Заходить в общественные места с Лаврентием мы благоразумно не стали, а просто отошли к условному краю Каретной Площади, в более-менее спокойное и уединённое место.

— А спать-то ты где сегодня собираешься? — я задал вопрос о насущном, с моей точки зрения, естественно.

— Да-а, это не сложность! — Истомин беспечно отмахнулся. — Полковник Гогенцоллер определит меня в казарменное общежитие, как и всякого другого будущего Юнкера Небесных Плащей, — уверенно и оптимистично пояснил парень. — Да и при Магической Школе есть свой постоялый двор, совершенно бесплатный! Указания таковые от Глав Городского Собрания Ставроса Правобережного, — наконец-то в его словах прозвучало название города. — На всё время перед зачислением, хоть туда хоть куда, претендентам постой обеспечивают — давно так заведено, и тебе следует туда обратиться, в Школу, и в полк в любой, на выбор, ведь ты поступать в город прибыл, как и я, — уверенно добавил Виконт. — Время ж такое, сезон для всех поступлений — сам присмотрись, сколь нашего собрата в город прибыло, — он размашисто обвёл площадь рукой.

— Точно, сорян — из головы вылетело из-за комфорта в поездке, — я только сейчас обратил пристальное внимание на приезжающих пассажиров, молодых в основной массе. — Но я повременю с этим пару дней — это же не будет расцениваться преступной халатностью?

— Нет конечно! — пожал плечами Виконт. — Каждый для себя сам решает где и как ему жить, если достаток в монетах имеется. А как по мне, так в общежитиях удобнее получается — близко и к учёбе и к службе, опять же.

— А без учёбы — никак не обойтись? — я озадачился возможными последствиями, помня о отсутствии у себя каких-нибудь документов удостоверяющих личность.

— Ну-у… — Лаврентий направил взгляд вверх, уподобившись ярому скептику, — коли тебе не нужна карьера и подобающий дворянину статус… В кланы дороги не будет, опять же. М-да, или у тебя нет способностей к магическим делам… — он скривил губы.

— Понял-понял, коль нет учёбы — то нет и разрешений на магию и можно не претендовать на хорошие титулы и крутые звания с должностями всякого рода! — я предугадал контекст его пояснений. — Ладно, а мне куда пойти за ночлегом, исключая на время суету с поступлениями — может твой уважаемый батюшка что-нибудь говорили на этот счёт? Ну-у, как вариант запасного аэродром… — я вдруг опомнился, повременив блистать чужеродными терминами в понятиях местного населения. — Резервные варианты есть, недорогие? Мне ещё одежду покупать… — я правдиво сослался на ограничение в финансовой части.

— Нет, ничего батюшка не говорили, — посетовал Виконт. — И зачем — меня же возьмут? — подметил он в лёгком недоумении.

— Да-да, извини, — я согласился, сам же мечтая иметь такую уверенность в завтрашнем дне, собственно, как и в сегодняшнем вечере. — Смотрю, а ты уже торопишься, что ж, до встречи! — я протянул ему руку, а он вдруг замешкался, не зная что делать. — Пожми, в знак дружбы и расположения, — пришлось сделать подсказку и облегчить парню задачу.

— А-аа! Хорошая традиция — семейная, наверное, — он с облегчением выполнил всем известное действие. — Удачи Вам, Шевалье — увидимся в Школе при Магистрате!

— Ага, и тебе того же — постарайся больше в конфликты не ввязываться! — я изобразил позитивный настрой в выражении.

Виконт огляделся и без труда выбрал улицу, ведущую к подножию городского Акрополя, по которой и направился в первое из запланированных мест своих посещений. В штаб Полка Небесных Плащей, как я думаю.

Ну, а я отправился туда, куда кривая выведет, избрав направление наобум и руководствуясь одним принципом — мне нужно местечко потише и подальше от центра, где цены всяко поменьше и хозяева не так избалованы. Думаю, в проулках и улочках ближе к городской стене нужно искать кров и пищу.

Проблем у меня — тьма тьмущая, как и открытых вопросов о новом мире. Например — я ничего не знаю о особенностях местной Магии и её проявлениях. Что тут используют? Может Руны, как прежде, коих я отчего-то не чувствую и не вижу! Но я о своих способностях понятия не имею. Для этого нужно провести кучу экспериментов. Каких, опять же, экспериментов? Н-да-а, уж.

Однако, это всё позже, а сейчас мне необходимо найти постоянное место пристанища и какой-нибудь набросок сделать в мозгах на тему занятий, денежки приносящих.

— Эй, а чего это мы по нашей улочке ходим запросто и не заплатив? — меня выдернул из раздумий нагловатый и самоуверенный окрик.

— Может это из-за палки в руках и умения с ней обращаться? — среагировал я оборачиваясь, и наскоро соображая о вариантах предотвращения конфликтной ситуации.

Что бы не быть голословным, я решил подкрепить заявление соответствующей демонстрацией. Тем более, что мне не составляет труда помахать палкой столь же эффектно, как это делали мастера единоборщики с восточными внешностями по телеку.

Это я и проделал, не забывая обозначать точки нанесения сокрушительных ударов, но не делая их, а лишь метя по головам двоих представителей диаспоры хулиганов, конечно же. Короче, красиво всё сделал и встал в непринуждённой позе, ожидая последствий психологического воздействия.

Однако, пауза норовит затянуться, так как два уличных джентельмена, искателя простецкого заработка, застыли в смятении. Надо срочненько их дожимать, и желательно сделать это путём дипломатии.

— Не-не, ножи доставать не надо! — я предупредил их очевидный порыв, заметив характерные движения рук в районах талий с ремнями. — Вообще, разве так встречают в Ставросе коллег с тёмных улиц и стылых трущоб, м-мм, я же гость! — предоставил я аргумент в поддержку мира, пусть и не очень правдоподобный.

— А ты точно из наших будешь? — недоверчиво спросил тот, что порешительнее и чуть постарше. — Не брешешь? — он взглянул на меня испытующе.

— Брешут кобылы, а я, как и вы — из людской породы будем, — парировал я, но без накала эмоций. — Чо за Клан ваш — как называетесь? — я решил сработать на упреждение, засыпая вопросами пацанву, типа знатока уличных правил.

— А сам? — хитро сощурился второй пацанёнок, который помладше.

— М-да, господа, сдаётся мне, что разговор наш стремится в тупик, а жаль! — сделал я глубокое умозаключение с нескрываемым сожалением.

— Почему это? — заинтересовался старший, а младший его поддержал.

— Отойдём-ка в сторонку, — предложил я и первым отступил к стене ближайшего дома, освободив центр улочки для редких прохожих, надвигающих на лбы головные уборы и ускоряющих шаг завидев нас. — Возникла куча вопросов друг к другу, способных перерасти в претензии и нет никаких конкретных дел, решающих проблемы каждого, — продолжил я в суховатой манере перечисления итак очевидного. — Смеркается, — я ткнул палкой в небо для большей наглядности, — а у нас? У нас, друзья, по меньшей мере две нерешённых проблемы, кои пора бы решить! — утвердил я и застыл в позе интригана.

Реакция привокзальной братвы, если можно их так называть, оказалась вполне себе предсказуемой — сперва они оба глянули вверх и оценили небо над головой, затем подошли, скопировали мою позу и озадачились в ожидании продолжения.

— Перво-наперво, давайте я поделюсь с вами вкуснейшим сыром и хлебом, а затем, дам прекрасный метод разводки на деньги, — предложил я и снял с плеча котомку. — Где будет сподручнее перекусить, что б никто не помешал нам пообщаться? — я кивнул на проходящих мимо людей.

— Поесть — это мы завсегда согласные! — воодушевился младший. — Вон в том проулке есть уютная лавочка — погнали туда? — он первым направился в заявленное место будучи уверенным в нашей положительной реакции.

— А чо попросишь взамен? — недоверчиво косясь спросил второй парень, поравнявшись со мной.

— Дадите мне наводку на ночлег, — сразу ответил я. — Только без подвохов.

— Это можно, тока без гарантий!

— Разумеется, — не стал я настаивать, прекрасно осознавая невозможность получения таковых.

На этом переговорная часть завершилась, а курс на примирение укрепился ещё сильнее, как только я достал сыр и хлеб из своего вещмешка. Пусть эта заплечная сумка и так тоже называется, ведь аналогия значений просматривается.

Еда оказалась весьма кстати и произвела должное впечатление на новых знакомых. Они заметно повеселели, нахваливая неизвестного сыродела и пекаря. Посему, сыр с хлебом благополучно закончились. Причём, очень быстро.

— А как же метод? — напомнил про обещание молодой, дожёвывая нехитрую снедь.

— Легко! Слушайте меня очень внимательно, — заговорил я с очень серьёзным выражением, а парни подобрались. — Самый идеальный метод это тот, при котором жертва сама расстаётся со своими деньгами, — я еле сдержал улыбку. — А для этого, господа, необходимо разбираться в человеческой психологии и правильно оценивать свои шансы! — я поставил акцент интонацией с суровым взглядом учителя. — Итак! Понадобится три человека в качестве исполнителей, но можно и двумя обойтись, накрайняк… М-мм. Ещё нужна одежда поприличнее и кошель с монетками в качестве атрибутов и экипировки, — предупредил я, а пацаны слегка погрустнели, оценивающе осмотрев одеяния друг-друга. — Неприметный исполнитель под номером один находит простачка, прогуливающегося по злачным улочкам и подбрасывает на дорогу кошель, — приступил я к пояснению сути методики. — Второй номер находит кошель, причём на глазах путешествующей жертвы, и устремляется к ней, к жертве то есть, с приятной беседой о их совместном везении! Предлагает разделить деньги и нарочно передаёт кошель в его руки, — я прервался, подходя к главной кульминации всей затеи. — И вот тут-то, друзья, появляется как бы хозяин пропажи, опрятно одетый и раздосадованный, — тут я уже не сдержался и улыбнулся, видя замешательство и непонимание на лицах учеников. — Этот хозяин устремляется к жертве и начинает благодарить простачка за находку, а заодно и пересчитывает монетки — ну, уже догадались что будет дальше?

— Не-а! — замотал головой младший пацан, а старший нахмурился.

— Хозяин, который тоже из вашей ватажки, обнаруживает нехватку в парочку-тройку монет и выдвигает претензии жертве, ссылаясь на жандарма и угрозу неприятного обвинения в воровстве, — расшифровал я действия, происходящие в большинстве подобных случаев. — Жертва компенсирует нехватку и вы все довольны! — завершил я выкладку всем известной и некогда рабочей методики из нашего мира. — Ну, а теперь вы и сами всё проанализируете, а мне подскажете направление к ночлегу под крышей!

Я встал и застыл с удовлетворённым выражением напротив сидящих, ожидая ответного доброго жеста с решением своей насущной проблемы.

— А чо? Нормально! Может взаправду сработать, — своё весомое умозаключение выдвинул старший. — Одёжу найдём, кошель подрежем на любой базарной площади, и начнём! Токма…

— Вот и славно, дальше и сами запросто разберётесь — чай не глупые! Итак, куда мне отправится-то, иначе вовсе стемнеет? — я перебил его, напоминая о своей нерешённой проблеме и в очередной раз ткнул пальцем в небо.

— А ты в курсе, чего-сь нынче в городе происходит-то? — помощь началась с встречного вопроса.

— Нет, конечно — откуда мне знать, приезжему-то? — я дал единственный из возможных ответов.

— Так вота и слухай! — затараторил младший из пацанов. — В городе куча приезжих со всей нашей конгломерации, так как балы и празднества наступили всяческие и, по слухам-то верным, смотрины женишков для дочери Князюшки проводятся, — выдал он на одном выдохе. — И, значится, постоялые дворы во всём центре города заполнены окончательно, а сыскивать свободные нумера надобно ближе к окраинам, к городской стене прилегающим, — он махнул рукой в нужном направлении. — Вот и поторапливайся, а коль не сыщешь — к нам возвертайся, и в местечках уединённых с нами поспишь до утра, — исчерпывающе добавил пацан и замолк.

— У-гу, верно, — поддакнул его старший товарищ. — Торопись, а ежили чо, то возвертайся сюда, к Каретной Площади — мы тут завсегда промышляем.

Я потеребил затылок, прикидывая свои шансы на успех в поисках нормального ночлега.

Можно и остаться, но, к слову, сразу влезать в дебри жизни криминальной шпаны мне совершенно не хочется. Посему, нужно пробовать успевать подыскать для жилья что-нибудь сносное.

Досадно одно — я кучу времени почти зря потерял общаясь с ватажниками. Почему почти? Потому, что связи данного рода мне всё-таки пригодятся! Кто его знает, как там всё дальше сложится? Никто!

Итак, наскоро попрощавшись с привокзальной братвой, я отправился в южную часть города, для чего мне придётся обойти стороной огромный Акрополь Ставроса. На улице резко стемнело из-за расположения города у подножия горной цепи, поросшей лесами.

Вся правобережная часть реки в этих местах становится горной и так до неведомых мне далей. Горы не сильно высокие и не ахти какие скалистые, но их хватило для образования солидной тени, накрывающей город немного раньше положенного.

Короче, стемнело не ко времени, а мне всё ещё пёхать и пёхать до намеченной цели…

Посему, я тупенько иду и слежу за обстановкой вокруг, стараясь не привлекать особого внимания со стороны местных, и особенно служителей закона с порядком. Кстати, попадающихся на постоянной основе. Из-за переизбытка гостей, как я думаю, ведь гуляющих действительно много. И, конечно же, я мониторю дома и всевозможные вывески на предмет поселиться и, как меня и предупреждали, всё безуспешно.

Причин для отказов, преследующих меня словно дамоклов меч, как я мыслю, у людей предостаточно. Я и выгляжу не респектабельно и мест действительно наблюдается нехватка.

Однако, я не унываю и всё пробую, пробую, пробую… Кажется вот оно — сейчас будет удача! А вот лакей строгих нравов и предосудительных взглядов к моей милой персоне перспективного постояльца говорит с улыбочкой — нету мест. Ничо-ничо, вот как разбогатею, а я обязательно разбогатею, так сразу и произведу должное впечатление. Хотя, зачем зло таить? Я понимаю, что не нужно этого делать и становиться обозлённым на всех, а ведь хочется!

Незаметно для себя я обогнул весь Акрополь и вышел на одну из основных улиц, ведущую к южной стене. К так называемым внутригородским окраинам, а может к каменно-деревянным трущобам Ставроса.

Теперь, с каждой пройденной сотней метров, всё чётче проявляются изменения во внешнем облике улочек, переулков и в архитектуре домов и дворовых построек. Я как будто приближаюсь к старой части города, наиболее древней, чему есть рациональное объяснение. Ну или мысли, мои собственные.

Что я думаю? Думаю о этих старых кварталах я то, что город основывался где-то с этих окраин, почти вплотную приближенных к горному образованию, из-за естественной защиты с Юга и уже ширился дальше в сторону Севера. С Востока его прикрывает река, а с Запада та же гряда, но частично и по ниспадающей. Как-то так, если грубо.

Что наиболее сильно бросается в глаза? Засилие творений рук человеческих, относимое к культурным и историческим ценностям — это скульптуры везде где возможно с барельефной лепниной.

На фасадах домов, как пример, сидят крылатые чудища, коих можно звать Гарпиями. Драконы и Демоны разных мастей перемежаются меж собой без особого упорядочения. Стоят себе на пьедесталах и во все стороны пялятся хмурыми взглядами. Как не ответвление в какой-то серый проулок — так там по углам пара скульптур обязательно вырисовывается. Типа, тут стоят вечные стражники с голубиными стаями на головах и могучих крылатых плечах. Хе-мм. Каламбур какой-то.

Особо интересные изменения наблюдаются в дорожных покрытиях. Непривычно ступать по деревянной мостовой. Да-да, именно по деревянной. И таких закоулочков, покрытых деревом вместо камня или щебёнки, тут предостаточно.

— По-о-сто-рони-и-сь!

Прямо сзади меня прогремел чей-то бас и я резко отпрыгнул в сторону.

Мимо пронесли очередной паланкин с неизвестными пассажирами, наверняка знатного рода. Я уже давно сделал пометочку для себя о таком вот специфическом способе передвижения, избираемого аристократами чаще других. А о причинах я помню — оные таковы, что аж зубы сводит при виде кареты с людьми.

Меж тем, я оказался на очередной площади, небольшой по размерам и имеющую часть системы городского водоснабжения. То есть, это серьёзный колодец с колесом, корзины которого черпают воду и затем посылают её в деревянные русла. Этакие короба, которые могут быть и из камня, тянущиеся вдоль улиц на уровне вторых этажей. По ним вода движется самотёком к близко проживающим потребителям.

Прикольно. Получается, что южные окраины города расположены на возвышенности относительно северных, но кроме Акрополя, разумеется, возвышающегося над всем городом сразу.

Мысли-мыслями, наблюдения-наблюдениями, а решение проблемы ночлега так и не приближается. Но интуиция мне орёт о скором финале моего мытарства.

Я остановился на этой деревянной площади и внимательно осмотрелся, насколько позволяет вечернее время и думая о каком-нибудь знаке, ниспосланном свыше. Ну, или фурии раздобриться вдруг решат — тогда обязательно что-то ёкнет в груди в качестве верного знака.