Несколько лет назад я пообещал выпустить второй том рассказов о привидениях, когда таких историй наберется достаточное количество. Обещанный момент настал – и вот этот том. Вероятно, было бы излишне предупреждать критиков, что, когда я сочинял эти рассказы, моим пером не водило строгое чувство авторской ответственности, которое требуется от профессионального писателя нынешнего поколения; равным образом я не стремился воплотить в них какие-либо тщательно продуманные положения «психической» теории. Разумеется, у меня есть свои представления о том, как нужно слагать историю о призраках, дабы она производила нужный эффект. На мой взгляд, в большинстве случаев антураж должен быть вполне привычным публике, а почти все персонажи и их разговоры подобны тем, что видишь и слышишь ежедневно. История о привидениях, действие которой разворачивается в двенадцатом или тринадцатом столетии, возможно, выигрывает в романтичности и поэтичности; но она никогда не заставит читателя сказать самому себе: «Если я не буду осторожен, нечто подобное может произойти и со мной!» Другое, с моей точки зрения, необходимое условие состоит в том, что призраку следует выказывать враждебность и выглядеть неприятно: симпатичные и услужливые привидения очень подходят для сказок и местных легенд, но я не вижу от них никакого проку в повествовании, относящемся к художественной литературе. Точно так же мне кажется, что специфические термины «оккультизма» при неточном их употреблении могут превратить простую историю о привидениях (меж тем как предмет моих усилий – именно она) в квазинаучный труд, каковой апеллирует не к воображению, а к совсем иным человеческим способностям. Я ясно сознаю, что мои представления об этой разновидности рассказов соответствуют скорее девятнадцатому, чем двадцатому веку; но разве лучшие образцы историй о привидениях не были созданы в шестидесятые и семидесятые годы минувшего столетия?

Впрочем, я не могу утверждать, что во время работы придерживался каких-либо жестких правил. Я писал эти рассказы (за одним-единственным исключением) к очередным рождественским праздникам. Если они развлекут некоторых читателей в предстоящее вскоре Рождество – или в любое другое время, – что ж, тогда их публикация окажется не напрасной.

Первые шесть из семи рассказов, включенных в эту книгу, сочинены к Рождеству, и тот, которым она открывается («Школьная история»), написан в честь Певческой школы Кингз-колледжа. «Алтарь Барчестерского собора» был напечатан в «Контемпорари ревью»; «Мистер Хамфриз и его наследство» сочинен с целью дополнить сборник. Прототипом места, где происходят события «Школьной истории», является школа Темпл-Гров в Ист-Шин; в «Трактате Миддот» аналогичную роль выполняет Библиотека Кембриджского университета; в «Мартиновой доле» – Сэмпфорд-Кортни в Девоне. Барчестерский собор – гибрид Кентерберийского, Солсберийского и Херефордского соборов.