Что, если я дам тебе свою членскую карту клуба «Пасифик-Хайтс» на Юнион-стрит, и ты сможешь как следует потренироваться? Я могу позвонить мистеру Эдди, он обычно там, и он с нетерпением ждал встречи с тобой. Он тяжелее тебя на добрых двадцать фунтов, и всё это мышцы. Хоть он и старше тебя, он тот ещё крепкий лысый ублюдок.

Савич ненавидел говорить «нет»; он не мог придумать ничего, что ему было бы нужнее, чем изнурительная тренировка. Он покачал головой. «Мне нужно отложить встречу с мистером Эдди. Нам с Лэйси нужно как можно скорее съездить в больницу. Синди Кэхилл уже более-менее пришла в себя, и это наш первый шанс поговорить с ней».

Спустя пять минут, после того как Шон уничтожил миску хлопьев Cheerios и начал жаловаться бабушке на обещанный ею визит в зоопарк, хотя зоопарк еще не открылся, Шерлок завел арендованную машину, чтобы отправиться через весь город в больницу Сан-Франциско.

Савич завёл MAX, когда они ехали в сторону Маркет-стрит. «Чейни уже пытается получить от Линь Мэй портрет Сюй. Он сказал, что сейчас отправит его в Хаммерсмит, но, похоже, ещё не опубликовал его».

Интересно, как на это отреагирует Синди.

«Я только надеюсь, что она сможет с нами поговорить», — сказал Шерлок. «Чейни сказал, что ей нездоровится».

«Если она сможет, я нутром чувствую, что сейчас она расскажет нам все, что знает о Сюе, ведь он пытался ее убить».

Он на мгновение откинулся назад, закрыл глаза. «Пока Сюй не убил Майло Сайлза и его план не стал ясен, пытаться предсказать его действия было сущим кошмаром. Иногда он был сдержан и логичен, иногда — нет. То, что он провернул прошлой ночью, было актом отчаяния, выходящим за рамки его контроля. Ему повезло, что всё получилось так удачно».

Шерлок свернул на шоссе 101-й Юг. «Взорвать потолок лифта, сбросить дымовую шашку и расстрелять кучку маршалов и Рэмси — это было совершенно нелогичным и необдуманным поступком. До сих пор не могу этого понять».

«Я тоже не могу. Это слишком и не в его характере. Почему он так отчаянно хотел убить Рэмси таким безумным способом? В общем, он шпион, и, вероятно, уже давно им является, а первый девиз шпиона, как мне кажется, — это осторожность. Он похоронил Микки О’Рурка в месте, которое никто никогда не найдёт, просто ему не повезло, что эти дети были там.

«Но потом он убил Майло Сайлза и Пикси МакКрей средь бела дня, когда его легко можно было заметить. Он повсюду».

Шерлок сказал: «Думаю, с Майло всё сводилось к тому, чтобы как можно быстрее устранить всех, кто мог ему навредить, чтобы он мог выбраться из Доджа. Это было отчаяние, как ты и сказал. Думаю, если бы он думал, что у него есть выбор, он бы подождал, пока Майло останется один, и закопал бы его поглубже, как Микки О’Рурка. Скажу тебе, Диллон, у меня от этого голова болит».

Савич ухмыльнулся ей. «Надеюсь, Сюй достаточно заблуждается или отчаялся, чтобы попытаться убить Синди в реанимации. Я усилил её охрану. Она так же хорошо прикрыта, как Рэмси. Если Сюй появится, мы его схватим, в этом я не сомневаюсь».

«Знаешь, он должен попытаться. Последнее, чего он хочет, — это чтобы она с нами заговорила, и он должен знать, что она заговорит, ведь он пытался её убить».

«Ага, а вот и набросок».

Шерлок взглянул на экран Макса, на лицо мужчины. «Не очень-то примечательный, правда? Ни одной азиатской черты лица, разве что густые чёрные волосы. Зелёные глаза и худое, вытянутое лицо. Сколько лет, по-вашему, около тридцати пяти?»

Савич сказал: «Да, примерно так». Он посмотрел на мужчину и поймал себя на мысли, как Сюй связался с китайским правительством и почему стал предателем своей родины. Чувствует ли он себя более… Китайский или американский? Или всё дело в деньгах? Савич знал, что ни то, ни другое не является главным. Однако Сюй был психопатом, наполовину китайцем, и идеально подходил для себя, получая деньги за то, что ему нравилось.

Больница общего профиля Сан-Франциско

во вторник утром

Синди Кэхилл они нашли в хирургическом отделении интенсивной терапии, всего в одной палате от того места, где Рэмси боролся за жизнь. Её застрелил тот же человек, который приказал убить Синди. Офицер Колли оглядел их, стоя рядом с палатой Синди, и улыбнулся. Он также дежурил здесь, когда Рэмси был здесь.

«Рад вас видеть, агент Савич, агент Шерлок. Агент Кристофф и заместитель шерифа Барбьери ждут вас внутри уже пару минут.

Тут столько врачей и медсестёр побывало. Думаю, у неё проблемы. Он поднял телефон, чтобы показать им портрет Сюй. «Только что получил». Он кивнул Шерлоку. «Никаких следов. Можете быть уверены, они разденут любого, кто на него похож, прежде чем он выйдет из вестибюля, в кепке или без».

Синди выглядела белой как смерть: глаза её были закрыты, веки в синяках, волосы спутаны. Рот у неё был закрыт пластиковой кислородной маской, и дышала она с трудом, словно это был тяжёлый труд. Натянутая на неё простыня была покрыта розовыми пятнами там, где касалась груди, и, казалось, была накинута на лабиринт булькающих трубок, тампонов и давящих повязок, некоторые из которых тоже были розовыми. В одной из капельниц находился пакет с кровью, медленно капавшей ей в руку. Без макияжа, без демонстрации своего обычного настроя и силы характера, она выглядела молодой, уязвимой и тяжело больной.

Савич кивнул Еве и Гарри. «Она спала с тех пор, как вы пришли?»

Ева покачала головой. «Она в сознании, но ей больно, и она в ступоре от всех этих лекарств, которые ей вводят. Врач сказал мне, что не знает, сможет ли она что-то сказать или нет».

Шерлок сказал: «Все, что мы можем сделать, это попытаться».

«Ага, вот и глаз открылся», — Ева наклонилась к ней. «Доброе утро, Синди. Не хочешь моргнуть мне, чтобы я знала, что ты здесь?»

Синди Кэхилл моргнула. «Я здесь», — прошептала она.

«Тебе больно?» — спросил Савич.

Невероятно, но она улыбнулась. «У меня нет ощущения, что я плаваю на Бали под палящим солнцем, если вы об этом. Я всегда хотела поехать на Бали, но не знаю, доберусь ли я туда сейчас. А вы знаете, что она извинилась передо мной после того, как вонзила мне нож в грудь?»

Все почувствовали укол жалости, пока Синди не прошептала с ядом в голосе: «Я даже специально отвлеклась, чтобы поговорить с этой тощей сучкой. Мне же больше нечем было заняться, так почему бы и нет? А она только и делала, что ныла о своём сыне, как будто мне было до него дело». Настоящая Синди, со всем её поведением, снова проявилась, какой бы больной она ни была.

Гарри ухмыльнулся. «Похоже, ты возвращаешься к нормальной жизни, Синди», — сказал он и скрестил пальцы, надеясь, что она продолжит в том же духе.

«Я уже никогда не буду нормальной. Посмотри на меня. По крайней мере, эта стерва меня не убила».

«Ее зовут Линь Мэй», — сказал Шерлок.

"Кто ты?"

«Я агент ФБР».

Синди сказала: «Мне нравятся твои волосы. Когда-то у меня были рыжие, ну, скорее каштановые, но я не завивала их так, как ты». Она бросила взгляд на Еву. «Я ненавижу светлые хвостики. Это так старомодно, как будто женщина пытается вернуть себе девичью молодость. Это жалко».

Ева сказала: «Линь Мэй пыталась убить тебя, потому что Сюй угрожал убить ее маленького сына, если она этого не сделает».

Все видели, как быстро Синди всё это вычислила, даже будучи больной и под действием лекарств. «Бедняжка теперь мертва. Раз я жива, значит, мама не справилась, и Сюй быстро это поймёт».

«Её мальчика защищают», — сказал Шерлок. «С ним всё будет хорошо».

Ева продолжила: «Ты знаешь, что Линь Мэй в шоке и находится здесь, в психиатрическом отделении?»

«Она, наверное, притворяется. Надеюсь, ей за это придётся несладко». Они увидели сжатые кулаки. «Я действительно делал вид, что слушаю её! Я действительно уделял ей немного внимания, и вот как она мне отплатила».

Савич сказал: «Уверен, вы согласитесь, что она поступила мудро, уделив больше внимания Сюй. Она не думала, что полиция сможет защитить её сына от него».

«Ладно, значит, она поступила умно, поверив ему. Он же застрелил судью Ханта, убил Микки О’Рурка и беднягу Майло, жадного идиота. Погоди…»

Внезапно в глазах Синди мелькнула паника. «Клайв. Где Клайв?»

Савич пока не хотел туда идти, но лицо Синди пылало, её взгляд был прикован к нему. Теперь у него не было выбора. Он сказал: «Сюй нанял заключённого, чтобы тот зарезал его в душе, так же, как он заставил Линь Мэй зарезать тебя. Клайв не выжил. Прости, Синди».

Лицо Синди стало совершенно пустым. Она попыталась покачать головой, но не смогла. Она закрыла глаза и не издала ни звука, если не считать своего прерывистого дыхания. Слёзы сочились из-под век и ручьями текли по её белым щекам.

Ева подумала: «Значит, Синди всё-таки не просто использовала Клайва».

Савич сказал: «Ты не можешь помочь Клайву сейчас, но можешь помочь себе. У меня есть предложение от федерального прокурора, Синди. Ты готова рассказать нам, что знаешь о Сю?»

Синди прошептала, не открывая глаз: «Это пятнадцать лет, как я хотела?»

«Да, поскольку Сюй теперь серийный убийца, нам грозит пятнадцать лет, если то, что вы нам расскажете, поможет нам найти его».

«У вас есть письменное подтверждение?»

«Времени не было, Синди, и сейчас его почти нет. Он, возможно, уже уезжает из страны».

«Могу ли я вам доверять, агент Савич?»

Савич наклонился к её лицу. «Ты можешь мне доверять».

Синди открыла глаза и посмотрела на него. Она прошептала: «Первое имя Сю — Сянь, Сянь, но его всегда звали Сю, он говорил, что так проще, чем Сянь. Он намного младше Клайва, но не сказал мне своего возраста. Я поддразнила его, и он сказал, что он из Индианы и сбежал оттуда в восемнадцать. Он сказал, что сменил имя на Джо Китс, но когда…

Он работал, его звали Сюй. Не знаю, использует ли он сейчас имя Джо Китса, так как я никогда не видел его паспорта. Думаю, у него много псевдонимов.

«Это похоже на него, Синди?» — Савич показал ей набросок Сюй на мобильном телефоне.

«Это не так уж плохо. Но он красивее, у него очень красивые зелёные глаза.

Он сказал мне, что ресницы ему достались от мамы, Энн.

«Вы знаете, где он остановился?»

«Нет, он нам этого не говорил. Он появлялся, когда хотел. Думаю, он переезжал».

«Что Сю искал в компьютере Марка Линди?»

«Он нам этого тоже никогда не говорил. Он говорил, что чем меньше мы об этом знаем, тем лучше для всех. Линди говорил мне, что он эксперт по компьютерным червям, вирусам и тому подобному. Однажды, лёжа на мне после секса, он похвастался, что был одним из главных разработчиков червя, который помешал иранским планам по созданию бомбы».

На одном из электронных мониторов, к которым была подключена Синди, сработала сигнализация, и в палату вбежали медсестра и ординатор. «Пожалуйста, немедленно уходите», — сказал врач. «Ей нужна помощь».

Всех четверых спешно вывели из кабинки Синди Кэхилл. Они стояли неподвижно у входа. «Она что, умрёт?»

На этот вопрос никто не мог дать ответа.

Савич нажал кнопку лифта. Они молчали, подождали, пока не окажутся внутри. Савич сказал: «Поскольку мы ничего не можем сделать с Синди, мне нужно где-нибудь сесть и проверить через MAX информацию, которую она нам дала о Сю».

По дороге в кафетерий Ева сказала: «Я хочу, чтобы она пришла, очень хочу. Признаюсь, я была удивлена, что она так расстроилась из-за Клайва. Я всегда думала, что она его использует, как будто он для неё кем-то вроде отца. Всё это так… бесполезно».

Савич покачал головой. «Я бы сказал, что у них была взаимозависимость, как ни странно».

Ева кивнула. «Мне кажется, она даже немного презирала его, ведь она прекрасно знала, что Клайв слабее её, но да, она зависела от него, он всегда был рядом. Интересно, что с ней теперь будет».

Больница общего профиля Сан-Франциско

Кафетерий

Шерлок поставил чашку с кофе, когда она заглянула через плечо Диллона. Сюй родился и вырос в Лампо, штат Индиана. Он был сыном белой матери Энн Сюй, учительницы истории в средней школе Лампо, и китайца, который сначала иммигрировал в город Паксико на берегу Мексиканского залива, штат Флорида, а затем переехал в Индиану и купил там заправку.

В восемнадцать лет Сюй и его родители уехали из Лампо на длительные летние каникулы на озеро Бронсон, расположенное в пятидесяти милях от Лампо, как рассказала соседям миссис Сюй.

Семья так и не вернулась. Заправка, которой владел мистер Сю, оставалась пустой; место преподавателя истории в старшей школе Лампо заняли, когда Энн Сю не вернулась на осенний семестр. О сыне так никто и не услышал. Были сделаны поверхностные запросы, но после отпуска семья Сю так и не вернулась. В конце концов о них забыли, поскольку никто не знал родственников ни по материнской, ни по отцовской линии, с которыми можно было бы связаться.

Шерлок спросил: «Как ты думаешь, Сюй убил своих родителей?»

«О да, — сказал Савич. — После этого никаких следов Сюя не осталось. Если он официально сменил имя на Джо Китс, мы его найдём».

Самое главное, что у них были первые водительские права Сю в Индиане с фотографией, сделанной в шестнадцать лет. Диллон уже отправил фотографию в лабораторию обработки изображений в здании Гувера, чтобы обновить её и показать, как он будет выглядеть сейчас, почти двадцать лет спустя.

Теперь я жду состаренную фотографию, готовясь сравнить ее с наброском, который Линь Мэй передала полицейскому художнику, а затем отправлю его Хаммерсмиту и его команде, как только он прибудет.

«У него и правда черты лица белые», — сказал Шерлок, глядя на водительские права. «Посмотрите на эти зелёные глаза. Совсем не похож на своего отца-китайца, разве что оба худощавые. Красивый парень, правда?»

«Присмотритесь внимательнее», — сказал Савич. «Он уже высокомерно наклонил голову, а его взгляд пронзительно смотрит вам прямо в лицо, словно ему всё равно, что вы думаете и вообще о чём бы то ни было».

Всплыло уведомление о сообщении, и вскоре они увидели то же самое лицо, хотя и более одутловатое, с морщинами вокруг рта и глаз, но взгляд был более пристальным и всё тот же, легко узнаваемый, пристальный взгляд. Савич переслал сообщение Хаммерсмиту, подождал несколько секунд и позвонил ему по громкой связи.