Миа надела всю свою зимнюю одежду, собралась с духом и направилась к главному спортивному зданию, где ей удалось записаться на прием к одному из двух тренеров по лакроссу в Беннингтоне, который проработал там достаточно долго и успел потренировать Алекса Харрингтона и Кента Харпера.

Ей пришлось пройти через секретаря отдела и студента-стажера, прежде чем ее проводили в небольшой кабинет мистера Ходжа Виликера, окна которого выходили на теннисные корты.

Он был крупным мужчиной, лет пятидесяти, всё ещё подтянутым и подтянутым, очки в чёрной оправе сдвинуты на лысину. Он лучезарно улыбнулся ей, с энтузиазмом поздоровался, пожал ей руку. Миа представляла, что ему редко доводилось быть в центре внимания в Беннингтонской подготовительной школе, а теперь он встречался с репортёром, которому было интересно писать о нём и о лакроссе, потому что шестнадцать лет назад он тренировал Алекса Харрингтона.

Миа знала, как всё устроено. Она похвалила его за призы по лакроссу, которые увидела, войдя в здание, полюбовалась его семьёй на фотографиях на столе. Она позволила ему помочь ей снять пальто, отказалась от чашки кофе и устроилась поудобнее. «Я смотрела на учеников и думала, неужели я когда-то была такой молодой».

Он рассмеялся. «Ты ещё молодой росток. Представь, что я чувствую в моём возрасте».

Она улыбнулась и наклонилась вперёд. «Как я уже говорила вам по телефону, тренер Уиликер, я пишу биографическую статью о кандидате в мэры Нью-Йорка Алексе Харрингтоне. Вы были его тренером, когда он учился в Беннингтоне. Возможно, вы помните, что тренировали и его лучшего друга, Кента Харпера, тоже из Бостона?»

Виликер лучезарно улыбнулся. «Ага. Это были одни из лучших лет в Беннингтоне, годы чемпионства, благодаря им, особенно Алексу. Я знал, что этот парень многого добьётся. Я рад, что он баллотируется в мэры Большого Яблока».

Итак, мисс Бриско, что именно вы хотели бы узнать об Алексе?

«Могу ли я это записать, сэр? Я хочу быть уверена, что всё абсолютно точно». По его кивку она включила свой iPhone. «Я надеялась, что вы расскажете мне о своих впечатлениях о нём — о его привычках, сильных сторонах, дружеских связях и всё такое. Всё, что придёт вам в голову о нём и Кенте, своими словами. Знаю, что прошло много времени, но, похоже, у вас остались тёплые воспоминания о них обоих. Если понадобится, я задам вопросы».

Он кивнул, наклонился к ней, сцепил свои большие руки на столе. «Я помню, Кент и Алекс были лучшими друзьями, умными мальчиками из лучших семей. Оба в то время увлекались компьютерными играми, каждую свободную минуту – ну, вы понимаете, мальчишки – но оба были очень популярны, как среди мальчиков, так и среди девочек». Подмигнул. «Алексу что-то было нужно, он этого добивался».

«А Кент?»

«Кент был более рассудительным из них двоих, возможно, более осторожным, но Алекс с головой окунулся в это дело, всегда стремясь к победе. Кент, возможно, первым нырнул в это дело, если вы понимаете, о чём я. Пожалуй, я бы сказал, что Кент был скорее младшим партнёром в их дружбе, но, опять же, это было давно, и мальчики становятся мужчинами и меняются. Я помню, что Алекс был превосходным спортсменом и одним из самых конкурентоспособных учеников, которых я когда-либо встречал. Помню, что в лакроссе он всегда…

Он брал инициативу в свои руки, никогда не сдавался на поле; для него было достаточно только победы. Конечно, это передалось и его товарищам по команде, и именно поэтому мы выиграли те чемпионаты.

Насколько я помню, товарищи по команде восхищались Алексом и Кентом за их мастерство и стремление к победе. Но, пожалуй, стоит сказать, что Кент не был таким уж дерзким, — он откашлялся. — Я не совсем это имел в виду. Алекс был… есть… как я уже говорил, прирождённым лидером, вот и всё, что я имел в виду.

«Конечно. Алекс ведь был капитаном команды по лакроссу и в предпоследнем, и в выпускном классе, верно?»

«Да, ну, его назначили капитаном на предпоследнем курсе только потому, что капитан выпускного класса, Джордан Джефферс, попал в автомобильную аварию и не смог играть». Виликер покачал головой. «Ужасный случай, я помню отчётливо: водитель сбил его и скрылся с места происшествия, мальчик остался на обочине. Он мог бы погибнуть, если бы его не нашёл бегун. Сломанная рука, сломанная нога, внутренние повреждения, бедный ребёнок. Чудо, что он выжил».

Твоя работа, Алекс? Потому что у него было то, что тебе было нужно?

Миа записала имя Джефферса.

«Ты помнишь, Джордан и Алекс были друзьями?»

«Конечно, были. Помню, Алекс и младшая сестра Джордана какое-то время дружили… извините, не помню её имени, слишком давно не виделись».

«Не волнуйтесь. У вас потрясающая память, тренер.

Значит, после того, как сын Джефферса получил травму, Алекс стал капитаном?

Тренер кивнул. «Я помню, как усердно он тренировался с тренерами в тренажёрном зале, чтобы развить силу и выносливость, и как он поощрял своих товарищей по команде делать то же самое. Именно благодаря этому, а также его непреклонному лидерству, мы выиграли те чемпионаты».

Миа спросила: «Знаете ли вы еще каких-нибудь девушек, тренер?

Для Алекса и Кента?»

Виликер постучал себя по виску. «Подружки… извините, невозможно вспомнить детские романы из…

Шестнадцать лет назад. Я помню только сестру Джордана из-за несчастного случая. Конечно, были и другие девушки, ведь и Алекс, и Кент пользовались популярностью. Я помню, что мальчишки всегда были дружны как две капли воды, всё делали вместе.

Миа спросила: «И это, без сомнения, включает в себя и свидания?»

«Ну, возможно, но даже тогда дети, похоже, предпочитали выходить на улицу группами. Это единственное, что не изменилось».

Миа провела небольшое расследование по пропавшим девочкам из подготовительных школ и наткнулась на золотую жилу. Она спросила: «Помнишь Терезу Джейкобс? Она исчезла в выпускном классе?»

Виликер почесал лысину, сбил очки, схватил их и водрузил на лоб. «Конечно, теперь ты называешь её имя. Кажется, она училась в том же классе. Поднялся настоящий переполох; ходили слухи, не подтверждённые ничем, что она употребляла наркотики и сбежала, что было довольно распространённым явлением, но не здесь, не в Беннингтоне. Местная полиция Гленбриджа так и не смогла ничего найти, иначе я бы об этом узнал. Это было печально, напугало всех детей и родителей».

Миа сказала: «Ты случайно не помнишь, знал ли ее Алекс?

Если бы с ним поговорила полиция?

Виликер выглядел удивленным, но спокойно сказал: «Ну, полиция поговорила со всеми, включая меня, даже с диетологом, мисс.

Басби. Никто ничего не знал. Конечно, Алекс её знал, она была капитаном женской команды по лакроссу — ещё одна причина, по которой она не притрагивалась к наркотикам. Она была спортсменкой. Её родители — представьте: не знать, что случилось с твоим ребёнком? Прожить всю жизнь, ничего не зная? Помню, после исчезновения Терезы я очень бережно держала своих детей.

«А Тереза и Алекс встречались?»

Тренер покачал головой. «Не помню. Это было шестнадцать лет назад…» Он постучал себя по лбу. «Старые мозги».

Миа вытащила из сумки две фотографии, которые Дирк обработал, и положила их на стол Виликера. «Ты

Узнаете кого-нибудь из этих мужчин?

Виликер снял очки в чёрной оправе и внимательно изучил две фотографии. Он спросил: «Эти ведь старые, да?»

«Да, семь лет».

Она видела, что он хочет помочь, но в конце концов покачал головой. «Простите, мисс Бриско, но мне трудно разглядеть их черты, поскольку они не смотрят в камеру, видны лишь фрагменты их профилей, и они немного размыты. Не понимаю, почему именно эти фотографии так важны для статьи, которую вы пишете об Алексе Харрингтоне».

Миа затаила дыхание и указала пальцем. «Потерпите. Видите выемку на ухе этого мужчины? Как будто он ушибся, может, играл в спорт?»

Тренер приблизил фотографию. Медленно кивнул. «Вижу, похоже, травма зажила много лет назад. Я видел много таких случаев, когда мальчика бьют по уху клюшкой для лакросса».

«Вы помните, был ли Алекс Харрингтон когда-нибудь травмирован?

Такая травма?

«На самом деле, да. Это было ещё на третьем курсе, до того, как капитан, Джордан, получил травму. Он случайно ударил Алекса клюшкой для лакросса. Я так хорошо помню его травму, потому что именно я отвёз его к нашей медсестре».

«Скажите, чем сейчас занимается Джордан Джефферс?»

«Почему вы хотите узнать о Джордане Джефферсе?»

«Опять же, тренер, просто хочу быть внимательным».

«Джордан больше никогда не играл в лакросс, но он закончил учёбу, вероятно, поступил в какой-нибудь колледж Лиги плюща, без сомнения, как и большинство студентов Беннингтона. Я слышал, что сейчас с ним всё в порядке, он живёт в Монпелье, управляет семейной сетью ресторанов». Он помолчал, указывая на фотографию. «Вы думаете, этот человек — Алекс? Какое вам дело? Кому это вообще нужно?»

Миа пожала плечами. «Просто немного интереса, вот и всё. Раз уж ты знала его очень хорошо четыре года, я решила спросить».

«Это мог быть Алекс, но, мисс Бриско, вы должны показать это Алексу, а не мне». Он выпрямился на стуле, внезапно напрягшись, глаза его сузились. «Подождите. Зачем вы показали мне это фото? Какое это имеет значение, если Алекс Харрингтон порвал мочку уха? Такая незначительная травма, конечно же, не может иметь значения для вашей статьи».

Миа широко улыбнулась ему. «Его друг показал мне фотографию, его звали Бенни Холмс, и он сказал, что был на отличной вечеринке с Алексом, что-то отмечал, он не мог вспомнить, но кто-то сделал эту фотографию, и он её сохранил. Прежде чем использовать её, я хотел убедиться, что это действительно Алекс».

У Виликера появились подозрения. Она не могла его винить, она действовала слишком грубо. Но она добилась своего. Пора собирать палатку и отправляться домой. Миа убрала планшет обратно в сумку, сунула телефон в карман пальто и встала. Она быстро накинула пальто.

«Не буду больше отнимать у вас время. Спасибо, тренер Виликер, вы добавили глубины, несколько интересных деталей, которые я смогу использовать в своей статье. Когда увижу Алекса, скажу ему, что разговаривал с вами, и передам, как тепло вы его помните».

Эта похвала смягчила его настолько, что он пожал ей руку.

Миа вернулась в путь и через несколько минут отправилась в Нью-Йорк. Теперь она могла сдержать обещание, данное Пилар Каплан, административному ассистенту, с которой она разговаривала в Гарварде, когда заезжала туда поговорить с преподавателями Алекса. Не было нужды называть своё имя кому-либо в качестве свидетеля. Пилар была почти уверена, что на фотографии Алекс, утверждала, что узнала его старый браслет, и говорила, что он никогда его не снимал. Теперь Миа знала, что мочка уха Алекса Харрингтона была оторвана клюшкой для лакросса, когда ему было шестнадцать.

Ты ведь починил его гораздо позже, да, Алекс? Почему?

Это было, когда ты взял на себя управление семейным бизнесом в Нью-Йорке? Она могла найти врача, который вылечил ему мочку уха, если он это отрицал, а Томми Мейтленд мог получить отчёт полиции о Терезе Джейкобс, девушке, пропавшей в Беннингтоне, точно так же, как Серена сделала это на рейве в Delta Rho Phi.

OceanofPDF.com

27

Оливия

Безопасный дом

В среду вечером

Гейлин сидел за потрепанным столом на старой кухне, которая выглядела старше его самого, и пил кофе. Он посмотрел на Оливию, которая расхаживала взад-вперед по маленькой кухне, затем остановился у стойки, уставившись на коробку с лазаньей, словно пытаясь понять, что с ней делать, и снова начал расхаживать.

Гей вернулся на дежурство в конспиративной квартире час назад и оставался с Оливией до восьми утра, пока его снова не сменила Сью Линг Смит. Он непринужденно сказал: «Хотел бы я, чтобы ты перестал ходить взад-вперед, это меня нервирует, и не смотрел в окно, не задергивай шторы. Сью Линг сказала мне, что агент ФБР поручил тебе обзванивать всех, кого вы с Майком когда-либо встречали, и спрашивать, не видели ли они Майка. Звучит как пустая трата времени, если хочешь знать, суета, чтобы не торчать на улице. Мне кажется, это немного сводит тебя с ума. Не хочешь рассказать мне о визите к психотерапевту вместе с агентом Савичем?»

«Нет», — сказала она и бросила ему яблоко, затем взяла одно себе и откусила.

«Спасибо за яблоко», — сказал Гей, вытер его рукавом и указал на пасту. «Значит, на ужин у нас будет лазанья?»

«Лазанья? Хм. Возможно. Ты ел тако с Рут в кафетерии ФБР? Боли в животе из-за отравления едой, которую использовали ФБР?»

«С кишечником всё в порядке. Для тако оно было вполне съедобным. Мне нравится Рут. Она умная, настоящая целеустремлённая. Ты знаешь, что у неё есть пасынок, который стал известным бейсболистом? Он учится в Вирджинском политехническом университете по стипендии? Она сказала мне, что он привёз туда региональный чемпионат. Так ты сделал звонки, которые тебе велела сделать агент Савич? Полагаю, ты ничего не узнал?»

Она криво усмехнулась. «Ну, один из товарищей Майка по футбольной команде рассказал мне, что видел Майка, выходящего из бара «Sunny’s» в Тайсонс-Корнер пару дней назад».

«Идиот. Майк бы не стал терпеть драку в «Санни», там по всем телевизорам баскетбол, а не футбол».

«Согласен. Думаю, он сказал мне это, потому что теперь разведён и хотел пригласить меня на свидание. Думаю, ты прав, агент Савич просто хотел чем-то меня занять. Он не мог ожидать, что кто-то из этих людей расскажет мне что-то новое. Гей, ты всё ещё проверяешь Лэнгли, и я знаю, что у тебя есть свои источники. Есть ли у кого-нибудь ещё идеи, где может быть Майк?»

Гей покачал головой. «Знаешь, я бы тебе рассказал, если бы что-то знал». Он с минуту смотрел на неё. Она перестала ходить, налила себе стакан воды, но всё равно выглядела так, будто готова была вот-вот выпрыгнуть из своей шкуры. Конечно, она боялась за Майка, за себя, но было ещё кое-что.