«Удивительно, что они до сих пор его не нашли», — сказала миссис Мейзер, и Ник не сказал ей, что СМИ уже нашли. «О боже, сколько горя от СМИ. Сенатор Ротман — прекрасный человек, а теперь ещё и столько вопросов о бывшей миссис Ротман».

«Дело в том, миссис Мейзер, — сказал Ник, — что я почти ни в чём не уверен. Но надеюсь, скоро всё прояснится. Вы не против, если я подожду в его кабинете?»

Миссис Мейзер поинтересовалась, не нужно ли доктору Кэмпиону несколько минут, чтобы осмотреть стол сенатора. Кто она такая, чтобы отказывать? Она много раз оставляла доктора Кэмпион одну в кабинете сенатора. Через мгновение она спросила: «Почему бы и нет?»

«Агент Шерлок, вы хотите пойти с доктором Кэмпионом или взять журнал?»

«Мне бы очень хотелось поговорить с любым сотрудником, который может здесь оказаться».

«Сенатор Ротман одобрил это?»

«Я уверен, что все будет хорошо», — сказал Шерлок.

Миссис Мейзер нажала кнопку добавочного номера на телефоне. Она тихо заговорила, а затем подняла голову. «Мэтт Стаут — старший помощник сенатора. Он скоро выйдет поговорить с вами». Она кивнула Нику и нажала кнопку звонка прямо под столом.

«Доктор Кэмпион, это не должно быть долго». Было ли в её голосе предостережение? Ник не знал. Нескольких минут будет достаточно.

Открывая дверь кабинета, она сказала: «Спасибо, миссис Мейзер». Ник вошёл в большой кабинет, точно зная, где она начнёт искать. Не на его столе. Однажды она увидела, как он стоит на коленях перед тележкой с напитками, и как мелькнула пачка бумаг, исчезнувшая в небольшом отверстии внизу тележки. Она направилась прямо к ней.

«Привет, Никола. Я очень удивлён, что вижу тебя здесь. В лагере врага».

Ник чуть не упала от неожиданности. Она резко обернулась, едва не потеряв равновесие, и увидела Альбию Ротман, стоящую у огромных окон в одном из своих деловых костюмов: богатом угольно-сером шерстяном с мягкой белой шелковой блузкой. Она выглядела весьма элегантно, богато и устрашающе.

«Альбия! Боже мой, ты меня напугала. Что ты здесь делаешь?»

«Думаю, более важный вопрос: что ты здесь делаешь, Никола? Я провожу здесь много времени, а ты? Ты сбежала, бросила Джона, не сказав ни слова, просто сбежала. А теперь вернулась, чтобы попытаться его повесить. Он хороший человек, человек, который нужен этой стране. Он провидец, человек идей, а ты здесь, пытаешься его погубить. Я этого не потерплю, Никола. Не потерплю».

«Никто не хочет вешать Джона», — сказал Ник, глядя на женщину, которую Савич, Шерлок и Дейн считали убийцей. Она не боялась просто потому, что была не одна, по-настоящему. Шерлок был снаружи, как и ещё дюжина человек.

Ей достаточно было крикнуть, и люди сбежались бы. Нечего бояться Альбии. Она могла бы справиться с Альбией, такой изящной, на трёхдюймовых каблуках и в обтягивающей юбке. У неё было не так много места для манёвра, но она была в лучшей форме, чем Альбия.

Но самое главное – это был Шерлок, её главное оружие. Она сказала: «Но

Всем ясно, что после того, как тело Клео было найдено и её ударили чем-то по затылку, есть вопросы, на которые нужно ответить. Клео была женой Джона. Всем нам приходится смириться с этой реальностью. Люди думают, что Джон должен был знать. Некоторые считают, что Джон мог убить Клео, Альбию.

«Как вам удалось сюда попасть, не подвергаясь нападкам со стороны СМИ?»

«Я проскользнула через вход для доставки. Было очень тесно, но мне повезло. Сотрудник прессы, который должен был следить за этим, был на перерыве. Я видела, как он зашёл в магазин через дорогу. Джон давно рассказывал мне об этом входе». На самом деле, и она, и Шерлок вошли через вход для доставки, но Ник пока не хотел рассказывать Альбии о Шерлоке. Она хотела, чтобы Альбия чувствовала себя в безопасности, чтобы она чувствовала себя под контролем. Может быть, она что-нибудь скажет, в чём-нибудь признается.

Альбия сказала, пожав своими элегантными плечами: «Стервятники, не так ли?

Но почему миссис Мейзер впустила вас сюда?

«Я сказал ей, что хочу увидеть Джона. Она предложила мне подождать здесь, сказав, что он скоро вернётся. Конечно, я много раз ждал его в кабинете. Я думал, она скажет мне, что ты здесь, но она этого не сделала».

«Это потому, — сказала Альбия, делая шаг к Нику, — что она не знает, что я здесь».

Ник заставила себя не двигаться ни на дюйм. «Как ты сюда попала?»

Альбия улыбнулась ей и изящно махнула рукой, отпуская её. «Когда Джон арендовал это здание около десяти лет назад, он поручил архитектору спроектировать отдельный вход, ведущий только в этот кабинет. У большинства людей в его положении есть другие способы покинуть свои кабинеты, особенно в таких обстоятельствах. Интересно, почему Джон не рассказал тебе об отдельном входе? Интересно…

Возможно, когда дошло до сути, он не очень доверял тебе, Никола.

Возможно, он действительно поверил, что ты спишь с Эллиотом Бенсоном. Ты, конечно, знаешь, что Эллиот всегда хотел женщину, которая нравилась Джону, и наоборот, могу добавить. Они соперничали ещё до поступления в колледж. И притворяются близкими друзьями. Ты знала, что Эллиот был влюблён в Мелиссу, девушку, с которой Джон был помолвлен?

Оказалось, она хотела их обоих, глупая девчонка. Она спала с ними обоими, пока не погибла в автокатастрофе. Это было ужасно для моего бедного брата.

«Знал ли он, что она спит с Эллиотом?»

Понятия не имею. Что касается Эллиота, я не знаю, что он чувствовал по поводу смерти Мелиссы. Прошло очень много времени, прежде чем Джон всерьёз увлёкся другой женщиной. Но в конце концов он это сделал, и они с Клео поженились. Вскоре Эллиот добрался до Клео, трахнул её до полусмерти, и все об этом узнали, но не Джон, пока она не ушла. Полагаю, она ещё и спала с Тодом Гэмболом, ведь он ушёл вместе с ней.

«Но теперь все знают, что она ни с кем не сбегала, Альбия.

Кто-то убил её. И похоронил, надеясь, что тело никогда не найдут.

«Разве это не интересно? Никола, ты спала с Эллиотом Бенсоном?»

Ник ответил не сразу. Она вспомнила, как однажды удивилась, как Джону удалось добраться до его офиса, пока она его не увидела. Скрытый выход – отличная идея. Ник сказал: «Переспать с Эллиотом Бенсоном?

Свежая мысль. Ещё один мужчина, годящийся мне в отцы. О, он изыскан, как итальянский граф, такой же лощёный, как ты и Джон, но скажу тебе правду, Альбия. Всякий раз, когда я его вижу, я вспоминаю персонажа из фильма «Мафия» с его напомаженными волосами и дорогими итальянскими костюмами. Стоит ему взглянуть на меня, заговорить со мной, как мне хочется принять ванну.

«Клео совсем не считала его плохим. Честно говоря, я тоже так не считала, по крайней мере, поначалу. Да, он тоже был моим любовником какое-то время.

Жаль, что дело было не в том, что он меня обожал, нет, ему просто хотелось чего-то другого, что принадлежало бы Джону. Полагаю, я тоже вхожу в эту группу. И, по правде говоря, он не очень хороший любовник. Конечно, он следит за собой и говорит всё правильно, но он эгоист. Он привык к дорогим девушкам по вызову, которые лижут ему ступни, если он этого хочет. Ему трудно помнить, что нужно не только давать, но и получать, когда он с женщиной, которой не платит. И, как я уже сказала, они оба всё ещё притворяются друзьями. В какие игры играют мужчины!

«Альбия, как ты думаешь, есть ли вообще смысл спать с другим мужчиной, если ты помолвлена и собираешься выйти замуж? Зачем вообще помолвка, если ты хочешь спать с кем попало?»

«Многие женщины постоянно этим занимаются. Им нужна власть, деньги, которые им принесёт брак, и волнение, которое приносит любовник. В этом нет ничего особенного. Не скромничай, Никола».

Ник подошёл к столу Джона и сел в его большое, удобное кожаное кресло. Сидя за его внушительным столом, она почувствовала себя увереннее. Она взяла ручку и постучала ею по прекрасному клёну. Она вспомнила, как Линус Вулфингер делал то же самое, пока все не захотели его задушить. Она постучала ручкой ещё раз, потом ещё раз. Заметив раздражение на лице Альбии, она спросила: «Ты распускала слухи о том, что я сплю с Эллиотом Бенсоном?»

«Конечно, нет. Это было общеизвестно».

«Понятно. Как странно, что я не знал. Я знаю, что это ты написал мне письмо, якобы от Клео. Это не мог быть кто-то другой, и ты также очень подробно написал о Мелиссе».

Альбия стояла в обрамлении этого прекрасного окна, окруженная солнцем. Она выглядела могущественной, неземной, её осанка и наклон головы были такими же, как у Джона.

Ник внезапно почувствовал во рту привкус кислой желчи. Он был похож на страх, страх перед этой женщиной, которую все считали изящным созданием, которым восхищались.

и уважаемая, женщина, которая сама по себе была могущественной. Они не видели в Альбии Ротман человека, который мог бы начать свою взрослую жизнь с убийства. Ради Джона, ради своего младшего брата, которого она обожала.

«Я ничего тебе не писала, Никола».

Ник пока отпустил ситуацию. А чего она ожидала? Признания?

После минуты молчания она сказала: «Не могу поверить, что Клео когда-либо спала с Эллиотом Бенсоном. И с Тодом Гэмболом. Она любила Джона».

«О, но Клео была маленькой шлюхой. Джон не поверил мне, пока я наконец не показала ему фотографии, которые сделал частный детектив, на которых она и Эллиотт уютно устроились в его маленьком домике на острове Крейн. Это же всё частное, понимаешь, ближайший сосед живёт в добрых полумиле отсюда. Могу добавить, что и он, и Джон пользовались этим домом. Если у них случайно оказывалась женщина друг друга, они обязательно оставляли небольшой знак, небольшой след. Может, ты там была, Никола?»

Ник покачала головой. «Не могу поверить. Я знала её. Мне очень нравилась Клео.

Она любила Джона, я в этом уверена». Она поняла, что их разделяет всего пятнадцать футов. Она сказала: «Албия, пора признаться, что ты написала мне письмо, что ты выдумала то признание в дневнике, чтобы спасти меня, заставить меня уехать из Чикаго и расстаться с Джоном. Ты сделала это, чтобы помочь мне, не так ли? Пожалуйста, скажи мне.

Ты хотел защитить меня, не так ли?

Альбия пожала плечами. «Да, ладно, теперь нет смысла врать. Да, я написала тебе письмо, несмотря на всё его благодеяние. Ты вернулась и теперь хочешь, чтобы все заплатили. Джон не пытался убить тебя, Никола».

Сердце Ника колотилось так громко, что она была уверена: Альбия наверняка услышит его, что Альбия, должно быть, знает, что она так напугана, что готова обмочиться. Слова сами собой вырвались, она не могла их остановить. «Если это был не Джон, то это была ты, Альбия?»

Идеально изогнутая бровь поднялась на добрый дюйм. «Я? Боже мой, нет».

«Вы наняли кого-то, чтобы тот попытался меня сбить и поджечь мою квартиру вместе со мной».

«Но мне приходит в голову мысль, что, возможно, именно вы поджегли свою собственную квартиру».

Ник не смог сдержать смеха. «Это идиотизм».

Альбия пожала плечами. Она отступила на шаг, прислонилась к окну, скрестив руки на груди. Её взгляд был слегка удивлен. «Значит, это твой любовник пытался тебя убить. Это был Эллиот Бенсон. Я ему звонила, понимаешь. Он всё мне о тебе рассказал, сказал, что бедный Джон снова выбрал не ту женщину. И он рассмеялся, очень довольный смех».

«Альбия, кто убил Клео?»

«Тод Гэмбол. В конце концов, это он сбежал, не так ли? Как я уже говорил, Клео была шлюхой. Джон всегда был таким невинным, таким доверчивым, таким ничего не подозревающим. Говорят, люди всегда ищут одного и того же человека.

Снова и снова, неважно, насколько этот человек плох. Джон — классический пример. Мелисса, Клео. А потом он выбрал тебя, и посмотри, что ты сделала.

«Я ничего не сделал, Альбия. Ты что, наняла того же человека, который приехал в Лос-Анджелес, чтобы убить меня, разъезжая на «Харлее»?»

«Я так устал от всей этой ерунды, Никола. Всё это скоро пройдёт.

Джон не убивал Клео, он не пытался убить тебя, и я тоже. Я хочу, чтобы ты ушла сейчас же. Я искренне считаю, что тебе следует уехать как можно дальше. Я сделал всё возможное, чтобы увезти тебя отсюда. Тебе нужно снова уехать, Никола.

«Нет, на этот раз я остаюсь, Альбия. Я хочу знать, кто пытается меня убить».

Альбия на мгновение окинула взглядом свой красивый маникюр. «Ты не очень-то умна, учитывая твоё образование. Я понятия не имею об этом. Однако вчера вечером, на том нелепом ужине, который вы устроили со своими друзьями из ФБР, я видела, как вы с этим агентом смотрели друг на друга. Ты уже завела себе другого любовника. Джон тоже это видел. Он знает, что ты спишь с этим федеральным копом. Это очень печально, Никола. Ты совершенно не достойна такого замечательного человека, как Джон Ротман».

«Вероятно, с твоей точки зрения, ни одна женщина не достаточно хороша для него, Альбия».

«Ну, это, наверное, правда. Я заботилась о нём с тех пор, как умерла наша мама».

«Я задавался вопросом, действительно ли твоя мать умерла случайно?»

«Какие нелепые вещи ты говоришь. Ты всего лишь маленькая сучка с длинным языком. Я рада, что ты скоро исчезнешь из нашей жизни. И ты исчезнешь, так или иначе». С этими словами Альбия прошла через комнату, прижала палец к одной из панелей стены и наблюдала, как она бесшумно открывается. А затем она исчезла, просто так, не сказав больше ни слова.

Ник смотрел на эту пустую стену. Что собиралась сделать Альбия? Придумать, как убить её снова? Очевидно, она не могла сделать это здесь, не когда так много людей поблизости. Она не была глупой. Где тот человек, которого она, должно быть, наняла? Сердце Ника всё ещё колотилось. Она чувствовала, как над левым глазом нарастает головная боль. Пора было позвать Шерлока, пора увидеть Дейна, рассказать ему всё, что сказала Альбия, а это было совсем немного, если не считать всей этой ерунды про Эллиота Бенсона.

Но сначала ей хотелось увидеть, что находится за этой скрытой панелью. Она подошла к стене, нашла почти плоскую кнопку и нажала её. Панель бесшумно открылась. Примерно в шести футах от неё шёл тусклый проход, который резко поворачивал направо. Ей хотелось узнать, куда ведёт этот поворот, но она ни за что не пойдёт туда. Они с Шерлоком проверят это вместе. Она повернулась, чтобы нажать кнопку панели, когда большая рука с силой зажала ей рот. Она сопротивлялась, но…