.

Он покачал головой и сказал: «Извините, ребята, но здесь нет тел».

«Она их перенесла», — сказал Шерлок. «Блаженный предупредил её, и она их перенесла.

Или она подозревала, что Отем или Джоанна увидели, что они сделали, и поэтому сбежали. Шерлок оглядел кладбище. Сорок могил, расположенных странными треугольниками. Последние могилы находились всего в двух футах от густой рощи дубов, которые тянулись по краям чаши, пронзая небо своей зеленью и пышными ветвями.

Деревья, окружавшие кладбище, переплели свои ветви, создавая движущиеся тени на ветру.

Дирк спросил их: «Хотите, чтобы мы раскопали еще какие-нибудь могилы?»

«Нет», — сказал Савич. «Пока нет».

Дирк кивнул и махнул рукой в сторону огромной дыры в земле. «Она что-то отсюда вытащила. Всё, что у нас есть, — это большая яма, недавно засыпанная землёй».

«Кровь есть? Одежда есть?»

«Нет, ничего, но не сдавайся пока. Если в этой яме были тела, мы, возможно, что-нибудь найдём. Проклятье! Если присмотреться, это место похоже на тихую, затерянную долину, старомодный американский городок, где ожидаешь найти не пропавшие тела, а какое-то деревенское очарование.

Лори берёт пробы почвы в поисках следов крови и человеческих останков, но я не думаю, что она их найдёт. Она также проверит, откуда взята почва: отсюда или откуда-то ещё. Если почва чистая, можно быть уверенным, что её привезли.

«Когда они перевезли тела, — сказал Шерлок, — я сомневаюсь, что они увезли их далеко.

Кто захочет рисковать? Слишком велик риск быть обнаруженным. С другой стороны, эта долина довольно большая.

«Если грабителями могил окажутся шериф и его помощники, то риск невелик», — сказал Савич. «Они могли завернуть тела в брезент и отвезти их куда угодно в долине в кузове грузовика шерифа».

«Нигде на кладбище нет следов недавних раскопок, поэтому мы начнём проверять клумбы и все места, где есть вспаханная земля, с помощью георадара. Я вызвал пару собак, специально обученных искать трупы, чтобы они дополнили работу георадара, но если мы не найдём тела поблизости, расходы вырастут в разы».

Савич сказал: «Знаю. Сделай, что можешь, Дирк». Он повернулся к Шерлоку. «Что ж, не всегда всё идёт так, как хочется».

44

Больница округа Рокингем

Рядом с Титусвиллем, Вирджиния

Поздно вечером в среду

Худая, как оконное стекло, медсестра с седыми волосами и деловой походкой уже толкала дверь больничной палаты Блессед, прежде чем Окс успел вскочить на ноги и крикнуть ей: «Подожди, я тебя раньше не видел». Он схватил ее за тощую руку.

«Кто ты? Чего ты хочешь?»

Она смотрела на него, с лица, стертого с лица всю косметику. Он на мгновение поклялся, что увидел щетину на её подбородке – нет, не может быть. Он покачал головой, и она терпеливо ответила: «Я медсестра Элеанор Лэпли. Я здесь работаю».

Я только что пришёл на дежурство. Кто вы?

«Я из департамента шерифа, здесь, чтобы охранять маньяка, привязанного к

Кровать внутри. Ты знаешь о нём?

«Конечно. Когда я пришёл, мне сразу же показали этот фильм о нём.

Трудно поверить. Мне кажется, это была подделка, как думаешь?

«Ничего не было поддельным».

«Если нет, то он действительно нечто, не правда ли?» — В её глубоком голосе слышалось восхищение. Нехорошо.

Окс сказал: «Я пойду с тобой. Что тебе нужно сделать?»

«Проверьте его жизненно важные показатели, убедитесь, что он не испытывает боли, как обычно».

Окс кивнул и толкнул дверь.

Это было последнее, что он помнил.

КОГДА ВОЛА ПРОСНУЛСЯ, он лежал на спине,

Его привязали к больничной койке Бэкмана, его глаза были закрыты, а запястья привязаны к перилам кровати.

Он открыл рот и закричал.

В дверь ворвался санитар, замер и уставился на него сверху вниз.

«Кто бы ты ни был, сними с меня повязку и ремни».

«Не могу, сэр. Я видел этот фильм. Я видел, что вы делаете с человеком. Я даже близко не подойду».

Оксу удалось подавить панику. Он заставил свой голос звучать спокойно и рассудительно.

«Послушайте меня. Благословенному Бэкману лет пятьдесят пять, он худенький. Я — нет.

Каким-то образом он меня поймал. Эта медсестра...

«Какая медсестра?»

«Медсестра Элеонора Лэпли, она сказала, что ее зовут».

«Ладно, медсестры Элеоноры Лэпли нет, если только она не начала работать тридцать минут назад.