/Воровка/

— Велтен, но зачем? — задала я наинаивнеший вопрос, надеясь на откровенность.

— Фукс… хм… логично, — отозвался Картер. — Попробуй его разговорить, мне нужны доказательства.

Но главный безопасник театра оставался равнодушным к моей игре. Проверил браслет на моём запястье, вновь измерил мне пульс, немного нахмурился, видимо, показатели не соответствовали моему напускному состоянию. Я действительно старалась держать себя в руках и не нервничать, бывали задания и сложнее.

— Что вы собираетесь делать, Велтен? Зачем напали на меня? — предприняла я новую попытку. — Вы маньяк? Похищаете красивых женщин? Извращенец, — закивала со знанием дела, в надежде его оскорбить.

Он снова промолчал, а за его спиной словно тень появился темноволосый юноша с алыми глазами. Жилистый, даже хрупкий на вид, но глупо недооценивать гладио. Этот парнишка, которому с трудом дашь восемнадцать лет, может убить за секунды, если зазеваешься, как и случилось с Ронни. И я оказалась права, именно он выказал восхищение моим голосом, его же, судя по всему, встретила Кларисса незадолго до своей «смерти». Похоже, он и есть наш гладио.

— Мастер, вы решили провести операцию? — уточнил он у Велтена спокойным голосом, судя по всему, связанные женщины были для него привычным явлением.

— Траданцы… — скривилась я, почти не играя отвращение. — Человеческие жизни для вас ничего не значат. Хотя… если вы здесь, то даже в вашей стране вам не рады, — усмехнулась язвительно.

И наконец добилась эффекта. На сухом лице Фукса заиграли желваки, тяжёлая челюсть напряглась, а в карих глазах заискрилась ярость.

— Что? Разве это неправда? — рассмеялась я издевательски в желании поддержать эффект. — В Традане…

— В Традане нас бы не поняли, вы правы, миссис Скотт, — оборвал он меня. — Тем более, не поймут и в Кириусе. Но мы знали, на что идём… на что себя обрекаем.

— И были готовы! — горячо воскликнул гладио, сжав ладони в кулаки.

— К чему? К тюрьме? Рано или поздно на вас выйдут. Это дело расследует Ланкастер.

— Ланкастер… — эхом повторил Велтен и неприязненно поморщился. — Его участие действительно создало нам проблемы. Придётся уничтожить лабораторию, начать всё практически с самого начала. Досадно, но не катастрофично, — хмыкнул, отступая от койки, на которой я лежала.

Теперь стало лучше видно помещение со столами, заставленными лабораторным оборудованием. Чуть поодаль расположилась колба размером с человеческий рост. Внутри неё бурлила жидкость, даже без перехода на магическое зрение было видно, что она искрится силой. А подпитывало конструкцию…

— Сердце Льда, — ошеломлённо выдохнула я. — Это вы его заказали.

А потом напал на меня и забрал артефакт бесплатно. Тогда зачем на самом деле произошло похищение? Из-за моего участия в краже? Заметают следы? Или им всё же неизвестно о моей второй жизни?

— Чтобы поддерживать воссозданное из множества органов тело, необходимо огромное количество магии. Прибытие Сердца Льда в Алесвэйл стало спасением. Но почему вы применили слово «заказали» вместо «украли», миссис Скотт? — он подозрительно присмотрелся к моему лицу.

— Бренда, ты меня с ума сведёшь, — пророкотал Картер. — Соберись.

— Так в газетах писали, что проходят поиски заказчика, — не моргнув и глазом, соврала я и вздрогнула, потеряв нить разговора, когда возле стенки колбы промелькнула отрезанная кисть руки.

Жуть! Даже знаю, кому она принадлежит…

— Там рука… — проблеяла, стараясь уйти от скользкой темы.

— Да, рука и голосовые связки.

— Что⁈ — я невольно дёрнулась назад, сразу уловив связь между плавающим в растворе органом и собой.

— Да, именно, Эления обладала прекрасным голосом. Ваш голос будет нашим с Браном подарком ей, — Велтен двинулся к столу с инструментами. — Да, готовь миссис Скотт к операции, Бран.

— Слушаюсь, мастер, — молодой гладио кивнул и направился ко мне.

— Мастер? Он же человек, не маг и не может быть твоим мастером! Ты свободен, так зачем подчиняешься ему? — я тщетно заёрзала, пытаясь отодвинуться к другому краю койки.

— Вы правы, я свободен и нахожусь здесь по велению души. Да, она есть у гладио, — улыбнулся он почти мечтательно.

— Ваша душа велит вам вырезать голосовые связки у ни в чём не повинных женщин⁈

— Способ достижения цели печалит меня, но мы знали, что на нашем пути придётся идти на жертвы.

— Легко на них идти, когда в жертвы приносят других. Лицемеры, — яростно выплюнула я. — И что же это за цель? Не хочешь пояснить? Что будет со мной?

— Мы заберём ваши голосовые связки. Вырезать предстоит много, при такой операции не выживают, но свойственная вашей расе регенерация должна убрать следы постороннего вмешательства.

— Зачем? Не проще ли просто вырвать мне глотку и бросить в реку?

— Это привлечёт внимание, чего не скажешь об убийстве при ограблении, — отозвался Велтен, надевая на руки перчатки. — Не возись, Бран. Мне не нравится её оговорка. Я закрыл лабораторию, давай приступать к операции.

— Закрыл? — переспросила и испуганно позвала: — Картер?

Но мне никто не ответил. В артефакте звучала гробовая тишина. Вот проклятье!

— Картер на вас выйдет! Вы уже наследили, — стало по-настоящему страшно, и я решила тянуть время угрозами. — Даже природная регенерация не скроет такое обширное повреждение. При экспертизе всё выяснится. И сразу станет ясно, что нужно искать траданцев.

Бран не отреагировал на мои слова, удержал меня за плечо, подтянул к себе, второй рукой вытягивая из кармана сюртука шприц.

— Системы безопасности Кириуса не учитывают защиту от неодушевлённых предметов и уязвима для магнезии. Бран подменит результаты, он уже делал это, — Велтен даже не смотрел на нас, продолжал методично подготавливать инструменты.

Но теперь понятно, как бедняжке Клариссе приписали несуществующий перелом шеи и подменили результаты второй экспертизы. Значит, защитные письмена не среагировали на Брана в форме оружия, особенно при проникновении из-под земли, и умелом применении магнезии, что позволило ему спокойно попасть и на кладбище, и в склеп. А огород просто был на пути.

— И Ронни тоже вы убили? — задала я ещё один важный вопрос.

— Маллиган проследил за мной, — Фукс неприязненно скривил тонкие губы, — начал нас шантажировать, потребовал нереальную сумму за молчание и, когда не получил её всю, пригрозил выдать нас следователю Ланкастеру, как назло, появившемуся на спектакле. Мы торопились.

— Но зачем это всё? Зачем вам мой голос? Зачем рука? — я извернулась, подтянула к себе ноги, упёрла ступню в грудь замешкавшегося Брана и толкнула его.

Он отступил, махая руками, и налетел на спину Велтена. Тот поддержал его и перевёл на меня сердитый взгляд.

— Сопротивление бесполезно, миссис Скотт, вы делаете только хуже. Один укол и всё, вы ничего не почувствуете, сольётесь душой с астралом.

— Мне пока отлично живётся в реальном мире, — я перевернулась и соскользнула с койки, легко приземляясь на ноги. — И вы выбрали не ту девушку для похищения, — развела руки в стороны, демонстрируя расстёгнутый блокиратор.

Времени потянула достаточно, чтобы освободиться.

— Но… как? — Велтен искренне удивился.

— Траданцы держали меня на привязи, я многие годы училась избавляться от таких ошейников, — рассерженно отбросила прочь блокиратор и призвала стихию.

По комнате пронеслись потоки ветра, сбивая со столов пробирки с реактивами, поднимая в воздух бумаги, перелистывая книги. С одной из стен сорвало гобелен. За ним находилась картина, на которой была изображена… я?

/Следователь/

— Картер? — раздался по артефакту притихший голос Бренды, и я понял, что пора действовать.

— Мы почти на месте, тяни время, — предупредил её, а сам мысленно выругался.

Ненавижу ловить на живца: слишком много переменных, не поддающихся контролю моментов. Вот что мешает Велтену всадить нож в сердце Бренды, просто так, со злости? Ничего. Это я почти час объяснял своей рыжеволосой напарнице, но она упёрлась, отказывалась сидеть в безопасном месте, пока идёт расследование.

Мне уже приходилось проходить через такое с друзьями, в последний раз с Джослин. В такие моменты нужно отпустить, как бы тяжело ни было, но позволить другу решать за себя, иначе лишишься его доверия и уничтожишь в нём веру в себя.

Бренда предложила вполне рабочий план. И будь я более равнодушен к ней, принял бы его намного проще. И вот теперь ждал, когда команда пробьёт защитный купол, не пропускающий нас в лабораторию Фукса, и сходил с ума от волнения и злости. Потому что помимо преступников там находилась Бренда, связанная и лишённая магии. И её хотели убить, разрезать словно свинью на праздничный ужин. А я ждал, прислушивался к её разговору и просил её продержаться ещё, но возникали мысли, что артефакт дал сбой.

— Готово, следователь Ланкастер, — отрапортовали мне.

— Я первый, не торопимся, — предупредил, срываясь с места. — Страхуйте меня.

Команда знала свою работу. Им приходилось проводить операции и в более сложных условиях, а тут просто запертая в древних катакомбах под зданием театра лаборатория. Видимо, Фукс наткнулся на них при проверке систем безопасности и устроил здесь своё логово, надёжно защитив вход из театра люком из магнезии. Судя по всему, у него запасы этого опасного для магов металла.

Заглянув в помещение, я первым делом оценил обстановку. Вполне обычная лаборатория, заставленные всякими пробирками и колбами столы вдоль гладко обтёсанных стен, огромная ёмкость со светящейся жидкостью и напитывающий её кристалл. Сердце Льда. Что ж, Бренда хоть и не намеренно, но вывела меня на заказчика.

Велтен в застёгнутом на все пуговицы костюме и идеально уложенными волосами, как истинный аристократ неспешно раскладывал инструменты. Гладио Бран пытался сделать Бренде укол, но был грубо отброшен в сторону. Я собирался было вмешаться, но заметил, что моя девочка уже освободилась и только изображает жертву.

— Вы выбрали не ту девушку для похищения, — она соскользнула с койки и продемонстрировала свободные от оков руки.

Велтен и Бран впали в ступор от изумления, я восхитился. Бренда была невероятно прекрасна и, что уж, опасна в этот момент.

— Но… как? — совсем неаристократично проблеял Велтен.

— Траданцы держали меня на привязи, я многие годы училась избавляться от таких ошейников, — подчиняясь воле Бренды, поднялись потоки ветра и устроили погром буквально за минуту.

Я задумался, стоит ли её потом отчитывать за порчу улик? Но следом наше внимание привлекло нечто неожиданное. Ветер сорвал со стены гобелен, открывая прятавшуюся за ней картину рыжеволосой женщины. В первый миг показалось, что я вижу Бренду, видимо, и её охватили те же чувства, потому что она вдруг замерла.

— Эления! — лицо Велтена исказилось гримасой ужаса.

Он сорвался с места и метнулся к картине, точнее, к стоящей под ней вазе, внутри которой мельтешил белоснежный огонёк. А Бран рванул на подобравшуюся Бренду, но тут ему на спину опустился мой воздушный молот, впечатывая его в пол. А я скользнул к своей рыжей актрисе.

— Ты где был⁈ — она неожиданно яростно толкнула меня в плечо, но смотрела отчаянно, будто готовая заплакать.

Похоже, испугалась больше, чем казалось со стороны.

Комнату заполнили сотрудники службы охраны правопорядка, принялись пеленать Велтена и Брана, а мы с Брендой так и стояли, глядя друг другу в глаза.

— Здесь и был. Я же говорил, что страхую, — напомнил ей.

— Тогда почему не появился раньше?

— Увидел, что ты уже разобралась с браслетом и не стал мешать проводимому тобой допросу, — стараясь утешить девушку, я приобнял её за плечи.

— Мог бы предупредить! — рыкнула она.

— Я же предупредил, что иду за тобой. Но оказалось, помощь особо не нужна. А что, ты меня не слышала? Защита сбила настройки артефакта?

— Сбила, — процедила она сквозь стиснутые зубы, но потом, видимо, решила, что злиться на меня совершенно бессмысленно, и уткнулась носом в моё плечо. Я тоже вдохнул аромат её волос, насладился перечной сердцевинкой. И только тогда ощутил, что тревога меня отпускает. — Я боялась, что вы не сможете войти, — призналась она приглушённо.

— Мы действительно столкнулись с трудностями, но у меня в команде отличные стражи. Вскрыли лабораторию в два счёта. Кстати, если артефакт не работал, и показания не записались, то тебе придётся идти свидетелем по делу.

— Снова допрос?

— С тщательным обыском, — подтвердил я серьёзным тоном и скользнул взглядом по телу девушки.

— Эления, нет, осторожно! — ворвались в наш разговор крики Велтена.

Траданец рвался из хватки спецов, сопротивлялся, пытаясь добраться до странной вазы под портретом неизвестной женщины. При ближайшем рассмотрении становилось ясным, что изображена не Бренда и даже не Кларисса, хоть близка по телосложению к незнакомке. Видимо, из-за этой загадочной Элении и случилась вся история.

— Что это? — я прошёл к портрету и взял вазу.

Обычная, из матового стекла с узким горлышком. Белоснежный огонёк внутри испуганно отпрянул, но потом подлетел к моим рукам. В груди поселилось странное чувство неправильности происходящего, гадливости момента.

— Что это? — повторил с нажимом и вперил требовательный взгляд в Велтена.

И он, и его протеже были бледны, глядели на вазу с отчаянием.

— Я открою… — пригрозил им.

— Нет! — воскликнули они одновременно, рванув из рук служителей управления.

— Что это? Спрашиваю в последний раз.

— Это душа Элении, моей супруги, — на выдохе признался Велтен.

— И моего мастера, — прошелестел Бран.

— Мы хотели вернуть её, — Фукс посмотрел в мои глаза почти безумно. — Отдайте её мне, дайте слиться с ней.

— Конечно, — хмыкнул я и открыл крышку.

— Нет! — отчаянно завопил Велтен.

А огонёк несмело выскользнул из тонкого горлышка вазы, подлетел к моему лицу, будто кивнул в благодарность, потом приблизился к затихшему Велтену, потёрся о его щёку, по которой пробежала одинокая слеза, следом пронёсся по волосам улыбнувшегося Брана и воспарил к каменному потолку, просочившись сквозь него. Душа Элении унеслась, чтобы слиться со стихией и перейти в астрал, как и должно было произойти после смерти с каждым. Не знаю, что на самом деле ждёт нас дальше, никто не знает, но держать их взаперти, не давая продолжить свой путь, — кощунство.

— Эления, — казавшийся отрешённым и безэмоциональным Велтен, рухнул на колени, закрыл лицо руками и разрыдался.

— Вяжите их и наверх, — приказал я, возвращаясь к Бренде.

Девушка украдкой стирала слёзы с глаз.

— Она теперь свободна, — на её губах появилась искренняя улыбка, которая резко увяла, когда она увидела что-то за моей спиной.

Время будто замедлилось, заскрипело, словно в попытках остановить свой неумолимый итог. Ужас в голубых глазах, гневный крик Велтена позади, взмах рыжих волос и… толчок.

— Картер! — ударило по взведённым нервам, и воздушный поток отбросил меня почти на два метра.

Я рухнул на пол, больно ударился затылком, но тут же приподнялся, отчаянно глядя на оседающую на колени девушку. На пол перед ней упало несколько капель крови. Время вновь ускорилось.

— Бренда! — такой всеобъемлющий ужас я ощущал, только когда мне сообщили, что мой лучший друг погиб.

Подскочив на ноги, рванул к девушке, поддержал её за плечи и направил в её грудь заклинание диагностики, которое по неизвестной причине рассеялось, приводя меня в ещё большее отчаяние. Велтена уже повалили на пол, связали, но я ничего не замечал, взгляд носился от бледного лица этой отчаянной драконицы к её телу в поисках повреждений.

— Всё нормально, — прохрипела Бренда, указывая на своё плечо.

Она сжимала рукоять кинжала, который, похоже, успела приостановить в полёте, но тот всё равно впился в тело.

— Какое нормально? Ты что сделала? Зачем подставилась? — я был готов сорваться на крик, настолько не укладывалось в голове произошедшее.

Эта девушка бросилась между мной и опасностью, по сути, без логичных причин, ей выгоднее моя смерть, но она всё равно сделала это. Почему? Глупый вопрос. Потому что, несмотря на историю своей жизни, не гнилая внутри, потому что ей не всё равно, потому что между нами не только три совместные ночи, а нечто большее, незримое, но по-прежнему пугающее.

— Тебя бы он убил, Картер, — слабым голосом сообщила она, вырывая кинжал из плеча.

Похоже, тоже магнезия, что мешает сканированию.

— Вот что ты опять творишь⁈ — отбросив оружие, я вновь создал заклинание диагностики.

Теперь оно сработало без сбоев, изучило характер повреждений и вернулось с результатом. Поймав голубоватый шарик, я проверил его и вздохнул с облегчением. На этот раз без яда. Но эта девушка умудрилась поднять несвойственную мне внутреннюю панику, потому я всё равно напоил её универсальным противоядием, велел выдать кучу настоек, лично наложил необходимые заклинания. А когда вынес её на руках из катакомб обратно в театр, осознал, что и для меня отношения с ней не просто три приятные ночи без обязательств. Я незаметно для себя прикипел к этой неоднозначной девушке. И пока не понимал, что делать с этим осознанием и конкретно с Брендой.

— Картер, с каких пор ты стал таким паникёром? — возмутилась она, когда я повёз её в госпиталь.

— Мало того, что ты уговорила меня отпустить тебя с маньяком в его логово, так ещё и бросилась на предназначавшийся мне кинжал. Как тут не паниковать?

— Хватит разгоняться, Картер.

— Я еду спокойно, — проворчал, снижая давление на педаль газа. — Послушай, ранение даже для дракона — это не только неприятность, но и работа по инструкции. По правилам я обязан отвезти тебя в госпиталь, вот и всё.

— Ага, инструкция, я поняла, — она скрестила руки на груди и отвернулась к окну.

— На что теперь дуешься? — протянул я.

— Ты же следователь, догадайся, Ланкастер.

— Я не специалист по женским психологическим недугам.

— Что ты сказал? — она возмущённо приоткрыла рот, развернулась ко мне всем корпусом и вознамерилась наградить подзатыльником.

Резко надавив на педаль тормоза, я вырулил вправо, и инерция бросила Бренду практически в мои объятия.

— Мне просто не плевать, что с тобой. Прими это и хватит злиться, хорошо? — я потрепал притихшую девушку по макушке, поцеловал в лоб и вернул на место её.

— Хорошо, — согласилась она, пряча улыбку в уголках губ.

В госпитале нам сказали, что и так было известно, жизни Бренды ничего не угрожает. Даже рана, благодаря драконьей регенерации, уже затянулась. Так что, получив подтверждение целителей, я повёз уставшую девушку в её квартиру.

По дороге не разговаривали, каждый думал о своём. На нас постепенно накатывало осознание того, что конец наших изысканий и вынужденного сотрудничества вдруг приблизился. А мы оказались не готовы к этому.

— Что дальше, Картер? — спросила Бренда, отпирая дверь своей квартиры.

— Живём дальше, — пожал я плечами.

— А как же наказание, арест за кражу? — она с недоверием взглянула на меня из-за плеча.

— Сердце Льда вернулось, преступник схвачен, а ты загладила свою вину, когда… — я сделал короткую паузу, наслаждаясь начинающимся ураганом в глубине голубых глаз. Меня снова вело от её запаха и присутствия, но сегодня стоило бы взяться за ум. — Когда спасла мне жизнь. А ты что подумала?

— Правда? — она толкнула дверь и развернулась, присматриваясь к моему лицу с сомнением.

— Да, я свою жизнь, знаешь ли, ценю. К тому же твоё участие спасло Клариссу. Будем считать, что ничего не было. Но если вернёшься на воровскую стезю…

— Не вернусь, ни за что, — она порывисто помотала головой, смаргивая слёзы с глаз. — Спасибо, Картер. Спасибо, что даёшь мне шанс.

— Не проморгай его, — приблизившись, я сжал плечи Бренды руками и склонился к её лицу.

Этот поцелуй был другим, со вкусом соли тяжёлого дня, слёз облегчения и горечи неопределённости. Насладившись им, я отстранился. Хотелось сохранить его ощущение как можно дольше, прочувствовать, подумать.

— Артефакт, кстати, записывал, твоё участие не требуется. Можно считать, что ты действительно полностью свободна.

— Не верится, — она несмело улыбнулась, коснувшись своих губ кончиками пальцев.

— А ты поверь, — потрепав её по макушке, я зашагал прочь и помахал рукой над плечом. — Было интересно поработать с тобой.

— И мне, Картер.

— Пока.

Она не ответила, я решил не оборачиваться, чтобы не передумать. Следовало хорошенько поразмышлять.

* * *

— Эта история началась пять лет назад. Довольно опытный хирург и владелец шахт по добыче магнезии, что немаловажно, Велтен Фукс полюбил безродную, но красивую Элению Рот — мастера, и они поженились, — начал я свой рассказ, присматриваясь к зрителям в лице Итана и Джослин.

Мы расположились в личном кабинете дворца моего друга за чашками чая. От пирожков и пирожных исходил дивный аромат, но интерес к деталям расследования пересиливал, никто не прикасался к еде. Хотя тут я всё же ошибся: Джослин заботило другое.

— Картер, а где Бренда? — уточнила она, весьма грозно скрестив руки на груди.

— В данный момент не знаю. Занимается своими делами, как я предполагаю, — мотнул головой, изображая полнейшее непонимание.

— Подожди, только не говори, что вы расстались, — подруга прошила меня предупреждающим взглядом.

Под таким лучше ни в чём не признаваться и бежать без оглядки. Общение с мужем явно идёт ей на пользу, настоящая императрица. Даже мне иногда не по себе.

— Сестрёнка, ты ошибаешься, чтобы расстаться, нужно сначала сойтись. А мы не сходились. Она выполнила условия договора, к тому же спасла мне жизнь, и я решил её отпустить.

— Картер, — Джо сжала пальцами переносицу. — То есть ты привлёк к расследованию девушку, раскрыл с ней дело, влюбился и просто отпустил? Ты дурак?

— Вот и я задаюсь этим вопросом, — Итан кашлянул, с трудом подавив улыбку.

Кажется, и ему было интереснее узнать подробности моей личной жизни, чем детали раскрытого дела.

— Вы надо мной издеваетесь? — усмехнулся, откидываясь на спинку дивана.

— Ты не ответил, Картер, вы расстались? — хмуро уточнила Джослин.

— Я решил дать ей время прийти в себя.

— И точно дурак, — вздохнула она сокрушённо.

— Так, давайте отложим издёвки, — попросил я, демонстративно закатив глаза. — Я оторвался от дел, чтобы рассказать вам лично о деталях расследования, но могу прислать отчёт, почитаете, — и поднялся с дивана.

— Обиделся, что ли? — предположила Джослин, нисколько не поведясь на мою провокацию.

Вот так всегда с лучшими друзьями: знают тебя как облупленного, ничем их не пронять.

— Ему не терпится рассказать о деле, а мы не даём, — пояснил Итан, положив руку на колено жены в собственническом жесте.

Они переглянулись и весьма мило друг другу улыбнулись. Раньше я просто радовался за них, а сейчас мысли понеслись в ином направлении. В памяти ожил пряный аромат цветов с задорной остринкой и вспыхнул лукавый взгляд лазурных глаз. Интересно, чем сейчас занимается Бренда?

— Ладно, рассказывай, нам действительно любопытно, просто мы беспокоимся о тебе. Показалось, Бренда тебе понравилась, — Джослин посмотрела в мои глаза мягко и с участием.

Вот такой подруга мне нравится больше. Лучше пусть жалеет, чем ругает. А то власть в руках делает её жуткой.

— Рассказываю, — я вновь опустился на диван. — Эления и Велтен полюбили друг друга и поженились, тут всё счастливо и стандартно. Девушкой она была доброй, хоть и стала боевым магом, к своему гладио относилась со всей душой, чуть ли не ввела его в семью. Жили они втроём довольно счастливо, пока Эления не погибла во время прорыва порождений. Бран принёс её слишком поздно, мгла достигла сердца и восстановить тело даже при технологиях Традана и способностях Велтена было невозможно.

— Как печально, — Джослин придвинулась ближе к Итану и прижалась к его плечу.

Она пережила две смерти любимого, так что может понять Велтена больше всех остальных.

— Как вы знаете, в гладио поселяют и душу из астрала, точнее, последок душ, из которых формируется новая личность. А Велтен применил эту технологию, чтобы удержать душу любимой. Оставалось только собрать ей подходящее тело, но в Традане это было невозможно. Тела для гладио выращиваются под контролем правительства, частники могут заниматься лишь хирургией и модификациями. Впрочем, наша парочка попыталась и там, но была вынуждена бежать.

— Значит, они решили воссоздать тело Элении в Кириусе? — хмыкнул Итан.

— Да, Велтен безумно любил жену, а Бран был готов на что угодно ради мастера, потому они решились на преступление. Нашли подходящее место, устроились в стране и приступили к поискам лучшего тела. Кларисса оказалась идеальной кандидатурой, то же телосложение, цвет волос. Только глаза не голубые и нет голоса. Потом нашлись и другие изъяны. В своём перфекционизме они подумывали собрать идеальное тело. Доступ к кладбищу у них имелся, там они уже вырезали глотку у одного покойника. К счастью, их план не сложился.

— Значит, они инсценировали смерть Клариссы, чтобы использовать её тело для воскрешения Элении из мёртвых, — заключила дрожащим голосом Джослин.

— Именно, — щёлкнул я пальцами. — План на самом деле гениален. С Клариссой сработало, они идеально разыграли несчастный случай, поправили заключение судмедэксперта, используя лазейку в наших защитных плетениях, и получили полный доступ к её телу. Бран перемещался под землёй, что позволяло спокойно проникать на кладбище и в склеп, вправить шею, поменять кристаллы, найти другие подходящие тела. Но при очередном посещении Клариссы он потревожил защитный контур склепа. Ему ничего не оставалось, как разыграть ограбление и спешно отрубить девушке руку с магическим кристаллом, который удерживал её в состоянии летаргии.

— Страшно представить, что бы с ней было, если бы вам не понадобилось снова посетить кладбище, — Джослин схватилась за чашку и сделала несколько больших глотков, глядя перед собой.

— Да, страшно, — подтвердил я. И меня эта история не оставила равнодушным. — Прихватив всё награбленное, Бран понёсся обратно. И видимо, зацепил отравленное мглой тело. Путь его пролегал через находящиеся рядом усадьбы и конкретно через огород вдовы Клеминг. Поднявшись выше привычного уровня, он повредил морковь, а до этого разрыл довольно крупный и удобный для грызунов тоннель. Те отравились мглой, превратились в умертвия, принялись нападать на огород, вредить тыквам, но были вынуждены бежать от грозного соседа. Тот объявил на них охоту в стремлении защитить посёлок и произвести впечатление на соседку.

— Эта история ради любви создала ещё две пары, — Джослин хитро прищурилась.

— Да, сосед выследил порождений, спас посёлок от проверки, ну и продемонстрировал свои намерения вдове. Она звонила мне утром, благодарила, намекала на свадьбу.

— Вот, сосед действует, — уколола она.

— Он год на неё издали любовался, — возразил я. — Но это не вся часть истории. Создание лаборатории, закупка магических кристаллов и прочие расходы и так изрядно опустошили карман Велтена, а тут ещё в один из спусков в лабораторию его с Браном заметил вышедший в тираж актёр Ронни Маллиган. Он начал читать про Традан, интересоваться деталями у Бренды, вскоре сопоставил все детали, понял, что тут сбежавший из Традана гладио без мастера. И решил заработать.

— А у Велтена уже не было денег, — качнул головой Итан.

— Да, они заплатили раз, второй, но аппетиты Ронни росли. А когда ему отказали, он пригрозил выдать беглецов мне после выступления. Им пришлось быстро убирать свидетеля. А мне браться за расследование.

— Но денег у них по-прежнему не было, — продолжил Итан.

— Именно, а впереди ожидали крупные манипуляции с телами, оживление, потому они решили пойти и на другое преступление: наняли вора, который пообещал выкрасть источник постоянной энергии, Сердце Льда. Но так как были ограничены в средствах, решили просто избавиться от исполнителя, не подозревая, что нанятый специалист и их будущая жертва одно и то же лицо. К тому же Бренда всё же выдала себя, за ней велась слежка. Но она устроила такой ураган, что Бран ушёл, я получил ушиб спины, лишился всех доказательств и половину ночи пытался нагнать беглеца. Тщетно, как вы поняли.

— О, значит, вот как ты упустил кристалл, — поддел Итан.

— Да, хотел поймать рыбку крупнее, а остался с отравленной девушкой на руках. Но всё не зря, участие Бренды помогло быстро разобраться в этом деле.

— Она распознала летаргию, — кивнула Джо, делая ещё один глоток, и присматриваясь к вазе с пирожными.

— И уговорила меня отдать ей роль приманки. Велтен клюнул, показал нам свою лабораторию и наговорил на артефакт весь свой план. Душа Элении обрела покой. Правда, он так разозлился, что захотел меня порешить. Но Бренда меня спасла, за что я решил простить ей кражу Сердца Льда.

— И всё же ты добряк, — Итан взглянул на меня с лёгким упрёком.

— И временами даже душка, — развёл я руками в стороны, словно извиняясь за мягкосердечие.

— А как же Аднот Дюваль, владелец театра? Его же арестовали по подозрению в убийстве, — вспомнил он.

— А тут другая тёмная история. Дюваль понял, что его бизнес под ударом, и решил устроить неприятности своему главному конкуренту Элайдже Вистару. Догадался, что убийца Ронни скрылся через тоннель под сценой, дождался возвращения безопасника, который выведет меня на нужный путь, а дальше начал действовать, оставил там свой платок, пригласил к себе в гости владельца соседнего театра и разыграл покушение через инсценировку убийства после его ухода. Придумал историю про сговор Маллигана и Вистара за его спиной. И вполне мог выйти сухим из воды, но Ронни, как мы знаем, убили по другим причинам.

— Вот Дюваль — змей, — поморщилась Джослин. — Он мне сразу не понравился.

— Ага, решил под шумок убрать конкурента, да не вышло. Теперь его самого ждут неприятности за клевету, подтасовку улик и препятствование следствию. Статьи за подлость, к сожалению, нет в нашем законодательстве.

— А зря, — усмехнулся Итан. — Надо задуматься.

— Значит, убийцы пойманы, интриган наказан, тыквы спасены, вдова и её сосед сошлись, Бренда бросилась тебя спасать, а ты с ней расстался? — Джо аккуратно откусила пирожное, глянув на меня с неодобрением. — Скажи-ка мне, Картер, как раскрывается большинство преступлений?

— Ну, я берусь за работу, и раскрываются, — ответил уклончиво.

— По горячим следам, Картер, — на этот раз ей досталось право закатывать глаза. — С женщинами так же, пока не возведены бастионы защиты и обиды, надо действовать. Вчера после удачной операции и твоего спасения она была готова на всё, сегодня не пустит тебя на порог, вот увидишь.

— Ладно тебе, сестрёнка, как можно не пустить следователя на порог? Я же могу пробить ордер.

— Будет тебе, Джослин, зачем ему воровка? — пожурил её Итан.

— Бренду этому учили. Как меня с детства учили врать, изворачиваться, бежать и прятаться. Установки прошлого сложно преодолеть. Мне до сих пор временами страшно, кажется, легче спрятаться от всего. Так меня воспитывали. Но няня хоть как-то заботилась обо мне, а кто заботился о Бренде? — изумрудные глаза подруги посмотрели в мои пронзительно.

«Никто, и я в том числе», — подумал про себя.

Мать и отца она считала бросившими её предателями, которым важнее карьера и развлечения, первый мужчина оказался подосланным актёром, а друг, пообещавший ей спасение, подставил, накинув на неё неподъёмный долг. Её не учили жить правильно. Да и как это? правильно? По законам? По совести? Второе в ней есть, с первым, конечно, проблемы.

— Пожалуй, мне пора, друзья. Долг зовёт, — подхватив из вазы небольшой пирожок, я закинул его в рот и направился на выход.

— Картер, она тебя не пустит, — догнало меня предупреждение Джослин.

— С чего ты взяла, что я иду к Бренде? — насмешливо посмотрел на подругу из-за плеча, но натолкнувшись на её понимающий взгляд, решил просто уйти.

Лишь усмехнулся про себя, когда, выехав из дворца, направил магмобиль в сторону дома Бренды. Добрался без пробок, даже слишком быстро, да и речь не готовил, признавая опасения Джослин. Вчера казалось правильным дать Бренде прийти в себя, а самому подумать, определиться хоть с каким-то решением, сегодня я понимаю, что надо было проявить меньше деликатности и отбросить прочь собственные сомнения.

Бренда не открыла дверь и после звонка, и после стука. Я простоял минут десять, прежде чем решился идти напролом. И тогда забеспокоился. Взглянул магическим зрением на дверь, обнаружил отсутствие поставленной ею защиты. Нужно было лишь поработать отмычкой, что я и сделал. Квартира открылась передо мной.

Пустые крючки в прихожей вызвали ещё большую настороженность. С каждым мигом мрачнея всё сильнее, я прошёл дальше. Вещи Бренды исчезли. И напоминанием о её присутствии оставался только яркий аромат, который вскоре выветрится из помещений, но явно не из мыслей. Бренда уехала, стоило ей получить свободу. Джослин оказалась права, я дурак.