Звуки боя не вызвали тревоги, как можно было ожидать, наоборот, все уставились в том направлении с нескрываемым любопытством. Чутье опытных солдат удачи Слая подсказывало, что это был «чужой» бой, и никто не обеспокоился. На Спорных территориях подобные стычки считались в порядке вещей и случались с неприятной периодичностью.

Наемники ели рыбу, внимательно наблюдали, оживленно жестикулировали и… делали ставки. Сколько проживет вон тот мех? Когда полностью захватят плацдарм? Сколько продержится вон тот шагающий танк? Найдут ли мобильный командный пункт, и если найдут, то у какой из сторон? Взорвут ли его или постараются взять высших офицеров в плен? Сколько резервов еще осталось у нападающих и подойдет ли подкрепление к защитникам? И все в таком роде.

Деньги тут же переходили от проигравших к победителям при помощи коротких транзакций путем касания наручных браслетов. Из других помещений притащили несколько мониторов, куда вывели картинку происходящего. Кто-то послал к капитану с просьбой сбавить ход сухогруза, чтобы досмотреть бесплатное представление до конца.

Наемники веселились, с наслаждением поглощая горячие куски рыбы с поджаристой корочкой, и обсуждали происходящее. Скоро с камбуза принесли еще продуктов, и кто-то быстро и сноровисто наделал хот-догов.

Жуя небрежно сунутый в руки каким-то наемником хот-дог и запивая его холодным пивом, я прислушивался к окружающим разговорам, стараясь больше молчать и впитывать информацию.

Кстати, хот-дог оказался вполне ничего. Не какое-то бледное подобие с полудохлой сосиской и воняющим соусом, а более чем достойный образец так называемой уличной еды быстрого приготовления. Повар не поскупился, выделяя из своих запасов ингредиенты для угощения. Жареная колбаска, острый кетчуп, кусочки халапеньо, тертый твердый сыр, бекон, оливки, сверху все щедро полито отличной горчицей.

Я так увлекся оценкой закуски, что пропустил начало обсуждения причин вспыхнувшего конфликта.

– Это двадцатый сектор, его давно подмяли под себя шишки из «Solar Construction», – говорил один из ветеранов отряда. – Они тут развернули производство солнечных панелей и поставили гига-фабрику на берегу острова. Все дерьмо, все отходы, что шли от фабрики, сразу сбрасывалось в океан.

Я прислушивался, не зная, пригодится ли это в будущем, но на всякий случай делал заметку на память. «Solar Construction». Вредное производство. Солнечные панели. Гига-фабрика. Ядовитые выбросы.

– А финансировал все это безобразие еще на этапах строительства Дойче Банк, – продолжил ветеран. – Они им кучу бабла отвалили при условии вхождения в долю будущей прибыли.

Вот даже как. Судя по названию, какая-то англо-американская корпорация заключила сделку с германским банком для строительства гигантской фабрики, производящей солнечные панели. И ставили ее не где-нибудь у себя дома, а на землях туземцев в странах третьего мира из-за сопутствующих при производстве вредных выбросов.

Какая знакомая ситуация. Я едва не прослезился от умиления, настолько повеяло родным миром.

Правда имелись и отличия. Компания американская, финансировалась германцами, а пытались отбить их собственность отдельные подразделения французского Иностранного легиона, действующие на вольных началах по стороннему контракту.

Такая вот сборная солянка.

Что характерно, ни кайзеру Священной Германской империи, ни императору Ле Импайер, ни сенаторам Североамериканских штатов не было никакого дела, как развлекаются их подданные. Все, что мы сейчас наблюдали, являлось не более чем одним из бизнес-моментов, весьма распространенных на Спорных территориях.

– Восхитительный другой мир, – хмыкнул я, жадно вгрызаясь в очередной хот-дог и, едва прожевав, тут же делая большой глоток холодного пива из солнечной Мексики. Очень уж острым оказалось произведение искусства фастфуда.

Наш контейнеровоз проходил примерно в двадцати милях от места сражения. Бой шел на мелководье и ряде небольших островов, примыкающих к главному острову, где находилась фабрика. Примечательно, что к самой фабрике нападающие не совались, опасаясь повредить ценный актив, который требовалось захватить.

Благодаря ультранавороченными биноклям (электронная оптика, цифровой зум, графическая обработка изображения – крутые штучки, стоившие, как хорошая штурмовая винтовка в полном обвесе), подключенным к мониторам, мы без помех могли наблюдать за происходящим штурмом.

Мы не боялись нападения, разве что случайного выстрела, но благодаря расстоянию, на последнее тоже можно было не обращать внимания. Во-первых, потому что атакующим наплевать на все, кроме гига-фабрики, а во-вторых, в здешних краях действовало негласное правило, когда третий не лезет в разборку между двумя, если только его специально не позвали на помощь.

К тому же корабль принадлежал компании, которая относилась к крупному конгломерату корпораций. А на такие суда здесь не принято нападать напрямую. Натравить дикарей-пиратов? Пожалуйста, сколько угодно. А отправлять пиратствовать корпоративные частные армии – значит выставлять себя в невыгодном свете перед остальными игроками на поле.

Впрочем, более чем уверен, что последнее правило не больше чем простая условность. Если понадобится, любая корпорация или клан, а то и крупная держава, отправит хоть целый флот, если содержимое сухогруза им зачем-то понадобится.

Наверняка баловались пиратством и те, и другие, просто не оставляли свидетелей и следов собственного участия, чтобы внешне все выглядело чинно и благородно. А чуть ковырнешь – сплошная грязь. Наверное, такое дерьмо есть в любом мире.

– Puta libre! Ты это видел?! Чем это так его? – потрясенно воскликнул один из зрителей-наемников, тыча толстым пальцем в экран. Там как раз в этот момент кабина крупного меха словно взорвалась изнутри чем-то багрово-красным. Хотя почему чем-то, явно телом пилота и взорвалась. Точнее его будто разорвало изнутри.

Я пригляделся к подбитому роботу, после гибели водителя он на автомате прошагал еще несколько метров, затем застыл мертвым изваянием.

– Чем это его? Не вижу повреждений.

Кокпит выглядел целым. Сквозь обзорное окошко виднелся краешек ложемента с бурыми остатками того, что недавно являлось человеком.

– Дурацкая модель, – прокомментировал увиденное незаметно подошедший Слай, кивая на экран. – Слишком открытая кабина, лучше бы закрыли все листами брони. В идеале – сверху донизу.

– Ну не скажи, командир, – заспорил один из наемников. – Без обзора тоже далеко не уедешь. А если посшибают все внешние сенсоры? Окажешься запертым в ходячей железной банке и станешь легкой добычей для любого придурка с гранатометом. Видел я однажды такое, когда «Василиску» поотшибали всю оптику на корпусе, крутился потом на месте и палил во все стороны, пока не успокоили, всадив бронебойный снаряд прямо в двигательный отсек.

– Точно-точно, потом в модель «Василиска» еще внесли изменения, сделав обзорные экраны, и мех перестал походить на шагающий гроб, – подхватил кто-то из опытных бойцов.

Слай никак не отреагировал на несогласных с его мнением подчиненных (которые уже отошли и начали с жаром обсуждать преимущества и недостатки тех или иных моделей мехов, похоже, оба являлись ярыми поклонниками шагающей боевой техники), вместо этого взял протянутую бутылку пива и сделал глоток.

– Я все-таки не понял, чем убили того пилота? На кабине не видно следов повреждений, – спросил я.

– Жесткое облучение, узконаправленный луч – сложная и ненадежная штука, – пояснил один из бывалых солдат удачи, не глядя на меня. – Поджаривает изнутри, в первую очередь влияя на органическую ткань.

– У этого дерьма бешеное энергопотребление и малый радиус действия, – буркнул другой наемник, тоже пялясь в экран. – И мерзкое воздействие. Люди не должны так погано умирать.

– Любая смерть поганая, – подал голос Слай, как и остальные, не отрывая взора от мониторов.

В этот момент один из наступающих мехов получил в бок очередь из скорострельной пушки. Куски брони отлетали, как лепестки диковинного цветка. Крупнокалиберные снаряды снимали слой за слоем сложносоставного сплава, пытаясь добраться до сердца шагающей машины.

К очереди из пушки добавилась ракета с термитной начинкой, стартовавшая с кружащегося наверху дрона. Тут же в мех врезался кумулятивный снаряд и проделал внушительную дыру в центральной плите брони.

Но несмотря на серьезные повреждения, мех не только устоял на ногах, но и моментально наказал обидчиков. Дрон был сбит из спаренных пулеметов, крепившихся на правой руке. Выпустивший ракету БТР просто разорвало после попадания чего-то странного и светящегося (должно быть, одна из разновидностей энергетического оружия), стрелок из пушки остался незамеченным, но думаю, с ним тоже в конце концов разберутся.

А мех как ни в чем не бывало зашагал дальше, даже не покачиваясь, хотя только что в него всадили столько всего, что с лихвой хватило бы для самого защищенного танка. Живучесть этих смертоносных машин поражала.

Если только не использовать генератор жесткого излучения, мысленно напомнил я себе, вспомнив кровавую кашу в кокпите подбитого робота.

Впрочем, думаю, данное оружие скорее экзотика, чем правило. Как там сказал один из наемников: сложно и ненадежно, большое энергопотребление и малый радиус действия. Полагаю, удачное попадание скорее исключение, чем правило. Попробуй еще подберись да попади, куда нужно. Вряд ли опытные вояки будут делать ставку на столь ненадежное оружие.

– Дроны снабжения полетели, – указал кто-то.

В воздухе мелькнула стайка беспилотников, заходящая откуда-то с моря. Тут же с земли с шипением понеслись на перехват зенитные ракеты, не давая доставить боеприпасы мехам прямо на поле боя. Череда ярких вспышек пронеслась по небу. Теряя куски и распадаясь в падении, дроны обломками рухнули в океан, взметнув вверх фонтаны воды. Однако несколько штук все же прорвались и продолжали полет.

Земля содрогалась от тяжелой поступи могучих боевых машин. Грохотали взрывы, раздавалась бешеная стрельба. Два меха сошлись в рукопашной на мелководье, один орудовал гигантским топором, крепившимся за спиной, второй использовал выдвижное лезвие, похожее на прямой рыцарский меч.

Рыцари… рыцарский поединок двух воинов по заранее оговоренным правилам чести, мелькнуло у меня в голове. Но ошибся. Налетевшее звено поддержки одного из соседних шагоходов без малейших стеснений нанесло удар в спину одного из мехов, раскурочив заднюю часть кумулятивными боеприпасами.

Вот тебе и рыцарский поединок.

Умный бинокль подсветил кусок ближнего острова красным ореолом плоских очертаний, похожих на блины, – мины. Точнее, целое минное поле, и, судя по размеру, там не обычные противопехотные игрушки, а что-то гораздо серьезнее.

Ракеты класса «земля-воздух» мелькали в воздухе не переставая, причем как средних калибров, так и совсем небольших, едва заметных, с крылышками стабилизаторов, похожие по выполняемым функциям на дроны-самоубийцы, а по форме на железных стрекоз.

Огненные цветки то и дело расцветали на скудной земле, песок плавился, пламя вырывалось столбом вверх. Грохот, разрывы и шагающие в ореоле огня боевые роботы разных моделей и размеров. Зенитные пусковые установки, спрятанные в глубине центрального острова, то и дело разражались очередным облаком москитных ракет. Их пытались накрыть системами класса «поверхность-поверхность» тактического назначения.

Полностью автоматизированные передвижные цели-приманки пытались оттянуть хотя бы немного внимания на себя, но умная техника распознавала ловушки и без сомнений поражала более подходящие для атаки объекты.

– Глядите, заброска в тыл, – один из наемников ткнул пальцем в небо.

Над поверхностью океана летела тройка ховербендов, на небольших крыльях крепились подвески с ракетами и оружейные пилоны с неуправляемыми снарядами, на выдвижных рампах по бокам снаружи сидели пехотинцы в штурмовом снаряжении и винтовками наизготовку.

Раньше такой экипировки я не видел, что-то тяжелое, хорошо защищенное, с глухими шлемами, элементами экзоскелета и с мощными пластинами брони.

Брутально выглядевший десант мелькнул и скрылся за оконечностью дальнего острова.

– На мобком охотятся, – со знанием дела прокомментировал один из ветеранов.

К этому моменту наш контейнеровоз чуть довернул, ложась на прежний курс, и с борта стала видна дальняя часть центрального острова. Там стояла загнанная на мелководье вплотную к берегу массивная баржа. Стало видно, что именно откуда шли основные волны вторжения.

Прямо с баржи работала артиллерия. Две странного вида пушки с задранными вверх стволами без перерыва посылали за горизонт снаряд за снарядом.

– Holy shit! Санта Мария! Вы это видели?! Эти штуки стреляют не останавливаясь! – чересчур эмоционально воскликнул один из солдат удачи.

– Это «Неутомимые мстители», у этих дур стволы из особого жаростойкого сплава, – мрачно просветил другой наемник, кажется, не понаслышке знакомый с работой необычных артиллерийских систем.

Частота выстрелов и правда поражала, они палили не переставая, лишь изредка платформы с основными механизмами чуть доворачивались, меняя сектор обстрела и явно подчиняясь командам невидимого корректировщика.

Я хлебнул пива и оценивающим взглядом окинул пушки, в настоящий момент показанные крупным планом на одном из экранов на палубе. Странно, что баржу не шатало от такой стрельбы. Амортизаторы у них там где-то спрятаны, что ли? При такой частоте выстрелов, с таким калибром, отдача должна быть серьезной, но приткнутая к песчаному пляжу баржа даже особо не тряслась.

Все-таки военные технологии здесь шагнули далеко вперед. При прочих равных, даже с любовью побросать бомбы и пострелять ракетами направо и налево, наш родной мир не шел ни в какое сравнение с этим. В суммарном исчислении здесь воевали намного дольше и намного ожесточеннее.

Кстати о ракетах, вот и они. Очередная стайка летающих птичек появилась откуда-то сверху и тотчас накрыла левый фланг обороняющихся чередой мощных взрывов.

– Откуда они взялись? – Ластик недоуменно переводил взгляд с одного экрана на другой.

– Похоже, у них где-то есть еще один корабль поддержки. Держится на расстоянии и не дает себя засечь.

Предположение не хуже многих. Лично я думал, что отработало звено беспилотников, намеренно до последнего времени летевшее на большой высоте. Слишком уж угол атаки у ракет был крутым, больше походило на запуск откуда-то сверху. С другой стороны, что я знал о местных маневровых ракетных двигателях. Может, они могли менять угол наклона под любой заданный параметр, вплоть до разворота на сто восемьдесят градусов. Хотя это, наверное, уже перебор. Такие фокусы ракетам не по плечу.

Досмотреть представление не получилось. Сухогруз уходил дальше, оставляя острова и происходящий на них бой позади за бортом. На возмущенный гул зрителей Слай строго напомнил о сроках выполнения доставки груза и об удержании будущих премий, в том числе у сопровождающих, за срыв графика.

Протестующий гул моментально стих. Деньги терять никто не хотел.

Я же в этот момент думал об увиденном сражении за гига-фабрику по производству солнечных панелей. Бой больше всего походил на мясорубку. А ведь я в качестве зарегистрированного наемника вполне мог оказаться среди одной из противоборствующих сторон.

Подыхать за интересы какой-то корпорации, которая захотела силовым методом отобрать ценный актив у конкурента? Нет, пожалуй, это не для меня. Становиться мясом в корпоративных войнах не слишком разумная идея. Надо подыскать себе более подходящее занятие.