Одри

Желудок скручивает очередным спазмом. Я сижу перед зеркалом и не узнаю свое отражение. Бледная, с дрожащими руками – совсем не похожа на счастливую невесту. Не знаю, что это. Может предсвадебный мандраж, но с самого утра меня тошнит, а в голове туман сомнений.

"Наверное, все невесты сомневаются в день свадьбы. Так ведь?" – пытаюсь убедить себя, но внутренний голос предательски молчит.

Скоро мой выход к алтарю. Белоснежное платье, о котором я мечтала, сейчас кажется удавкой. Оно давит на грудь, мешает дышать, и мне хочется разорвать его на части.

Делаю глубокий вдох и выдох, пытаясь унять дрожь в коленях. За дверью слышатся шаги – кто-то идет по коридору.

– Аманда, я схожу с ума, – выпаливаю я, не оборачиваясь. – Может, я совершаю роковую ошибку?

Поворачиваю голову и застываю. Сердце пропускает удар, а потом начинает колотиться как безумное. В горле пересыхает.

– Джейсон? – мой голос срывается на шепот. – Что… что ты тут делаешь?

Его взгляд скользит по моему телу, заставляя кожу гореть. В глазах появляется то самое выражение, от которого у меня всегда подкашивались колени.

– Ты восхитительно выглядишь, – произносит он хрипло, делая шаг вперед.

Я инстинктивно отступаю назад, упираясь бедрами в туалетный столик.

– Зачем ты пришёл? – мой голос дрожит.

– Возможно, отговорить тебя от роковой ошибки, – тихо говорит он, сокращая расстояние между нами.

– Нет, ты всё неправильно понял, – слова вылетают торопливо, словно я пытаюсь убедить саму себя. – Это просто предсвадебный мандраж. Такое у всех невест бывает.

– Одри, хватит врать. Хотя бы себе, – его голос звучит мягко, но убедительно.

Я молча смотрю на него, не в силах произнести ни слова. Сердце колотится где-то в горле.

– Я всё это время думал о тебе, – продолжает он, и каждое его слово отдается болью в груди. – Давай сбежим. Я знаю, ты этого хочешь.

Внутри все переворачивается от его слов. Возможно, я и правда этого хочу, но это просто от волнения. Должно быть просто от волнения. Мои пальцы нервно теребят кружевной подол свадебного платья, пока я смотрю на человека, который появился в моей жизни как ураган и перевернул все с ног на голову.

Я отрицательно качаю головой, цепляясь за остатки здравого смысла.

– Откуда мне знать, что ты приехал сюда не из чувства мести к Дэйву? – мой голос звучит надломленно, почти шепотом. В горле пересохло, а сердце бьется так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

Джейсон делает последний шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. От его близости кружится голова, а аромат его парфюма окутывает меня, пробуждая воспоминания о наших встречах. Его рука находит мою, и от этого прикосновения по телу пробегает электрический разряд, заставляя задрожать. Его глаза, эти невозможные зеленые глаза, находят мои, и в них столько чувств – боль, надежда, отчаяние, любовь – что у меня перехватывает дыхание.

– Одри, – его голос хриплый, пропитанный эмоциями, – я приехал сюда не для того, чтобы переспать с тобой в день вашей свадьбы. Черт возьми.

Его слова ранят, но я должна знать правду.

– А зачем тогда ты приехал? – выдыхаю я, чувствуя, как предательски дрожат губы.

То, что происходит дальше, кажется сценой из фильма. Джейсон медленно опускается на одно колено, не отпуская моей руки. Я не могу поверить в происходящее. Сердце замирает, а потом начинает биться с утроенной силой.

– Выходи за меня, – произносит он, доставая бархатную коробочку с кольцом. В его глазах столько надежды и уязвимости, что мне физически больно.

Время останавливается. Воздух застревает в легких. Я чувствую, как земля уходит из-под ног. В голове проносятся тысячи мыслей, воспоминаний, сомнений.

– Вообще-то я уже выхожу замуж, если ты не заметил, – пытаюсь съязвить, но голос предательски дрожит, выдавая мое смятение. Слезы жгут глаза, а к горлу подкатывает ком.

Перед глазами встает образ Дэйва – надежного, любящего, стабильного. А рядом – Джейсон, воплощение страсти, риска и безумной любви. Выбор, который мне предстоит сделать, разрывает меня на части.

Надёжность и спокойствие с Дэйвом, но без тех сумасшедших чувств, которые я испытываю рядом с Джейсоном.

Или сумасшествие на двоих с человеком, который может как вознести меня до небес, так и разбить мое сердце вдребезги?

Где-то в глубине души я уже знаю ответ. Я не могу так. Это ничем хорошим не закончится. Наша связь слишком похожа на пламя – яркая, обжигающая, но способная все уничтожить.

– Нет, Джейсон, я не могу выйти за тебя, – говорю я, и каждое слово дается мне с невероятным трудом. Слезы хлынули из глаз, размывая макияж. – Прости…

Я вижу, как гаснет надежда в его глазах, как каменеет его лицо. Он медленно поднимается, и я физически ощущаю, как между нами вырастает стена.

– Хорошо, Одри, – говорит он, и его голос звучит безжизненно. – Будь счастлива.

Он аккуратно ставит коробочку с кольцом на столик и уходит, унося с собой часть моего сердца. Звук его шагов эхом отдается по комнате, а я остаюсь наедине со своим выбором и разбитым сердцем.

Джейсон

Вцепляюсь в руль до побелевших костяшек, а педаль газа вжимаю так, словно хочу вдавить ее в пол навсегда. Мой черный "Мустанг" ревет раненым зверем, пожирая милю за милей пустынного шоссе. В висках пульсирует кровь в такт мыслям. Дэйв. Чертов Дэйв, который уже второй раз отнимает у меня все.

Перед глазами, как на бесконечном повторе, крутится момент у алтаря – ее сияющее лицо, когда она произносит это проклятое "Да". Горло сжимается так, что каждый вдох дается с трудом. Я до сих пор не могу поверить, что стоял там, в тени, наблюдая эту пытку. Как последний идиот, как чертов мазохист, который до последней секунды надеялся, что она передумает.

"Прости, Джейсон, но я не выйду за тебя" – ее слова впиваются в мозг острыми осколками, раздирая душу снова и снова. Всего час назад я стоял перед ней на одном колене, сжимая кольцо в вспотевшей ладони. Я был так уверен… Господи, как же я был уверен, что наконец-то поймал за хвост свое счастье.

Резко сворачиваю на грунтовку, ведущую к скалам. Небо затянуто свинцовыми тучами – природа словно издевается, идеально отражая мое состояние. Глушу двигатель и несколько минут сижу, упершись лбом в руль. Внутри все горит от ярости, от унижения, от предательства.

Трясущимися руками достаю снаряжение из багажника. Пальцы автоматически проверяют карабины и веревки – эти движения въелись в память за годы тренировок. Сейчас только эта механическая работа удерживает меня на краю безумия. На скале нет места эмоциям. Здесь каждая ошибка может стать последней.

Первые капли дождя падают на лицо, когда я подхожу к подножию скалы. Камень становится предательски скользким, но мне плевать. Мне нужно это – почувствовать, как адреналин вытесняет боль из каждой клетки тела, как физическое напряжение заглушает крик души.

"Ты гребаный псих, Джейсон," – шепчу я, защелкивая карабин. В такую погоду на скалы лезут только самоубийцы. Но разве я не умер там, у алтаря, когда увидел их поцелуй, скрепляющий их усами брака навечно?

Делаю первый шаг вверх, цепляясь за мокрый выступ. Дождь усиливается, холодные струи смешиваются с горячими слезами ярости на моем лице. Еще шаг. И еще один. Сконцентрироваться на движении. На поиске опоры. На чем угодно, только не на воспоминании о том, как нежно она улыбалась ему. Как счастливо сияли ее глаза – глаза, в которых я так мечтал видеть такой же свет рядом с собой.

Скала становится моим искуплением, моей карой, моим спасением. Каждый метр вверх – это шаг прочь от реальности, где я снова остался один. Где я снова проиграл человеку, которого когда-то называл лучшим другом. И может быть, где-то там, на самом верху, в окружении грозовых туч, я наконец-то смогу задохнуться от боли настолько, чтобы перестать ее чувствовать.

Одри

Нежные звуки вальса окутывают праздничный зал. Я вижу, как Дэйв медленно приближается ко мне сквозь море улыбающихся лиц. Его глаза светятся счастьем, и на секунду меня захлестывает волна вины. Белоснежное платье вдруг кажется тяжелым, будто сотканным из тысячи несказанных слов. Наш первый танец.

– Позволишь? – его голос мягкий, как бархат.

Дэйв протягивает руку, и я вкладываю в неё свою, чувствуя, как дрожат пальцы. Мы начинаем кружиться в танце, и я ловлю восхищенные взгляды гостей. Идеальная пара. Если бы они только знали…

– Малышка, ты дрожишь, – шепчет Дэйв, притягивая меня ближе. Его дыхание щекочет мое ухо. – Ты в порядке?

Я поднимаю глаза и замечаю, как его улыбка меркнет, когда он видит слезы на моих щеках. Соленые капли предательски скатываются по лицу, размывая тщательно нанесенный макияж.

– Просто… переполнена эмоциями, – выдавливаю я улыбку, но внутри все сжимается от лжи.

Перед глазами встает Джейсон, замерший в последнем ряду. Его глаза, полные той особенной тоски, которую я так хорошо знаю. Секунда – и он исчез, словно призрак, оставив после себя лишь острое чувство потери и сомнений. Наваждение? Или знак?

– Извини, мне нужно на минутку, – шепчу Дэйву и выскальзываю из его объятий, игнорируя его обеспокоенный взгляд

Выскочив в коридор, прислоняюсь к холодной стене. Пальцы, унизанные драгоценностями, дрожат так сильно, что я едва попадаю по кнопкам телефона. Знакомый номер отпечатался в памяти, словно шрам на сердце.

Гудки разрывают тишину. Один, второй, третий… Каждый звук отдается болью в висках. Щелчок.

– Джейсон? – мой голос срывается.

– Говорит офицер Брайан, полиция округа Риверсайд. Этот телефон был обнаружен… – равнодушный голос вонзается в сердце острыми осколками.

Двери распахиваются с такой силой, что я вздрагиваю. Аманда… Господи, я никогда не видела ее такой бледной. Ее руки трясутся, когда она показывает мне экран.

"СРОЧНЫЕ НОВОСТИ: На Пик-Рок произошла трагедия. Джейсон Винсент, известный бизнесмен, разбился при занятии альпинизмом. По странному совпадению, это тот же обрыв, где три года назад погибла его жена Виктория Винсент…"

"Некоторые падения – это способ взлететь”, – его слова звенят в ушах, и я начинаю задыхаться.

Сквозь панорамное окно вижу, как ветер играет с белоснежными занавесками в зале. Гости в недоумении переглядываются, ждут возвращения невесты. Дэйв стоит посреди танцпола, растерянно ищет меня взглядом.

А я стою здесь, сжимая телефон побелевшими пальцами, и чувствую, как рушится карточный домик моей жизни. Музыка все еще играет – красивая, праздничная мелодия. Но для меня она звучит как реквием. Реквием по несбывшейся любви, по несказанным словам, по упущенным возможностям.

В этот момент я понимаю – моя идеальная свадьба превратилась в катастрофу.