Мартинес перевернул диск и остановил его, показав крупный план.

Они уставились на мужчину неопределенного возраста, одетого в свободные брюки, кроссовки, свободную темно-синюю ветровку, темные солнцезащитные очки и бейсболку «Джайентс».

«Бинго», — сказал Гарри. «Он подходит под описание парня, которого мы ищем».

«Он хорошо замаскирован, — сказала Ив. — Он знает, что вы снимаете его на камеру.

Он даже не пытается скрыться от камер, и, держу пари, знает, где каждая из них. Мне кажется, он человек средних лет. Что скажете?

«Может, и постарше», — сказал Гарри. «Худой, ростом около пяти футов девяти дюймов. Из-за солнцезащитных очков и надвинутой на глаза кепки я не вижу ни его лица, ни волос, но нам мельком видна часть его шеи — не кажется ли вам, что у него обвислая шея?»

«Пожилой убийца?» — Мартинес поднял бровь.

Савич тихо сказал: «Слушай, это может быть даже женщина».

Другая густая чёрная бровь Мартинеса взлетела вверх. «Женщина? В такой перестрелке?»

Савич сказал: «Поскольку у нас есть ДНК, мы скоро узнаем о нём или о ней всё, включая время рождения. Если, конечно, он есть в системе».

«Или о Сью», — сказала Ева.

Шеф полиции Мартинес снова нажал кнопку воспроизведения. «Извините, ребята, но у нас нет камер на крыше больницы, где он пользовался лифтами».

Он перемотал. «В следующий раз, когда мы увидим его в кадре, он выходит через западную лестницу в вестибюль и, вальсируя, выходит из больницы. Это происходит через пару минут после стрельбы». Новый ракурс показал, как стрелок быстро выходит из одного из входов больницы с западной стороны.

«Но посмотрите-ка. Он держится за руку. Должно быть, именно туда его и ударили».

Шерлок сказал: «Да, а ветровка скроет любую кровь».

Шеф полиции Мартинес сообщил им, что сотрудники службы безопасности, сотрудники полиции Сан-Франциско и помощники маршалов показывают фотографии стрелка всем, кто мог его видеть, опрашивают сотрудников гаража и даже прохожих. Было очевидно, что никто не питал особых надежд на это, но, с другой стороны, стоило попробовать.

Они оставили Мартинеса петь более весёлую песенку о том, что может показать ДНК, и все вернулись в комнату Рэмси. Они прошли мимо заместителя маршала и офицера полиции Сан-Франциско, сидевших по обе стороны двери, которые обсуждали ранение головы заместителя маршала Аллена Милтона. «Пуля прошла скользящим движением вдоль головы. Аллен винит голову, говоря, что если бы пуля не была такой большой, он мог бы спрятать её за жилет, где ей и место».

Большая угловая комната – «Тадж» – выходила окнами на север, в сторону города. Сейчас там было благословенно тихо: всего шесть человек и Рэмси. Молли и Эмма стояли по обе стороны кровати Рэмси, не разговаривая, просто держа его за руки и глядя на него сверху вниз. Два заместителя маршала расположились у окон, а доктор Кардак и медсестра тихо переговаривались, просматривая историю болезни Рэмси.

Глаза Рэмси были закрыты. Он знал, что рядом с ним стоят жена и дочь, но его мозг, казалось, работал на мощности в двадцать ватт.

Он решил, что на данный момент это приемлемо, это справедливая плата за боль в его

Грудь чудесным образом исчезла благодаря уколу морфина. Он открыл глаза, когда они приблизились, и невнятно спросил: «Ева?»

Ева, всё ещё испытывавшая боль, несмотря на обезболивающее, заставила себя встать и не ковылять, а дойти до его кровати. Он выглядел потрясённым, подумала она, словно эта дикая перестрелка в лифте не могла произойти на самом деле. Она всё прекрасно поняла. Она положила пальцы ему на предплечье и улыбнулась.

«Я здесь, Рэмси. Не беспокойся обо мне. Может, я и выгляжу неряшливо, но все мои рабочие части работают отлично. Похоже, ты тоже в порядке.

«У нас для тебя новости, если ты ещё не слышал. Мы застрелили его, Рэмси, и нашли его кровь в шахте лифта, а значит, у нас будет его ДНК. У нас есть все шансы опознать его». Ева посмотрела на доктора Кардака и вопросительно подняла бровь. Доктор кивнул, разрешая ей продолжить разговор с Рэмси.

«Это была эта Сью?»

«Мы пока не знаем, но это возможно. На видео с камер видеонаблюдения он выглядит, возможно, пожилым человеком, но это могла быть маскировка. Я просто рад, что нам всем так повезло».

Молли коснулась руки Евы. «Я буду вечно твоей должницей».

«Я тоже, тетя Ева», — сказала Эмма, глотая слезы.

Маршал Карни Мейнард вбежал в дверь, Вирджиния Тролли следовала за ним по пятам. Мейнард внимательно посмотрел на Рэмси, затем, удовлетворённый, сказал:

Внизу царит настоящий ажиотаж в СМИ. Мои ребята и охрана больницы оцепили лифты, и мы расставляем посты охраны по всему этажу. Надеемся, это поможет им не пробраться. И я позвонил Чейни Стоуну.

Он будет здесь с минуты на минуту. Может быть, нам удастся уговорить его сделать заявление.

«Лучше он, чем я», — подумал Савич.

Вирджиния Тролли покачала головой: «Наш комиссар полиции, вероятно, его опередит. Она всегда стремится быть лицом правоохранительных органов города».

Савич сказал: «Рэмси».

Когда Рэмси сосредоточился на лице Савича, тот продолжил: «Я знаю, что ты почти паришь под потолком, но именно у тебя был необычный зрительный ракурс, ты смотрел вверх. Можешь рассказать, что ты видел?»

Рэмси на мгновение задумался: может быть, ему кто-то что-то сказал?

Он посмотрел на всех, затем снова сосредоточился на Савиче. Да, Савич просил его говорить. Он должен был подумать об этом. Он отогнал часть

В голове спуталось, и всё стало ясно, слишком ясно, честно говоря. «Ив держала меня за руку, Эдди говорил о «Форти-Найнерс», а потом я увидел, как поднимается люк на крыше, и мельком увидел лицо, смотрящее на меня сверху, но лишь на долю секунды, прямо перед дымом и выстрелами…» Он потерялся в словах, но это было нормально, потому что в следующую секунду он потерял и всё остальное.

Маршал Мейнард сказал: «У вашей криминалистической группы есть пять пуль из кевларовых жилетов, все из винтовки Kel Tec PF-9 под девятимиллиметровый патрон Luger. Как вам известно, это самый лёгкий и плоский из когда-либо созданных девятимиллиметровых патронов, и он имеет один магазин на семь патронов. Это значит, что у него было с собой три или четыре магазина, и он быстро их менял».

Ева посмотрела на своего начальника. «Если бы ты не настаивал на том, чтобы все были в кевларовых жилетах…» Она замолчала, и это было нормально, потому что все в комнате поняли, что она имела в виду.

Офис SAC Чейни Стоуна

Федеральное здание

Тринадцатый этаж

Сан-Франциско

воскресное утро

В комнату вбежала Мими Катлер, опытный судебный эксперт по крови, ростом 150 см. Полы её мятого лабораторного халата развевались, короткие тёмные волосы торчали в разные стороны – она бесчисленное количество раз проводила по ним пальцами за часы, которые она не могла сосчитать. Но она улыбалась, и сердце Шерлока забилось. Казалось, она готова порадовать всех.

Катлер перевела дух, пригладила волосы, поправила пальто и лучезарно улыбнулась всем в офисе. Она помахала в руке стопкой фотографий.

«После бурной и пылкой ночи, вот вам, свежая новость». Она обмахнулась. «Ладно, позвольте мне вернуться. Первое, что мы сделали вчера, прибыв на место, – собрали все образцы крови стрелка. Мы обработали часть крови, затем прогнали ДНК через CODIS, и бац! – посмотрите на это фото, оно только что пришло мне на почту». Она сияла, вручая каждому по экземпляру. «Вот наш стрелок».

Все они уставились на цветную фотографию из полицейского протокола размером восемь на десять, изображавшую молодого хулигана, выглядевшего так, будто он проиграл драку: лицо было покрыто пятнами фиолетово-зелёных синяков, распухшие губы – тёмно-красными от засохшей крови. Голова была обрита наголо, а шея казалась шире талии Шерлока. Рост за его спиной составлял шесть футов и четыре дюйма, а весил он, похоже, не меньше двухсот шестидесяти фунтов.

«Его зовут Пол, он же Бузер, Гордон. Он боксёр-любитель, у него проблемы с контролем гнева. Похоже, он проиграл бой в ту ночь, когда его арестовали, не так ли? Его уже трижды арестовывали и сажали в тюрьму за нападение. Он живёт здесь, в городе, на Клейтон-стрит». Она лучезарно улыбнулась им.

В кабинете Чейни воцарилась гробовая тишина.

«Что? Мы опознали вашего парня! Что случилось?»

Гарри сказал: «Извини, Мими, но мы не думаем, что это наш стрелок. Наш стрелок намного старше, намного ниже ростом, весит, наверное, вдвое меньше этого парня, а его шея примерно такой же толщины, как запястье этого парня».

«Но это же точное совпадение; вероятности просто зашкаливают. Вы, должно быть, ошибаетесь».

«Полагаю, пора снова вернуться к прежнему, Мими», — сказал Шерлок. «Не думаю, что есть вероятность лабораторной ошибки или путаницы с образцами?» Она добавила с улыбкой: «Может быть, кровь не одного человека?»

«Конечно, нет», — сказала Мими, недовольная улыбкой. «Я сама собрала кровь, и мы проверили образцы из трёх разных мест. Все образцы совпали».

Савич сказал: «Давайте найдём этого парня. Чейни, можешь послать кого-нибудь по его последнему известному адресу? А Шерлок, позвони в больницу, узнай, был ли там на этой неделе Пол Бузер Гордон, возможно, в качестве пациента?»

Мими схватила себя за волосы и дёрнула. «Пациент? Как кровь пациента могла попасть в шахту лифта?»

Оставалась лишь одна возможность, подумал Савич, маловероятная, но всё же. Он медленно спросил: «Мими, ты случайно не проверяла образцы крови на наличие следов гепарина?»

«Гепарин? Нет, а почему?»

Савич сказал: «В больнице много крови — в банке крови, в лабораториях, на сестринских постах, ожидающих переливания. В том числе и гепаринизированная кровь, которая не сворачивается сразу. Если бы кровь была старой, вы бы не смогли так же легко определить, что её туда перелили, не так ли?»

«Вы хотите сказать, что стрелок пронёс кровь с собой в шахту лифта? Чужую кровь, чтобы подбросить на место преступления? Что он добавил гепарин в кровь, чтобы обмануть меня? Вы понимаете, что это означало бы, что этот чёртов стрелок понял бы анализ крови ? Вы хотите сказать, что он намеренно пытался ввести нас в заблуждение? Ввести меня в заблуждение ?» Она сделала паузу.

В этот момент её мозг, словно ракета, перебирала варианты. «Боже мой, даже если ему действительно удалось раздобыть чужую кровь, представьте, как осторожно ему пришлось действовать, чтобы оставить следы крови на месте преступления так, чтобы криминалисты не заметили ничего подозрительного. Вся эта работа, вся эта учёба и практика — ради чего? Ничего, правда».

Савич сказал: «Если только этот Бузер Гордон не был застрелен в шахте лифта, то какой еще смысл во всем этом?»

Гарри сказал: «Если это правда, Савич, стрелок должен был знать, что мы рано или поздно раскроем обман. Он не мог надеяться таким образом подставить кого-то другого. Это напоминает мне газетную фотографию судьи Дредда, которую мы нашли у него на заднем дворе. Ещё один способ показать нам средний палец, не тебе , Мими, а нам. Он хотел показать нам, какой он умный, и какие мы по сравнению с ним никчёмные неудачники. Кроме того, похоже, стрелок всё-таки не был ранен». Гарри тихо выругался.

Чейни первым отключил свой мобильный. «У DMV всё ещё есть адрес Бузера Гордона на Клейтон-стрит. Итак, вы говорите, что наш стрелок каким-то образом раздобыл немного крови Бузера, достаточное количество, чтобы создать правдоподобные брызги?»

Савич кивнул. «Это единственное объяснение, которое приходит мне в голову».

Шерлок закрыла камеру. «Согласно медицинским документам, Бузер Гордон выписался из больницы поздно утром в пятницу, за день до того, как Рэмси напал в лифте. Он пришёл через отделение неотложной помощи, судя по всему, такой же избитый, как на этом фото. Я поговорила с медсестрой отделения. Мой вопрос её не очень обрадовал. Она сказала, что никто никогда не заходил и не крал у них кровь, что, ради всего святого, такого просто не может быть.

Затем мисс Мэннерс еще больше разозлилась и сказала мне, что смешно думать, будто кто-то может просто так ввалиться туда или в палату пациента и взять у него кровь.

Этого не может случиться, никогда в жизни. Но я согласен с Диллоном. Думаю, именно это и произошло, я готов поспорить на все свои бигуди.

«Нет», — сказал Савич, — «не бигуди».

Гарри сказал: «Итак, наш парень надел белый халат, вошел и нарисовал мистера...

Кровь Гордона?»

Шерлок на мгновение задумался. «Каким образом он это сделал, было тщательно продуманным притворством, особенно учитывая огромный риск, которому он подвергся в шахте лифта. Думаю, даже если он давно планировал убийство Рэмси, в нападении на лифт было очень мало планирования, поскольку, конечно, он не мог знать, что ему нужно было это разыграть».

«Разве профессионал стал бы бороться с таким вооружённым охранником? Мы исходим из того, что Сью — профессионал, но, знаете, это действительно кажется личным».

«Личное, а может, и отчаянное», — сказал Савич. «Акт ярости или заблуждения».

Гарри кивнул. «И он не оставил эту кровь на месте, потому что добавил гепарин, чтобы мы думали, что она свежая. Это как какой-то безумный сценарий «что если», который он прокручивал в голове, возможно, даже читал о нём и репетировал. На это потребовалось бы время, и это, возможно, ключ к разгадке, ему нужно было время. Шерлок прав, зачем Сью, мастеру-шпионке, тратить столько сил?»

Взгляд Шерлока встретился со взглядом Савича.

Он сухо ответил: «Вы хотите сказать, что стрелок сидел в тюрьме?»

Гарри сказал: «Подозреваю, до недавнего времени. Если шпионка Сью не имеет к этому никакого отношения, то, возможно, речь идёт о парне, который вышел из тюрьмы, точно зная, что хочет сделать, и всё было заранее спланировано».

Чейни сказал: «И, по сути, он хочет убить судью Ханта».

«Парень», — сказал Гарри. «Я только что разобрался с этой Сью.