Савич проигнорировал его, сосредоточив всё внимание на Арлисс, но она сказала: «Прекрати это сейчас же. Я не хочу, чтобы мой сын больше ничего об этом слышал».

«Он может уйти, миссис Эбботт, — сказал Хейнни. — Вы можете попросить его об этом».

«Чёрт возьми, я никуда не пойду!»

Арлисс легонько положила свою руку на его, сжала её. Затем она перевела взгляд с Савича на Натали. «Ты», — сказала она. «Ты его в это втянула, да? Я знаю, ты ненавидела меня всю жизнь, Натали — признайся, ты завидовала моим достижениям. Ты убедила его поверить в твою нелепую историю».

Я ни в чем не виноват».

Она повернулась к Савичу: «Но скажу, что я действительно считала, что Джордж покончил с собой из-за Натали, и я была не одинока в этом мнении».

Савич кивнул. «Да, большинство людей согласились с вами, в том числе и здесь, в США. Но президент всё равно отказался принять её отставку, хотя вы надеялись, что рано или поздно ему придётся это сделать».

«Это почти произошло. Но потом, внезапно, кто-то попытался убить

Натали в своей машине съехала с трассы А2 недалеко от Кентербери. Вы понятия не имели, кто это был, но пресса вскоре заявила, что она была истеричкой или, что более вероятно, откровенно лгала, выдавая простую аварию за якобы покушение на свою жизнь, чтобы запутать общественность и добиться её сочувствия. Конечно, вы знали, что Натали слишком честна, чтобы выдумать что-то подобное. И, естественно, поскольку вы были не только её начальником, но и другом, она всё вам рассказала. Какой же лучший повод для вас приказать ей вернуться в Соединённые Штаты и спрятать её, пока вы не вынудите её уйти в отставку? Вы уже догадались, миссис Эбботт?

«Нет? Джордж поддерживал связь со своим сыном, Уильямом Чарльзом, в последние дни его жизни. Уильям любил отца и знал, как сильно тот любил миссис.

Блэк. Он знал о негативной рекламе, связанной с его фотографией, знал об электронном письме, хотя, очевидно, его отец умер прежде, чем он успел сказать сыну, что это был обман. Поэтому ему было нетрудно поверить, что отец развалился, когда Натали разорвала их помолвку. Он считал, что она довела отца до самоубийства. Именно Уильям вернулся в Англию по поддельному паспорту и пытался столкнуть её с шоссе.

«Именно Уильям последовал за ней обратно в Соединенные Штаты и попытался сбить ее в Бакнер-парке, но ему снова не удалось.

Когда в пятницу вечером Уильям Чарльз напал на Натали и Хули был застрелен, всё изменилось. Вам пришлось тогда поторопиться, миссис Эбботт. Всё это было слишком близко к сердцу.

«Все ваши прекрасно выполненные планы, все ваши успехи рушились.

Натали была послом США, на которую пытались напасть. Она была героиней, и президент поддерживал её больше, чем когда-либо. Вы решили, что вам лучше перейти на другую сторону, и вы это сделали. Вы присоединились к президенту и взяли на себя инициативу по возвращению Натали в общественное внимание.

Савич подождал немного, но Арлисс промолчала. Она выглядела спокойной и слегка скучающей, её взгляд метался между ним и Эриком Хейнни. Она ни разу не взглянула на Натали. Она посмотрела на часы и нахмурилась, словно её беспокоила следующая встреча.

Натали впервые заговорила: «Я рада, что ошибалась насчёт убийства Джорджа, Арлисс. Я рада, что ты не пытался меня убить. Но мы дружим уже столько лет. Сколько лет ты улыбался мне, смеялся со мной, делился секретами и трагедиями?

«И всё же вы ненавидите меня настолько, что готовы погубить меня, разрушить мою репутацию и доброе имя? Когда вы резко изменили своё мнение в кабинете Торна и поддержали меня, я был так рад, так счастлив, что вы всё-таки поверили в меня. Но агент Савич прав: у вас не было другого выбора, кроме как поддержать президента. Вы защищали себя».

Арлисс Эббот покачала головой. «Я не ненавижу тебя, Натали. У меня не может быть причин для этого. Как ты вообще могла в это поверить? Мы дружим с тех пор, как нам обоим было по двадцать лет, когда мы учились на втором курсе Йельского университета. Ты, Брандейдж,

Мы с Торнтоном были близки всю жизнь. Не знаю, откуда это взялось, но с вашей стороны крайне неправильно верить в то, что выдумывает агент Савич.

Савич помолчал, всматриваясь в её лицо. «Должно быть, вас разозлило невыносимо, что президент, человек, которого вы знали ещё со времён колледжа, ваш самый верный сторонник, не последовал вашему совету и не потребовал отставки миссис Блэк, как вы надеялись.

«Вам пришлось самому представить ее в Организации Объединенных Наций, назвать ее героиней перед всем миром, хотя она была вашим злейшим врагом.

«Я бы хотел, чтобы всё началось и закончилось тем, что я погубил Натали, но ты же знаешь, что это не так. Ты не мог допустить, чтобы твой сын женился на Перри Блэке».

Дэй закричал: «Это безумие! Моя мама любила Перри с самого рождения!»

Савич жестом велел Дэю замолчать. «Вот почему записки с угрозами Перри, как она разбила её «Харлей», как на неё напали в её квартире. Конечно, ты всё знала о Карлосе и Изабель, ведь вы с Дэем были близкой частью жизни Натали. Но сама бы ты этого не сделала, да и всё равно бы никогда не справилась с этим, учитывая, что тебя постоянно охраняют агенты Дэя. Так ты наняла кого-то, чтобы терроризировать Перри?

Возможно, вы привлекли к делу сводного брата Натали, Милтона Холмса. Или, может быть, вашего помощника, Теодора Рейнольдса. Но ни один из вариантов не показался вам правильным. А кто же тогда?

Вот в чем был вопрос.

Всё стало яснее после нападения на Перри и Дэвиса вчера вечером в её квартире. Дэвис ранил стрелка. Нам удалось собрать кровь и получить ДНК. Мы собрали ДНК Дэвиса и Перри, а также вашу, мистер Эбботт.

«Когда пришли результаты ДНК, мы поняли, почему твоя мать не могла разрешить вам с Перри пожениться. Твой отец, Куинси Эбботт, не твой биологический отец, а Брандейдж Блэк».

Перри сказал: «Мы с тобой родственники второй степени, Дэй. Это значит, что мы с тобой единокровные брат и сестра».

Дэй стоял там, мотая головой из стороны в сторону, так что Савич побледнел и подумал, что вот-вот упадёт. Его мать превратилась в камень.

«Мама, скажи им, что это ошибка! Скажи им! Мой папа — он мой папа! Скажи им, мама!»

«Мне очень жаль, Дэй», — сказала Натали. «Очень жаль. Я не знала».

Савич сказал: «Мне потребовалось всего несколько минут, миссис Эбботт, чтобы составить карту последних маршрутов вашего бывшего мужа в Вашингтон и обратно. Мы обнаружили, что он открыто останавливался в отеле «Рутерфорд» и не предпринимал особых усилий, чтобы скрыть свою личность.

У него пулевое ранение в плечо, и я почти уверен, что его ДНК совпадёт с кровью, которую мы нашли в квартире Перри. Мы также нашли Смита и…

Вессона мы проверяем на баллистику. Он задержан, и если он умён, он будет сотрудничать.

Савич ненавидел причиняемую им боль, но ему нужно было это сделать. «День, мистер...»

Эббот, мне жаль, но твои мать и отец никогда не хотели, чтобы ты узнал правду о своём происхождении. Сомневаюсь, что твой отец знал об этом до недавнего времени, но потом потерял контроль. Он был готов на всё, чтобы не потерять сына и не увидеть, как ты женишься на родной сестре. Он не хотел, чтобы тебе пришлось столкнуться с этим знанием.

«Миссис Блэк тоже ничего об этом не знала. Они с Брандейджем расстались на пару месяцев до окончания учёбы, потом помирились и поженились. Брандейдж Блэк так и не рассказал ей, что спал с твоей матерью».

Он повернулся к Арлиссу. «Конечно, президент не знал, что Брандейдж — отец Дэй, миссис Эбботт. Но он знал, что вы любили Брандейджа Блэка в Йельском университете. Он сказал, что все это знали, кроме Натали и Брандейджа, потому что они были так привязаны друг к другу. Он помнил, как Брандейдж однажды ночью напился и признался, что спал с вами во время расставания с Натали. Он не думал, что Брандейдж когда-либо рассказывал об этом Натали, потому что не хотел причинить ей боль или разрушить вашу дружбу».

Брандейдж считал, что ваше время вместе было ошибкой, и он глубоко сожалел об этом.

Савич подумал, что никогда не видел человека, стоящего так молча. Она замкнулась в себе, пытаясь как-то защититься. Он не хотел говорить остальное, но пришлось. «Вы забеременели, миссис Эббот, но не могли сказать Брандейджу, потому что они с Натали уже были женаты. Вы никому не рассказали, даже Куинси Эбботу, человеку, за которого вышли две недели спустя. Вы скрывали это от всех больше тридцати лет, пока у вас не осталось выбора».

С того момента, как Дэй сообщил вам о своем намерении жениться на Перри, и вы не смогли его отговорить, вы поняли, что вам нужна помощь, и обратились к своему бывшему мужу, Куинси Эбботту.

Дэй Эбботт вдруг стал похож на мальчика, испуганного произошедшим и не желающего с этим смириться. «Мама, скажи мне, что это неправда. Пожалуйста, скажи мне, что это ошибка».

Арлисс открыла рот и снова закрыла. Она потянулась к сыну, но он отшатнулся. Он посмотрел на Перри и прошептал: «Ты правда моя сестра, Перри? Я хотел жениться на своей сестре? Как такое может быть? Нет, этого не может быть. Мой отец – самый лучший; он всегда был рядом со мной. Даже после того, как они с мамой развелись, он переехал в Колорадо и снова женился, даже после того, как у него родилось двое детей, я всё ещё была ему ближе всех. Он всегда помогал мне, даже в колледже, он…» Его голос оборвался, словно у него закончились слова.

Натали сказала Арлиссу: «Я никогда не думала, что ты влюблена в Брандейджа. Наверное, я должна была это заметить, но Торн сказал правду. Мы с Брандейджем были так увлечены друг другом, что иногда не замечали других людей».

«Она на мгновение замолчала, и Перри понял, что она смотрит в прошлое. — Между нами всегда было так, пока он не умер. Арлисс, мне очень жаль, что мы оба тебя подвели».

Арлисс наконец заговорила снова, и её тихие слова громко прозвучали в тишине комнаты. «Брандейдж действительно видел меня, Натали, даже если ты не видела. После того, как мы переспали, я поняла, что он любит меня. Он вернулся к тебе, потому что чувствовал себя виноватым».

Натали сказала: «Нет, Арлисс. Это то, во что ты хотел бы верить, но это неправда.

Мы прожили замечательную жизнь вместе. Знаете, его смерть меня чуть не сломила: она была такой внезапной, а он был так молод.

«Ты думала, что ты одна? Чёрт возьми, Натали, его смерть тоже меня сломала!

Я не могла поверить, что Брандейдж умер, он всегда казался таким непобедимым. Я возненавидела его, когда он умер. — Она отвернулась от всех. — Знаешь, он даже не подумал спросить меня, не забеременела ли я, хотя и гадал о моём внезапном браке с Куинси?

Эрик Хайнни вышел вперёд. «Госпожа госсекретарь, я здесь от имени президента, чтобы потребовать вашей отставки, которая вступает в силу немедленно. Ваши юристы и Белый дом разберутся, как и когда о вашей отставке будет объявлено миру». Он вытащил из кармана конверт и протянул ей. «Если вы уйдёте в отставку добровольно, президент позаботится о том, чтобы Министерство юстиции предоставило вам достаточно времени для рассмотрения любых уголовных или гражданских обвинений».

Дэй Эбботт сказал Савичу: «Я хочу увидеть отца. Я хочу увидеть его прямо сейчас». Выходя за дверь, он остановился рядом с Перри и просто посмотрел на неё.

«Ты моя сестра. Интересно, увижу ли я когда-нибудь тебя как сестру», — и Дэй Эбботт вышел из кабинета матери.

Шерлок наблюдал, как госсекретарь подошла к своему столу, села в кожаное кресло с высокой спинкой, взяла ручку Montblanc из подставки и поставила свою подпись на бумаге. Она так и не прочитала её.

Дом Савича

В среду вечером

Перри на мгновение замерла в дверях гостиной, глядя на мать. Ей пришлось многое пережить после смерти Джорджа: его сын Уильям Чарльз, Арлисс, Дэй, пресса, — но она держалась, сумела защитить и поддержать Перри во всём. И Хули с Конни тоже.

Перри подумала, что сегодняшний вечер посвящен ее маме.

Она объявила с порога: «У меня есть горячая пиццерия от Dizzy Dan’s, вегетарианская для Диллона и пепперони с сосисками для всех нас, все они ждут на обеденном столе».

Шерлок сказал: «У нас даже есть красивые бумажные тарелки и большая бутылка шампанского».

«Пицца», – подумала Натали, поднимаясь с улыбкой к дочери. – Когда она в последний раз ела такой горячий сыр, что обжигало зубы? Она прекрасно знала, почему дочь настояла, чтобы все пришли сегодня вечером к Савичам – подбодрить её и отпраздновать победу. Какой странный способ – сбить сына Джорджа и узнать, что лучшая подруга её предала. Что ж, я всё ещё жива, так что если это не победа, то я не… Знаю, что такое победа. Она её примет. Натали думала, что ей действительно нужно подбодриться, может быть, даже устроить победный танец, но больше всего ей нужно было время, чтобы осмыслить всё, что произошло. Но после пиццы и после сегодняшнего вечера.

Когда шампанское было налито, Перри подняла бокал. «Мама, всё закончилось, и мы все в безопасности, спасибо всем присутствующим, а также Хули и Конни. Давай выпьем, пока пицца не остыла».

Натали, съев второй кусок пиццы, спросила: «Есть ли еще что-нибудь?»

новости с сегодняшнего утра о Уильяме?

Савич вытер руки салфеткой. «Я знаю, что сегодня с ним разговаривали в федеральном тюремном лазарете в Локпорте представители Министерства внутренней безопасности. Врачи очень обнадёживают состояние его раны. Ах да, и сэр Джайлс Ламонт-Смайт, британский посол, посетил его и признал его виконтом Локенби. Он сказал, что у британского правительства нет оснований предъявлять обвинения Уильяму в данный момент, поскольку у них нет доказательств нарушения им британских законов. Он сказал, что поговорит с вами, Натали».

Да, Джайлз звонил мне сегодня днём. Он хороший человек, многолетний друг Джорджа. Он был рад, что всё закончилось. Я рад, что Скотланд-Ярд завершил расследование. Если они рассматривают какие-либо будущие обвинения, имеющие хоть какое-то отношение ко мне, я сказал ему, что не буду в этом участвовать. Могу сказать вам сейчас…