Кэти пожала плечами. «Ротвейлер мистера Тёрнера, Шугар Плам, гнался за Бенни Фелпсом до самой закусочной «У Молли», где тот забаррикадировался, к всеобщему удовольствию».

Пит Марголис, один из пожарных из соседнего дома, пришедший украсть кофе у Линни, сказал: «Ну что ж, Бенни — новый почтальон, а Шугар Плам пока его просто недостаточно хорошо знает. Что ты собираешься с этим делать?»

«Когда я привел Шугар Плам домой и объяснил проблему, г-н

Тернер дал мне немного сладостей от Шугар Плам. Бенни может попробовать бросить их ей, когда будет разносить почту.

«После недели угощений, — сказал Уэйд, — она, вероятно, захочет разносить почту вместе с ним».

Линни сказала: «Мэр Томми звонил, теперь он умоляет. Он хочет, чтобы ты поговорил с журналистами из Ноксвилла, помоги сделать Джессборо известным».

«Он просто не сдаётся, надо отдать ему должное. Скажи ему ещё раз: «Ни за что», Линни».

«Он также хочет знать график Майлза по переносу завода сюда.

Он готов протащить проект через окружную плановую комиссию, и ему нужны планы завода. Он сказал, что всё должно пройти, учитывая, что Kettering Helicopters Inc. не будет располагаться дальше, чем в пятидесяти ярдах от целлюлозно-бумажного комбината Benedict.

«Я предложила Майлзу очень выгодную цену», — сказала Кэти.

«Мэр Томми потирает руки, предвкушая все новые вакансии, которые ему достанутся».

Кэти сказала: «Передай Томми, что Майлз придёт завтра. Тогда он сможет с ним поговорить».

Заместитель шерифа Нил Крук выглянул из-за угла. «Туалет в мужском туалете нуждается в ремонте, шериф».

«Позвоните Джойс в мэрию. Она всё уладит».

Уэйд сказал: «А, да, Билли Боб Дэвис снова приставал к своей жене, но когда я подошёл, она лишь засопела и сказала, что врежется в дверь. Я ничего не мог сделать».

Кэти закатила глаза. «Знаешь, Уэйд, давай сходим к ним на ферму и немного поболтаем с Билли Бобом. Может, если мы ткнём его носом в навоз, он научится лучше слушать».

Уэйд ухмыльнулся и схватил кожаную куртку. «Звучит как план. Я последую за тобой».

Кэти снова оделась, нахлобучила на голову соломенную шляпу и вышла на улицу, вдыхая сладкий морозный воздух. Она подошла к своему недавно перекрашенному «Сильверадо», наконец-то заделавшему все пулевые отверстия и вмятины. Она улыбнулась, глядя на горы, окутанные густым туманом. Казалось, можно протянуть руку и до них дотронуться. Она напевала себе под нос, набирая обороты мощного двигателя. Она медленно ехала по Главной улице, следя за тем, чтобы сугробы не стали помехой. Она помахала доктору Шейле Рейнс, которая бежала по расчищенной Главной улице за своим котом по кличке Терпентин, черным как грех и хорошо заметным на фоне снега. Она увидела, как доктор Джона Флинт помахал Шейле, а затем с нетерпением присоединился к ней, чтобы отправиться за Терпентином. Хм, что-то там, похоже, происходит.

Она все еще напевала что-то себе под нос сорок минут спустя, когда ее колено стояло на пояснице Билли Боба, прижимая его лицо к грязному снегу на заднем дворе, и она объясняла ему, что к чему.

Она слышала, как одна из коров Гибсонов громко мычала, устремляясь в ярко-голубое небо. Она слышала полуденный гудок целлюлозного завода «Бенедикт».

Это был прекрасный день в самом прекрасном месте на земле.

OceanofPDF.com

Переверните страницу, чтобы увидеть анонс нового триллера Кэтрин Коултер о ФБР.

ЗАДУТЬ

Скоро в продаже от GP Putnam's Sons

OceanofPDF.com

1

П

М

ОКОНО

ГОРЫ

Примечание

С, П

УХО

АРЕНДА

ЗАПАХ

ЭНСИЛЬВАНИЯ

Ф

Э

ПОЕЗДКА

ВЕНИНГ

Было темнее, чем привык Савич, городских огней не было на протяжении пятидесяти миль. Ослепительно-белая луна то появлялась, то исчезала среди раздутых чёрных туч. Скоро пойдёт дождь, подумал Савич, опуская стекло и вдыхая воздух. Жаль. Дождь испортит только что выпавший снег, а это значит, что Шон не сможет слепить своего первого большого снеговика. Возможно, завтра будет солнечно, холодно и ясно, если верить синоптикам, и они с Шерлоком и Шоном смогут прогуляться по прекрасному лесу, который он помнил, с елями и соснами, к озеру Клистер.

Савич протянул руку. Пока не было ни капли дождя. На сиденье рядом с ним лежал пакет с продуктами из магазина «Lew’s Friendly Staples» в Блессед-Крик, в десяти милях от хижины, где они провели долгие выходные. Главными посетителями «Lew’s» были туристы; он был дорогой, но его маленький магазинчик работал почти круглосуточно, и это было важно для всех приезжих. В пакете лежала сморщенная связка моркови для носа снеговика, кварта двухпроцентного молока для Шона, немного попкорна с маслом для микроволновки для Шерлока и себя самого, и большой, красивый арбуз – неожиданная находка в середине января в почти пустом контейнере для овощей и фруктов в продуктовом магазине размером с его столовую.

Хижина принадлежала Джимми Мейтленду, боссу Савича, который регулярно сдавал её друзьям и сыновьям-студентам. Из-за недавнего визита мальчиков пришлось два часа отмывать хижину, прежде чем она снова стала пригодной для жилья.

Савич начал петь одну из своих любимых песен в стиле кантри-вестерн «A Blameless Life Ain't No Fun at All», написанную его другом Джеймсом Куинланом.

Дорога была прямой, вдоль неё деревья стояли чуть выше асфальта, с густыми и непроходимыми ветвями. «Я ограбил этот банк, смеялся до колик, пока…»

Внезапно раздался громкий хлопок, и руль арендованного «Субару» дёрнулся в его руках, а задняя часть машины резко рванула влево. Он плавно перевёл машину в занос и отпустил педаль газа, но инерция «Субару» швырнула его в сугроб на левой обочине шоссе. Несмотря на ремень безопасности, он ударился головой о руль, на мгновение оглушив его. Всё стихло. Он поднял голову, встряхнул ею, надеясь, что не ушибся, и медленно выбрался из машины.

Заднее колесо со стороны водителя лопнуло. Он застегнул пальто, плотно обмотал шею шарфом, затем выгреб снег из левого переднего колеса, прежде чем снова залезть в машину и дать задний ход. Машина помедлила, а затем наконец выехала задним ходом, сильно накренившись влево. Савич снова вылез из машины, взял запасное колесо и домкрат. Он позвонил Шерлок, рассказал ей о случившемся и сказал, что опоздает примерно на двадцать минут.

Ему не потребовалось много времени, чтобы поменять колесо. Он как раз затягивал последнюю гайку, когда услышал какой-то звук и, обернувшись, увидел, как в шести метрах от него из деревьев выскочила женщина. Она бежала прямо на него, дико размахивая руками и крича что-то непонятное. Её длинные, тёмные и прямые волосы откидывались назад, когда она бежала. Её лицо было совершенно белым под бледным серпом луны, внезапно прорезавшим тёмные, тяжёлые облака.

Когда она подошла к нему, она все еще кричала, ее дыхание было прерывистым.

Слова, которые он не мог понять, вылетели из ее уст.

Он вскочил на ноги в мгновение ока. «Всё в порядке. Всё в порядке, вы меня нашли. Я агент ФБР. Всё будет хорошо». Он пока оставил свой SIG на поясе. Она была так напугана, что задыхалась, говорила быстро и высоко, истерика размазывала её слова, как густая смазка. «Этот мужчина, он в доме!

Он пытается меня убить. О Боже, помоги мне! »

Она бросилась к нему. Савич на мгновение вздрогнул, затем взял её за руки и нежно притянул к себе, похлопав по спине. На ней не было ни пальто, ни даже свитера, лишь что-то похожее на лёгкое летнее платье на тонких бретельках. «Всё в порядке», – сказал он ей в волосы. Молодая женщина, не старше тридцати, подумал он, но так напугана, что упадёт в обморок, если не успокоится. Он пытался успокоить её, но безуспешно. Она повторяла снова и снова, голос её срывался, ужас бил его по лицу: «Этот мужчина, он в доме, он пытается меня убить. Ты должен мне помочь!»

Одни и те же слова, снова и снова, ничего конкретного, никаких имён, ничего, кроме того, что она говорила с тех пор, как выбежала из леса. Голос её охрип, но истерика продолжала нарастать. Глаза были тёмными, дикими и испуганными.

Он обхватил ее лицо руками и посмотрел ей прямо в глаза.

«Послушай меня. Я коп. С тобой всё будет в порядке. Я тебя защищу. Просто скажи мне, где ты живёшь?»

«Там», — она резко махнула рукой влево.

«Хорошо, этот человек все еще там?»

«Да, да, он там, он хочет меня убить».

«Всё в порядке, просто держи себя в руках. Я сейчас позвоню шерифу».

« Нет , пожалуйста, пожалуйста, помогите мне сейчас же, вы должны, отведите меня обратно в дом, там мужчина, пожалуйста! Помогите мне!»

«Зачем тебе туда возвращаться, если кто-то пытается тебя убить?»

«Пожалуйста, вы должны вернуть меня. Вы должны поймать его, остановить его.

Пожалуйста!"

Савич отстранился, взял её руки в свои и пристально посмотрел на её белое лицо. Глаза у неё были очень тёмные, а лицо настолько белым, что ему показалось, будто она вот-вот впадёт в шок. «Шериф», — сказал он, но она отстранилась и побежала прочь, с главной дороги.

Он поймал её в мгновение ока. Она боролась, рыдала, дикое безумие вырывалось из неё, пока он не сказал: «Хорошо. Я отвезу тебя домой. Ты можешь мне доверять. Нет, не пытайся двигаться. Но было бы глупо с моей стороны идти туда с тобой одной. Я зову на помощь».

Он взял её за руку, достал телефон и набрал 911. Она не пыталась уйти. Она стояла рядом с ним, послушная и молчаливая, не говоря ни слова. Телефон не работал. Но это было бессмысленно. Он разговаривал с Шерлоком всего полчаса назад, звоня с того же места. Он попробовал ещё раз. Телефон был таким же мёртвым, как та сморщенная морковь, которую он только что принёс. Всё было бессмысленно. Он попробовал ещё раз. Ничего. Что ему оставалось делать? «Мой телефон не работает. Это бессмысленно, но это не так».

«Ты должна мне помочь». Он посмотрел на её бледное лицо. Выбора не было. Он мог бы затащить её в машину и отвезти в офис шерифа, но нутром он чувствовал, что она будет сопротивляться, как сумасшедшая. Он видел её нетерпение, её страх, накатывающий на неё яростными волнами. «Послушай меня.

Я отвезу тебя обратно домой. Всё будет хорошо. Пойдём со мной к машине.

Он переложил пакет с продуктами на заднее сиденье, помог ей сесть в машину и пристегнул ремень безопасности. Она прошептала «спасибо» раз десять, а может, и больше, снова и снова. В тот момент у него не осталось никаких сомнений, что кто-то пытается причинить ей боль. Он покачал головой, сетуя на превратности судьбы. Всё, чего он хотел, – это длинные выходные, чтобы гулять по лесу с женой и сыном, учить его отличать ель от сосны, а теперь он вернулся к работе. Он включил обогреватель на полную мощность, но она, казалось, не замечала. Казалось, ей даже не было холодно.

"Где вы живете?"

Она указала на боковую дорогу, справа от главной. «Туда, на Клейтон-роуд, пожалуйста, поторопитесь. Он собирается меня убить, он ждёт, он…»

Савич поехал и свернул на Клейтон-роуд, узкую, но хорошо вымощенную.

У неё перехватило дыхание, и он спросил: «Тут написано Клейтон-роуд. Это дорога сюда?»

Она кивнула. «Пожалуйста, поторопитесь, поторопитесь…» Она тяжело дышала, задыхаясь. Он ехал по узкой асфальтированной дороге, по обеим сторонам которой лежали сугробы снега.

Он заехал за угол и увидел на пологом возвышении слева большой дом, из окон на первом этаже которого горел свет.

«Вот он, да, это мой дом, пожалуйста, поторопитесь, пожалуйста, Боже, вам нужно поторопиться...»

«Да, мы здесь. Я хочу, чтобы ты остался здесь…»

Но она уже выбежала и побежала к входной двери, крича через плечо: «Скорее, скорее, скорее! Вы должны остановить его!»

Савич вытащил свой SIG, догнал ее и схватил за руку.

«Помедленнее. Этот человек — вы его знаете?»

Она ничего не говорила, отчаянно трясла головой, отчего ее волосы развевались, и повторяла: «Скорее, скорее!»

Входная дверь была не заперта. Савич держал её за собой, открывая дверь и размахивая пистолетом из стороны в сторону. Он ничего не видел и ничего не слышал.

Он чуть не потерял ее, когда она попыталась вырваться, но он удержал ее, сказав:

«Где гостиная?»

Она дышала тяжело и прерывисто, испуганная еще больше, чем прежде, ее зрачки были расширены, и она рыдала, не в силах вымолвить ни слова.

Она указала направо.

«Ладно, всё в порядке, мы идём в гостиную». Он двигался медленно и осторожно, размахивая своим SIG во всех направлениях.

Никого не было видно. Ничего. Казалось, дом был пуст, если не считать их двоих.

В камине горел яркий огонь, так что она, вероятно, ушла ненадолго. В большой комнате было тепло, даже уютно, все лампы горели, защищая от темноты и пронизывающего холода снаружи.

«Послушай меня», — сказал он, усаживая её на диван. «Нет, ничего не говори, просто слушай. Я хочу, чтобы ты оставалась здесь, понимаешь?»

Ее рот двигался, и он боялся, что она вот-вот сложится, но она медленно кивнула.

«Не двигайся. Я серьёзно. Я хочу, чтобы ты была в безопасности, так что не вставай с этого дивана.

Я собираюсь обыскать дом. Если кого-нибудь увидите или услышите, кричите как можно громче, хорошо?

Она снова кивнула.

Савич еще раз взглянул на нее, прежде чем выйти из гостиной.

Она сидела, застыв, положив руки на колени, и смотрела прямо перед собой, в пустоту. Одна из тонких бретелька летнего платья сползла с плеча. Летнее платье?

Дом был большой, одна комната переходила в другую. Везде горел свет, но почему? Кому захочется прятаться в освещённой комнате?

Он прошёл через столовую, в большую кухню, а затем в прихожую. Справа от широкого коридора он увидел библиотеку, кабинет, туалет и небольшую гостиную, похожую на старомодный женский кабинет, с небольшим письменным столом, плюшевым диванчиком и прекрасным персидским ковром на деревянном полу. В комнате было много картотечных шкафов и старая пишущая машинка.