/Айлин/

Идти действительно пришлось недолго. Дом Актеона находился в центре города, на тихой улочке за парком. Это оказался двухэтажный особняк из бежевого камня, огороженный чёрным металлическим забором. Войдя внутрь, я почувствовала себя настолько неуверенно, что все прошлые установки чуть не дали дёру вместе со мной.

— Всё нормально?

От Актеона не укрылось моё замешательство, он поглядывал на меня с тревогой, пока вёл по просторному фойе с хрустальными люстрами под высоким потолком и выложенным мрамором полом.

— Я никогда не бывала в такой роскоши, — тяжко вздохнула, посчитав глупым молчать о причинах. — Мне неуютно.

— Привыкнешь. Здесь нет никого, кроме нас. Я покупал этот дом, чтобы Алекса отдыхала от учёбы, но она вечно пропадает на тренировках, — настал черёд Актеона тяжко вздыхать.

— Это последний курс, от его итогов зависит распределение.

— Да, я знаю. Но мне иногда кажется, что мой статус давит на неё. Она требует от себя слишком многого. А когда я пытаюсь поговорить об этом, она лишь смеётся. Уверяет, что всё нормально.

— Ты легат, она наверняка хочет, чтобы ты ею гордился.

— Я понимаю. Но она чересчур храбрится. Меня страшит, что она может умолчать о проблемах. Как ты… Может, ещё и поэтому я тебе помогаю. Надеюсь, что и Алексу кто-то поддержит в её беде, если она не захочет делиться со мной, — между густых бровей Актеона пролегла хмурая складка.

Он тревожился за сестру и не скрывал этого от меня. Может быть, откровенничал, чтобы и я ему доверилась? Не знаю точно, но этот разговор заставил проникнуться сочувствием к его переживаниям и отодвинул мою нервозность.

— Ты хороший брат. Она не будет скрывать свои проблемы, — сделав над собой усилие, я взяла его за руку.

Собственная смелость ошеломила даже меня, Актеон же на миг приостановился и мягко улыбнулся.

— Будет, — отозвался он со вздохом. — Потому что считаем меня тираном.

— С чего бы вдруг?

— Может я и есть тиран? — ответил он спокойно, вызвав у меня смешок, и его лицо разгладилось.

Мы поднялись на второй этаж, где он остановился у закрытой двери.

— Гостевая спальня. Она полностью в твоём распоряжении. Твоя аура внесена в систему безопасности. Сможешь спокойно сюда приходить.

— Не представляю, как решусь прийти в чужой дом, — усмехнулась, сконфуженно обняв себя свободной рукой.

— Именно поэтому я разрешаю тебе приходить. Ты приличная девушка, и не позволишь себе ничего предосудительного. К тому же мы ведь планируем общаться. Но этого мало… — он сделал короткий шаг ко мне, и теперь мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза.

Стало немного не по себе, но я заставила себя стоять на месте.

— Пока что лишь я предлагал варианты, проявлял настойчивость. Но ты должна сама желать избавиться от страха. И предлагать свои варианты.

— Я не знаю, что предложить…

— Что угодно. Мы одни, я не собираюсь высмеивать тебя, даже если предложение будет звучать глупо. Даже если неприлично, Айлин. Главное, чтобы тебе помогало.

— И всё равно, я не думала, как правильно. Иногда мне страшно просто от присутствия незнакомцев. Но к тебе я начала привыкать. А прикосновения… К ним я тоже привыкаю. И мне бы хотелось привыкнуть к мысли, что все они не страшные, — даже сама не понимала чего хочу, но Актеон и не собирался смеяться.

— Нужны разные прикосновения? — уточнил он осторожно, словно боясь спугнуть мою смелость.

— Да… Но… наверное… лучше сначала я сама…

— Конечно. Ты хочешь ко мне прикоснуться?

Вообще, я имела в виду другое, хотела указать ему на плечо, чтобы он положил туда руку. И так далее, может, даже набраться смелости, и позволить ему коснуться моего лица, но его вариант показался более… будоражащим. Я могла коснуться этого мужчины.

Актеон ведь нереальный. Такие, как я, смотрят на таких, как он, лишь издали, без возможности задержать на себе их взгляд дольше чем на секунду. Он легат, приближённый короля, один из сильнейших магов Альвиана, почти божество для простых горожан и, как оказалось, чуткий мужчина и любящий брат. И он, этот оживший бог, привёл меня в своё жилище и разрешил коснуться себя. Без последствий, без потаённого умысла, а лишь из желания помочь.

В этот момент я действительно забыла о своих страхах. Моя рука потянулась к его лицу будто без какой-либо команды. Актеон чуть склонил голову, словно пытаясь понять мои намерения, и нагнулся, позволяя мне дотянуться до его лица. Мои подрагивающие пальцы коснулись его щеки. И показалось, по телу побежали разряды электричества. Нереальность момента усилилась, и одновременно с этим в сознание начали возвращаться и здравые мысли.

Я действительно сделала это. Коснулась Актеона. И это оказалось не страшно, напротив, слишком приятно и волнительно для сеанса избавления от установок прошлого. Но пока длилось это прикосновение, я не хотела одёргивать себя и обдумывать свои реакции. Я желала большего…

Моя ладонь легла на щёку Актеона. Чуть опущу большой палец и смогу познать на ощупь твёрдость его губ. Они наверняка такие же горячие, как его кожа. Или ещё горячее?

— Видишь, не страшно, — он улыбнулся мягко, с расположением.

Сердце от его тёплого взгляда рухнуло куда-то вниз, словно сражённое наповал невозможностью момента. Этого действительно не должно было случиться. Простые девочки из трущоб не удостаиваются внимания богов.

— Не страшно, — я опустила руку, начиная осознавать степень своего волнения.

Мне и вправду как угодно, но не страшно. Я очарована этим мужчиной, а он… смотрит на меня как на сестру. Актеон действительно безопасен для меня. Но не разочарование я должна испытывать от этой мысли. Только почему-то душу жжёт именно оно.

* * *

Я пребывала в раздрае после приятно проведённого вечера с Актеоном. Не думала, что всё запутается, ведь мы изначально внесли ясность в наше общение. Он помогает мне из жалости, я избавляюсь с его помощью от страхов. Всё просто. Только всего несколько дней общения с ним пробудили в моей душе противоречивые эмоции, в которых мне не удавалось разобраться. А обсудить свои затруднения я могла лишь с лучшей подругой. Но Кассия пребывала в кипящем чане собственной личной жизни. Ей было не до моих проблем, у неё хватало своих.

Понимание ситуации, в которой она находилась, соперничало с одиночеством и ревностью. Я грустила, ведь вскоре мне предстояло вернуться на родину, когда она останется в Альвиане. Но приходилось успокаивать себя тем, что как только завершится плетение крыльев, у неё появится больше времени. Так что я оставалась предоставлена сама себе. Конечно, в академии были и другие адепты из Кириуса, а также новые приятели среди фениксов, но с ними я могла разве что погулять по городу и скоротать время до отбоя, но никак не обсудить личную жизнь. Обсудить само появление у меня личной жизни!

— Ты сегодня грустная, — отметил Актеон, когда на следующий вечер я пришла к нему в гости.

Кассия, само собой, отправилась в астрал, а мне предложила погулять по городу, насладиться видами, раз сама безвылазно торчит в академии. Я и прогулялась, но лишь по пути до дома моего легата. Он ведь пусть и ненадолго, но мой?

— Вроде нет, — сначала попыталась храбриться, но потом осознала, что пора избавляться от панциря и быть более открытой с окружением, если хочу освободиться от страхов. — Скучаю по Кассии. Она моя лучшая подруга. Раньше мы обсуждали абсолютно всё и всем делились. А теперь я не знаю, чем она занимается в астрале, а ей неизвестно, чем занимаюсь я. Это же можно даже считать свиданиями, раз мы встречаемся наедине. И выходит, что я скрываю от неё свидания. Это ужасно.

— Какими бы вы ни были хорошими подругами, всегда должно быть пространство для личного, — он улыбнулся, будто посчитал мои слова забавными. — Например, я хоть и волнуюсь за Алексу, но не слежу за ней, не связываюсь с преподавателями и ректором. Мог бы отслеживать все её перемещения, но ограничиваюсь её рассказами. Она взрослая девушка, у неё своя жизнь и право на собственные ошибки.

— И часто ты себе это повторяешь? — показалось, для него это болезненная тема.

— Достаточно, — улыбка на его губах стала кислой. — Родители погибли на передовой, когда я только завершил обучение. Ушли вместе. Мы с Алексой остались одни. Точнее, остались я, Алекса и Тео.

— Тео?

— Теорин. Сын друзей наших родителей. Они тоже погибли в тот день. Я взял на себя заботу о Тео. Они с Алексой были лучшими друзьями, но в академии… что-то пошло не так. Я старался во всём их оберегать, понимаешь?

— Понимаю.

Кассия — огненная голова, и мне часто приходилось буквально ловить её за хвост и тащить прочь от неприятностей, которые она находила с завидной регулярностью.

— Сложно принять, что она больше не нуждается во мне, — произнёс Актеон словно через силу.

Говорил о сестре, но озвучил мои собственные мысли в отношении подруги. Кажется, я тоже слишком привыкла её оберегать. Она во мне больше не нуждается, а вот мне без неё тяжело и непривычно. Мы ведь почти не расставались три долгих года. Жили в одной комнате, ходили на занятия и тренировки, проводили общий досуг. А теперь мне приходилось учиться всё делать без неё.

— Пошли избавляться от грусти. Ты взяла одежду?

— Взяла… Но моя гордость ещё не восстановилась после прошлого раза, — ворчливо поделилась я.

Когда приглашал меня в гости, Актеон предложил взять спортивную форму для тренировки.

— Постараемся не разбить её вдребезги, — мимолётно ухмыльнулся он. — Переодевайся.

И остаток вечера мы тренировались в саду за его домом. Актеон делал всё, чтобы я скорее к нему привыкла. И у него выходило. Я больше не сжималась от страха, не вздрагивала в ужасе, когда он меня касался. На краю сознания ещё мелькали опасения, ведь сложно избавиться от того, что так глубоко вошло в сознание. Но рядом с Актеоном удавалось расслабиться. Расслабиться настолько, что забывалось, что он оживший бог, а я лишь невзрачная смертная, к которой он проявил жалость.

* * *

Время шло, и как я привыкала к Актеону, так и Кассия привыкала к Доросу. Она носилась такой окрылённой даже без настоящих крыльев за спиной, что мне оставалось ждать, когда она сообщит об изменениях в личной жизни. Только чем больше она тянула, тем больше это меня расстраивало. Раньше мне казалось, что она понесётся ко мне сразу же после первого поцелуя, а мы вдруг пришли к тайнам друг от друга.

Когда она мне призналась, я не испытала облегчения, скорее разочарование. И волновалась за неё, и переживала, что она променяла меня на Дороса. Раньше я была уверена, что мы пронесём нашу дружбу через многие годы, а теперь она будто разрушалась просто из-за появления в наших жизнях мужчин.

Нас обеих пригласила на свой день рождения знакомая по имени Октавия, даже не моя знакомая, а в первую очередь Кассии. Но моя подруга собиралась отправить меня на празднество в одиночестве. Я не хотела идти, потому что там будет много незнакомых фениксов, но и боялась выглядеть трусихой даже в собственных глазах. И в итоге уговорила Кассию идти вместе. Только лучше бы мы обе остались в академии…

/Актеон/

Айлин стояла на пороге моего дома. Очень бледная, с тёмными кругами под глазами и искусанными губами. Волосы пребывали в жутком беспорядке, одежда была помята. Очки она сегодня не надела.

— Что случилось? — забеспокоился я.

— Плохо спала. Снились кошмары, — пояснила она тусклым голосом.

— Ты встревожена из-за нашего общения? — предположил я, но тут же отбросил эту глупую мысль.

Айлин сама со мной связалась и попросила о встрече.

— Нет… — она отвела ото лба отросшие неровные пряди волос. — Мы с Кассией были на дне рождения знакомой вчера. Один парень…

— Приставал? — рыкнул я новое предположение.

— Заменил наши соки алкоголем. Может, и начал бы приставать… Нас быстро увели, дали настои, чтобы вывести гадость. Мне казалось, всё обошлось, а ночью пришли кошмары. Там, на празднике, я была… беззащитна. Мы обе были. Наверное, поэтому, — нахмурив брови, она чуть склонила голову, словно устыдившись своей откровенности. — Можно я позанимаюсь рядом с тобой?

— Конечно, — ответил я мгновенно, ощутив непонятное чувство удовлетворения от того, что она искала у меня защиты.

Мы отправились в гостиную. Через открытые двери входил свежий воздух и проникало пение птиц. От небольшого фонтана в саду доносилось журчание воды. Айлин расположилась на софе с конспектами и учебниками. Я решил дочитать книгу.

Некоторое время девушка нервничала, но вскоре расслабилась. Чего нельзя было сказать обо мне. Внешне я оставался спокойным, а внутренне кипел от ярости за поступок того парня. Девственность Айлин забрали силой, но она оставалась невинной девушкой, которая не знает, как действовать в подобных ситуациях. Её учили бороться с тварями Разлома, а не со зверьми из окружения. Потому она сбежала и укрылась в самом безопасном месте. Я же не собирался спускать подлецу его поступок и намеревался разобраться, не беспокоя лишний раз Айлин. При Кассии охрана, они укажут мне на нужного феникса.

Просидели мы так недолго. Вскоре Айлин начала клевать носом. Я посоветовал ей прилечь. Она рассеянно отказалась, но через некоторое время сама свернулась калачиком на софе. Через несколько мгновений Айлин уснула. Черты её лица расслабились, из них исчезла настороженность. Губы чуть приоткрылись, постоянно приманивая мой взгляд. И я сам не заметил, что уже не читаю, а рассматриваю эту хрупкую и одновременно сильную девушку.

Внешность Айлин больше не казалась отталкивающей. Присмотревшись к ней внимательней, я отметил и приятный овал лица, и нежность его черт, и изящные изгибы тела. Стало ясным, что девушка специально тушит свою привлекательность. Сознательно уродует себя, чтобы не привлекать внимание мужчин. Ужасная причёска, немного пудры для бледности, огромные очки, мешковатая одежда — и большинство не взглянет на неё больше, чем один раз. Но стоит присмотреться к ней внимательнее, и есть риск увязнуть.

Невинность и нежность её образа не могли не будоражить воображение, не создавать в мыслях соблазнов. Нет, она по-прежнему была не в моём вкусе, я не планировал связывать нас большим, чем приятельские отношения, но не мог остановить свой взгляд, который то и дело сосредотачивался на сочных губах Айлин.

«Надо прекратить», — напомнил себе, поднимаясь с кресла.

Взял плед, прошёл к девушке и аккуратно укутал её практически до носа. Она смешно поморщилась, но не проснулась. Слишком вымоталась за ночь, полную кошмаров из прошлого.

Я обещал Айлин её не трогать, уверял, что со мной безопасно. И она поверила мне. А теперь, похоже, надо дать эти же обещания самому себе. Потому что больше я не был уверен, что её невинность рядом со мной в безопасности.

Вернуться к чтению удалось не сразу, но вскоре я сумел заставить себя сосредоточиться на книге. Айлин проспала почти два часа. А когда проснулась, затихла, словно дикий зверёк, и огляделась, не понимая, где находится.

— Долго я? — пролепетала она, присаживаясь на софе, и теперь её удивлённый взгляд сосредоточился на пледе.

На губах Айлин появилась добрая улыбка.

— Главное, что поспала, — я отложил книгу на тумбу. — Ты наверняка голодна?

— Я, наверное, пойду. Свалилась тебе на голову и даже не спросила, занят ли ты. У тебя могли быть планы.

— Разве что поработать в астрале. Но это не так важно.

— Поработать в астрале, чтобы сплести крылья для Кассии? — в её голосе появилась озабоченность.

— Да, я не могу игнорировать приказ короля, даже если не намерен победить.

— Ты говорил, что Кассия не в твоём вкусе. Но почему? Она же красавица.

Вопрос Айлин застал меня врасплох.

— Предпочитаю другой тип женщин, — ответил прежде, чем подумал. — Да и внешность не главное, — исправился, в надежде, что на этом расспросы завершатся.

— Какой тип? — девушка склонила голову к плечу, глядя на меня с любопытством.

— Мне нравятся скромные и нежные девушки.

— Сложно, наверное, таких найти в Альвиане, — прыснула она и тут же прикрыла рот ладонью. — Ой! Прости.

— Не все девушки Альвиана — грозные воительницы, — я тоже повеселел, отметив, какой образ местных женщин нарисовала в своей голове Айлин. — Но ты не ответила. Я собирался поужинать. Составишь мне компанию?

— Хорошо. Спасибо за приглашение.

Отложив плед, она будто расстроилась из-за того, как примята одежда и растрёпаны волосы. Мне казалось, ей плевать на свою внешность.

Может, дело во мне? Эта мысль не должна мне нравиться, но нравится…

— Я умоюсь, потом помогу накрыть на стол, — протараторила Айлин, срываясь с места.

* * *

— Вино? — Айлин приоткрыл рот от удивления, когда после ужина я поставил на стол бутылку и два бокала.

— Да, уверен, такого вкусного вина ты не пробовала.

— Не сомневаюсь, ведь я вообще не пробовала вина, — она всё ещё смотрела на меня в непонимании. — Мы пару раз выпили с Кассией эль. Нам не особо понравилось. Не понимаю, для чего это?

— Клин вышибают клином. Не хочу, чтобы в тебе сформировался новый страх. Выпей со мной. Тебе нечего бояться. Иногда можно позволить себе расслабиться с тем, кому доверяешь.

— А, понятно, — она выдохнула с облегчением и кивнула. Ртутные глаза заискрились. — Я не умею пить. Но вино из Альвиана бы попробовала. У нас они стоят целое состояние.

Я откупорил крышку и разлил по бокалам алую жидкость. Носа коснулись фруктовые нотки аромата. Айлин несмело принюхалась к напитку.

— Попробуй, — подбодрил её.

Сам не собирался пить, мне следовало проследить за Айлин и не потерять контроль в процессе.

Девушка кивнула и пригубила вино. За лёгким удивлением последовал искренний восторг.

— Оно вкусное, как сок! Я думала, будет кислым.

— Это фруктовое вино. Рад, что тебе нравится.

— Очень, — подтвердила она, благодарно улыбнувшись.

На некоторое время мы забылись в разговоре. Айлин рассказала, как они с Кассией впервые попробовали эль. Им пришлось возвращаться в академию за документами, ведь в таверне не верили, что они уже совершеннолетние.

— А ты? — Айлин взглянула на мой бокал, к которому я так и не притронулся.

— Я редко пью, — и тоже пригубил напиток. — Может, в гостиную? Там мягче и свежее.

— Пошли, — она смущённо опустила взгляд. Губы подрагивали в улыбке. — Это похоже на свидание.

— Можно и так сказать. Но оно безопасно для тебя.

— Потому что ненастоящее, как… тренировка? — она вновь подняла на меня глаза.

В её взгляде энтузиазм и веселье смешивались с недоверием.

— Да, тренировочное свидание, — я поднялся и подал ей руку. — В следующий раз подготовлюсь и подарю тебе цветы.

Продолжая смотреть в мои глаза, она тоже встала и, не глядя, соединила наши ладони. Я ощутил пробежавшую по её телу дрожь, но был уверен, это не страх, а волнение. Да и сам чувствовал воодушевление, но ледяные кристаллы на моём астральном крыле позволяли тушить душевные порывы и не выдавать своих чувств. Айлин только открылась, она на пути к исцелению, нельзя её пугать. Я не обману её доверие.

— Идём, — подхватив бутылку и свой бокал, потянул девушку прочь из комнаты.

Главное, держать себя в руках.

— Значит, ты не только мой телохранитель и душевный целитель, но и тренер по свиданиям? — пошутила она.

Кажется, вино придало ей смелости.

— Если тебе так приятно считать.

Её взгляд скользнул по моему лицу, на миг замер на губах и опустился к нашим сцепленным ладоням.

— А что ещё мы будем… тренировать?

Ох…

— Зависит от того, что ты хочешь познать. Я в твоём распоряжении.

— Тогда ты не тренер, а тренажёр, — хихикнула она.

— Я твой партнёр на пути к исцелению. Со мной ты можешь забыть о смущении.

— Хорошо, — она вдруг остановилась и развернулась ко мне, решительно вскинув голову. — Актеон, нагнись ко мне, пожалуйста.

Она смотрела так отчаянно, казалось, ждёт моего отказа или смеха. Я опешил от её просьбы, а ещё взволновался, не совсем понимая, чего ждать. Точнее, фантазия подкинула возможные варианты, но я постарался от них отмахнуться.

— Насколько низко? — я склонился к ней так, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

— Так хорошо, — выдохнула она и подалась ко мне.

Фруктовое дыхание коснулось моего лица, а пухлые губы прижались к моей скуле. Я затих, удерживая себя от гулкого вздоха. Вдоль позвоночника пробежал разряд электричества. В паху моментально потяжелело. Эта девушка не смогла бы удивить меня больше.

Айлин сделала шаг назад. Щёки её стали пунцовыми. В серой глубине глаз вспыхивали голубоватые искры её магии.

— Ты видел? — спросила она с придыханием. — Я тебя поцеловала.

Видел. И очень хорошо прочувствовал…

— Ты молодец, — тщательно контролируя голос и мимику, я ободряюще улыбнулся. — Тренировочное свидание проходит отлично.

А ведь она пришла ко мне напуганная и вымотанная кошмарами, а сейчас её глаза сияют.

— Такие тренировки с тобой мне нравятся больше, ничего не болит. Задница и колени не отбиты. И гордость цела.

Фантазия, остановись…

— Айлин, — коротко рассмеялся я, просто не сумел сдержаться, чтобы её не поддеть, — хорошие свидания могут закончиться болью в коленях с целой гордостью.

Казалось, это невозможно, но она ещё сильнее покраснела и глупо рассмеялась.

— Да, наверное, — Айлин попыталась отпить вина из бокала, чтобы скрыть нервозность, да только не рассчитала.

Алая жидкость побежала по её подбородку и растеклась пятном на вороте рубашки.

— Ну вот… — расстроилась она.

— Не переживай, всё идёт своим чередом. На хорошем свидании влюблённые раздеваются. Вот и тебе пора. Иди к себе, я подберу тебе одежду из гардероба Алексы.

— Не надо, я просто подсушу.

— Пятно от вина лучше застирать, — возразил я.

И старался не думать о том, что просто хочу увидеть её в платье. Увидеть отошедшей от своего образа дурнушки, как она уже сегодня отошла от установок недотроги.

* * *

— У Алексы только платья? — голос Айлин звучал сконфуженно.

Она неуверенно замерла в проходе гостиной, словно раздумывая о том, чтобы сбежать. Голубое шёлковое платье в пол обтекало стройную фигуру, больше не скрывая все её достоинства и одновременно пряча от взгляда слишком многое. Первое впечатление действительно оказалось обманчиво. Айлин хоть и была худощавой, но далеко не костлявой и даже не сутулой. Приятная грудь, тонкая талия, женственные бёдра, гордый стан… Эта девушка могла очаровать многих, но не стремилась к этому. Возможно, я первый мужчина, который удостоился разрешения лицезреть эту вечно запрятанную в ракушке жемчужину.

— Нет, но я решил, раз у нас тренировочное свидание, лучше всего подойдёт платье, — на этот раз мне пришлось призвать весь свой самоконтроль, чтобы после беглого осмотра глядеть лишь в глаза Айлин и говорить ровным голосом. — Тебе очень идёт.

— Спасибо, — она неловко переступила с ноги на ногу, но всё же двинулась ко мне. — Мама вечно покупает мне платья, надеется пробудить во мне женственность. А я не знаю, как ей объяснить, почему так одеваюсь.

— Вряд ли ей нужны объяснения. Твоя мама любит тебя и всё понимает.

— Думаю, ты прав, — нахмурилась она. — Мне кажется, мама страдала больше меня. Винила себя в том, что мне пришлось работать и возвращаться домой поздно. Её состояние заставило меня быстрее собраться. А там учёба, мы обе негласно решили не вспоминать тот случай и не обсуждать его. Забыть.

— Но тебе не удалось. Часто тебе снятся кошмары?

— По-разному. В Альвиане снились часто, видимо, из-за резких перемен, — глядя будто в себя, Айлин дошла до софы, где сидел я, и неспешно на неё опустилась. — Видимо, потому я так бурно отреагировала на твою схожесть… с ним.

— Я побрился, — взял её за руку, обращая внимание девушки на себя. — Могу и постричься, если в этом есть необходимость. Но я бы не хотел.

— Нет, не надо, — она так активно замотала головой, что отросшие придя волос упали ей на глаза. — Дело ведь во мне. На самом деле вы и не похожи. Ты… красивее. Никогда не думала, что буду общаться с таким мужчиной, как ты, и даже смогу его поцеловать, — и смущенно улыбнулась, опустив взгляд.

— Разве я чем-то отличаюсь от других мужчин?

— Ты почти бог в Альвиане, — пожала она хрупкими плечами и чуть нагнулась, подбирая под себя ноги, чтобы развернуться ко мне лицом.

— Я сильный маг и хороший воин, не надо меня обожествлять. А с тобой я просто мужчина. Без званий и регалий.

— А я просто девушка, которую тебе жалко, — вздохнула она и тут же встряхнулась, посмотрев на меня с ожиданием. — Ты говорил я не в твоём вкусе. Я совсем некрасива на твой вкус? То есть, вдруг тебе было неприятно, что я тебя поцеловала…

— Айлин… — в этот момент хотелось нервно хохотать в голос.

Как же сильно она себя принижает. Или это я не понимаю, и со мной флиртуют?

«Так, соберись».

— Ты же помнишь, как мы договаривались? Я не оцениваю тебя, не интересуюсь тобой, как девушкой. Поэтому со мной тебе нечего бояться, — на последней фразе слова прозвучали хрипло.

Я поймал себя на мысли, что не столько обтекаю правду, сколько вру ей в лицо. Не оцениваю и не интересуюсь? Так было изначально, и мне удаётся держаться заданной границы, но сложно не приглядываться к девушке, что постоянно находится рядом. Которой касаешься. Которая тебя целует и так маняще заглядывает в глаза. Будто находится в миге, чтобы окунуться в твои объятия и позволить попробовать на вкус сочность её губ. Я очень надеюсь протрезветь и взять себя в руки, но пока не получается. Одно это платье демонстрирует степень натяжения моей выдержки.

— Мне нечего бояться, — повторила она. Показалось, в её взгляде мелькнули грусть и разочарование. — Ты не ответил по поводу…

— Кто посчитает неприятным поцелуй такой смелой девушки? — я поддел пальцами её подбородок, подчёркивая дружеский характер нашего общения.

— Ты считаешь меня смелой?

— Да, считаю. Ты пытаешься контролировать то, что контролировать почти невозможно. Поэтому хочу помочь.

Хоть здесь не врал. Я бы желал видеть её уверенно глядящей вперёд. Без страха, без сомнений. Такой, какой она предстала во время учений.

— А если я захочу испытать настоящий поцелуй? — она склонила голову к плечу, оценивая мою реакцию.

К счастью, глядела на лицо, а не в зону паха, иначе бы всё поняла до моего ответа. Потому что от её вопроса кровь вскипела в венах, а мысли опалило страстным желанием. Притягательность губ Айлин я отметил ещё в начале нашего знакомства, до того как узнал её, а теперь она сама предлагала попробовать их на вкус.

— Если захочешь, испытаешь, но только когда изъявишь такое желание на трезвую голову, — постарался непринуждённо улыбнуться.

— Я не пьяна, — немного обиженно насупилась она.

— Но расслаблена вином и приятным вечером. Этот поступок должен быть обдуманным.

— Да, ты прав. Спасибо, Актеон, — серые глаза Айлин потеплели. — Теперь я уверена, что с тобой действительно безопасно.

Это была проверка? Или так она пытается сгладить свою неловкость? Не думал, что одна девушка может создать такой бум в голове. Пока что я был уверен только в одном, мне нужны ещё ледяные кристаллы.

Мы посидели немного, теперь стараясь общаться на отвлечённые темы. Вино заменил сок, мы решили больше не пить. А потом настал момент прощаться. Приближался комендантский час в академии, Айлин следовало возвращаться, чтобы не нарваться на плети. Так как её одежда испачкалась, я вызвался её проводить. И решил добираться по воздуху. Полётов она боялась больше, чем поцелуев, но не паниковала. Лишь крепко держалась и смотрела только на моё лицо. Я наслаждался ощущением стройных форм в моих руках и её дыханием на шее. Даже поймал себя на мысли, что хотел бы продлить полёт, но мы находились слишком близко от академии, добрались буквально за пять минут.

Миновали пропускной пункт, и до жилого здания я повёл её пешком. Из-за приближения комендантского часа нам никто не встретился. Фениксы чётко следовали воинскому уставу. Что замечательно, ведь я не желал вредить репутации девушки. Хотя стоило бы думать о своей. В конце концов, она чужестранка, ей не нужно бояться осуждения общества, когда мне здесь жить, продолжать карьеру, заводить семью.

— Спасибо за вечер, Актеон. Это моё первое свидание. Уверена, я его никогда не забуду.

— У тебя впереди сотни свиданий, забудешь, — покачал я головой, хотя эта мысль вызвала недовольство на краю сознания.

Кажется, начинал ощущать её своей.

— Да, но все они станут возможными благодаря этому учебному. Это же не последняя тренировка? — уточнила она, словно на самом деле обсуждала план занятий.

— Не последняя, если захочешь продолжить.

— Захочу, — положив руки на мою грудь, Айлин приподнялась на цыпочках.

Я склонился к ней. А она вдруг сжалась, судорожно вздохнув.

— Тут просто темно, — пояснила, в ответ на мой встревоженный взгляд.

Снова боялась меня. Но уже не собиралась поддаваться страхам, потому решительно насупилась, вновь подалась ко мне и мазнула губами по моей щеке. С таким суровым выражением на лице меня ещё не целовали. Но всё равно было приятно.

«Непозволительно приятно», — напомнил я себе, только не сумел остановиться.

Моя рука потянулась к лицу Айлин, поддела подбородок. Кончик большого пальца скользнул по линии нижней губы, осязая её податливую мягкость.

— Со мной тебе нечего бояться, — напомнил Айлин и себе в первую очередь.