СУББОТА ВЕЧЕР

ВСЁ ПРОИЗОШЛО ТАК БЫСТРО, что Шон, игравший с Лего на полу, не успел среагировать. Флёретт сидела на диване, смеясь над словами Кэлли, как вдруг одно из окон разбилось, и пуля вонзилась в стену всего в шести дюймах над головой Флёретт.

Савич как раз входил в кухню, неся чай и кофе на подносе. «Всем спускаться! Шерлок, позови Шона!» Он бросил поднос, подбежал к Флёретте и стащил её с дивана. Он упал на неё сверху, одновременно выхватив пистолет. Он посмотрел на разбитое стекло в окне.

Близко, слишком близко. Он сказал: «Никому не двигаться. Шерлок, у тебя Шон. Бен, да, выключи свет, задерни все шторы и вызывай 911».

"Понятно."

«Кэлли, прижми нос к полу».

Кэлли уже лежала перед диваном и не двигалась.

Шерлок прижал Шона к себе. Он выл, но она не отпускала его, вдавливая в ковёр, закрывая его всего. Бен подполз к выключателю, встал на колени и вырубил оба выключателя.

Из кухни всё ещё лился свет. Он полз к передним окнам, чтобы задернуть тяжёлые шторы, когда раздался ещё один выстрел, разбив то, что осталось от оконного стекла, ударив снизу, затем ещё один и ещё.

Наконец наступила тишина, слышно было только дыхание в гостиной. Савич спросил: «Все в порядке?»

Крик Шона из-под его матери был приглушен: «Папочка!»

«Шон, конечно, но, кажется, он в ярости», — сказал Бен и набрал 911. Они слышали, как он быстро и кратко отдавал распоряжения.

«Они скоро будут здесь. Савич?»

«Я сейчас набираю номер своего босса». Джимми Мейтленд ответил на первый звонок. Затем в гостиной раздался ещё один выстрел, вырвав спинку одного из любимых кресел Савича. «Я слышал», — сказал Джимми Мейтленд. «Что, чёрт возьми, происходит, Савич?»

«Гюнтер нанесет нам визит на дом», — сказал Савич.

«Этот парень сумасшедший или как?»

«Сделай ставку», — сказал Савич. «Торопись».

«Через минуту там будет половина города. Берегите себя».

Савич выключил телефон и снова обнял Флёретту за голову. «Так, теперь все держитесь как можно ближе к полу. Медленно».

И спокойно пробирайся из гостиной к лестнице. Свет с кухни туда не попадает. Рядом с лестницей нет окон. Это самое безопасное место в доме. — Он почти полностью перенёс вес на Флёретт. — Ты в порядке?

"Ага."

Но голос её звучал не очень хорошо. «Я останусь рядом с тобой. Давай теперь подвигаемся на локтях вместе. Я рядом. Шерлок, ты в порядке с Шоном?»

Тебе нужна помощь?

«Нет, я его поймала». Ей почти пришлось кричать, чтобы перекричать вопли Шона.

«Мы в порядке. Я тащу его под собой. Мы прямо за тобой».

Бен сказал: «Ребята, оставайтесь внизу. Савич, Шерлок, возьмите оружие.

Кэлли, ты сосешь пол?

«Я просто отстой», — сказала она из гостиной. «Пылесосить придётся целую неделю. Я почти добралась до лестницы».

Раздался ещё один выстрел, на этот раз разбив лампу рядом с большим диваном. Затем ещё один, упавший наискось в боковое окно, разлетелся на куски.

Бен сказал: «Ладно, все оставайтесь на месте. Я пойду поищу Гюнтера. Спрошу, не захочет ли он потанцевать со мной».

«Нет!» — Кэлли вскочила на ноги и приземлилась на него, отбросив его к стене. Она схватила его за рубашку. «Ты никуда не пойдёшь. Ты с ума сошел? Мы будем ждать помощи». Она буквально прижала его к себе, держась изо всех сил. «Ты хочешь, чтобы тебя убили?»

«Ради бога, Кэлли, я же коп». Он схватил её за руки, пытаясь оттащить от себя, но она держалась крепко. «Перестань меня душить. Послушай, я этим и зарабатываю на жизнь — служу и защищаю. А теперь ложись на пол и ползи к лестнице».

Её пальцы впились ему в рубашку. «Если хочешь стать чёртовым героем, я пойду с тобой».

Шерлок отдал Шона её мужу, а сам просто схватил Кэлли и повалил её на землю. У Кэлли не было шансов, несмотря на чёрный пояс по карате, и теперь она была беспомощна, не могла пошевелиться. «Не могу поверить, что ты действительно так со мной поступаешь», — прохрипела она, уткнувшись лицом в ковёр. «Тебе действительно нельзя так поступать».

«Я учился у лучших. Молчи, Кэлли, и не двигайся, иначе я тебя покалечу. Бен, иди и будь осторожен. Как только я заставлю Кэлли меня слушаться, я её отпущу. Диллон, Шон у тебя? Флёретта упала?»

«Да, всё в порядке. Ты держи Кэлли лицом в полу».

«Зачем он пытался меня убить?» — прошептала Флёретта, поднимаясь на колени и обнимая Савича, обжигая его шею своим жарким дыханием. Шон был зажат между ними и плакал. «Я ничего не знаю, но он выстрелил в твой дом. Чтобы убить меня. Зачем? Я действительно не знаю ничего, что могло бы причинить ему вред. Зачем ему приходить ко мне?»

«Он, очевидно, верит, что ты что-то знаешь», — сказал Шерлок.

Шон кричит: «И, похоже, он не собирается останавливаться. Ну, Кэлли, соберись, или тебе ещё занозы в лицо попадут? Шон плачет, если ты не заметила, и меня ужасно бесит, что я его сейчас не утешаю».

«Я в порядке», — сказала Кэлли, — «или почти. Извини. Бен уже ушёл, этот идиот. Клянусь, я не пойду за ним. Иди за Шоном, Шерлок».

«Мы с Флёреттой его поймали», — сказал Савич. «Соберись, Кэлли.

Не заставляй меня пожалеть о том, что я привлек тебя к этому расследованию».

Кэлли глубоко вздохнула, икнула и сказала: «Извини, просто Бен...»

«Знаю. Но это его работа. Отпусти его. Соберись».

«Ладно, ладно, я пытаюсь, но он такой придурок-мачо, говорит, что выйдет и потанцует с этим монстром».

«Этот придурок-мачо — превосходный коп», — сказал Шерлок.

«Это был просто полицейский юмор», — сказал Савич.

«Он знает, что делает. А теперь, Кэлли, мы медленно проскользнём по полу и сядем рядом с Диллоном и Флёретт. Я обниму Шона.

Мы подождём кавалерию. Ты просто лежи здесь, понял?

Готовый?"

К тому времени, как они смогли опереться на лестницу, они оба уже тяжело дышали. Шерлок вытащил Шона из-под ног Флёретты и Диллона и прижал его маленькое лицо к её плечу. «Всё хорошо, чемпион», — прошептала она ему в мокрую щеку. «Не волнуйся, всё хорошо. Мама рядом».

Это был просто громкий шум. Можешь кричать громче.

Не прошло и минуты, как завыли сирены, как минимум полдюжины. Когда входная дверь открылась, Шерлок и Савич направили на неё пистолеты. Бен крикнул, прежде чем показаться: «Джимми Мейтленд здесь, вместе со множеством моих ребят и агентов ФБР. Они уже рассредоточились, ищут Гюнтера, опрашивают всех соседей, которые откроют дверь».

Ребята, вы в порядке?

«Да, всё в порядке», — сказал Шерлок.

Бен подошёл к одному из боковых окон гостиной и плотно задернул шторы. Когда комната окуталась, Бен включил свет. Все заморгали. Савич сказал: «Всем держаться подальше от окон. Кто знает, что этот маньяк может вытворить. Дело в том, что после первого выстрела он понял, что стреляет вслепую, знал, что мы не будем просто стоять посреди гостиной. Так почему же он продолжал стрелять?»

«Он думал, что ему повезет», — сказал Бен.

«Но какова вероятность того, что он ударил Флёретта?»

Шерлок сказал: «Знаешь, мне кажется, ему было всё равно. Думаю, он хотел нас напугать, дать понять, что он близко. Не знаю, как у вас, но у меня это сработало».

Кэлли встала на четвереньки и уставилась на Бена. Затем вскочила на ноги и бросилась к нему. Она крепко схватила его, уткнувшись лицом ему в плечо. «Мне бы тебя убить, мачо, за то, что ты так бегаешь туда, а этот псих с пистолетом стреляет как сумасшедший. Он хороший стрелок, и он был бы очень рад увидеть тебя мертвым, даже если ты не Флёретт. Диллон прав, ему было всё равно, кого он сбивает, а ты тут отпускаешь эту дурацкую шутку про танцы с ним — если это пример полицейского юмора, тебе нужен новый писатель».

Он засунул пистолет за пояс, обнял ее и прижал к себе.

«Ну, на этот раз он был не таким уж хорошим стрелком, да? А ведь он пытался шесть раз.

Если ты начнешь плакать, я вышвырну тебя за дверь».

«Я не плачу, придурок».

Бен ухмыльнулся ей. «Хорошо. Я в порядке. Он давно ушёл. Гюнтер точно не глупец. Он знал, что копы прилетят сюда через несколько минут после того, как он выстрелил. Он также должен был знать, что будет чудом, если он доберётся до Флёретта после первого промаха. Может, найдут его машину, или кто-нибудь из живущих в паре кварталов видел, как он бежал к своей машине, и записал номер.

Может быть, кто-то действительно его увидел.

Шерлок сказал, оглядывая разбитую гостиную и каждого из них по очереди: «Гюнтер выстрелил, промахнулся, но вы все знаете, что он вернется.

Он хочет смерти Флёретты и не остановится, пока не сделает это или пока мы не найдем его первыми».

Савич сказал: «Нам повезло, что твоих родителей здесь не было, Флёретта».

Флёретта, всё ещё прижимавшаяся к нему, вздрогнула. «Если бы они были здесь, он мог бы застрелить одного из них. Я больше не могу этого выносить. Не понимаю, зачем он это делает. Я ничего не понимаю!»

Шон начал напевать, и звук был очень громким в прихожей. Это заставило всех улыбнуться, что было хорошо. Шерлок стоял сбоку, у лестницы, покачивая его с ноги на ногу. Она сказала, целуя Шона в щеку: «У нас всё хорошо, но это было слишком близко».

Я думаю, чтобы обеспечить твою полную безопасность, Флёретт, нам нужно отвезти тебя в Квантико. Там к тебе никто не подойдёт. Охрана может поймать там беглую блоху. Маленький сопляк может оказаться на стрельбище.

Флёретта выглядела ошеломлённой, но выпрямилась, моргая, словно очнувшись ото сна. Она посмотрела на Шерлока. «Это было забавно. Вы, ребята, такие потрясающие, так что… что, если бы он ударил Шона? Я бы этого не вынесла. Это была бы моя вина».

Голос Шерлока был спокоен. «Знаешь, Флёретт? В одном ты права. Я тоже думаю о нашем мальчике. Он будет в большей безопасности, пока ты в Куантико. Это уже второй раз, когда насилие проникло в наш дом. Будь мы только с Диллоном, всё было бы иначе, но Шон — наш главный, и мы должны его защищать. А теперь хватит тревог от вас.

Всё готово. Мне нужно убрать этот кофе, пока он не запачкал пол, а потом ты едешь в Квантико, Флёретт. Оттуда можешь позвонить родителям.

Они могут навещать вас там все время, пока находятся в городе».

Савич встала, забрала Шона у Шерлока и начала качать его точно так же, как раньше, одной большой рукой двигаясь вверх и вниз по спине сына.

«Мне бы очень хотелось, чтобы нам не пришлось рассказывать об этом твоим родителям, Флёретта».

«Выбора нет, Диллон», — сказала Кэлли. «Это было по полицейскому радио, и скоро это будет во всех новостях. Я не вижу выбора. СМИ нагрянут в любой момент. И они набросятся на нас, если мы всё ещё будем здесь».

Шерлок что-то пробормотал себе под нос, глядя на разлитый по полу кофе и чай. Она пошла на кухню за бумажными полотенцами, чтобы вытереть всё.

«Кэлли права, Диллон», – сказала она, возвращаясь в гостиную. «Это Джорджтаун. Если шеф-повар в «Памплоне» порежет палец, нарезая морковку, это попадёт на первую полосу в « Пост». Хуже того, это дом агента ФБР, который, по совместительству, является главным следователем по делу судьи Калифано, Дэнни О’Мэлли и Элизы…» У неё перехватило дыхание, она упала на колени и яростно вытерла кофе и чай широкими, тяжёлыми движениями. Савич почувствовал её боль. Савич передал Шона Бену, который прижал его к сгибу локтя, подобрал ещё несколько бумажных полотенец и помог ей.

Флёретт и Кэлли молча наблюдали, как Бен качает Шона, а Савич и Шерлок убирают разливающееся масло. Сливки попали в шов между широкими дубовыми досками. «Какой красивый дубовый пол», — сказала Флёретт, схватила бумажные полотенца и пошла за сливками. «Мама сказала, что это самый красивый пол, который она когда-либо видела, и удивилась, как вам удалось сохранить его в таком порядке, ведь Шон бегает повсюду. Не останутся ли пятна?»

«Нет, все будет хорошо», — сказала Шерлок, сделала последний взмах и поднялась на ноги.

«Кэлли, нам не нужно, чтобы ты ещё и здесь на коленях стояла. Спасибо, Флёретта. Вот и всё. Привет, Бен, ты молодец. Шон почти вышел».

Бен перестал качаться и посмотрел на неё. Шерлоку хотелось рассмеяться – выражение его лица было таким бесценным. Затем он медленно произнёс: «Да, наверное, я от природы. Дело в том, что я тоже был бы от природы с красным Porsche».

Кэлли рассмеялась, встала, подошла к нему и ударила его по руке.

«Ты такой молодец». Затем она склонила голову набок, глядя на Шона, спящего у него на руках. «Да, наверное, ты от природы».

Через мгновение в дверь застучали. «Давайте покончим с этим»,

Сказал Савич и пошел впускать Джимми Мейтленда и полдюжины агентов ФБР и полицейских метро.

ГЛАВА

32

ОБЩЕЖИТИЕ ДЖЕФФЕРСОНА

КВАНТИКО

ВОСКРЕСНОЕ УТРО

Доктор Хикс был в замешательстве, и Савич знал почему. Мартин Торнтон не терял самообладания. Что-то внутри него боролось с потерей контроля. Мартин никуда не девался.

Савич подумал, не первая ли это неудача доктора Хикса. В небольшом кабинете доктора Хикса они были только втроём; Джанет занималась в спортзале Квантико с учениками, которым было поручено за ней присматривать.

Доктор Хикс попытался снова. «Мартин, послушай меня внимательно. Я хочу, чтобы ты расслабился, чтобы ты отпустил себя. Ты в безопасности, ты же понимаешь это, правда?»

"Да, конечно."

«Никто тебя не обидит. Я знаю, ты хочешь помнить. Я знаю, ты хочешь знать правду о том, что случилось в твой шестой день рождения. Я здесь, чтобы помочь тебе, но ты должен помочь мне, ты должен отпустить. А теперь давай попробуем ещё раз. Сосредоточься на этом ярком серебряном долларе, не спускай с него глаз, наблюдай, как он качается взад-вперёд, и постарайся сосредоточиться».

Мартин смотрел на серебристое пятно, пока оно не качнулось туда-сюда несколько десятков раз, пока его глаза почти не остекленели. Наконец он покачал головой и потёр виски кончиками пальцев. «Простите, доктор Хикс. Ничего не происходит, и поверьте, вы правы, я хочу, чтобы это произошло. Я хочу помнить. Я хочу знать, что случилось с моей матерью в тот день. Знаете что ещё? Я хочу помнить, как она выглядела, как от неё пахло. Я знаю, что у неё были духи, похожие на цветы, но я больше не чувствую их запаха. Я начинаю верить, что знаю, что произошло в тот день. Я хочу увидеть человека, который убил мою маму».