Рэмси услышал, как Молли сказала за дверью его кабинки: «Эмма, мы пойдём за сэндвичами в кафетерий, а потом пойдём в новую комнату твоего папы и подождём его там. Ты знала, что дядя Диллон и тётя Шерлок уже на улице? Можем поздороваться».

Рэмси не был глупцом — он вколол себе немного морфина для переезда. Как бы все ни были осторожны, он представлял, что будет толкотня, и это будет невесело.

В дверях появился офицер Манкуссо. «Не волнуйтесь, судья Хант. Мы с Хьюзом вас сопровождаем. С вами ничего не случится, сэр».

Рэмси мог лишь восхищаться странным сочетанием гордости и оптимизма в голосе молодого офицера. Он понял, что не знает его имени, и спросил:

ему.

«Это Джей, судья Хант», — сказал Манкуссо.

Шерлок подумал, что кровать выглядит как почётный караул, когда наконец выкатили её по коридору к восточным лифтам. Офицер Эдди Хьюз стоял с одной стороны кровати, а офицер Джей Манкуссо – с другой. Ив и пятнадцать лет прослуживший помощник маршала Аллен Милтон шли у изголовья, а мускулистый санитар с пышными усами в стиле «фу манчу» управлял капельницами, свисающими с изголовья, и грудной дренажной трубкой, прикреплённой к простыням, следя за ними. Рэмси пытался улыбнуться им, когда они его провозили.

Шерлок увидел, что лицо Рэмси побелело от боли. Хорошо хоть Молли и Эмма не пришли и не увидели его. Но Рэмси выживет, и они поймают стрелка. Она подумала, как бы держалась, если бы Диллон был тем самым, кого чуть не убили. Она быстро поцеловала его.

Савич, Шерлок и Гарри встали в конец очереди за кроватью Рэмси. Ева стояла рядом с ним, её рука легко лежала на его руке. Она на мгновение наклонилась, чтобы что-то сказать ему, и её хвост упал ей на лицо. Шерлок улыбнулся. После интервью с Майло Сайлзом Диллон сказал ей: «Я каждый день узнаю что-то новое. Ты знаешь, что в хвосте, кажется, есть сила?» И он ухмыльнулся, как бандит.

Добравшись до лифта, они оглядели теперь уже пустой больничный коридор. Они увидели, как открылись двери, и пять человек протиснулись в лифт, обойдя кровать. Двери за ними закрылись.

Сотрудник полиции Сан-Франциско ждал вместе с ними другой лифт, который, похоже, был заблокирован на седьмом этаже, пока ещё один заместитель маршала воспользовался лестницей. Они молча стояли, наблюдая, как стрелка лифта Рэмси покидает четвёртый этаж и зависает на пятом.

Они услышали громкий лязгающий звук и приглушенные выстрелы.

Савич побежал к лестнице, крича через плечо: «Шерлок, Гарри! Выясните, где стрелок пробрался к лифту! Схватить его!»

Когда он выскочил из двери лестничной клетки на пятый этаж, его встретили крики персонала больницы и крики пациентов, стоявших у дверей своих палат и наблюдавших за дымом, вырывающимся сквозь закрытые двери лифта. Полдюжины сотрудников больницы пытались открыть двери лифта, но безуспешно. Савич подбежал к ящику с огнетушителем и вытащил топор. Он протиснулся плечом и проскользнул внутрь.

за край между дверями и потянул вниз по балке безопасности. Двери резко распахнулись.

Из-под земли повалил густой чёрный дым. Когда дым рассеялся настолько, что стало видно, что внутри, Савич увидел повсюду брызги крови.

Больница общего профиля Сан-Франциско

Пятый этаж

Из хаоса раздался крик: «Стрелок на крыше лифта!

Офицеры ранены!» Офицер Эдди Хьюз, спотыкаясь, вышел, тяжело дыша и кашляя, держась за окровавленную руку и пытаясь удержать заместителя маршала Аллена Милтона на ногах, ослеплённого кровью, стекающей по его лицу. Оба мужчины всё ещё держали в руках пистолеты.

Офицер полиции Сан-Франциско Джей Манкуссо, пошатываясь, вышел из дома, держа «Глок» на боку, глаза слезились от дыма, он кашлял. Он прохрипел: «Он бросил дымовую шашку через крышу лифта и открыл огонь. Барбьери, она с судьей Хант. Не знаю…» И он согнулся в приступе кашля. По крайней мере, Савич не видел, что в него стреляли.

Санитар пытался подняться, его белые штаны были пропитаны кровью.

Все это произошло за считанные секунды.

Савич кашлял, пытаясь что-то разглядеть сквозь серую пелену дыма, всё ещё окутывавшую лифт. Сквозь хаос раздался отчаянный голос: «Судья Хант! Как поживает судья Хант?»

Савичу удалось протиснуться внутрь, и его сердце остановилось. Ева лежала, растянувшись, на Рэмси и не двигалась. Он боялся к ней прикоснуться. «Ева? Ответь мне!»

Ева медленно поднялась с Рэмси. Савич видел, что ей больно, но крови он не видел. Она повернулась, чтобы взглянуть на бесчисленные лица, уставившиеся на неё, а затем снова опустилась на лицо Савича. Он помог ей соскользнуть.

С кровати. Она споткнулась, и он помог ей встать. «Извини, пули меня сильно сбили. Я в порядке». Она отстранилась от него и посмотрела на белое лицо Рэмси. «Рэмси, поговори со мной».

Он открыл глаза. «Привет, Ева».

«С тобой все в порядке?»

Врач и медсестра протиснулись в лифт рядом с ними и отодвинули их в сторону, чтобы помочь Рэмси. «Да, я буду жить». Он закашлялся и застонал.

«Столько дыма и стрельбы. Как дела у остальных? Как дела у тебя, Ева?»

«Я тоже буду жить. Он трижды выстрелил мне в спину, промахнулся в голову, слава богу, иначе мне бы конец. Удар просто выбил из меня дух, вот и всё». Она широко улыбнулась, хотя чувствовала себя так, будто её слишком часто били брусом. «Слава богу за кевлар».

Врач похлопал Еву по плечу. Рэмси сжал её руку, и Ева неохотно отпустила его. Его выкатили из лифта. Он сказал всем: «Со мной всё будет в порядке, не беспокойтесь». Трое врачей, включая доктора Кардака, тяжело дышащие после того, как бежали из операционной, склонились над ним, пока они везли его кровать по коридору. Двое сотрудников полиции Сан-Франциско и один заместитель маршала следовали по обе стороны от них.

Они услышали, как Рэмси сказал: «Если бы не Ева, вы бы везли меня в морг в подвале. Я ей задницу надеру за то, что она так рискнула».

Ева помахала рукой в кабину лифта. «Здесь как в зоне боевых действий». Она указала вверх, чуть не застонав от боли в спине. «Посмотри на потолок. Наши его расстреляли как липку. Они стреляли без остановки, но я не знаю, попали ли мы в него».

Она закрыла глаза. Казалось, это конец, но никто не умер.

Она вознесла благодарственную молитву: «Пожалуйста, скажи мне, что ты поймала этого идиота».

Савич сказал: «Шерлок и Гарри уже там; они скоро будут здесь».

Гарри Кристофф осторожно поднял пожилого мужчину за локти и отвёл его в сторону. Он оттолкнул двух полицейских и встал перед Евой, тяжело дышащей после трёх пролётов лестницы. Он увидел её заплаканные глаза, её непослушный светлый хвост, её закопчённое лицо.

«Боже мой, женщина, посмотри на себя. С тобой всё в порядке, правда?» Он увидел, что она сгорбилась, и коснулся её руки.

Ева улыбнулась ему. «Со мной всё в порядке, благодаря чуду кевлара. Мы все выжили».

Шерлок, тяжело дыша, выскочил из лестничной клетки.

Савич тут же сказал: «С Рэмси всё в порядке. Все живы. Он ещё внутри здания?»

Она направилась к Еве, но та быстро сказала: «Я цела и невредима. Ты поймала этого парня?»

Шерлок проигнорировала ужасный хаос, творившийся перед ней, и заставила себя успокоиться. «Он выбрался из шахты лифта. Мы начали поиски, но не можем перекрыть всю больницу. Он, наверное, уже на улице».

«Как он мог это провернуть?» — спросила Ева.

Шерлок сказал: «Ладно, ему пришлось осмотреть лифты и побыть достаточно близко к отделению интенсивной терапии, чтобы узнать, когда Рэмси переведут.

Похоже, стрелок вызвал оба восточных лифта на крышу. Там есть люк для обслуживания. Он заблокировал один из них и устроился на работающем лифте, когда его вызвали. Он открутил потолочный люк и ждал. Мы не знаем, как долго он там пробыл, но, должно быть, он сделал это довольно близко, иначе кто-то вызвал бы ремонт на заблокировавшемся лифте, а он этого не хотел.

«Но как он узнал?» — Ева ударила себя по лбу. «Я что, идиотка? Держу пари, даже посудомойщики на кухне в столовой знали, когда Рэмси перевозили».

Шерлок сказал: «Это даже лучше. Ему даже не пришлось заглядывать».

Акустика в шахте невероятная, поэтому он слышал, как Рэмси заталкивают в машину, и приготовился. Как только машина завелась, он откинул люк, бросил дымовую шашку и начал стрелять. Сквозь дым он видел не лучше вас, но, должно быть, заметил, где кровать Рэмси, и сосредоточил огонь именно там. Ева, что произошло внутри?

Ева попыталась выпрямиться, но резкая боль пронзила рёбра. Она почувствовала, как рука Гарри сжала её руку. Она сказала: «Я не думала; я бросилась на Рэмси, и сразу три пули попали мне в спину – в благословенный кевлар. Он продолжал стрелять, но наши тоже отстреливались, так что его выстрелы были довольно шальными. Что бы он ни попадал дальше, это было наугад. Скажу вам, у меня чуть сердце не остановилось, пока я лежала там, думая о том, каким беспомощным был Рэмси». Она на мгновение замолчала. «Знаешь, держу пари, стрелок думает, что убил Рэмси».

Шерлок смотрел на кровь, забрызгавшую стены лифта, на Еву и на Гарри, стоящего позади неё. Она знала, что три выстрела в спину с близкого расстояния, даже через кевлар, заставят почувствовать себя так, будто тебя избили бейсбольной битой. «Если бы на вас не было бронежилетов, он бы вас всех убил». Она чувствовала такую ярость, что её трясло от неё.

Шерлок спросил офицера Манкуссо: «А как насчет Хьюза и Милтона?

Насколько сильно они пострадали?

Офицер Джей Манкуссо сказал: «Рана головы у помощника шерифа Милтона выглядела ужасно, но это всегда так. Я слышал, как один из врачей сказал, что это всего лишь рана черепа. Эдди Хьюз же получил сквозное ранение руки».

Санитар, получивший ранение в ногу, сразу же отправился в отделение неотложной помощи».

Медсестра, всё ещё наблюдавшая за происходящим, крикнула: «Даг сам давил на рану на ноге. Не сомневайтесь, он кричал, вызывая травматологов».

С ним все будет в порядке».

Джей сказал: «И Эдди, и я получили по два ранения в кевлар, но мы в порядке.

Нас не избивали так, как заместителя Барбьери».

Савич сказал: «Ева, расскажи нам, что еще ты помнишь».

«Я прыгнул на Рэмси, прикрывал его как мог, кричал санитару, чтобы тот укрылся. Через секунду-другую раздался шквал выстрелов, в основном от наших, которые беспорядочно стреляли вверх сквозь густой дым, а потом ответный огонь стих. Стрелок исчез».

Шерлок похлопал её по руке. «Да, он выбрался, но знаешь что? У меня есть хорошие новости, о которых я тебе не говорил: кто-то из вас его ранил. Я видел капли крови на крыше кабины лифта, кровавые отпечатки ладоней на лестнице шахты и пару капель на крыше и на лестничной клетке. Потом, должно быть, ему удалось как следует перебинтоваться, чтобы кровь больше не проливалась».

Это значит, что мы сможем заметить его на камерах видеонаблюдения, увидеть, насколько серьезно он пострадал, но, что самое главное, у нас будет его ДНК. — Она склонила голову набок.

«Или ДНК Сью».

«Отлично, — сказал Савич. — Наконец-то у нас есть шанс».

Гарри обхватил локтем руку Евы и, не глядя на нее, спросил: «Как думаешь, у тебя сломаны ребра?»

«Такое ощущение, будто они в занозах. Не волнуйтесь, я схожу и проверю».

Она знала, что ближайшие пару дней не сможет вдыхать аромат роз. Спина будет покрыта синяками. Она молилась, чтобы рёбра не были сломаны. Интересно, кому удалось поймать стрелка? ДНК. Диллон был прав, наконец-то у них появился шанс.

В следующий момент Ева подбежала к ним, хотя меньше всего хотела видеть кого-то другого. Она подошла к ним, подальше от лифта, и быстро сказала: «Эмма, Молли, с Рэмси всё в порядке. Врачи отвезли его обратно в новую палату. Он не пострадал, клянусь. С ним всё в порядке».

Эмма прижалась к матери и сглотнула, но дрожать не могла. Молли тоже. Эмма посмотрела на Еву и клубы грязного дыма, а затем посмотрела в сторону лифта. «Как всё может быть хорошо, тётя Ева? Я вижу кровь».

«Я не лгу тебе, Эмма».

Эмма все еще смотрела на кровавый лифт.

Один очень старый человек крикнул из дверного проема: «Судья Дредд умер?»

Эмма повернулась к нему: «Не смей так говорить! С моим папой всё в порядке».

Ева сказала: «Некоторые люди пострадали, Эмма, но не твой отец. Обещаю».

Они подняли головы и увидели доктора Кардака, идущего к ним. Он сказал, обращаясь скорее к Эмме и Молли, чем к ним: «Судья Хант здоров. Мы все немного потрясены, но мы его тщательно осмотрели, и он не пострадал».

Мы устраиваем его в новой комнате, — он указал на Молли. — Я предлагаю вам с Эммой, миссис Хант, остаться здесь ещё немного, прежде чем возвращаться.

«Что касается вас, заместитель Барбьери, насколько я понимаю, вы были ранены. Вам нужно пройти со мной».

Когда они оказались в пустой больничной палате, доктор Кардак сказал Еве:

«Снимите жилет, помощник шерифа Барбьери. Давайте посмотрим на ущерб».

Когда через несколько минут Ева и доктор Кардак вышли, на них устремились три пары взглядов. Доктор сказал: «Пару дней она не сможет повеселиться; синяки от ударов будут очень сильными. Я не нащупал никаких трещин в рёбрах, и это хорошо. Мы сделаем рентген, чтобы убедиться». Он вытащил из кармана пальто блокнот и выписал ей обезболивающее. Медсестра подбежала к ней и протянула таблетку. «Прими это, это поможет». Она сжала запястье Евы. «Спасибо, что спасли судью Ханта».

Больница общего профиля Сан-Франциско

Начальник службы безопасности больницы Рон Мартинес вошёл в небольшой кабинет охраны рядом с вестибюлем больницы, где его ждали на складных стульях Савич, Шерлок, Гарри и Ева. Он вставил диск в компьютер, почти сразу же поставил на паузу и указал. «Мы думаем, что это наш парень, судя по тому, когда и где он ушёл, но мы не можем быть уверены. Я попросил техника начать с самого начала, с того места, где, по нашему мнению, он вошёл, потому что, к сожалению, большая часть информации, которую мы получили, именно там. Он идёт прямо к двум лифтам справа, без колебаний, как будто точно знает, куда идёт. Так меньше внимания со стороны регистратуры».