Джун сказала, протирая стойку: «Вот это приятный мужчина, он здесь уже, наверное, года три». Она наклонилась ближе. «Младшая дочь Филда Слимана, Фредди, теперь за ним охотится. Кажется, он даже пару раз с ней встречался, а потом бросил. Фредди — её прозвище, которое родители ненавидят. Ей сейчас, наверное, двадцать четыре, она училась на дизайнера интерьеров.

И нет, я не видел ни одной ее работы.

Пиппа подняла бровь. «Она для него молода, не правда ли?»

Джун пожала плечами. «Разница всего девять лет, или около того. В любом случае, кого это волнует? Красавчик есть красавчик».

Пиппа рассмеялась. «Верно. Значит, шеф Уайлд решил, что ему это неинтересно?»

Джун кивнула, отмеряя кофе в кофейник. «Увы, Фредди, она не сдаётся. Хотите кусочек яблочного пирога? Миссис Ходкинс печёт их для нас, лишает наших клиентов дара речи и обеспечивает себе дополнительный доход».

«Чего бы мне очень хотелось, так это ещё одного овсяного печенья миссис Трамбо», – сказала Пиппа. «Разве они не восхитительны? А вот эта дружелюбная женщина, угрюмая и улыбчивая, всё сразу. Говорит, что делать, а потом даёт печенье. Она всё время говорит о том, как важна семья, но никогда не говорит о своей собственной семье. Не знаю, сколько их осталось».

«Ее муж, майор Трамбо, умер до того, как она купила отель Calder Victorian и превратила его в гостиницу типа «постель и завтрак», верно?»

Джун рассмеялась. «Знаешь, я не уверена. Она, майор Трамбо, и её сын, Рональд Помфри, переехали сюда полдюжины лет назад. Миссис Фили уже жила здесь». Джун пожала плечами. «Две бывшие жены — лучшие подруги. Вот так.

Они до сих пор любят поговорить о печально известном майоре Трамбо». Клиент позвал, Джун похлопала Пиппу по руке и ушла.

Почему майор Трамбо был так печально известен? Но Джун уже не было. Пиппа крикнула ей вслед: «Сэндвич был очень вкусным. Спасибо, Джун. Надеюсь увидеть тебя снова перед отъездом».

Джун помахала ей рукой: «Возвращайся, Пиппа».

Было почти час дня, когда Пиппа вышла на тротуар и вдохнула свежий, чистый воздух Сент-Лумиса. Было прохладно, но туристов всё ещё было много, они ели мороженое, смеялись и веселились. Она улыбнулась каждому, кого встречала, и направилась к Уэйл-Хед-Корт и особняку Слиманов. Дом всё ещё был преимущественно колониальным, двухэтажным, выкрашенным в белый цвет с тёмно-зелёной отделкой. Он стоял на небольшом возвышении в стороне от переулка, окруженный множеством клёнов, дубов и сосен, окружавших прекрасную ухоженную территорию. Это был единственный дом на Уэйл-Хед-Корт с большой круговой подъездной дорогой. BMW

и внедорожник Lexus, оба серебристые, ярко сияли под послеполуденным солнцем. Дом оказался даже больше, чем она помнила. К ним пристроили пристройку, похожую на оранжерею, с множеством окон и красивой зелёной куполообразной крышей.

Детский голос сказал: «Я тебя не знаю. Почему ты так смотришь на дом моей бабушки?»

19

Пиппа обернулась и увидела маленькую девочку в джинсах, кроссовках и толстовке «Балтимор Рэйвенс», которая была ей слишком велика. Она держала в руках баскетбольный мяч, которым подпрыгивала на подъездной дорожке.

Где был обруч? «Привет, я Пиппа. Как тебя зовут?»

«Я Анджолина Слиман, или сокращённо Джо. Так меня все зовут, но мама это ненавидит. Она всегда говорит, что я Анджолина, с буквой «О» . Кажется, она была под кайфом, когда выбрала это имя, а папа ей позволил. Она даже неправильно его написала». Она помолчала. «Может, папа тоже был под кайфом. Когда я вырасту, я спрошу их, почему они не были под кайфом, когда называли моего брата. У него нормальное имя…»

Кристофер."

Пиппа была очарована. Этот ребёнок когда-нибудь сможет править миром. Она сказала: «Так твои бабушка и дедушка живут здесь? Какой чудесный дом».

Анджелина пару раз пустила слюни и кивнула. «Да, дедушка с бабушкой живут здесь. Я же говорила, это их дом. Мы с моим занудой-братом приезжаем к ним по воскресеньям, чтобы мои родители могли съездить в Вашингтон и поужинать в их любимом ресторане в Туманном Дне». Девочка на мгновение задумалась, нахмурившись. «Знаешь, почему его называют Туманным Дном?»

«Думаю, я когда-то знал, но забыл, извини».

Девочка покачала головой. «Это имя звучит так, будто их тоже обкурили».

Пиппа невольно рассмеялась. «А как зовут твоего отца?»

Мама часто зовёт его «придурком», но его настоящее имя — Мейсон. Мама говорила, что это имя его прадедушки, и поэтому он так и остался с этим именем.

Девочка наклонилась и начала бросать баскетбольный мяч справа налево, слева направо, подражая Стеф Карри. Она двигалась плавно и смотрела вверх, не глядя на

бал. «Моему глупому брату стало плохо, потому что он вчера вечером объелся шоколадных батончиков. Я говорил ему, что Капитан Америка не будет жрать еду, как бабуин, но он не послушал. Ну, его всё вырвало. Мои родители всё равно ходили в Туманное Дно. Бабушка разрешает ему лежать на диване и смотреть телевизор. Она принесла ему солёные крекеры и имбирный эль. А он, знаешь ли, даже баскетбол не любит? Ты можешь в это поверить?»

«Нет, не могу», — сказала Пиппа. «И вот ты здесь, Стеф гордится. Не беспокойся, Джо». Пиппа уже собиралась уходить, когда открылась входная дверь и появилась крупная пожилая женщина. Солидная на вид, именно так Пиппа и подумала, что одета она не как хозяйка поместья. Нет, на ней были джинсы и красная водолазка, и она вытирала руки о фартук. Это была миссис…

Слиман?

«Джо, не беспокой женщину».

Пиппа рискнула и позвала: «Миссис Слиман?»

«Да, я Джойс Слиман. А вы кто?»

«Пиппа Синель, я выросла в Сент-Люмисе. Я вернулась ненадолго. Я вспомнила ваш прекрасный дом».

Пиппа видела, как женщина расслабляется, с расстояния двадцати футов. Кем бы она ни была, Пиппа была местной, а потому безобидной. «Заходи, почему бы тебе не войти и не выпить чашечку улуна. Мой дорогой маленький внук с мёртвым мозгом больше не стонет так громко из своего бельяша. Филд только что вернулся домой – мистер Слиман, мой муж. Теперь я тебя помню. У твоей мамы был такой садовод. Она могла сделать любое место в Сент-Люмисе таким же зелёным, как Ирландия. А её цветы – я скучаю по всем этим великолепным цветам. Помню, соседи приносили ей засохшие растения, и, клянусь, она заставляла их танцевать хулу не раньше, чем через неделю. У твоей мамы были потрясающие джуджу. Надеюсь, она до сих пор ими пользуется?»

«Это действительно так».

«Входите, мисс Синель», — сказала она Джо. «Джо, сейчас не так уж и холодно, так что вы можете остаться на улице и попрактиковаться в ведении мяча».

Пиппа слегка помахала Джо и последовала за миссис Слиман в большой дом.

Она не помнила, каким великолепным был интерьер: полированное золотом дерево, дорогие персидские ковры, люстра над головой, сверкающая, как бриллианты.

Из-за её спины раздался мужской голос. «А это кто? Погоди, я видел тебя вчера вечером на вечеринке в честь Хэллоуина в гостинице «Левелерс». Извини, не запомнил твоего имени».

Миссис Слиман сказала: «Филд, это Пиппа Синель I. Она выросла здесь, в Сент-Луисе».

Люмис. Ты помнишь её родителей, да?

«Конечно. Как они?»

«Они замечательные, спасибо, сэр. Они переехали в Бостон семь лет назад. Я тоже видел вас вчера вечером в гостинице «Leveler’s Inn».

«Как всегда, отличная вечеринка».

Миссис Слиман сказала: «В этом году я не смогла приехать, я была в составе детского патруля».

Она повернулась к мужу: «Ты не был пьян, когда вернулся домой, Филд.

Почему?"

Мистер Слиман сказал: «Вчера вечером были дела. Нужно было сохранять спокойствие».

Его жена закатила глаза. Джойс Слиман, стоя рядом с ним, выглядела как его экономка. Сегодня он был одет в тёмно-серый костюм в тонкую полоску, бледно-серую рубашку и тёмно-синий галстук. У него была копна седых волос стального цвета, красиво уложенных.

Дело в том, что, в отличие от жены, он выглядел богатым. Был ли он в церкви, сидел ли на проповеди, или покупал недвижимость? И чем он занимался вчера вечером?

Отец Пиппы всегда относился к мистеру Слиману с опаской, но лишь покачал головой, когда Пиппа спросила его, почему.

«Вы выглядите совсем не потрепанной, мисс Синель. Вам понравилась вечеринка?»

«Да, и ещё пара сотен человек. Я видел, как ты разговаривал с шефом Уайлдом».

Он пожал плечами. «Всегда случается что-то, требующее моего внимания. Пойдём в гостиную».

Миссис Слиман сказала: «Да, я принесу чай».

Пиппа провела час с Филдом и Джойс Слиман, пока их внук дремал на роскошном синем парчовом диване. «Вам не нужно говорить тише, мисс Синел и. Кристофер спит, как живой мертвец. Хотите сахар в чай?»

«Нет, спасибо». Пиппа не была большой любительницей чая, но она послушно стукнула своей чашкой по их чашкам в тосте за возвращение домой.

Пиппа похвалила их за новую оранжерею, которую они, по их словам, построили пять лет назад, и они спросили её, чем она зарабатывает на жизнь. Она ответила, что юрист.

Разговор оставался непринуждённым, и Пиппа не могла найти способ плавно перейти к чему-то полезному, например, к решению жутких головоломок. По крайней мере, они были дружелюбны, внук отлично спал, а чай без сахара был неплохим.

Всё изменилось, когда в гостиную вошёл Фредди Слиман, одетый, конечно же, в лыжный костюм. Итак, это был двадцатичетырёхлетний Фредди, который изучал дизайн интерьера и охотился за шефом Уайлдом. «Я в порядке!»

Она увидела Пиппу и замерла. «А ты для чего собираешь? Или ты член религиозной секты, продающий недавно обнаруженные книги Библии?»

«Да, именно так», — сказала Пиппа, улыбаясь. «Это короткая глава, которую, как говорят, спрятали где-то в Северной Африке, и она посвящена тому, чтобы дать женщинам право голоса до смены тысячелетий».

Это вызвало смех у мистера и миссис Слиман, но не у Фредди. Миссис Слиман быстро сказала: «Пиппа выросла в Сент-Люмисе. Она вернулась ненадолго».

Фредди сказал: «Ты намного старше меня, неудивительно, что я тебя не помню».

Хороший, точный удар. Откуда такая враждебность?

Прежде чем Пиппа успела ответить, Фредди бросил на неё взгляд. «Я слышал, что Уайлд вчера на вечеринке смеялся с новой женщиной. А ещё я слышал, что она выставляла себя на посмешище, флиртуя с ним как сумасшедшая. Это была ты, да?»

Пиппа склонила голову набок. «Не я. Думаю, это была Клеопатра. Почему тебя не было рядом, чтобы спасти его?»

Миссис Слиман бросила на дочь предостерегающий взгляд и пожала плечами: «Кому какое дело?

Забудь о шефе Уайлде, Фредди. Он всё равно слишком стар для тебя.

Фредди ещё раз взглянул на Пиппу и взглянул на часы. «Мне пора. Я встречаюсь с Кенни и Гретхен в Питербро».

«Где снег?» — спросил мистер Слиман свою дочь.

«Это вечеринка», — сказал Фредди, ничего больше. Она вышла и громко захлопнула входную дверь. Мистер Слиман встал, пожал Пиппе руку и извинился.

Пиппа не могла просить его остаться и поговорить, например, о составлении головоломок. Она посмотрела на Джойс Слиман и увидела в её тёмных глазах простодушное лицо с искрящимся юмором.

Глаза. Она взглянула на свои часы. Пора вернуться в магазин пазлов и поговорить с миссис Фили, пока он не закрылся.

Прежде чем она успела уйти, приехали Мейсон Слиман с женой, чтобы забрать детей. После знакомства Мейсон подошёл к дивану и легонько коснулся руки сына. Мальчик резко встал и лениво улыбнулся. «Я уже в порядке, папа. Можем ли мы пойти куда-нибудь поужинать? Может, пиццу?»

«Ты язычник», — сказала его бабушка.

Пиппа пришла в магазин Мод двадцать минут спустя и увидела на витрине табличку «Закрыто ». Магазин закрылся раньше времени. Какая невезуха. Что ж, сегодня воскресенье. Ничего страшного. Пиппа встретится с ней завтра, пораньше, до того, как наберётся много покупателей. Она могла бы попросить её помочь собрать пазл, посмотреть, как это делается.

Может, она даже покажет Мод фотографии пазла, который кто-то прислал Дил, и посмотрит, какую реакцию получит. У неё будет время составить для неё список вопросов.

Когда она добралась до гостевого дома, свет был уже полностью зажжён, и прекрасный старинный викторианский дом сиял в лучах закатного солнца. Она вошла и увидела, что все уже собрались в гостиной, ожидая обещанного ужина с ростбифом и всеми гарнирами. На старомодном проигрывателе играла тихая музыка, которую она не узнала. Она не стала переодеваться, просто присоединилась к остальным и взяла немецкое пиво – любимое пиво майора Трамбо, как сообщила миссис Трамбо гостям.

Позже, все еще полная сил после потрясающего ужина, Пиппа сидела посередине своей кровати для новобрачных на третьем этаже и отправляла Дил по электронной почте краткий обзор и фотографии с вечеринки в отеле Leveler's Inn в Хэллоуин и людей, которых она встретила сегодня, в первую очередь миссис Филли и ее подругу детства Джун.

Савич позвонил ей. «Похоже, туристический Cinel i в порядке и набирает обороты. Я проверил Слимана. Он крупный воротила в коммерческой недвижимости, как ты мне и говорила, Пиппа, но у него репутация человека, который не всегда идёт на риск».

Пока нет никаких улик, связывающих его с ФБР, мной конкретно или с головоломкой, но я попрошу Макса провести более тщательную проверку. Завтра расскажи мне всё, что узнаешь от миссис Филли о её головоломках. Макс проведёт поиски по миссис...

Расскажите о родственниках г-жи Фили и ее прошлом, а также дайте нам больше информации о майоре Трамбо.

«Давай, ты правда веришь, что мы получим завтра третий красный ящик?»

«Да. Держу пари, мы увидим майора Трамбо, высунувшегося из окна отеля».

Савич на мгновение замолчал. «Осторожно, Пиппа. Мы пока не знаем, с чем имеем дело, но это не какая-то странная шутка».

Следующие полчаса она провела, читая о людях, с которыми познакомилась в тот день. Она была удивлена, узнав, что миссис Джойс Слиман проводила большую часть времени в Аннаполисе в реабилитационном центре для пациентов с психическими расстройствами, недавно освободившихся из психиатрической тюрьмы. Она фактически владела и управляла Фелбер-Хаусом, Фелбер – девичья фамилия миссис Слиман. Интересно. Пиппа прочитала всё о реабилитационном центре, но так и не смогла найти конкретную причину, по которой миссис Джойс Слиман его открыла. Может быть, какой-то дядя в семье, чья жизнь сложилась неудачно? Кто-то из близких?