Грин покачал головой и подошёл ближе. Вместе они наблюдали, как вода побеждает в битве, но клубы дыма всё ещё поднимались вверх. Она продолжала качаться.

Шон теперь лишь шептал ему в щеку слова из «Трёх птичек». Он стал спокойнее и больше не сосал пальцы.

Дочь-подросток Люка Мейсона взяла Астро на руки и прижала его к себе. Мистер Макферсон стоял, выпрямившись и горделиво выпрямившись, положив одну руку на голову Глэдис, а другой всё ещё слегка поглаживая спину Шона.

Это было самое странное. Шерлок чувствовала себя странно оторванной от горящего дома прямо перед ней. Прогорклый дым, пламя не трогали её, потому что казались нереальными, а скорее пожаром, который она видела в новостях. Как это может быть её дом? Как такое вообще может происходить? Она закашлялась, и её передернуло. Её дом, дом Диллон — их дом — горел. И это не было несчастным случаем.

Она затряслась. Кто-то хотел их убить.

Она слышала, как соседи переговариваются, наводя порядок. Миссис Роджерс, соседка через три дома от неё, подала ей и Гри по стакану воды и маленькую чашку Шону. «От кашля, дорогие мои». Шерлок не заметил, что у неё саднит горло. Глотать было больно, но вода показалась божественной. Шон провёл рукой по глазам и отпил.

Вскоре всем раздали термосы с кофе и горячим шоколадом, горы одеял и объятия, много объятий. Все сгрудились. Никто не ушёл.

Она чуть не выронила Шона, когда он внезапно вскочил у нее на руки.

32

Шон видел Марти, не только своего лучшего друга, но и, как он много раз им говорил, свою будущую жену. Шон фыркнул и яростно прошептал Шерлоку в щеку:

«Мама, Марти пришла. Я не могу плакать при ней. Она подумает, что я слабак, и не выйдет за меня замуж. Она очень разозлится, когда узнает, что у меня больше нет баскетбольного мяча. Не говори ей, мама, обещай».

О его плаче или баскетболе? Она услышала смех Гри. Ей тоже хотелось смеяться, но она знала, что для пятилетнего ребёнка это серьёзное дело. «Обещаю, по обоим пунктам. Смотри, Шон, она принесла тебе кое-какие твои вещи».

Часть одежды Шона висела в шкафу Марти после их ночевок, точно так же, как джинсы и футболки Марти висели в шкафу Шона.

Шерлок смотрел, как Шон бежит к своей пятилетней второй половинке. Она помахала рукой и крикнула «спасибо» родителям Марти, семье Перри. Астро вырвался из рук Лорен Мейсон и бросился за Шоном.

Шерлок достала телефон и набрала номер их давнего страхового агента. Конечно, было поздно, но она уже не спала, и решила, что братья Итан тоже должны быть на ногах. Нажав на кнопку, она сказала Грину: «Итан, наш страховой агент, будет здесь через тридцать минут».

Грин сказал: «Он боится, что Савич арестует его, если он не приедет прямо сейчас и не даст тебе чек?»

«Я так далеко не заглядывала. Может, и заглянет. Это было бы хорошо. Диллон звонил мне три раза, так что я знаю, что он гоняет как сумасшедший. Должно уже скоро». Она посмотрела на часы.

Грин сказал: «Я тоже с ним разговаривал. И нет, я не упоминал о поджоге.

Он и так достаточно напуган. Зная его, я думаю, ему на бампер нападёт полицейская машина.

Люк Мейсон, с почерневшим лицом, побежал к ним, всё ещё в штатском. От него несло едким дымом, но он улыбался.

«Шерлок, похоже, мы взяли пожар под контроль, и твои соседи...

Дома безопасны. Во-первых, кухня уничтожена, но ребята уверяют, что пожар не уничтожил весь дом. Он хотел похлопать её по плечу, но понял, что ему нехорошо, и отдёрнул руку. «Всё, что я знаю, — пожар начался сзади дома. Держись, Шерлок. Я вернусь, когда мне будет что тебе рассказать».

Лорен вручила ей и Гри по чашке кофе, крепкого и сладкого, от своей матери, сказала им Лорен, чтобы предотвратить шок.

Из-за угла с ревом вылетел красный «Порше».

Грин улыбнулся, увидев, как за «Порше» подъехал вагон метро. Он взглянул на часы и ухмыльнулся. «Тридцать семь минут от Сент-Люмиса. Впечатляет, возможно, рекорд».

Савич выскочил из Порше и выключил двигатель, закричал:

«Шерлок!»

Шерлок крепко сжал одеяла, в которые она была завернута, и побежал ему навстречу.

Она видела, как его лицо осунулось и потемнело в свете соседних домов. Она так хотела, чтобы он поторопился, пробежал каждый красный свет в Мэриленде и в округе. Она чувствовала, как внутри у неё всё разрывается. Она сбросила одеяла и обняла его, сжав так же крепко, как Шон сжимал её. «Я в порядке, правда, я в порядке. Как и Шон, и Астро. Шон плачет не потому, что не хочет, чтобы Марти над ним смеялся, а потому, что он расстроен из-за того, что проиграл баскетбольный мяч. Я вспомнила про Макса и побежала за ним.

Грин вытащил картину твоей бабушки. Я позвонил Итану Бразерсу, он уже в пути». Она поняла, что льёт воду со скоростью мили в минуту, остановилась, тяжело дыша, и снова крепко обняла его. «Я так рада, что ты здесь. Тридцать семь минут. Держу пари, диспетчер знал о пожаре и сказал, чтобы тебя пропустили».

Конечно, он зацепился за самое важное, что она сказала. Он говорил спокойно, но ему было так страшно, что хотелось её встряхнуть. «Ты что, вернулась в горящий дом ради какого-то чёртового компьютера?»

Она улыбнулась ему. «Нет, не просто какой-то чёртов компьютер. Я вернулась за Максом. Он — твоё творение, Диллон. Я даже не думала об этом. Я вытащила свой

Толстовка «Редскинс» была на мне, и я быстро входил и выходил. А потом я даже почти не дышал.

Ему хотелось накричать на неё за то, что могло случиться, но он не стал. Он глубоко вздохнул и снова крепко обнял её. Он не отпускал её, хотя она уверяла его, что с ней всё в порядке, когда он несколько раз звонил ей во время своей безумной поездки в Вашингтон. Он крикнул: «Грин, спасибо, что спас картину моей бабушки». В тот момент он даже не задумывался, почему Грин здесь.

"Папа!"

Он обернулся и увидел Томаса Перри, держащего Марти за руку с одной стороны, Шона — с другой. Элис Перри качала их маленького мальчика, скрываясь от дыма, который дул в их сторону. Томас обнял Шона. «Твой папа здесь. Иди». Шон крикнул и побежал к нему во весь опор. Шон был полностью одет, и как это возможно? Астро лаял, высунув голову, и теперь Глэдис присоединилась к нему. Черный лабрадор Борис с улицы вывел трио. Савич почувствовал, как у него сжимается горло, когда он подхватил Шона на руки и крепко прижал его к себе. Все это время Шон говорил без остановки. «Мама носила меня, папа, и она была быстрой.

Она завернула меня, как хот-дог, чтобы дым не попал мне в нос, а Астро лаял и прыгал. Мама спрыгнула с лестницы, и мы выбежали на улицу». Шон остановился, посмотрел на отца и похлопал его по щеке. «Всё будет хорошо, папа». Неужели Шон увидел пустой страх? «Марти сказала, что я могу спать сегодня ночью с её новым младшим братом, если захочу. Она сказала, что он будет будить меня каждые десять минут, потому что хочет есть. Мама, ты плачешь. Что случилось?»

Она сглотнула, но сумела улыбнуться. «Счастливых слёз, Шон. Мы все в безопасности и вместе». Она не думала, где они будут спать сегодня, или, если уж на то пошло, в обозримом будущем. Не в собственном доме, это точно. Это не имело значения. Они были вместе, они были в безопасности.

Савич продолжал прижимать к себе Шерлока и Шона, пока Люк Мейсон не подбежал к ним. Савичу потребовалось мгновение, чтобы узнать его: лицо было чёрным, одежда — грязной. Почему он не в пожарной экипировке? Люк повысил голос.

«Ребята, все ваши дома в безопасности. Пожарные прибыли достаточно быстро», — он повернулся к Савичу и Шерлоку. «Как я уже говорил Шерлоку, кухня уничтожена, но больше ничего не сгорело, только дым и вода, которых не удалось избежать.

Савич, я рад, что ты здесь. — Он лучезарно улыбнулся всем троим. — С твоей семьёй всё в порядке, и это самое главное. Хорошо, что Шерлок так быстро смылся, не стал ввязываться в драку. В конце концов, дом — это всего лишь дом… ну, в данном случае, кухня — это всего лишь кухня. Знаешь что, давайте немного отойдём от соседей.

Люк повёл их к одному из грузовиков с лестницей. «Хорошо, нас здесь никто не слышит. Уверен, вы задаётесь вопросом, так что позвольте мне высказаться. Окончательное решение примет инспектор, но могу сказать вам сейчас, что это не было несчастным случаем».

Шерлок был прав. Мы нашли канистру с бензином за кухней, а один из ребят обнаружил разбитое окно на кухне. Кто-то начал этот пожар.

И кто бы это ни был, он намеренно оставил там канистру с бензином. Они хотели, чтобы вы знали.

— Не случайно, — медленно проговорил Савич. Он почувствовал холодную ярость, от которой его чуть не затрясло. Шерлок и Шон могли погибнуть. Тот, кто устроил пожар, принёс войну в его дом. Он позаботится о том, чтобы покончить с ней. Он посмотрел на лицо Шерлока. Конечно, она уже знала. Он посмотрел на Грина. Он кивнул.

33

Шон оттолкнулся от отца и закричал: «Бабушка!»

Савич опустил его, а сын побежал к бабушке, сенатору Роберту Монро, который стоял рядом с ней и широко улыбался.

Минна Савич подхватила Шона на руки и сжала его так крепко, что он взвизгнул. Она посмотрела сыну в глаза и увидела огромное облегчение, отражающее её собственное. Она оглядела его, затем Шерлока, и на мгновение закрыла глаза, снова сжав Шона. «Я никогда в жизни так не молилась».

Сенатор Роберт Монро посмотрел на всё ещё поднимающийся вверх дым, затем снова на Савича и Шерлока и медленно кивнул. Он похлопал Шона по маленькому плечу. Шон поднял взгляд. «Я рад, что ты привёл бабушку, дядя Боб».

Савич начал что-то говорить, но Минна перебила Шона: «Тебе нужно поблагодарить Боба за то, что мы так быстро добрались. Один из его друзей в метро позвонил ему по любительской рации, чтобы предупредить о вызове 911 к тебе домой, Дил. Он забрал меня, и вот мы здесь».

Савич удивился краткому уколу обиды, который испытал, увидев свою мать с сенатором Монро, хотя они были вместе уже несколько лет. Он вспомнил, что когда-то принципиально не любил сенатора — он не был отцом Савича.

— но он доказал, что может выстоять, и он любил Шона. Савич пожал сенатору руку. «Спасибо за помощь, сэр, и за то, что привезли мою маму».

Шон откинулся на спинку стула в объятиях Минны и без умолку болтал о том, как мама и дядя Грин побежали обратно в горящий дом, чтобы перетянуть картину прабабушки, ну, знаете, такую большую, на крышу. Его баскетбольный мяч всё ещё торчал в шкафу – если станет очень жарко, он расплавится? Будет ли он всё ещё прыгать? Минна слушала вполуха, хотя Шон никогда этого не замечал.

Она смотрела на Шерлока. Её лицо было затянуто дымом, но дыхание, слава богу, казалось вполне нормальным.

Сенатор Монро схватил лающего Астро и поднес его к Шону, чтобы тот обнял. Шерлок сказал: «Значит, Шон уже рассказал тебе большую часть, кроме того, что кто-то вылил бензин через разбитое кухонное окно и за кухонную дверь. Пожарные говорят, что удержали его на кухне и спасли остальную часть дома. И мы выбрались целыми и невредимыми, правда, Шон?» Она невольно обняла его. Это было слишком близко, слишком близко.

«Ты хочешь сказать, что кто-то поджёг твой дом? Это был поджог?» Голос Минны поднялся на две октавы, когда до неё дошла чудовищность произошедшего.

«Да. Наш сосед по пожарной части сказал мне, что мы наймём инспектора по поджогам и полицию, которые будут работать вместе».

Минна обняла Шерлока, Шон расположился между ними, и они крепко прижались друг к другу. «Вы с Дил поймаете тех, кто это сделал».

«Можете быть уверены», — сказал Шерлок. «Мы сейчас работаем над двумя делами. Вы же знаете, что с одним из них есть связь».

Сенатор Монро сказал: «По крайней мере, у вас не будет проблем со страховой компанией. Я сенатор, а вы — ФБР. Думаете, они захотят связываться с кем-то из нас?»

Впервые за эту ночь Савич и Шерлок улыбнулись.

Минна сказала: «Дом Боба в Ганнибале, штат Миссури, сгорел пару лет назад – старая проводка окончательно сдохла. Боб точно знает, как с ними обращаться». Она увидела Итана Бразерса, страхового агента семьи, говорящего с огнем, и одарила его широкой акульей улыбкой. Минна добавила: «Ты придёшь ко мне сегодня вечером. Завтра мы позаботимся об одежде и обо всём, что тебе понадобится». Она обняла Шерлока, а теперь и Савича, снова обняв Шона. «Когда Боб позвонил мне по поводу пожара, я так испугалась». Её голос дрогнул, и она заплакала.

Именно Савич прижал её к себе и прошептал ей на ухо, как любит её, а Шон погладил её по лицу. «Бабушка, пожалуйста, не плачь. Ты грустишь, потому что тебя не было рядом и маме пришлось нести меня вниз по лестнице?»

Минна фыркнула и сглотнула. «Может быть, после того, как она унесла тебя вниз, она вернулась бы за мной».

«Мама очень сильная. Она справится».

«Ну, Минна, — сказал сенатор Монро, — слёзы — это повод для грусти. Большая часть дома будет как новенькая после ремонта. И все будут в порядке. Что же касается того, кто устроил этот пожар, его дни сочтены».

Савич вдруг поймал себя на том, что смотрит на любимых людей и наконец-то осознаёт, что они в безопасности и невредимы. Он был так благодарен, что это заглушало его гнев, по крайней мере, в этот момент. Сейчас это было неважно. У него были дела.

Он позвонил Бену Рейвену, который сказал ему, что их люди и следователь по поджогам организуют группу криминалистов. Он принял чек от Ethan Brothers на покрытие краткосрочных расходов на проживание. Он обошел их соседей, поблагодарил их за заботу, и где кто-то берет пончики в это время ночи? Он выслушал их возмущение тем, что кто-то поджег его дом, и за этим он услышал их страх, что могло случиться что-то гораздо худшее, возможно, с ними. Он знал, что нет способа успокоить их, кроме как найти того, кто это сделал. Он прошел с капитаном Элсом, руководителем пожарной охраны, и Люком Мейсоном в заднюю часть дома и заглянул в его сгоревшую кухню. Бытовая техника была поцарапана и почернела, но все еще цела. Его некогда гордая кофемашина, то, что от нее осталось, расплавилась в стойке. Шкафы, стол и стулья сгорели дотла. Вся посуда, кастрюли и сковородки были разбросаны, разбиваясь там, где падали, или расплавились. Красивый дубовый пол был цел, и, как ни странно, он увидел одну-единственную чёрную кружку, лежащую на боку в раковине, целую и невредимую. Это был подарок от Шона на прошлое Рождество. На ней было написано «МОЙ ПАПА».