Прагматические маркеры как показатели субъективности в языке сигнализируют о многочисленных сменах коммуникативного хода и переключениях адресации. Перед тем как перейти к рассмотрению их функционирования, коротко укажем на специфику поэтической коммуникации в интернете в аспекте направленности на адресата и turn-taking.
Р. О. Якобсон указал на «расщепленность адресанта и адресата», которым поэтическое высказывание обязано присущему ему свойству неоднозначности:
наряду с автором и читателем в поэзии выступает «я» лирического героя или фиктивного рассказчика, а также «вы» или «ты» предполагаемого адресата драматических монологов, мольбы или посланий [Якобсон 1975: 221][18].
Идею внутренней множественности адресанта развивает С. Т. Золян, который обращается к проблеме «я» поэтического текста и отмечает его субъектное раздвоение: «я» в тексте («семантика „я“ сводится к системе внутриязыковых противопоставлений представленных в тексте единиц») и «я» текста («семантика „я“ возникает в момент актуализации текста и в этом смысле является внешней по отношению к тексту») [Золян 1998: 24–29]. При этом в случае поэтического субъекта в пространстве интернета (в частности, социальных сетей) «я» обретает третье измерение – «я» виртуальное, персонализирующее информацию в качестве виртуального субъекта и взаимодействующее с другими акторами виртуальной реальности. Таким образом, поэтический адресант в том числе выступает адресатом собственного сообщения, по сути являясь единственным предзаданным участником поэтической коммуникации (учитывая спонтанность и необязательность восприятия и реакции внешних пользователей). В то время как внешние адресаты получают возможность осуществления коммуникативного хода в интернете, в котором активизирована опция симультанного ответа в режиме turn-taking[19].
Более того, интернет выступает не только в качестве пространства интеракции, но и в качестве участника любой коммуникации, осуществляющейся в его условиях. Примером, который мы приведем в доказательство этого тезиса, может послужить проект Г. Улунова и В. Вязовской, представляющий собой своего рода коллаж, где текст накладывается на скриншоты фрагментов различных сайтов. Цвет, служащий фоном для текста (всего задействовано четыре цвета), выражает разные слои интерпретации субъектами собственной речи:
В. Вязовская, Г. Улунов, проект «Переводы»
Как поясняют сами авторы, общую цель своего произведения они видели в попытке осмыслить особое взаимодействие с логикой выдачи результатов поиска или с алгоритмами, связанными с рекламой, контекстной или таргетированной – то есть основанной на истории запросов и личных данных пользователя. Учитывая, что эти процессы (воплощенные в контенте, предлагаемом вниманию конкретного пользователя) действительно формируются исходя из информации о пользователе, можно заключить, что интернет обладает измерением акторности[20]: это не только особые условия коммуникации, но и ее участник.
О многочисленности акторов и субъектов высказывания в интернете, безусловно, свидетельствует и разнообразие форматов коммуникации и типов дискурса. Поэзия активно взаимодействует с нетекстовыми способами выражения, как было указано выше. Упомянем также видеопоэзию С. Роггенбака, в которой помимо поэтического высказывания задействован видеоарт; аудиопрофиль с голосовыми записями текстов И. Краснопер, где особенно значимо авторское голосовое воспроизведение текстов; «поэтические мемы» Г. Улунова, нацеленные на совмещение поэтической функции и гибридного сообщения медиаобъекта (мема)[21]:
Г. Улунов, поэтический мем (из авторского телеграм-канала)
Кроме того, в контексте интернет-коммуникации показательны эксперименты, реализующиеся на стыке различных интеракций. Так, можно выделить поэтический цикл Е. Зернова, написанный в стилистике так называемых вирусных рассылок, стихи С. Могилевой и Т. Присталовой, созданные в результате «семплирования»[22] личных переписок в мессенджерах, «драма» Е. Зернова и О. Цве, выстроенная в режиме комментирования WhatsApp-открыток в Google Doc, и т. д. Отдельный интерес представляет поэма А. Елизарьевой, состоящая как из комментариев, скопированных из пабликов конспирологической направленности, так и из авторского текста. При этом вся поэма сопровождена характерным таймингом, оформляющим фрагменты текста, так что границы между авторским высказыванием и чужой речью из интернета неразличимы.