Ребекка покачала головой. Она отстранилась от мужа и начала мерить шагами спальню. Она на мгновение остановилась, чтобы поправить картину импрессиониста с изображением поля лаванды, которую сама выбрала. Она перевела взгляд с Грина на мужа. «Я отчётливо помню, как дедушка был убит горем после смерти Нейта. Даже в моём детстве я помню, как он плакал. Неужели они вдвоем украли огромную сумму денег?»

Мэнверс сказал: «Я не верю, но все, что мы можем сделать сейчас, Ребекка, это обеспечить твою безопасность, пока власти не выяснят, кто на тебя напал».

Ребекка вспомнила стихотворение и своё обещание дедушке. Она лишь кивнула.

Когда Гриин ушёл через несколько минут, Манверс держал Ребекку на руках, гладил её по волосам. Гриин услышал, как он сказал: «Мне так жаль, Ребекка. Я знаю, что четверг был для тебя ужасным. Но я тебя уберегу, обещаю».

Грин начал звонить Савичу, но решил, что у его босса и Синел Ай сейчас и так дел по горло. Он удивился, поняв, что едет к дому Савичей в Джорджтауне, но не остановился. Что-то его беспокоило. Он набрал номер Шерлока. На третьем гудке она спросила: «Грин? Который час? Боже мой, ещё не так поздно. Я была совершенно вымотана и рано легла спать, как свет. Что случилось?»

Он чувствовал себя глупо и виновато, что разбудил её. Всё было в порядке. «Извини, что разбудил тебя, но раз Савича нет, я, наверное, хотел тебя проведать, убедиться, что всё в порядке. Я рядом, если тебе что-то понадобится».

Она рассмеялась. «Я спокойно обойдусь без Дил на одну ночь. Эй, может, даже на две». Она помолчала, и он представил, как она улыбается в телефон. «Я в порядке, Гри. Спасибо, что проверила».

В этот момент он услышал громкий хлопок, громкий свист, словно вспыхнула гигантская молния. Он знал этот звук. «Шерлок, у тебя дома начинается пожар.

Убирайтесь сейчас же! Я звоню 911. Приеду так быстро, как смогу. Вперёд!

30

СВЯТОЙ ЛУМИС

ДОМ ВОЖДЯ УАЙЛДА

ПОНЕДЕЛЬНИК ВЕЧЕР

Савич, Пиппа и Шеф Уайлд сидели в уютной гостиной, где доминировал огромный старинный диван, одновременно потрёпанный и очаровательный. Пиппа смеялась и показывала пальцем.

«Твоя мама? Бабушка?»

«Вообще-то, третья жена моего двоюродного деда Марлбери, Ирен. Да, я знаю, что это ситец, именно так она его называла». Он пожал плечами. «Я не успел купить ничего нового». Он уставился на диван, понимая, что был в Сент-Луисе.

Лумис прожил три года и даже не пытался сделать этот арендованный коттедж своим домом.

Он просто топтался на месте. И ради чего?

Он подошёл к камину и поднёс спичку к скомканным газетам, которые он разложил между поленьями. Он встал, вытер руки о джинсы. «Скоро должен разгореться огонь. Странно, как быстро наступил ноябрь».

Он посмотрел на двух агентов ФБР, пьющих кофе в его гостиной, и поразился тому, что жизнь может преподнести совершенно неожиданно. Он сказал Синел-и правду. Красная коробка, кусочки пазла Сент-Люмис, нападение на неё – он и не подозревал, как сильно скучает по ощущению волнения, по биению пульса настоящей полицейской работы. Он не чувствовал ничего подобного с тех пор, как уехал из Филадельфии. Он посмотрел на агента Синел-и, на подсыхающие пряди волос, всё ещё липкие от крови. Её толстая французская коса была в ужасном состоянии, длинные светлые пряди свисали вокруг лица. Каждые несколько минут она заправляла волосы за уши, но они тут же сползали назад. По крайней мере, ей не понадобились швы. Он стянул кожу

Вместе с полосками масла. Он посмотрел на её руки, покрытые мазью и обёрнутые мягкой марлей. Испытывала ли она такое же волнение, как он, после всего, что ей пришлось пережить? В её глазах было сосредоточенное выражение, когда она докладывала агенту Савичу то, что уже рассказала ему.

Он сказал: «Я вас узнаю, агент Савич. Я видел вас по телевизору — дело Кирстен Болджер? Большинство детективов в отделении завидовали, что вы взяли её, а не кого-то из нас».

Савич улыбнулся. «Это была командная работа, как всегда. Она похитила одного из моих агентов, Купера Макнайта, и именно он положил конец этому во Флориде. На табачной плантации».

«Жаль, что меня там не было. Шерлок мне рассказывал, как это было страшно», — Пиппа зевнула. «Извини, похоже, мой волнительный день меня доконал».

«Неудивительно. Ты уверена, что не хочешь пройти обследование, Пиппа?»

Она пошевелила пальцами в сторону Савича. «Нет, пожалуйста, Дил, продолжай. Шеф меня починил.

Прости, что облажался, получил по голове и вынудил тебя прийти сюда. Ладно, не ругайся. Вижу, ты больше не хочешь моих извинений, так что хватит моих извинений. Шерлок говорил, что не будешь меня ругать, если что-то пойдёт не так, ты считал, что твои агенты и так достаточно себя избили.

Вам не нравится нагромождать».

Шерлок сказал ей это? Он сказал: «Ты сделала то, что сделал бы я, Пиппа.

Вам удалось ускользнуть. Не думаю, что ваш заместитель докладывал, что видел кого-то там, шеф Уайлд?

«Я проверял несколько минут назад. Дэви никого не видел. Думаю, этот Чёрный Худи сегодня вечером будет держаться на расстоянии».

«Раз уж я здесь, я хочу остаться на некоторое время», — сказал Савич. «С утра мы с тобой, Пиппа, вернёмся в тот старый продуктовый магазин. Покажи мне, что именно произошло, а потом поговори с Мод Фили, посмотри на её пазлы. Сегодня прибыла третья красная коробка, и последняя часть пазла была переделана. Окно отеля, из которого выглядывает майор Трамбо, горит».

Пиппа пристально посмотрела на него и медленно проговорила: «Этот старый отель никогда не горел. Мод, возможно, наш лучший шанс выяснить, что означает этот пожар. Как я уже говорила, когда я вернулась поговорить с ней, магазин закрылся рано. Не знаю почему, но завтра мы сможем её усадить».

Савич посмотрел на Уайлда. «Надеюсь, ты присоединишься к нам, Шеф. Это твой город.

Вы сможете легче заметить что-то необычное и, возможно, укажете нам на кого-то, кто может быть причастен».

Комплимент от федерала. Уайлд был удивлён, учитывая, сколько раз ему приходилось иметь дело с филадельфийским ФБР. Он не испытывал к ним тёплых чувств. Совсем. Но и Синел-и, и Савич казались разными. «Как я уже говорил агенту Синел-и, я не могу сопоставить Чёрного Худи ни с кем в городе. А если он не местный, кто-то мог его заметить».

Пиппа сказала: «Шеф, у вас есть свободный художник? Я не могу дать много подробностей, так как видела лишь часть его профиля. Когда он наклонился ко мне, то не стал рисковать и прикрыл нос платком. Но я могу попробовать».

Уайльд сказал: «Да, моя художница живёт в Аннаполисе. Она любительница, обычно рисует цветы, но я видел набросок её сына углём. Она хороша».

«Если вы завтра первым делом свяжете её со мной, я смогу поработать с ней, дать вашим офицерам общее представление о человеке, которого нужно искать. Сомневаюсь, что нам повезёт, и Диллон — агент Савич — сможет собрать достаточно данных для опознания лиц».

«По рисунку? Как это возможно?»

Пиппа сказала: «Диллон и его коллега из Скотланд-Ярда разработали программное обеспечение, которое может работать не только с фотографиями, но и с рисунками». Она вздохнула. «Но, опять же, я сильно сомневаюсь, что из того немногого, что я увидела на его лице, что-то получится».

Откуда она об этом знала? Савич сказал: «Работа ещё в процессе, шеф, но это помогло в важном деле примерно год назад. Пиппа, я хочу вернуться с тобой в гостиницу майора Трамбо. Я не хочу, чтобы ты оставалась одна сегодня вечером. Я не знаю, насколько безопасно в гостинице, так что, если ты не против, я останусь в твоей комнате».

Пиппа рассмеялась. «Подожди, я ещё скажу Шерлоку, что делила номер для новобрачных с её мужем. Ты взяла с собой тревожную сумку?»

Савич покачал головой.

«Мы спросим у миссис Трамбо, есть ли у нее лишняя зубная щетка», — она повернулась к Уайлду.

«У тебя случайно нет лишнего пистолета? У меня девятимиллиметровый «Глок», но и «Беретта» тоже не проблема. Я с таким вырос».

«У меня есть старый Walther P99, полуавтоматический, доставшийся мне от деда».

«Это подойдет».

Зазвонил телефон Савича. Он поднял руку. «Шерлок? Что происходит?»

Секунду спустя Савич крикнул через плечо, подбегая к входной двери:

«Шеф, позаботься о том, чтобы Пиппа осталась здесь, с тобой».

Он выбежал.

31

ДОМ САВИЧЕЙ

ПОНЕДЕЛЬНИК ВЕЧЕР

Бензин? Она почувствовала запах горелого бензина? Неважно. Ей нужно было уехать.

Шерлок натянул джинсы, натянул через голову тяжелую толстовку «Редскинс», сунул ноги в кроссовки, а «Глок» в штаны, сунул мобильный телефон в карман куртки и побежал в спальню Шона.

Сработала пожарная сигнализация, достаточно громко, чтобы разбудить всех соседей. Благодаря предупреждению, которое дала ей Грин, у неё появилось немного больше времени. Вскоре после рождения Шона они с Диллоном спланировали, что делать в случае пожара, и отрепетировали каждый шаг. Но это было другое; это было по-настоящему. Всё зависело от неё. Шон выбежал из своей спальни к ней, Астро следовал за ним по пятам. «Мама, что случилось? Что это за запах? Это пожар? Мы что, на пожаре?»

Вот вам и непонимание Шона. Нет времени успокоиться и успокоиться.

«Да. Шон, не двигайся!» Она вбежала в его спальню, схватила одеяла с кровати и побежала обратно к нему, туда, где она его оставила. Она закутала его, подняла на руки и побежала по коридору к лестнице, а Астро бешено лаял ей вслед.

«Мама, я могу бегать сам».

«Позволь мне понести тебя сегодня ночью, милая. Обними меня за шею, крепко-крепко».

Шерлок спустился по парадной лестнице и, к счастью, не споткнулся.

Густой дым валил из кухни, заполняя гостиную, быстро распространяясь. Скоро дым окутает дом удушливым серым туманом. Она почувствовала жар пламени позади себя и натянула одеяло на голову Шона. Она

отперла входную дверь и со всех ног выбежала из дома, Астро следовал за ней, охранная сигнализация издавала оглушительный аккомпанемент войм пожарной сигнализации.

Она обернулась и, тяжело дыша, встала на переднем дворе, качая Шона, Астро обнимала ее ногу и хныкала. Она выхватила телефон, набрала номер Диллон. «Диллон, наш дом горит. Мы в порядке. Скорее!» Она услышала, как кто-то крикнул ее по имени. Она увидела, как Люк Мейсон, пожарный, спрыгнул с крыльца через пять домов и побежал к ней, на ходу накидывая куртку. Она быстро сунула телефон обратно в карман. Он схватил ее за руки, быстро осмотрел и откинул одеяла. «Ты молодец, Шон, и Астро тоже. Ты будешь в порядке. Твоя мама быстро справилась. Савича здесь нет?»

«Нет, к сожалению».

«Неважно, ты молодец. Мои ребята уже в пути, ещё пара минут. Слышишь сирены? Оставайся на месте, Шерлок. Я хочу это проверить».

Она крикнула ему вслед, когда он побежал к задней части дома: «Кто-то поджог!»

«Шерлок!» Это был Томас Перри из соседнего дома.

И тут она вспомнила: «Томас, забери Шона!»

Прежде чем он успел её остановить, он схватил маленького мальчика в охапку. Шерлок вбежала обратно в дом, её толстовка была натянута на рот и нос. Она не раздумывала, не останавливалась, просто побежала вверх по лестнице в кабинет Диллон. Она схватила Макса и побежала вниз, хрипя от дыма, который становился всё гуще с каждой секундой. Она чувствовала, как из кухни вырывается жар, словно из доменной печи.

Она услышала, как трещит пламя, издавая ужасающие шипящие звуки, представила свою кухню и судорожно сглотнула. Это всего лишь кухня. Возьми себя в руки.

Шерлок не мог поверить своим глазам, когда увидел, как Гри осторожно поднимает картину бабушки Диллон с крыши. Он одарил её безумной улыбкой. «Понял. Уходим из Доджа!»

Они выбежали из горящего дома на тротуар как раз в тот момент, когда стих оглушительный вой сирен. Подъехали две пожарные машины: одна на улице, другая на тротуаре.

Пожарные выскочили из машин с головокружительной скоростью. Через пару минут они уже направили шланги на заднюю часть дома, которая теперь горела, как факел.

Густые, дугообразные струи воды устремились в самое сердце пожара, превращая пламя в дым, который взмывал вверх, словно грибовидное облако. Это было похоже на картину Босха.

Картина ада. Огнестрельное оружие помахало им, чтобы они перешли улицу и увидели мистера.

Двор Макферсона. Она видела, как соседи высыпали из своих домов, те, кто жил поблизости, хватали шланги и поливали крыши. Другие соседи, жившие дальше, собрались вокруг Шерлока и Грина. Мистер Макферсон вышел из дома и встал рядом с Шерлоком, Глэдис – рядом, виляя хвостом. На нём было то, что Шерлок называл своим стеганым пальто в стиле Нанука с Севера. Он был стар и немощен, но это не имело значения. Он был рядом, одной из его рук, покрытых венами, нежно гладил спину Шона, снова Шона в объятиях Шерлока. Она слышала, как один из соседей вслух размышлял о том, как страховая компания попытается уклониться от выплаты компенсации на этот раз, и чуть не рассмеялась.

В этот момент Шерлок почувствовал огромную благодарность к Грину за то, что тот подарил ей эти несколько драгоценных мгновений. У неё закружилась голова, она поняла, что Шон душит её, крепко обнимая за шею. Она пощекотала его и громко чмокнула. Шон рассмеялся, музыка для её ушей, но вскоре он начал сосать пальцы, чего не делал по меньшей мере три года. Она чувствовала его слёзы на своей шее, слышала его детскую икоту. Она качала его и тихонько пела ему «Три птички» Боба Марли.

Когда Шон икнул в последний раз, Шерлок повернулся к Грину и увидел, что тот ухмыляется. «Хорошая песня».

Она кивнула. Даже глядя на пламя, ей всё ещё было трудно поверить, что кто-то поджёг их дом. Кто-то хотел сжечь его вместе с ними. Она почувствовала, как к горлу подступает ком желчи, и сглотнула. Она взяла руку Грина и сжала её. «Спасибо, Грин, что позвонила, ты дала мне достаточно времени…» Она сглотнула, и её голос дрогнул.

Он ничего не сказал, лишь смотрел на пламя и клубы дыма. Она посмотрела на картину, прилипшую к его ноге, прикрытую его же пальто. «Спасибо, что спасла картину Диллона. Он бы очень расстроился, если бы сгорела хотя бы одна из картин его бабушки, но ты же знаешь, он назовёт нас обоих идиотами за то, что мы вернулись в горящий дом». Она вздохнула. «Наверное, мы и есть идиоты. Но можешь ли ты представить себе горящего Макса?»