Пятница, день

Когда Савич и Шерлок присоединились к Еве и Гарри на заднем дворе Хантов, день клонился к вечеру, было прохладно, и лишь несколько тонких струек тумана пробивались сквозь Золотые Ворота. Резкие порывы ветра дули с воды. Было слишком холодно, чтобы размышлять о невероятном виде.

Савич сказал Гарри: «Полиция Сан-Франциско у входа не дурака валяла. Они остановили нас и довольно внимательно осмотрели, так как не знали, кто мы».

Гарри сказал: «Всего полчаса назад здесь был папарацци, который устроил переполох. Полиция здесь, чтобы не пускать остальных на территорию».

Заместитель маршала Барбьери — Ева — будет возглавлять безопасность.

Савич сказал: «Приятно знать. Судя по полицейской ленте и высоте каменной стены, я вижу, где Рэмси стоял, когда его застрелили. Он сказал, что видел «Зодиак», пришвартованный у его небольшого участка пляжа. Он не упомянул, что ничего не слышал, а это значит, что стрелок должен был подъехать на машине до того, как Рэмси вышел, и ждать. Рэмси примерно моего роста, и ему выстрелили сзади, под правую лопатку, выходное отверстие было выше». Он посмотрел через стену и осмотрел местность внизу. «Примерно в шестидесяти-семидесяти футах над скалами, под крутым углом».

«Вы слышали о камне, к которому привязана газетная фотография судьи Ханта, на лице которого был знак «X»?» — спросил Гарри и указал пальцем.

«Мы слышали», — сказал Савич, глядя на куст.

«Загадка в том, есть ли у нас два человека: стрелок с пляжа и кто-то другой, кто бросил сюда камень? Кажется, это очень рискованно — просто оставить сообщение. По словам миссис Хант, в районе активно ведётся наблюдение, которое она сама помогла создать пять лет назад.

Хотя было уже около полуночи, есть вероятность, что кто-то из соседей увидел бы второго преступника».

Ив сказала: «Можете поспорить, что в таком районе кто-нибудь обязательно забил бы тревогу, увидев незнакомца рядом с домом Рэмси. Держу пари на свою воскресную шляпу, что стрелок, оставивший сообщение, прошёл по тропинке от пляжа к соседнему участку мистера Спроула и перелез через забор на задний двор, поскольку это единственная тропинка на приличном расстоянии. И если он рисковал, что мистер Спроул его увидит, то зачем ему вообще стрелять снизу? Почему бы не прямо здесь, а потом не сбросить камень и не вернуться к этому «Зодиаку»? Это загадка, как и сказал Гарри».

Шерлок сказал: «Покажите мне, где они нашли этот камень».

Ева коснулась листьев примерно до середины огромной гортензии и отодвинула их в сторону. «Меня здесь не было, но этот флаг отмечает то место, вон там».

Шерлок повернулся к Гарри. «Ты был здесь, когда нашли камень. Расскажи, как он оказался под гортензией. Выглядел ли он аккуратно положенным или его просто бросили туда, как будто его просто бросили?»

Гарри сказал: «Записка, прикреплённая к камню, была на самом деле перевёрнута и частично зарыта в мягкую почву. Она выглядела свежей, не прикрытой ни землёй, ни листьями. Эксперты обнаружили её только когда совсем рассвело, потому что камень находился под гортензией».

Шерлок засунула руку в листья, пошарила пальцами. Затем она опустилась на корточки и продолжила осторожно шарить внутри гортензии.

Она подняла глаза и склонила голову набок — Савич много раз видел, как она это делает, — верный признак того, что она представляет себе произошедшее.

«Откуда стрелок знал, что Рэмси будет один на улице поздно вечером в четверг? Он же не просто слонялся поблизости, высматривая, не выйдет ли его жертва? Так была ли у Рэмси привычка приходить сюда по ночам один? Чтобы посмотреть на мыс Марин-Хедлендс и Золотые Ворота?»

Ева достала из кармана телефон и набрала номер. «Молли? У Рэмси была привычка проводить несколько минут на улице каждый вечер перед сном?»

Она выслушала. «Спасибо. Это помогает. Я расскажу тебе позже, обещаю. Мы всё ещё здесь, дома, пытаемся понять, как всё это произошло. Я…

до скорой встречи."

Она отключилась и сунула телефон обратно в карман красной куртки. «Да, каждую ночь. Молли сказала, что это был ритуал, что Рэмси иногда выходил даже под дождём. Она сказала, что он чувствовал себя благословенным, глядя на мир со своего Грозового перевала, словно это был центр мира».

Гарри сказал: «Значит, стрелок или те, кто его нанял, знали об этом. Они должны были хорошо знать его семью или достаточно долго следить за его домом, чтобы быть уверенными, что он там будет. Можно ли вообще предположить, что это Кэхиллы? Могли ли они узнать такую деталь о привычках Рэмси из тюрьмы?»

Ив сказала: «Ты прав. Сколько людей могли знать о ночных привычках Рэмси, у него на заднем дворе? А Рэмси был застрелен в течение суток после того, как он закрыл дело. Это небольшой шанс для Кэхиллов».

«Так о чем же ты там думал, Шерлок?»

спросил Савич.

Она вытащила руку из куста гортензии. «Я всё думала, почему эта фотография, почему такое послание. Если кто-то увидит её под кустом, меньше чем в шести метрах от места падения Рэмси, он может решить, что в деле замешаны двое, как и сказал Гарри. Но если задача второго человека заключалась в том, чтобы подбросить фотографию, чтобы полиция нашла её, чтобы сделать какое-то заявление, почему именно на земле под кустом? И какое послание они хотели передать?»

«Первое впечатление, которое складывается», — сказала Ив, — «что Рэмси застрелили из-за его судейских заслуг, из-за его репутации и того, что она значила для людей. Перечёркнутая фотография — это своего рода насмешка в лицо; так подумал Гарри».

«Я предполагаю», сказал Гарри, «что это может быть своего рода отвлечение внимания, направленное на то, чтобы увести нас от судебного процесса или по каким-то личным мотивам».

Шерлок кивнул. «Вот в чём дело. Согласен, что ксерокопия сама по себе может быть отвлекающим манёвром, но как насчёт места её обнаружения? Создаётся впечатление, что в деле участвовали двое, но на самом деле стрелок был один, и он находился на пляже».

Гарри спросил: «Тогда как же сюда попал камень? Может быть, парень забрался на скалу, чтобы сбросить его под кусты, а потом спустился обратно на пляж и забрался в свой «Зодиак» до того, как приехала полиция?»

Шерлок улыбнулся. «В этом кусте недавно сломанная ветка, и я сомневаюсь, что её сломал кто-то из наших экспертов. Что-то тяжёлое…

Он сломался сзади, сзади, и это примерно в двух футах от того места, где на земле установлен флажок, отмечающий место, где был найден камень. Это значит, что камень не просто лежал на земле под кустом, а сильно ударился о куст.

Савич сказал: «Значит, он прилетел издалека». Он снова посмотрел вниз, через стену. «Он слишком далеко, чтобы бросить его вверх и ударить по кусту с большой силой. Но небольшой камень можно легко забросить сюда, скажем, из рогатки.

Одна из тех кожаных моделей Trumark, которые используются для охоты на зайцев и тому подобное.

Он легко долетит сюда и нацелится на гортензию — отличная большая цель.

Молодец, Шерлок.

Ева уставилась на неё. «Как ты вообще додумалась это искать?»

Шерлок буднично сказал: «Должно быть решение головоломки Гарри, и это было единственное, что пришло мне в голову. Стрелок был осторожен, он изучал Рэмси и тщательно выбирал место, так что не имело смысла отказываться от преимущества, поднимаясь по тропе, чтобы оставить сообщение».

«Потрясающе», — сказала Ева. «Вот и всё, что нужно нашему второму преступнику». Но Гарри это не убедило.

Шерлок сказал: «Ответьте мне на это, агент Кристофф. Если там был второй человек, почему он не вылез из своего убежища, чтобы убедиться, что Рэмси мёртв? Нет, стрелок хотел убить Рэмси, и его не слишком волновало, промахнётся ли он этим камнем. По большому счёту, эта попытка поиздеваться над нами, сбить нас с толку или что-то в этом роде не сработала бы, если бы мы не нашли камень. Ну и что?»

Все обдумали это. Гарри сказал: «Ладно, тогда один стрелок. Я никак не могу понять, в какое время это произошло — Рэмси отложил суд, и его подстрелили. Должно быть, за этим стоят Кэхиллы или кто-то, с кем они связаны. Время делает это слишком уж похожим на совпадение, а я, например, не верю в совпадения».

«Я тоже», — сказал Савич. «Но, как заметил Шерлок, посторонний человек не мог предсказать, что Рэмси окажется здесь именно тогда, когда он ему понадобится, так что, я бы сказал, кто-то наблюдал за ним как минимум неделю».

Ева потёрла руки. «Тот, кто следовал за ним целую неделю? Это трудно принять».

Гарри сказал: «Хорошо, допустим, это не Кэхиллы. Но время всё равно выбрано — даже если всё было запланировано заранее, кто-то может воспользоваться прекрасной возможностью, поскольку Кэхиллы нависают над местом преступления, словно чёрная туча».

«Вчера в полдень в местных новостях сообщили о том, что судья Хант закрыл дело, — сказала Ив. — Если кто-то уже планировал его убить, то действовал он очень быстро».

«Есть ещё один большой вопрос с Кэхиллами», — сказал Савич. «Сейчас всё выглядит так, что судебное разбирательство будет прекращено, потому что федеральный прокурор, возможно, был скомпрометирован, а теперь он пропал. Застреленный Рэмси этого не меняет. Для них всё начнётся заново, с другим составом игроков».

Ева сказала: «Молли сказала, что это было одним из первых слов, вырвавшихся у Рэмси, когда он проснулся. Зачем его стрелять? Судья должен быть беспристрастным, в отличие от прокурора, который месяцами готовился к процессу. Какое это имело значение для Кэхиллов, которые сидели там, наверху, в чёрных мантиях?»

Ева посмотрела на ленту, ограждавшую место падения Рэмси. «Кто бы это ни был, он совершил одну большую ошибку».

Все посмотрели на нее.

«Стрелок не смог убить Рэмси. Он потерпел неудачу. Что же ему теперь делать? Попробовать ещё раз? Если Кэхиллы нацелились на Рэмси, по какой бы то ни было причине, они уже победили, потому что он исчез из поля зрения на ближайшее будущее. А что, если это был кто-то другой?»

«Вот почему мы должны его защитить, Ева», — сказал Гарри.

«Никто не причинит вреда судье Рэмси Ханту, пока я на страже», — сказала Ив. «Никто».

Шерлок сказал: «Я проверю «Зодиак», а Чейни вынюхивает любые слухи о наемном стрелке».

«Нам нужно поговорить с Кэхиллами», — сказала Ив. «В любом случае, они, безусловно, представляют интерес. С этого можно начать».

Дом судьи Шерлока

Пасифик-Хайтс, Сан-Франциско

Пятница вечер

Шерлок закрыла глаза, слушая, как Эмма играет «Рапсодию в стиле блюз » Джорджа Гершвина на великолепном рояле Bösendorfer, купленном для Шерлока, когда ей было примерно столько же лет. Когда Эмма взяла последние ноты, наступила долгая тишина, а затем раздались аплодисменты, самые громкие из которых были у родителей Шерлока.

«Я так давно не слушал вашу игру», — сказал судья Корман Шерлок. «Спасибо, Эмма».

Гарри не мог поверить своим ушам. Одиннадцатилетняя девочка с густыми тёмно-каштановыми волосами, закрывающими лицо, сразила его наповал. Как эти маленькие ручки могли играть с такой страстью и чистотой, как будто извлекать все эти стремительные аккорды, эти бесконечные переливы и трели?

Эвелин Шерлок всё ещё улыбалась. «Это было великолепно, Эмма. Спасибо за анонс. Мы, конечно же, будем там, чтобы послушать вас на симфоническом концерте».

Эмма слегка улыбнулась им, но улыбка тут же исчезла. «Не знаю, как я буду играть с папой в больнице». Она посмотрела на свои сцепленные руки. «Сегодня днём он мне улыбнулся, но ему было так тяжело, и я знала, что ему больно».

Ив сказала: «Скажи, что твой отец не сможет быть с тобой в Дэвис-холле. Мы всё устроим, и он сможет слушать тебя в прямом эфире».

«А если что-то случится? А вдруг он всё ещё в больнице? Как я тогда смогу играть?»

Ив сказала: «Если его нет дома — а поверь мне, это маловероятно, ведь твой папа такой крутой парень, — мы отвезём прямую трансляцию в больницу и подключим её там. Разве ты не видишь, как все эти медсестры, врачи и другие пациенты ломятся в его палату, чтобы увидеть, как ты играешь? Поверь мне.

Где бы ни оказался твой папа через полторы недели, ты знаешь, что он будет с тобой на сцене».

«Какое идеальное решение», — подумал Савич. Ева даже не намекнула, что Рэмси, возможно, достаточно здоров, чтобы посетить её выступление, и это было очень разумно. Он сжал руку Шерлока.

Эмма попыталась улыбнуться Еве. «Это значит, что я не могу совершить ни единой ошибки».

«Ты никогда этого не делаешь», — сказала Ева.

Шерлок сказал: «Тебе нравится Bösendorfer, Эмма? Мне его подарили родители очень давно».

«Жаль, что ты редко играешь в эту игру», — сказала Эмма. «Миссис...

Мэйхью — моя учительница — говорит, что на пианино нужно играть, иначе оно устареет».

«Как вы думаете, Гершвин звучал безвкусно?»

Эмма покачала головой. «Нет, звучало идеально. Я привыкла к своему Steinway, но это пианино мне тоже нравится. Жаль, что мама не здесь».

Ева сказала: «Посмотри на общую картину, Эмма. Твой папа сейчас нуждается в её внимании больше, чем мы».

Эмма подумала об этом и кивнула. Она коснулась ноты «до» первой октавы. «Действие идеальное».

Эвелин Шерлок спросила: «Эмма, хочешь, чтобы Лейси сыграла для тебя?»

Глаза Эммы засияли. «О, да. Ты знаешь Итальянский концерт Баха ?»

Шерлок закатила глаза. «Давно я не играла этого убийцу. Чувствую, как мои пальцы кричат мне, чтобы я не пыталась».

Гарри сказал: «Скажи своим пальцам, чтобы они были мужественными. Мне бы очень хотелось послушать, как ты играешь, Шерлок».

Шерлок занял место Эммы за чёрным роялем. Она сыграла несколько гамм, взяла несколько аккордов и поняла, что ощущение клавиш этого великолепного инструмента – глубоко запечатлённое воспоминание, которое быстро вернулось. И всё же она не собиралась пробовать первую часть – слишком дикую и напряжённую без практики. Она сыграла вторую часть – медленную, волнующую и печальную. Играя, она чувствовала, как сила музыки проникает в неё.