Сказал Савич. «Посмотрим, что покажут агитаторы».

Шерлок широко улыбнулся и провёл пальцем по её лицу. «Ну что, Элис была права, пора идти играть в душ?»

Савич ухмыльнулся, обнажив белые зубы – пожалуй, единственное белое пятно на его лице. Он накрыл её грязную руку своей, крепко прижав её ладонь к своей ноге. «Это было слишком близко, Шерлок».

«Да, да, ты всегда так говоришь». Она наклонилась и поцеловала его, видя, что он всё ещё думает о том, что могло бы случиться. «Мне нравится, что ты рядом, Диллон. Если бы ты не крикнул мне, чтобы я упала на палубу, прямо перед взрывом бомбы, меня, возможно, прибило бы к какой-нибудь летящей балке лестницы. Но с нами всё в порядке, с Джулией и Чейни всё в порядке, с копами всё в порядке. Слушай, интересно, у меня нижнее бельё чёрное?»

«Я дам вам знать», — сказал Савич и выдохнул.

Подъехав к дому Шерлоков, он увидел Рут, стоящую в открытой входной двери и машущую им рукой.

«Что теперь?» — спросил Савич у кустов рододендрона и последовал за Шерлоком к дому.

ГЛАВА 52

Савич и Шерлок вышли из лифта в Стэнфордской больнице и направились в отделение интенсивной терапии. Полицейский, сидевший на стуле в отделении напротив двери Голдена, оглядел их с ног до головы, затем медленно кивнул и поднялся, ещё до того, как они успели вытащить щиты.

«Офицер Лазарус, я агент Савич», — сказал Савич и пожал ему руку.

«Это агент Шерлок. Что-нибудь случилось, о чём нам следует знать?»

«Нет, сэр, сейчас всё спокойно. Но раньше все думали, что она умирает. Врачи и медсёстры очень быстро действовали».

Сердце Савича снова забилось, когда он вспомнил, что почувствовал, когда Рут сообщила им, что у Кэтрин Голден остановилось сердце. Но теперь, слава Богу, с ней всё в порядке.

«У мисс Голден сейчас невролог. Я слышал, как он уверял всех, что её состояние стабильно. Лейтенант Рамирес и один из его детективов ушли минут пять назад. Он выглядел не очень довольным, учитывая, что она всё ещё без сознания».

«Какие-то проблемы со СМИ?» — спросил Шерлок.

Офицер Лазарус одарил её безумной ухмылкой. «Да, я выгнал троих или четверых этих мерзавцев с тех пор, как я здесь. Они, конечно, отлично проводят время. Учитывая взрыв бомбы в «Маринере», а также то, что мисс Голден — экстрасенс, им есть о чём рассказать, помимо повышения платы за парковку. Надеюсь, вы найдёте того, кто это сделал».

Когда Савич тихо открыл дверь, он увидел пожилого мужчину в белом халате, слегка сгорбленного, стетоскоп которого был прижат к груди Кэтрин Голден. Сделав пометку в её карте, он поднял на них взгляд и нахмурился.

«Вы только что с «Маринера»?»

«Как ты узнал?» — спросила его Шерлок, одарив его своей солнечной улыбкой.

«Мы хорошенько помылись перед тем, как прийти».

«Должно быть, дело в дыме, которым вы пахнете. Лейтенанта Рамиреса здесь нет. Кто вы? Что вам нужно? Почему офицер вас впустил?»

Савич и Шерлок подняли свои щиты и представились.

«Хм… ФБР. Я никогда раньше не встречал агентов ФБР. Я доктор Сэйнт». Он внимательно посмотрел на Шерлока. Его плечи расправились. «Мы с тобой оба одновременно и благословенны, и прокляты нашими именами, не так ли?»

«Родственная душа», – подумал Шерлок. Как и она, он, несомненно, всё это слышал. Она сказала: «Мой отец склонен считать это благословением – он федеральный судья в Сан-Франциско, ему нравятся взгляды, полные ужаса, которые на него бросают адвокаты и их клиенты. На самом деле, мы пропустили дело Маринера. Мы попали в очередной пожар в Сан-Франциско. Прошу прощения за запах дыма».

«Ты был на том пожаре в Пасифик-Хайтс? Серьёзно? Я только что слышал об этом — взорвали какой-то большой особняк, верно?» Савич кивнул, но тот покачал головой. «Слишком много безумия здесь творится. Эй, ты хочешь сказать, что эти два пожара были связаны?»

«Пока ещё рано тебе об этом говорить», — сказал Шерлок. «Как дела у мисс...»

Золотой?»

Доктор Сент наклонился над ней, слегка коснулся кончиками пальцев её виска. «Как видите, ей стало лучше. Некоторое время назад мы сильно перепугались из-за её сердечного ритма и артериального давления и перевели её в это отделение. Возможно, это была тупая травма или черепно-мозговая травма, но сейчас, похоже, всё под контролем. Главная проблема в том, что она никогда полностью не приходила в себя, и мы просто не знаем, почему. КТ и даже МРТ были в норме, без кровоизлияний, без отёков. Что касается остального, у неё несколько синяков, ушибов и серьёзный порез на ноге, который доктор Ринг зашил. Сейчас её жизненно важные показатели стабильны. Она не в коме, а в каком-то полубессознательном состоянии, отчасти из-за лекарств, которые нам пришлось ей дать. Теперь нам остаётся только ждать, потому что она, похоже, ещё не готова вернуться к нам. Она перенесла серьёзные испытания».

«Да», — сказал Савич, глядя на неё сверху вниз, — «она болела. Ты уверена, что с её сердцем теперь всё в порядке?»

Доктор Сент кивнул. «Никогда никаких гарантий ни в жизни, ни в медицине нет, но я сомневаюсь, что это повторится, по крайней мере, не сейчас».

Лицо Кэтрин Голден было бледным, как туман, висевший за окнами Шерлоков тем утром, если не считать едва заметных синеватых синяков. Обе её руки лежали прямо по бокам, к запястьям были прикреплены капельницы. Тем не менее, она выглядела не так плохо, как предполагал Савич, что стало облегчением. Он узнал бы её где угодно, ведь он так отчётливо видел её прошлой ночью. Он сказал: «Мы хотели бы немного посидеть здесь с мисс Голден, если вы не против, доктор Сейнт».

«Не понимаю, почему бы и нет. Твоё время пришло, и она никуда не денется.

Иногда звук голоса действительно может помочь, поэтому, если хотите, поговорите с ней.

Если возникнут какие-то изменения, о которых нам следует беспокоиться, мы увидим это на мониторах».

Он пожал им руки и ушёл, улыбаясь и кивая Шерлоку. Савич перевёл взгляд с жены на удаляющуюся спину доктора Сейнта, подняв бровь.

«Что я могу сказать?» — спросил Шерлок, подходя к единственному стулу у окна. «Ты сочетаешь запах дыма с моим именем, и я становлюсь неотразимой».

Савич улыбался, сидя у кровати Кэтрин Голден. Он наклонился, взял её за руку и слегка погладил пальцами её кожу.

«Слишком сухо», — подумал он.

Он сосредоточился на ней и заговорил: «Я здесь, Кэтрин. Надеюсь, ты чувствуешь, что я здесь, чувствуешь, как моя рука держит твою. Всё будет хорошо, не о чем беспокоиться. Ты немного напугала врачей, но…

Теперь ты в порядке. Тебе пора просыпаться. Я бы хотел встретиться с человеком, о котором так много думал в последнее время.

Ответа не последовало, но Савич продолжил рассказывать ей о том, что произошло в отеле «Маринер». Он говорил с ней, наверное, минут пять, затем замолчал и посмотрел на Шерлока. Она просто кивнула ему, и он повернулся. «Позволь мне рассказать тебе о моём сыне, Шоне. Сегодня он у дедушки. Мой свёкор – уроженец Сан-Франциско и федеральный судья. Они в здании суда, на девятнадцатом этаже. Представляешь, как он развлекается – в центре внимания всех взрослых. Сегодня утром он сказал, что хочет посмотреть, как его дедушка избивает преступника».

Ответа по-прежнему не было.

«Кэтрин, вы знакомы с Томасом Паллаком? Насколько я знаю, он много лет был клиентом доктора Рэнсома, фактически, вплоть до его убийства».

«Да, я его знаю».

Савич улыбнулся, глядя ей в глаза, всё ещё мутные от наркотиков, но она наконец пришла в себя. Он кивнул Шерлоку, слегка сжав руку Кэтрин.

«Здравствуйте. Меня зовут Диллон Савич».

«Я узнаю тебя где угодно. Привет. Меня зовут Кэтрин».

«Хотите, я позову врача?»

«Нет, пожалуйста, не сейчас. Дайте мне собраться с мыслями».

«Рад наконец-то с вами познакомиться. Врач сказал, что у вас швы на ноге, несколько ушибов и сотрясение мозга, но всё будет хорошо. А это моя жена Шерлок у окна».

Кэтрин кивнула Шерлоку и повернулась к нему. «Я рада, что пока не собираюсь покидать этот мир. Ты спрашивал меня о Томасе Паллаке. Да, я его знаю».

«Значит, вы знаете его жену, Шарлотту Паллак?»

«Шарлотта Паллак — я встречалась с ней, но на самом деле я совсем не знаю ее.

Я знаю только, что она мне не нравится. Нет, дело не только в этом. Всякий раз, когда я вижу её, я всегда ощущаю вокруг неё какую-то странную ауру, постоянно меняющуюся и меняющуюся.

Она словно хамелеон: то она один, то она другой.

Что-то в ней вызывает у меня неприятное чувство. Не могу с этим справиться.

«Знаете ли вы, что ее брат играет на скрипке в симфоническом оркестре Атланты?»

«Я… ну, может быть, это звучит знакомо. Может быть, я слышал, как Томас что-то говорил о нём».

«Похоже, он пропал. Никто его не видел, включая его девушку, уже больше двух дней. Есть какие-нибудь мысли по этому поводу?»

Кэтрин Голден пристально посмотрела на лицо Савича. Её глаза не были тёмными и пронзительными, как у её коллег, – как у него, – а золотисто-зелёными, ведьмиными.

«Глаза», – подумал Савич и невольно улыбнулся. Она прошептала: «Мне нужно подумать об этом».

«Ты устал. Я просто хотел с тобой поговорить, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке».

Она сжала его пальцы. «Нет, пожалуйста, не уходи».

«Ладно, сделай глоток воды».

Она пила очень долго.

«Это хорошо. Спасибо». Она подняла на него взгляд, изучая его лицо. «Я пыталась представить тебя по звуку твоего голоса, глубокого и тёмного, как лавовый камень. Я была недалеко. Я тебя видела, но нечётко.

Я вам ясно объяснил?

Он кивнул.

Она попыталась поднять руку, чтобы прикоснуться к нему, но капельница не позволила это сделать.

Он обхватил ее пальцы своими и снова сжал их.

«Вам нужен отдых?»

«Нет-нет. Спасибо, что разбудили меня. Я был занят тем, что пугал себя до смерти. Этот человек — по имени автора — Мейкпис, как вы его назвали. Он был очень пугающим».

Савич почувствовала, как её пульс участился, и замедлился. «Да, он здесь. Успокойся на минутку, Кэтрин, хорошо?»

Она помолчала мгновение. Закрыла глаза и глубоко вздохнула. Он почувствовал, как замедлился её пульс. «Как ты себя чувствуешь?»

«Какое-то туманное, наверное, ощущение чего-то тупого и тяжёлого. Боли никакой».

Савич поднял взгляд и увидел, как в комнату вошёл доктор Сэйнт. Он моргнул, увидев, что Кэтрин не спит, держа одну руку в руке Савича.

«Ну», — сказал доктор Сент, наклонившись к Кэтрин, проверяя её глаза и изучая её лицо. Он приложил стетоскоп к её сердцу, послушал. Он медленно выпрямился. «Как долго вы не спали, мисс Голден?»

«Пять минут, что-то около того», — сказала она. «Спасибо, что позаботились обо мне. Вы же доктор Сэйнт, верно?»

«Да», — сказал он. Он ещё мгновение смотрел на неё, а затем объявил: «Вы проснулись и, кажется, всё в порядке, мисс Голден. Думаю, мне стоит провести больше времени в комнате медсестёр, чтобы сосредоточиться на краже конфет «Фиг Ньютон» из шкафчика сестры Джолиетт и не попасться. Кажется, это творит чудеса».

«Знаете, я бы, пожалуй, заказала себе «Фиг Ньютон», — сказала Кэтрин. Доктор Сэйнт тоже не возражал, и, к счастью, медсестра Джолиетт не возражала против совместного употребления. «Вам больше не нужны обе капельницы. Мы освободим вас от той, что на левом запястье. Возможно, вам будет легче жевать эти «Ньютоны». Доктор Сэйнт стоял у её кровати, вертя в руках свой портативный аппарат, и, приподняв бровь, смотрел на них обоих. «Неужели вы собираетесь сказать, что удивлены, что мисс Голден внезапно проснулась и хочет есть?»

«Полагаю, ей просто пора было вернуться к нам», — легко ответил Савич. «Думаю, мне тоже хотелось бы глоток «Фиг Ньютон»».

Доктор Сэйнт хотел было сказать Савичу, что им действительно пора уходить, чтобы его пациентка могла отдохнуть, но что-то подсказало ему, что, возможно, не стоит вмешиваться. Немного взволнованным голосом он сказал: «Я так понимаю, вы экстрасенс, мисс Голден».

Она с удовольствием жевала печенье «Фиг Ньютон» и кивнула ему. «Вот так я и познакомилась с агентом Савичем вчера вечером, на спиритическом сеансе».

«О? Вчера вечером? Я думал, тебя похитили вчера днём.

Как-"

Савич поднял руку. «Будьте довольны своим чудом, доктор Сэйнт».

Доктор Сент перевёл взгляд с одного на другого, но больше ничего не сказал. «Ладно, оставлю вас. Пожалуйста, агент Савич, если она устанет, дайте ей отдохнуть». Перед уходом он ещё раз долго смотрел на Шерлока.

Шерлок улыбнулся и отмахнулся от него.

Савич сказал: «Поверь мне, Кэтрин. Мейкпис больше никогда к тебе не приблизится».

Она пристально посмотрела на него, допила остатки своего «Фиг Ньютона» и кивнула. «Если ты готова, ещё несколько вопросов». Она кивнула, и он продолжил: «Я бы хотел, чтобы ты вернулась, Кэтрин, и рассказала мне всё, что ты помнишь. Начните с того момента, как Мейкпис вошёл в твой дом».

Он видел, как она содрогнулась, и не винил её. «Мне невыносимо думать об этом, не потому, что я была так напугана, а потому, что я была беспомощна. Я всегда ненавидела быть беспомощной.

«Он ударил меня по голове рукояткой пистолета. Когда я очнулся, я был привязан к стулу в шкафу, а его одежда валялась вокруг меня. Я понятия не имел, где нахожусь, но знал, что это тот мужчина, который пытался убить Джулию. Но я не мог понять, откуда он вообще знал, кто я. Он что, проследил за Джулией и Чейни до моего дома?»

«Нет. Как Чейни и пытался вам сказать, СМИ пару часов показывали вас в специальных репортажах по ТВ, рассказывали, что вы помогаете полиции и как ваше «видение» помогло спасти жизнь Чейни».

«Может быть, мы могли бы нанять его, чтобы он атаковал СМИ вместо меня».

Савич усмехнулся: «Что случилось?»

«Я почувствовал тебя тогда и сумел смутно представить тебя. Мы только начали разговаривать, как Мейкпис открыл дверцу шкафа и вытащил меня. Он отпустил меня в ванную, позволил съесть кусочек тоста, сказал, что он остался, и у него нет собаки. Он меня напугал. Я чувствовал, как он клокочет от разочарования и ярости. Но, знаешь, он всё время насвистывал.