Щелк-щелк-щелк – Мигель рассеянно игрался с переключателем режима стрельбы на винтовке, поглядывая по сторонам. Каждые две минуты он делал перерыв, задумчиво оглядывал линию горизонта и произносил:

– Что-то долго.

Каждый раз я кивал, но ничего не говорил в ответ. Что тут скажешь, и так все понятно. Прошло слишком много времени, когда последний раз «птички» выходили на связь. Два легких разведывательных дрона пропали с концами.

С размахом крыльев в два метра, с мощным бесшумным электрическим мотором, с отличной оптикой на борту, с корпусом из облегченных полимерных сплавов и пластика – они представляли собой образец, каким должен быть беспилотный летательный аппарат, созданный для дистанционного визуального наблюдения.

По заверениям производителя – технологической компании «Solution-Industry», дроны типа «Альбатрос» создавались специально для патрулирования над морской поверхностью и обладали максимальной незаметностью для машин подобного класса. Ни один радар не способен их обнаружить, потому что цепляться радарным волнам там не за что. А благодаря передаче информации и командам управления по узкому направленному лучу, засечь обмен данными можно, лишь точно зная месторасположение аппарата в воздухе в строго определенный момент.

Проще говоря, эти штуки считались невидимками в небе. И тем не менее обе пропали, друг за другом, с интервалом меньше в минуту.

– Не следовало запускать сразу обоих, – сказал Мигель, словно угадав мои мысли.

– Слай хотел охватить как можно большую площадь и запустил наблюдателей с обеих сторон, – напомнил я.

– И тем самым совершил ошибку, – нетерпеливо произнес смуглокожий молодой наемник. Давала о себе знать горячая южноамериканская кровь.

Я не стал спорить, с одной стороны, понимал желание командира побыстрее разделаться с внезапно свалившейся на голову проблемой, с другой – отдавал должное справедливости слов Мигеля – возможно, и правда не стоило рисковать сразу обоими дронами.

«Птичек» запустили по расходящимся векторам, с точкой пересечения через сто пятьдесят миль. Таким образом получался гигантский овал, по краям которого двигались воздушные наблюдатели. В любых других ситуациях подобная тактика поиска оправдывала себя, позволяя проверить большой по площади кусок моря.

Но что-то случилось, причем с обоими аппаратами одновременно. Учитывая, что в момент потери связи расстояние между ними должно было составлять не меньше нескольких десятков миль, происшествие заставляло задуматься.

Кто-то умудрился сбить два беспилотника, обладающих максимальными маскировочными свойствами, и сделать это практически в один момент. Это не могло быть совпадением. Кто-то не хотел, чтобы за ним наблюдали, и обладал для этого средствами, чтобы это пресечь.

– Может, их из STG-1 сбили? Я слышал, эти новые ПЗРК умеют находить и пластиковые покрытия, – предположил Мигель.

Было видно, что молодой парень не мог стоять на посту просто так, его с неудержимой силой тянуло поговорить. И нельзя сказать, чтобы он особенно нервничал, скорее это походило на возбуждение перед боем. Непризнанный бастард торопился показать себя в реальном бою.

Меня подобное поведение раздражало. Все равно, что торопиться умереть раньше времени.

– Почему сигнал бедствия передали только по радио? У них вырубилась вся остальная связь? – вместо этого спросил я. Хотя, по идее, следовало посоветовать пареньку не дергаться и взять себя в руки. Но, во-первых, у нас примерно один возраст (плюс-минус пара лет), и меня просто не будут слушать, а во-вторых, даже Слай сейчас бы не смог успокоить Мигеля.

Кажется, дурак действительно думал, что это его шанс отличиться. Показать, что он лучше всех, что достоин и все в таком духе. Короче, все вы быдло и бесполезное мясо, а я герой.

Чувствую, прикончат его сегодня с таким настроем. Наверняка начнет лезть в самые опасные места, никого не слушать и показывать, какой он супервеликий воин.

– Ты про спутниковую связь? – Мигель пожал плечами. – Может, антенна поломалась или еще что. Вышла из строя какая-нибудь электронная плата и весь комплекс накрылся. Эти штуковины очень привередливы, за ними нужен постоянный уход, а спецов мало.

Да, радио в этом плане проще, в обращении с ним особенных технических навыков не нужно. Любой более или менее разбирающийся в технике сможет собрать и разобрать радиопередатчик, устранить поломку, на крайний случай отправить сигнал SOS.

– Думаешь, это была ловушка?

Мигель снова дернул плечом. Собственно, о такой возможности в первую очередь предупредил Слай. Сухогруз не стал отклоняться от курса и даже взял немного чуть в сторону, чтобы обойти потенциально опасный район. Морской кодекс это, конечно, хорошо, оплот законности и порядка, и все такое, но своя шкура всегда ближе к телу.

Все эти строгости соблюдались постольку-поскольку и основные моменты часто оставались лишь на бумаге. В здешних водах броситься на сигнал о помощи все равно что нарисовать себе на лбу жирную мишень.

«Птичек» отправили, так что формально свои обязательства выполнили, но посылать туда весь корабль никто в здравом уме не собирался.

Собственно, планировался следующий ход действий: запуск дронов, осмотр места источника сигнала, передача информации ближайшему патрульному кораблю какой-либо державы. Всё. На этом наши обязательства заканчивались. То, что патрульный мог в этот момент находиться в тысячах миль и что его прибытие явно уже ничем не поможет, никого не волновало.

Такова суровая правда жизни в южном полушарии, каждый в первую очередь заботится о собственной безопасности. А все эти законы и наставления хороши где-нибудь в теплых уютных кабинетах, но точно не в жесткой окружающей реальности.

Будь его воля, капитан сухогруза вообще бы промолчал о проклятом сигнале, но чертова система контроля и навигации уже сделала соответствующую отметку в бортовом журнале корабельного компьютера, и пришлось сделать хоть какой-то вид, что экипаж действует по инструкции.

В результате Слай лишился двух дронов-наблюдателей класса «Альбатрос», а стоили они недешево.

– Так что насчет ловушки? – Мигель не собирался отступать просто так.

Я вернул ему зеркальный жест с пожатием плечами.

– Понятия не имею.

Не желая развивать тему, чуть повернулся, делая вид, что поправляю гарнитуру в ухе. Глянул на портативную рацию в чехле на поясе. Огонек открытого канала послушно горел, но эфир был пуст. Дисциплина среди наемников поддерживалась на должном уровне.

В самом начале разбросанные по огромному кораблю солдаты удачи перебрасывались шуточками, используя штатные средства связи, пока Слай не рявкнул и не приказал очистить эфир, а если кому есть что сказать умное, то первым делом пусть сначала обратится к нему, по отдельному выделенному каналу. Народ заткнулся. Не знаю, приходили ли кому-нибудь умные мысли и делились ли они ими со звероподобным командиром, не отличающимся особым терпением, но основной отрядный канал с тех пор шуршал лишь слабыми помехами.

Я перевел взгляд за борт, солнце медленно садилось в океан. С высоты огромного контейнеровоза казалось, что раскаленный желтый шар ныряет в темные воды за горизонтом. Немного похолодало. Еще пару часов и станет окончательно темно. Пока не выглянет луна и не проявятся со всей силы звезды. В этих широтах, если небо чистое, без облаков, ночью бывает не так темно, как обычно, близость экватора играет свою роль. Яркие звезды и еще более невероятно яркая луна кажутся такими близкими, что протяни руку – и словно сможешь дотронуться до них пальцами.

– Красиво, – прошептал Мигель, захваченный прекрасным моментом заката.

Я решил его немного подколоть, тоном бывалого пса войны глухо буркнув:

– Облаков нет, ночью можно будет обойтись без систем ночного видения.

И все, наваждение красоты океанского заката моментально схлынуло. Мигель дернулся, стирая с лица выражение щенячьего восторга, вновь натягивая маску матерого наемника.

– Верно, так будет даже лучше видно врагов, – по-деловому заявил он и опять щелкнул дурацким переключателем.

Если бы не это последнее действие, я бы ему еще, может, поверил.

– Расслабься, – поморщился я, устав от показной крутости. – Начнешь палить раньше времени, Слай тебя с потрохами съест. Хочешь, чтобы тебе потом устроили публичную порку перед всем личным составом?

Мигель переменился в лице, хотя еще секунду назад явно собирался сказать, куда мне катиться с моими советами.

– Напортачишь – и все об этом узнают, – продолжал давить я. – И вместо того, чтобы показать себя опытным уравновешенным бойцом, выставишь себя нервным параноиком, у кого в заднице постоянно свербит. Оно тебе надо?

По большому счету мне не было дела до этого странного паренька, считающего себя незаконнорожденным отпрыском неизвестного испанского дона. Я его едва знал, и его благополучие меня не волновало. Но здесь и сейчас он был моим напарником и от его действий зависела моя жизнь. А это уже совсем другая история.

Перенервничает, нажмет не вовремя на курок, сделает еще какую-нибудь глупость – и я получу пулю вместо него. У таких индивидов, как правило, феноменальная способность подставлять под выстрелы других. Потом, конечно, они тоже дохнут, но какая разница для тех, кто умрет раньше от их глупости?

Поэтому лучше заранее утихомирить возбужденного героя, чтобы, когда все начнется, излишне не отсвечивал.

– Я смогу за себя постоять, – высокомерно заявил Мигель совершенно не в тему.

Во мне вспыхнула злость. Маленький надменный индюк считает, что все это веселая игра. Может, перейти к более действенным воспитательным методам? Вырубить придурка, путь отлежится в тихом уголке, пока все не закончится.

Мысль оказалась заманчивой. Одна проблема – Слай имел неприятную привычку проводить перекличку, и отсутствие даже такого кретина обязательно заметит. Поднимется шум, и теперь уже меня могут обвинить в нападении на своих.

По законам наемников подобное наказывалось смертью. В бою только один враг, хочешь выяснять отношения – дождись окончания, вызови в Круг Равных и отводи душу сколько угодно. До этого момента – даже думать не смей.

– Вон какие-то черные точки на горизонте, – я кивнул в сторону моря. Сбоку от уходящего в закат пылающего шара солнца что-то мелькнуло. – Кажется, движутся.

Мигель достал из разгрузки маленький бинокль с цифровой начинкой. Окуляры имели встроенный дальномер, оптику для улучшения изображения и еще кучу наворотов.

– Это катера, – спустя несколько секунд напряженного наблюдения сообщил молодой наемник.

– Точно? – уточнил я. Идти к Слаю с непроверенной информацией, значит, нарываться на ехидные насмешки. Окажется потом, что это всего лишь отблески на волнах – до конца плавания остальные наемники будут это припоминать. Дурацкие шутки, вроде того, чтобы захватить очки при походе в туалет, чтобы не промазать по писсуару из-за паршивого зрения, посыплются ворохом. На корабле скучно, любой повод используется для дополнительного развлечения.

– Точно. Они двигаются. Гляди, – он передал бинокль мне.

Я приник к окулярам и пару секунд пытался привыкнуть к резко изменившемуся полю обзора. Интегрированная электроника изменяла привычное видение внешнего мира.

Черные точки превратились в вытянутые силуэты размытых очертаний. Что это конкретно, пока что нельзя было точно сказать, слишком далеко находились, но Мигель оказался прав – они и правда двигались, причем определенно в сторону нашего сухогруза.

Итак, что мы имеем, некто, скорее всего пираты, атаковали неизвестное судно, вероятнее всего похожее на наш сухогруз, то успело послать сигнал о помощи. И происходило это где-то недалеко, в масштабах океана, разумеется. Посланные на разведку дроны были сбиты, что говорило о хорошей технической оснащенности противника. Хуже того, заметив интерес со стороны, пираты решили проверить, кто это там такой любопытный, и отправили еще одну команду захвата, логично предположив, что лишней добыча не будет. И теперь к нам спешила толпа чернокожих абордажников.

– Кажется, это катера и моторные лодки, – неуверенно сказал Мигель.

Интересно все-таки, как они умудрились сбить дроны. Точнее, как смогли обнаружить их присутствие, а затем уничтожить с довольно приличной высоты. Как правило, корпорации не доверяли современное тяжелое вооружение подобным криминальным образованиям, следя, чтобы уровень оснащенности у них оставался ниже среднего уровня. В основном легкое стрелковое оружие, может парочка гранатометов, но точно не продвинутый ПЗРК. Что-то изменилось? Кто решил дать своим подопечным более серьезные игрушки? Тогда у нас могли возникнуть большие проблемы.

Я еще некоторое время понаблюдал за перемещением непонятных объектов, затем оторвал глаза от окуляров.

– Сообщи Слаю, к нам гости.

Мигель кивнул и забормотал в микрофон гарнитуры.