Подожди. Подожди. «Снимай камеру девять, быстро! Старушка, вон там! Снимай камеру!»

«Стой, вот здесь. Это она — остановилась у памятника Нельсону.

Ладно, теперь вперёд, на полскорости». Вокруг него столпились трое агентов. Они

Увидели, как старушка держала в руке, затянутой в перчатку, плоский свёрток, размером примерно 15 на 20 сантиметров. Если бы не присматриваться, то и не заметили бы. Они наблюдали, как она прижалась к памятнику Нельсону, замерев на долю секунды.

«Увеличь!» — указал Джон. Она засунула пакет в небольшую щель.

После этого они ее уже не видели, так как мимо нее проходили люди, загораживавшие обзор.

«Зафиксируйте её, полностью!» — крикнул Джон. «Распознавание лиц! Быстрее!»

Усовершенствованная система NCG сфокусировалась на сильно напудренном лице пожилой женщины. Программа сопоставляла сотни лиц рядом с лицом пожилой женщины. Затем она остановилась, сузила её щёки, убрала тугие седые кудри и шейный платок. И вот перед ней оказался Насиб Бахар, беглец, разыскиваемый алжирцами.

Бинго.

Агент, стоявший рядом с ним, сказал: «Джон, это Мэри Энн и Сеси!»

«Знаю», — прошептал он. «Знаю».

Джон наблюдал, как Бахар садится рядом с улыбающейся Мэри Энн. Неужели он собирался взорвать их всех, включая себя? Нет, он был оперативником. Он не собирался сжигать себя в процессе. Он был здесь, чтобы установить взрывчатку и сбежать. Сколько ещё пакетов он разместил по всему собору? Джон разместил их все, чтобы отследить шаги Бахара на видеозаписи. Они насчитали целых восемь пакетов.

Что, если он ошибается? Что, если Бахар останется и взорвёт себя, сидя рядом с Мэри-Энн и Сеси? Он никогда в жизни не испытывал такого страха. Ему нужно было принять решение. И тут старушка поднялась. Она молча стояла, глядя на алтарь, на купол, и улыбалась. Она вошла в неф и медленно прошла мимо нескольких опоздавших обратно ко входу.

Джон и полдюжины агентов выбежали из диспетчерской, Джон кричал в свой коммуникатор.

26 ФЕДЕРАЛ ПЛАЗА

НЬЮ-ЙОРК

Понедельник

Джентльмен Грей Уортон открыл на экране своего компьютера фотографию из International Herald Tribune . «Это шейх Тамин бин Рашид аль Амуди. Он богат нефтью, и к нему относятся как к королевской особе всякий раз, когда он приезжает в Лондон, что случается часто, потому что он тратит немерено. Судя по тому, что мне пока удалось найти, он именно тот, кем кажется: стареющий плейбой, который настолько богат, что у него не один, а целых три самолета». Грей перевернул фотографию. «С ним под руку леди Памела Сандерсон, дочь барона Пембрука. Они едут на светскую вечеринку после премьеры нового фильма о Джеймсе Бонде».

Шерлок всматривался в самодовольное лицо шейха, в его тёмные глаза, не видящие ничего, кроме его собственных желаний. «Нет, не он, слишком старый, слишком заметный, слишком…»

Доволен всем своим богатством и тем, что оно ему приносит. Что он делает с тремя самолётами?

«Не сказано, но у него большая семья. Наверное, нужно заботиться о том, чтобы путешествующие родственники были довольны». Грей показал следующую фотографию и указал на мужчину. «Вот британский мусульманин, доктор Аббас Ганбари, профессор Университета Сент-Эндрюс. Дама рядом с ним — дочь виконта Плезанса. Посмотрите на него — сутулится, в очках, редеющие волосы, старый. Он выглядит слишком уравновешенным и довольным, не совсем вписывается в образ».

Грей показал ещё одну фотографию. «Думаю, следующая — наш лучший вариант…

Доктор Самир Басара, 37 лет, гражданин Англии, известный эксперт по международной экономике, профессор Лондонской школы экономики. Он алжирец, его отец владеет там большим виноградником. Самир вырос в богатой семье, покинул Алжир в 18 лет, чтобы учиться в Сорбонне в Париже.

затем отправился в США, в Беркли, где защитил докторскую диссертацию по экономике, уделяя особое внимание Ближнему Востоку».

Кэл сказал: «Это странно. Келли, Шерлок и я смотрели его выступление вчера вечером на BBC. В общем, он сказал, что мы разделяем вину за атаки на аэропорт имени Кеннеди, Сент-Патриса и TGV. Не такая уж и удивительная позиция, учитывая, где он получил образование».

Келли всмотрелся в лицо Басары. «Посмотрите на его глаза, ребята, они почти непроницаемы, они не выдают ни его мыслей, ни его чувств. А этот костюм, наверное, стоит больше, чем я зарабатываю за месяц. Он выдаёт себя за богатого западного интеллектуала. Откуда у него деньги? Из семьи?

Ближневосточные авторы? Если он правда летает на частном самолёте, то речь идёт о больших деньгах. И эта великолепная блондинка с ним…

«Леди Элизабет Маргарет Палмер, дочь одиннадцатого графа Кэмдена, — сказал Грей, отрываясь от печатания. — Она — популярная светская львица, а её отец — уважаемый банкир в Лондоне. Леди Элизабет окончила Оксфорд после возвращения из Швейцарии, ведёт активную светскую жизнь. Таблоиды утверждают, что её младший брат — кокаиновый наркоман».

«Леди Элизабет Палмер», — повторила Келли её имя. «Вы только посмотрите на эту улыбку, которой она лучезарно улыбается Басаре? Да, Грей, сосредоточься на нём. Держу пари на свои гольфы с Розовой Пантерой, что доктор Самир Басара — наш стратег».

Шерлок кивнул. «Теперь наша задача — это доказать. Грей, ты нашёл записи его коммерческих рейсов?»

На самом деле, Басара уже много лет не летал коммерческими рейсами, по крайней мере, судя по его имени, а это значит, что он летает на частном самолёте. Итак, доктор Самир Басара владеет двухлетним Gulfstream и держит его на юге Англии, недалеко от Фолкстона.

«Не думаю, что вы, э-э, рискнули обратиться в Управление гражданской авиации, знаете ли, эквивалент Федерального управления гражданской авиации в Великобритании, чтобы узнать, подает ли добрый доктор Басара планы полетов?»

«Я иду в ИКАО, Международную организацию гражданской авиации.

Любые полеты в международном пространстве регистрируются через них».

Келли спросил: «Закери хочет знать, чем ты занимаешься?»

«Возможно. Как и ты, я всегда ему всё рассказываю», — сказал Грей, не поднимая глаз. «Хорошо, посмотри. У самолёта есть несколько планов полётов — в Париж, Мюнхен, Рим — большинство из них могут быть короткими поездками в отпуск или командировками в другие университеты. Никаких поездок в сомнительные места, вроде Сирии или Ирана».

Все смотрели ему через плечо, пока он прокручивал страницу. «Кажется, он раз в год ездит в Алжир на Рамадан». Он посмотрел на них. «Ну, посмотрите-ка. На прошлой неделе он летал в Бостон, пробыл там два дня, а потом вернулся в Лондон».

Келли сказал: «То есть он был здесь не только тогда, когда семья Конклинов прилетела, но и когда предполагалось, что церковь Святого Патрика будут бомбить. Он выглядит всё лучше и лучше».

Кэл сказал: «Можете быть уверены, он не подаёт планы полётов для всех своих поездок. Это означало бы, что его пилот замешан. Можно узнать его имя, Грей?»

«Подождите-ка. Я смотрю на его семью в Алжире». Он огляделся, поднял взгляд. «Ну, посмотрите-ка на это. Его деда звали Эркюль».

Шерлок вскинула кулак в воздух. «Да!»

Кэл сказал: «Келли, тебе нужно позвонить своему коллеге в МИ5. И ещё кое-что…

Шадиду и Кензе понадобится защита. У меня такое чувство, что, как только Басара узнает, что мы его разоблачили, он может попытаться их убить.

Келли взяла телефон и набрала номер. «Джон? У меня для тебя что-то есть?»

Что? Что ты сказал ? Подожди, я сейчас включу громкую связь.

Джон Эйзерли звучал громче, чем воздушный змей, но в его голосе слышался странный страх. «Мы чуть не потеряли Святого Павла. Это было близко, слишком близко, но мы успели вовремя. Это разыскиваемый террорист по имени Насиб Бахар. Моя жена и моя дочь…

Они были в церкви Святого Павла на светской свадьбе вместе с сотнями представителей высшего общества. Если бы меня не назначили туда в качестве дополнительного охранника, если бы я случайно не сфотографировал свою жену, когда он закладывал пакет C-4 у памятника Нельсону, мы бы его ни за что не остановили. Он был одет как нарядная старушка – невероятная маскировка.

«Джон, пригласи Мэри Энн сегодня вечером куда-нибудь в действительно особенное место и отпразднуй.

Поздравляю».

«Вряд ли это будет что-то особенное, ведь с нами будет наш ребёнок, и поверьте, Сеси может кричать на весь зал. Ну, разве что как слабак или как Спуду».

Смех, а затем Келли сказал: «У меня тоже для вас отличные новости. Кажется, мы идентифицировали Стратега как доктора Самира Басару, гражданина Великобритании».

В последнее время он фигурировал в ваших газетах как сопровождающий леди Элизабет Маргарет Палмер.

«Ты, должно быть, шутишь. Я знаю этого парня, видел его на BBC, в шоу Роланда Аттерли. Леди Элизабет Палмер? Она была здесь на свадьбе. Она всё ещё внутри, ждёт интервью. Дай-ка я её позову.

Спасибо. Я твой должник.

Келли знала, что никогда не помешает иметь при себе одолжение. Она лучезарно улыбалась всем: «Сент-Пол выжил, и теперь мы в деле».

Уайверли Плейс

ЛОНДОН

Понедельник

Геркулес не отрывал взгляда от горизонта и смотрел на собор Святого Павла.

Где клубы дыма? Но он знал, что больше не может отрицать, что Бахар, должно быть, потерпел неудачу. Собор Святого Павла должен был взорваться как минимум двадцать минут назад. Он включил телевизор и повернулся, услышав BBC.

Перерыв на репортёра, стоящего возле собора Святого Павла, с новостью о попытке взрыва, а затем они переключились на видео, явно снятое на мобильный телефон прохожего, но достаточно чёткое. Агенты МИ5 вытаскивали пожилую женщину из церкви Святого Павла.

В церкви Святого Павла. Она боролась, пытаясь вырваться, когда её парик слетел. Он уставился на Бахар. Он наблюдал, как гости, приглашенные на свадьбу, выходили из церкви Святого Павла следом за ними. Большинство старались сохранить своё английское достоинство, но некоторые кричали и указывали на Бахар, а затем раздался резкий голос мужчины в тёмно-синем костюме, который крикнул им, чтобы они усадили его в ожидающий фургон. Что случилось? Они, должно быть, видели, как Бахар заложила один из пакетов с C-4 в выбранное Эркюлем место.

Трудно поверить, ведь Бахар был непревзойденным профессионалом. Это был очередной провал. Ему было трудно дышать, но он заставил себя успокоиться. Он знал, что Бахар никогда его не выдаст. Они работали вместе почти шесть лет, братья по оружию в джихаде, или, по крайней мере, Бахар так думал. Эркюля меньше волновала потеря Бахара, чем миллионы фунтов, которые не будут переведены на его счёт в Цюрихе за убийство лорда Харлоу.

Его мобильный завибрировал. Элизабет? Он схватил телефон со стола и посмотрел на имя, заполнившее экран – это был имам. Почему старый дурак звонит ему на личный номер, а не на одноразовый? Это было давнее соглашение между ними. Неужели старик наконец-то сошел с ума? Он

Он не ответил, это было бы верхом глупости. Потом он понял, что дело сделано: имам уже позвонил. Он даже не пытался скрыть раздражение. «Зачем вы звоните мне на мой частный номер?»

Голос имама звучал старо и испуганно, дрожал. «Агенты МИ-5 ворвались в мой дом. У них есть ордер, и они всё проверяют.

Они хотят допросить меня. Меня , Эркюля! Они говорили о Мифсуде — твоем мальчике.

— они обвинили меня в том, что я послал его убить того агента ФБР и Бахара взорвать собор Святого Павла. Они злорадствовали. Ты слышишь меня, Эркюль?

Они злорадствовали!

«Они всё конфискуют! Я сказал им, что мне плохо. Я в ванной, агенты за дверью. Они не заметили, что у меня есть мобильный, потому что я разбил свой телефон, когда они вломились ко мне, и не подумали поискать другой. Эркюль, что мне делать?»

Сердце Басары билось так же бешено, как и у имама, но он сохранял спокойствие и холодность в голосе. «Возьми себя в руки, старик. Мы всегда следили за тем, чтобы против тебя не нашлось никаких улик. У тебя нет никаких бумаг, никаких компьютерных файлов, которые могли бы обвинить тебя или кого-то из наших знакомых». Старик молчал, и Эркюль воспринял это как удар под дых. «У тебя есть какие-нибудь улики дома?»

«Нет, нет, я всегда был очень осторожен. Я не лгал. Всё надёжно спрятано в другом месте».

Тогда чего же он так испугался? Ах, вот оно что, старый дурень. «Значит, у тебя в мечети есть компромат?»

Тишина, а затем сдавленное: «Да, но они не смогут получить ордер на обыск мусульманского места поклонения. Это самое безопасное место, которое я смог придумать».

После попытки бомбардировки их драгоценного собора Святого Павла им не составило бы никакого труда даже получить ордер на обыск под драгоценным молитвенным ковриком имама. «Какие именно записи? Бухгалтерские книги, наши платежи, квитанции? Там упоминаются имена? Моё имя?»

«Да! Некоторые имена, но не твоё собственное, не имя Самир Басара».

Старый дурак, ты оставил им ключи от всего, в своей собственной мечеть.

«Эркюль, они приказывают мне выйти. Мне нужно поторопиться, иначе они выломают дверь».

Эркюль услышал стук в дверь ванной имама. Он закричал: «Разбейте мобильник! Сейчас же! Молчите. Всё будет хорошо». Вот это была чистейшая ложь. Эркюль услышал, как распахнулась дверь, услышал мужские голоса.

Мобильный телефон отключился.

Имам успел уничтожить мобильный телефон до того, как его забрали агенты. Впрочем, это не имело значения. МИ5 найдёт все необходимые доказательства в мечети, вероятно, прямо за массивным столом имама из красного дерева. Он должен был это знать. Как бы ни был сдержан и ненавязчив имам на людях, он никогда…

Он совсем не контролировал свою речь на родине, в своей любимой мечети. Он думал, что там он неуязвим. Теперь он будет расплачиваться за свою глупость в тюрьме. Скатертью дорога, старый негодяй.

Эркюль отпустил эту мысль. Он гордился своим умом и понимал, что его жизнь доктора Самира Басары тоже близка к концу. Сколько времени пройдёт, прежде чем бумажная цепочка имама приведёт их прямо к нему? Неделя? Месяц? Дни?