Савич говорил спокойно, ровно. «Мне нужно, чтобы вы сказали мне, если кто-то из вас причинил кому-то вред, разозлил или ранил кого-то, кто мог бы иметь причину напасть на вас или вашу семью». Он видел, что они растеряны, знал

Они решили, что у Уолтера случился какой-то припадок. «Расскажите мне поподробнее», — сказал он. «У вас есть конфликт с кем-нибудь, Уолтер? С мистером Гивенсом?» Он кивнул в сторону миссис Гивенс и Лизы Энн.

Лиза Энн открыла рот, затем покачала головой.

Савич наклонился к ней: «Что, Лиза Энн?»

«Это просто пришло мне в голову, но это глупо. Тэнни Элкотт сказала, что ненавидит меня.

Однажды она нарочно ударила меня футбольным мячом за то, что я на нее настучала.

«Что это было?» — спросила её мать. «Боже мой, Танни всего десять лет».

Савич спросил: «Что она сделала?»

«Однажды, когда я ходила в начальную школу, я была в туалете, и там была Тэнни, которая издевалась над другой девочкой. У неё была лейкемия, и её волосы только начинали отрастать из-за химиотерапии. Тэнни сказала, что не остановит меня, когда я её об этом просила, и я не могла её заставить, поэтому я рассказала об этом их учительнице, миссис Абрамс. Я обозвала её злобной маленькой ведьмой. Она посмотрела на меня таким странным взглядом и сказала, что накажет меня за это. Тогда она сказала, что ненавидит меня».

«Почему ты назвал ее ведьмой?» — спросил Савич.

«Все в Плэкетте знают, что Олкотты — ведьмы. Ну, миссис Олкотт говорит, что она викканка, так что, думаю, она неплохая ведьма».

Савич кивнул и повернулся к Уолтеру. «У тебя с кем-нибудь из Олкоттов что-нибудь подобное случалось, Уолтер?»

Уолтер покачал головой, но мистер Гивенс сказал: «Подожди, Уолтер, помнишь, как ты был в «Заливе» и подрался с Лиггертом Олкоттом?»

«Да, помню. В прошлом месяце я видел, как он ударил своего сына, Тедди, возле магазина кормов, и сказал ему прекратить это. Неделю спустя мы подрались в «Галф». Он был пьян, и помощник шерифа Льюис отправил его на ночь в тюрьму. Он отпустил меня, потому что все меня поддержали, и сказал, что Лиггерт был зачинщиком».

«Уолтер», сказал Савич, «Спарки Кэрролл когда-либо причинял вред Олкоттам каким-либо известным тебе способом?»

Уолтер задумался и покачал головой. «Простите. Агент Савич, я ничего не могу вспомнить. Мы с Брейки дружили всю школу. Мы со Спарки постоянно бывали в доме Олкоттов, когда были детьми. Никаких проблем никогда не возникало. Нам всегда казалось забавным, что Олкотты называют себя викканами. Мы со Спарки отдалились от Брейки, когда стали старше, вы знаете, как это бывает. У нас стало меньше общего».

Миссис Гивенс сказала: «Вот Лиггерт. Он старше и груб. Он ещё и жену бьёт, если верить тому, что я слышала от своих придворных дам».

Уолтер почти шёпотом сказал: «Спарки был одним из моих лучших друзей с самого детства. Как я мог убить его, агент Савич? И почему?»

Это был почти тот же вопрос, который задал ему Брейки.

ПЛАКЕТТ, ВИРДЖИНИЯ

Пятница вечер

Входная дверь дома Олкоттов распахнулась. «Брейки!»

Гриффин легко узнал Делию Элкотт по описанию Савича.

Она подхватила свою прозрачную юбку и подбежала к сыну, крепко его обняв. Она провела пальцами по его волосам, обхватила его лицо ладонями и спросила:

«Ты в порядке, Брейки? Ты помнишь, что случилось? Почему ты улыбаешься? Они доказали, что ты не убивал помощника шерифа Льюиса?»

Брейки положил руки на плечи матери, мягко отталкивая её назад. «Я ничего не помнил, но всё в порядке, правда. Оказывается, они не могут меня загипнотизировать, но всё равно позволяют мне вернуться домой. Агент Хаммерсмит привёл меня, и вот…» — он наклонился и подтянул штанину джинсов.

— «Мне придётся носить этот браслет на лодыжке, пока не выяснится, кто убил помощника шерифа Льюиса. Вот и всё. В противном случае я волен делать всё, что захочу», — сказал мне агент Савич.

Делия Эбботт перевела взгляд с браслета на лодыжке на Гриффина. Она взяла Брейки за руку. «Не показывай этот браслет никому, ладно, Брейки? Мы не хотим, чтобы люди болтали больше, чем уже говорят».

Делия Элкотт свирепо посмотрела на Гриффина. «Вы агент Хаммерсмит?»

«Да, мэм», — Гриффин протянул ей свои документы. «А вы — мама Брейки, миссис Элкотт».

«Да». Она подошла прямо к нему и вцепилась ему в лицо. «Почему на нём браслет на лодыжке? Думаешь, он убежит?»

«Нам нужно знать, куда он ходит, миссис Элкотт, вот и всё. У него проблемы с памятью, а убийца где-то рядом. Это нужно и для его же безопасности».

«Приведи его, Моргана. Я хочу увидеть мальчика, который привёл Брейки.

«И домой тоже», — раздался скрипучий старческий голос из-за спины миссис Олкотт.

Делия пристально посмотрела на Гриффина, а затем провела его мимо изящной деревянной входной двери с висящей на ней пентаграммой, через широкий порог, через который легко проехала бы инвалидная коляска, в большой вестибюль, где слабо пахло сладкими благовониями.

Гриффин увидел старушку, о которой ему рассказывал Савич. Мисс Луиза, но не Луиза Мэй. « Какая же она старая татарка !» – подумал он первым делом. Он посмотрел на её тёмные глаза с прикрытыми веками и на мгновение задумался, были ли у её покойного сына такие же глаза, как у неё. Он представился и пожал её руку, покрытую венами и артритом.

«Я думала, что тот, другой, был симпатичным мальчиком, но ты и правда красавчик, правда? Что думаешь, Моргана?»

Делия Элкотт нетерпеливо пожала плечами и открыла рот, но её прервал мужчина, которого Гриффин принял за Иону, вошедший в прихожую. Он замер.

«Ты вернулся, Брейки. Хорошо, что тебя выпустили. А ты кто?» Он пристально посмотрел на Гриффина.

Гриффин снова представился, показал свои документы. Миссис Элкотт представила своего второго сына. Пока Джона Элкотт смотрел на них, старушка выкатилась на середину гостиной, сделала аккуратный разворот, выключила мотор коляски и помахала им рукой. «Ну, заходите и расскажите, что вы, умники, думаете об убийстве бедного помощника шерифа. Вам потребовалось достаточно времени, чтобы понять, что какой-то мошенник подставил моего беднягу Брейки».

Гриффин последовал за Брейки и его матерью в большую гостиную, благоухающую тем же сладким благовонием. Делия Элкотт не предложила ему сесть. Она тоже не села. Она глубоко вздохнула. «Я была в отчаянии». Она бросила на Брейки быстрый взгляд, словно проверяя, что он здесь и в безопасности. «Я послала тебе всю свою положительную энергию сегодня, Брейки, чтобы ты вернулся домой». Она повернулась к Гриффину. «Так что же ты хочешь мне сказать? Что теперь будет с моим сыном?»

«Агент Хаммерсмит не согласен со мной, мама», — сказал Брейки, — «но я думаю о том, что и Уолтер, и я были под воздействием наркотиков, и кто-то заставил нас» — он не мог вымолвить этого — «сделать то, что мы сделали».

«Но они не знают, что ты убил заместителя Льюиса, Брейки. У них просто больше никого нет», — сказала Делия. «Доказательств ведь нет, правда? Так что не поддавайся им. Зачем ты вообще сказал, что сделал что-то подобное?»

«Потому что я не помню, это был мой грузовик, и я не понимаю, как кто-то еще мог в него попасть».

«В точку, Моргана», — сказала мисс Луиза и вытащила спицы из кучи ярко-зелёной и золотой шерсти у себя на коленях. «Тебе лучше быть осторожнее в своих словах, пока ты не втянула Брейки в ещё большие неприятности».

«Действуй деликатно», — сказал Савич Гриффину, и тот сделал все, что мог.

«На самом деле, миссис Элкотт, агент Савич и я считаем, что кому-то удалось подтолкнуть Брейки к убийству заместителя шерифа Льюиса. Именно этого человека мы и ищем».

ищем сейчас, и нам нужна ваша помощь».

Он перевёл взгляд с миссис Элкотт на старушку, а затем на Джона, среднего брата, который теперь прислонился к камину с колодой карт в руке. Джона сказал: «Мне казалось, ты говорил, что Брейки не поддаётся гипнозу. Если это правда, то как кто-то мог уговорить его убить помощника шерифа Льюиса? Есть ли какой-нибудь препарат, способный на это? Заставить убить другого человека вот так?»

Как это обойти? Гриффин ответил: «Извините, мистер Элкотт, я действительно не знаю подробностей. Это часть нашего расследования», на что Джона Элкотт фыркнул и начал тасовать колоду карт одной рукой. Он был весьма хорош.

Миссис Элкотт всё ещё стояла лицом к нему, скрестив руки на груди. Брейки развалился на огромном ситцевом диване. Мисс Луиза вязала что-то, чего он не мог узнать, лишь стук спиц нарушал тишину.

Он сказал: «Знает ли кто-нибудь из вас что-нибудь общее между помощником шерифа Льюисом и Спарки Кэрроллом, что могло бы привести к их гибели?»

Олкотты посмотрели на него непонимающе. Делия сказала: «Даже если и было, даже если вы найдёте что-то подобное, я уверена, что Брейки к этому не причастен. Вы упомянули кого-то другого. Кого?»

Гриффин достал свой мобильный и показал ей фоторобот ФБР человека, которого ему описал Савич, Стефана Далко.

Она замерла. « Попался», — подумал Гриффин. Он нутром чувствовал, что она уже видела его раньше. «Вы знаете этого мужчину, миссис Элкотт?»

«Нет, я был удивлен, насколько странно он выглядит, насколько чужеродно».

Гриффин показал фотографию Джонасу и мисс Луизе. Они оба покачали головами. «Покажите мне, пожалуйста, винтовку Athames, которая у вас дома?»

«У нас с Джонасом есть свои, но у нас нет ничего похожего на коллекцию, агент Хаммерсмит».

Брейки сказал: «Мы раздали коллекцию папы после его смерти, да, мама?»

«Кому вы передали коллекцию, миссис Олкотт?»

«Я отдала его Милли Стейси». Она помолчала. «Это мать Тэмми Кэрролл».

Миссис Элкотт посмотрела на него, не понимая. «Она — тёща Спарки Кэрролла».

Больница сообщества Колби

в пятницу вечером

Келли Джусти была настолько измотана, что ей хотелось сползти по стене на древний берберский ковёр в зале ожидания. Но она знала, что не сможет расслабиться и заснуть, потому что не могла перестать видеть перед собой мёртвое лицо Насима Конклина. В её воображении он начинался как безумный террорист, а затем постепенно превращался в человека, чью жизнь, как она поняла, отобрали и выбросили, словно она ничего не значила. Он был храбрым человеком, невинным человеком, которого они хотели убрать с дороги. И он умер, так и не узнав, почему это с ним случилось.

Это было леденящим душу. Это не удивило её, но невыразимо огорчило. В более спокойные моменты она задавалась вопросом, не слишком ли она ожесточается в свои тридцать один год. За годы работы в антитеррористической службе она повидала столько злодеев. Теперь ей нужны были хорошие новости, например, найти Хосни Рахала, брата одного из похитителей Насима, или опознать стрелка, который всё это время провёл в операционной. У него не было при себе никаких документов, что никого из них не удивило. Его отпечатки пальцев и фотография уже проверялись, и ей придётся подождать. Она посмотрела на Кэла, который тихо разговаривал с Шерлоком, вероятно, утешая её по поводу Насима.

С другого конца комнаты Келли видела высохшие слезы на лице Шерлока.

Из телефона Шерлока донеслась песня Брюэра Кинга «It's a Cold Day in Hell», и она вздрогнула.

Келли увидела, как она взглянула на определитель номера и глубоко вздохнула. Она вышла из комнаты.

Шерлок увидел впереди пост медсестёр и повернулся в противоположную сторону. Она закрыла глаза. Ни за что не собиралась пугать Диллона новостью о том, что пуля чуть не размазала её голову по всей ванной.

Она знала, что главное — солгать без колебаний. Стоило попробовать. Она глубоко вздохнула и без предисловий сказала: «Диллон, Насим мёртв. Его застрелил снайпер в конспиративной квартире. Пока что это совершенно секретно, хорошо?»

Пауза, затем: «Да, конечно. С вами всё в порядке?»

«Да. Кэлу пуля в руку; он был слишком близко к Насиму, когда пули пролетели через окно ванной. С ним всё в порядке, Диллон. Я перевязал его. Врач в отделении неотложной помощи сказал, что ему можно сделать прививку от столбняка и полоски Steri-Strips».

Наступило долгое молчание. Он ей не поверил?

Затем: «Расскажи мне. Насим рассказал тебе всё, что знал? Не упускай ничего, Шерлок».

«Насим назвал мне пару имён, в том числе человека по прозвищу Стратег. Он подтвердил контакты с имамом Али Хади ибн Мирзой в Лондоне, но пока ничего конкретного, что связывало бы имама с попыткой взрыва церкви Святого Патрика». Она передала ему в точности то, что сказал Насим, и что именно произошло, за исключением того, что она чуть не погибла. Диллон молчал, когда она закончила. «Ты молодец. Хорошее начало. Мне жаль насчёт Конклина. Так как же они нашли убежище?»

Она слышала, как работает его мозг, переваривая то, что она ему сказала, и продолжала, быстро. Она рассказала ему о GPS-навигаторе, который, по её мнению, судмедэксперт найдёт в его теле. Она рассказала ему о стрелке, который был в операционной. «Келли…

Агент Джусти ждет звонка для опознания.

«Вы сказали, что Кэла застрелили, потому что он стоял слишком близко к Насиму. Так где же вы были?»

Время отвлечься. «Рядом, но, честно говоря, я в порядке. Расскажи мне, Диллон, что случилось с Брейки Элкоттом и доктором Хиксом?»

Отвлекающий манёвр сработал. «Всё было так, как я и думал: Далко в центре внимания. Как вы можете себе представить, Брейки Элкотт в ужасном состоянии. Мы установили ему на лодыжку монитор, и Гриффин отвёз его домой. Он поговорит с семьёй, посмотрит, что сможет узнать. Это всё, что мы можем сделать, кроме как взять его под стражу. Мне скоро придётся изложить факты нашим адвокатам, посмотрим, что они скажут. Когда они перестанут закатывать глаза.

«Похоже, ты им больше не нужен. Когда ты вернёшься домой?»

Шерлок понял, что она плачет. Она не издала ни звука, вытерла слёзы со щёк. «О, Диллон, вся эта история с Кеннеди — Насим должен был пожертвовать собой ради семьи, и он был полностью готов к этому. Он был храбр, Диллон, он позволил себя убить. Я обещал ему, что найду его семью. Я должен сделать всё возможное, чтобы сдержать обещание. У нас есть зацепка, имя человека, который может привести нас к семье. И Келли хочет, чтобы я была здесь, хочет, чтобы мы с Кэлом участвовали».