/Алекса/

— Как же не вовремя распалась ваша двойка, — эвокат Зинон не скрывал своего негодования.

Только я не могла понять, злится он на поступок Янниса или на потерю сильнейшей пары курса. Вполне возможно, что оба варианты верны. Он отвечал за выпуск боевых двоек, а тут придётся отдать меня в одиночники и возиться с новенькой Илиссой. Впрочем, Зинон должен быть привычным, двойки не всегда выдерживают ритм тренировок, иногда распадаются. Чаще всего как раз на последнем курсе.

— Травмы случаются, нам с Яннисом нужно думать о своём будущем, — ровно ответила я.

— Ты предложила ему строить пару с другим партнёром из благородства или он не выдержал? — преподаватель остро глянул в мои глаза.

Я скривилась. Разговор проходил в его личном кабинете, без свидетелей, потому можно было позволить себе не держать лицо, как приходилось делать последние дни. Правда, Актеон рвался отправиться на консультацию со мной. Я попыталась деликатно отказать, что вылилось в новую ссору. Похоже, этот момент стал последней каплей для моего расстроенного брата. Он обвинил меня в том, что я создаю себе проблемы, видя в нём врага своей свободе, и ушёл. А я просто не хотела его тревожить новостью о распаде моей двойки. Не говоря о том, что могла подняться деликатная тема инициации, которую мне бы не хотелось обсуждать при брате.

— Что, я не отгадал? — предположил эвокат.

— Вы настолько верите в моё благородство? — криво ухмыльнулась.

— В твоё — да, — хмыкнул он, подняв теперь взгляд к моей ауре. — А что за слухи про формирование двойки с Теорисом? Я бы взял вас к себе, выделил бы вам время для тренировок.

Эвокат Зинон удивил, у него достаточно работы со всеми двойками четвёртого курса, а тут он предлагает индивидуальные занятия.

— Актеон попросил? — предположила я.

— Почему я не могу сам пожелать помочь перспективному новобранцу, который попал в беду? В крыльях наша сила и наша слабость, с каждым может случиться подобное. Хочется верить, что если я лишусь возможности летать, мне тоже протянут руку помощи, — он указал на своё белоснежное крыло и сделал какие-то пометки в моём личном деле. — Думай, Алекса.

— Яннис уже решил за нас обоих, — выдохнула я, не сумев сдержаться. — Я бы предпочла работать в одиночку. И если бы не ограниченность во времени, ни за что бы не позволила Теорису мне помогать. Он перестроил свой билд ради меня и теперь сильно рискует.

— Да, ситуация сложная и для него, — согласился Зинон. — Но близкие познаются в беде. Теорис ведь не юнец, осознаёт, чем всё может закончиться. Позволь ему быть мужчиной и решать за себя. И подумай насчёт пары с ним. У него отличная техника, он сумеет перестроиться на парную работу. Он может начать тренировки с кем-то из парников. С твоей подругой Руфией, например. А ты пока будешь заниматься крылом. Успеть сплести и его и быстро перейти к дисциплинам одиночников будет проблематично, Алекса.

— Вы просто хотите и Теориса к себе, — попыталась перевести всё в шутку.

Просто не могла пока думать так глобально. Надо разложить всё в голове, поговорить с Тео, Актеоном, сформировать планы направлений работы и выбрать оптимальный. Я так делала всегда, не привыкла действовать наобум.

— Ты меня раскусила, — улыбнулся мужчина, сверкнув серым взглядом. — А если говорить об одиночной работе, то тебе бы усилиться перед следующей консультацией. Твой билд подходил парнику, одиночнику он в тягость. И… ты же ещё не прошла инициацию, — он постучал пером по листу из моего личного дела.

— Не прошла, — подтвердила я, стараясь подавить нахлынувшее уныние.

Пусть и понимала неотвратимость этого вопроса, но надеялась избежать его обсуждения. В моих мечтах инициация должна была пройти с Яннисом после получения разрешения Актеона на наш брак. Но брат нам отказал, а партнёр меня бросил. Судя по всему, придётся проходить инициацию у целителя.

— Пока работала в паре, это было не так принципиально, партнёр усиливал тебя. В одиночку так не выйдет. Распланируй перестроение билда, осуществи его и иди к целителю. Если задала себе планку в одиночку, то в твоей ситуации лучше не тянуть. Да и в целом лучше не тянуть даже в парной работе. У тебя все шансы расширить резерв, не упусти его из-за… проблем в личной жизни.

— Конечно, — щёки мимолётно вспыхнули от смущения.

Эвокат тренирует нас с первого курса, постоянно находится рядом, конечно же, он точно знал, что мы с Яннисом не только партнёры по боевой двойке, но и возлюбленные.

— И всё же я бы хотел, чтобы ты осталась у меня, Алекса. С Теорисом.

— Мы с Тео плохо ладим. В этом главная проблема.

— Насколько знаю, вы знакомы с детства, были в ссоре. Уверен, вы найдёте общий язык. Он рядом в момент беды, это многого стоит.

— Да, — я невольно улыбнулась.

Моя жизнь на распутье, будущее неопределённо, но беды помогли увидеть истинную суть тех, кто меня окружает. Теорис сложный, своенравный и смущающий, но он рядом и он верит в меня. Эвокат Зинон прав, это многого стоит. К тому же я и сама не подарок, особенно на фоне добавления в билд земли. Потому оба брата на меня и рычат. Может, добавить на своё крыло кристаллов стихии воздуха?

Эвокат Зинон передал мне лист с рекомендациями по дальнейшему перестроению билда, и мы попрощались, довольные итогами разговора. Он предоставил мне пищу для размышлений, определил возможные направления движения, а сам получил надежду на переход под его крыло перспективного новобранца.

Я покинула кабинет эвоката и влилась в поток фениксов. Шёл обеденный перерыв, но мне было некуда спешить. Дальше по расписанию занятия по технике полётов, так что можно поесть позже и вернуться к себе, чтобы заняться плетением крыла. Бедро ещё тянуло, но хромота прошла. Упражнения давали результаты.

— Что сказал Зинон? — передо мной внезапно возникло препятствие в лице Янниса.

Прошло три дня с той неприятной сцены в столовой. Я предпочитала избегать бывшего партнёра, да и Теорис сразу уводил меня в противоположном направлении, когда тот появлялся на горизонте. А тут он будто сам меня нашёл. Наверное, предполагал скорую консультацию с преподавателем. Вот только какое ему дело?

— Тебе не всё равно? — скривилась я, пытаясь его обойти.

Он сделал шаг в сторону и вдруг приблизился. Его рука легла на мою талию, вызывая дрожь в теле. Я так привыкла к его прикосновениям, временами мечтала о большем, а теперь его близость вызывает лишь неприятие и тянущую боль в груди. Не говоря о том, что он коснулся меня на глазах у десятка свидетелей.

— Ты будешь формировать двойку с братцем? — голубые глаза наполнились лютой неприязнью.

— Яннис, — выдохнула я, отталкивая его руку, — сделай мне одолжение.

— Какое? — мрачно спросил он.

— Больше не заговаривай со мной, — я обошла его и спешно двинулась прочь.

Меня провожали любопытствующие взгляды. А ведь шепотки за спиной только начали стихать, но, похоже, теперь слухи зайдут на новый круг абсурда.

Я планировала отправиться в столовую и подкрепиться, но разговор с Яннисом разжёг пламя ярости в душе, и в голове созрел пусть и смущающий, но верный способ, как пресечь домысли по поводу наших прошлых отношений. Я спустилась на первый этаж и перешла в лазарет. Само собой, во время перерыва здесь было много фениксов. Кто-то консультировался по учёбе, кто-то обсуждал реабилитацию после травм, но большинство навещали больных. Я сразу направилась к целителю Зофии.

— Алекса, ты ищешь Аристофана? — предположила она, заметив меня.

По женским вопросам я предпочитала обращаться к ней, правда, с глазу на глаз, ведь обсуждались интимные моменты.

— Нет, мне нужны вы, — громче необходимого произнесла я. — Эвокат Зинон посоветовал мне обсудить вопрос инициации.

Вокруг стало чуть тише. Скоро по академии пронесётся новая волна слухов, но хоть на этот раз правдивых. Все узнают, что я не спала с Яннисом.

Мне стало неприятно от своего поступка уже вечером. Я поддалась влиянию слухов и ринулась на их опровержение, хотя стоило бы закрыть глаза и уши на мнение окружающих. Моя репутация подорвана, но ссора с Яннисом не повлияет на распределение. В приоритете должна быть карьера, а не любовные дрязги. В брак я больше не стремлюсь. Если этот вопрос и поднимется, то решение принимать не мне, а Актеону, как главе нашей маленькой семьи. Практика показала, что он лучше меня разбирается в фениксах, не просто же так он невзлюбил Янниса.

Из-за ссоры с братом было особенно паршиво на душе. Работа на этом фоне не ладилась, я совершила ошибку и чуть не испортила всё плетение. За руганью над шаблоном меня и застал Теорис. Он материализовался в астрале в десятке метров от лавового озера, откуда ко мне тянулись нити огненной стихии.

— А ты бываешь в хорошем настроении, Алекса? — на его губах обозначилась кривая ухмылка.

На краю сознания мелькнуло раздражение, сменившись усталостью. Мы с Тео будто и не выходим из состояния ссоры. Надоели эти бессмысленные столкновения. Неделя работы с ним показала, что легче промолчать, чем рваться доказывать свою правоту. Огненные кристаллы на крыле совершенно не умерили его твердолобость, лишь прибавили ему горячности в отстаивании своих слов и убеждений.

— Я в плетении ошиблась.

Передо мной в воздухе парил шаблон, представляющий собой конструкцию из квадратной деревянной рамки, проходящих через неё спиц и металлических крючков для закрепления нитей. Внутри него сиял огнём наполовину готовый остов будущего крыла. Крыло именно плетут, соединяют между собой нити по определённой схеме, потому даже мужчины Альвиана стремятся освоить вязание и вышивание перед поступлением в академию. Это облегчает жизнь во время обучения.

— Сильно ошиблась? — нахмурился Теорис, подходя ко мне.

Коса из стихийных нитей потускнела в последнем ряду. Придётся распустить и начать ряд заново. Хорошо хоть мы не ленимся, а предварительно сплетаем нити стихии в косу. Такая конструкция надёжнее, не рвётся из-за неудачных движений и придаёт дополнительную силу будущему крылу, увеличивая резерв.

— Не очень, — вздохнула я, аккуратно поддевая косу спицами.

— Давай лучше я, у тебя руки дрожат. Отдохни.

Теорис опустился на землю, ловко забрал у меня спицы и притянул к себе шаблон. Действовал быстро, чтобы я не начала спорить. Но мне и не хотелось, я была слишком расстроена разговором с Зиноном, встречей с Яннисом и собственным поступком.

— Тебя кто-то обидел или с кем-то поссорилась? — Теорис действовал с завидной точностью и скоростью.

Я и сама отлично плела, но сегодня явно уступала ему.

— С Актеоном поссорилась, с Яннисом. С тобой могу. Хочешь? — я подвинулась ближе к берегу и принялась сплетать огненные нити в косу.

— Не особо, — поморщился он. — Яннис чего хотел?

— Про Актеона ты не спросишь?

— С Актеоном и так всё понятно, первопричина вашей ссоры всегда одна.

— Его тирания?

— В вашем неприятии чужого вмешательства. Алекса, он не изменится, тебе надо научиться… быть девушкой.

— Чего⁈

— Женская хитрость, Алекса, слышала про такое?

— Иди ты, — рассмеялась я.

— Вместо того чтобы биться с Актеоном лбами, ты бы могла надуть расстроенно губы.

— Вот так?

Я выпятила губы и почмокала ими, словно рыба. Теорис расхохотался, чуть не выпустив спицы из рук.

— Так тоже можно, — разрешил он, когда отсмеялся, но в чёрных глазах вновь блеснула сталь: — Чего хотел Яннис?

— Перехватил меня у кабинета эвоката Зинона, высказал предположения о моих планах. Я разозлилась.

— Поэтому меня сегодня пытались расспросить о твоей инициации? — Теорис сердито цыкнул, кажется, нырнув воспоминаниями в тот разговор.

Я вспыхнула. Не думала, что мой поступок будет иметь такие скорые последствия.

— Видимо. Я заходила сегодня к целителю, обсуждала инициацию.

— Решила пройти?

— А что тянуть? Мне надо развивать резерв.

— Понятно, — губы Тео вытянулись в жёсткую линию, чёрные глаза будто ещё больше потемнели.

Меня отчего-то накрыло волной смущения. В вопросе инициации нет ничего запретного, хоть его и не принято обсуждать откровенно. Однако именно с Теорисом я ощущала внутреннюю шаткость отношений, когда речь заходила о потере мной девственности. Будто этот момент обретал оттенок особой интимности и остроты. Такая глупость. Это всё Яннис с его мерзкими намёками. Моя жизнь изменилась, и теперь инициация — просто процедура, а не чувственный момент с любимым.

— Алекса, не торопись, пожалуйста, с этим, — вдруг попросил Тео. — Ты сейчас зла на Янниса, но инициацию стоит провести только после окончательного формирования билда.

— Я знаю, не волнуйся. И не собираюсь поступать на эмоциях.

— К тому же твой билд пока настроен на меня, как на твою пару…

Теорис не договорил, но намёк был понятен без слов. Он тоже размышляет о том, попрошу ли я его стать моим партнёром не только фиктивно, но и в небе, или пойду по пути одиночки. Либо с ним уже говорил эвокат Зинон?

— Я подумаю над перестроением… — пробормотала неуверенно.

Аргументы эвоката были убедительны. У меня больше шансов в паре, а у Теориса — в одиночной работе. Но ему будет проще подстроиться под меня, чем мне за короткий срок научиться новому. У него есть время на тренировки, он может приступить хоть сегодня. Но просить у него о таком… Это эгоизм. Не говоря о сложностях взаимоотношений. В паре должны царить гармония и полное взаимопонимание. Речь ведь не только об успешном выпуске, но и о дальнейшей службе, которая продлится не один год. На передовой будет уже не до смены билда. Хочу ли я встать с ним в двойку на три года обязательной службы? Он мой брат, я люблю его и невероятно благодарна за помощь, и в то же время предпочла бы испытывать эти чувства на расстоянии. Вблизи они выводят из равновесия и порождают в голове странные мысли.

— Я бы мог… Стать твоей парой по-настоящему… — произнёс Теорис, но на меня не смотрел.

Это моё решение. Но пока в моей душе слишком много эмоций и сомнений.

Мы снова проработали в астрале до полуночи, потому наутро я встала не особо полной сил. Да и настроение на этом фоне не улучшилось. Можно было поспать дольше, но не хотелось пропускать пробежку. Мне нужно скорее возвращаться в форму. Само собой, пока я не позволяла себе сильные нагрузки, бежала медленнее, с отставанием от остальных новобранцев и завершала круг раньше них. Пусть пока даже обычный бег давался сложно и бил болью в бедре, но меня радовали успехи, ведь всего две недели назад был риск остаться прикованной к кровати.

На завтраке, благодаря смешным репликам Руфии, я повеселела. Да и сонливость ушла после бодрящего отвара. Потому, когда по пути в аудиторию впереди показался Актеон, я ему обрадовалась. Намеревалась сразу нагнать и извиниться за вчерашнее. Однако, как оказалось, он искал не меня. Актеон удалялся по коридору вместе с Теорисом. Наверное, мне стоило отправиться по своим делам, но любопытство разгорелось в груди, и я отправилась за братьями.

Они покинули здание и вышли на улицу, а здесь двинулись по основной дорожке в сторону тренировочного полигона. Не стоило этого делать в отношении братьев, особенно в отношении легата, но я направила за ними заклинание усиления звука.

— Снова будешь меня прессовать? — усмехнулся Теорис.

— Нет, я желаю извиниться перед тобой, — со вздохом признался Актеон. — В тот день я был расстроен и повёл себя ужасно по отношению к тебе. Ты мне брат, я не буду мешать твоему распределению, даже если ты не станешь помогать Алексе с крылом.

Что⁈ Теорис вызвался мне помогать только из-за Актеона? Из-за угрозы его распределению?

— Не стоит. Я не злюсь на тебя, Актеон, — спокойно ответил Теорис.

Развеяв заклинание, я в прострации зашагала обратно к зданию академии. В голове творился настоящий хаос из мыслей и чувств. Злость смешивалась с разочарованием и облегчением. Наверное, если бы не столь неоднозначное отношение к ситуации, я бы уже бросилась отчитывать обоих братьев, а тут не знала, радоваться, злиться или бояться последствий.

Теорис же говорил, что его помощь мне — лишь долг. Выходит, долг перед выставившим ему условия Актеоном, почти братом, который вырастил его, поставил на ноги и указал дорогу в будущее. Даже не передо мной. Можно больше не чувствовать себя обязанной, не испытывать чувства вины за то, что подставляю брата. Его помощь — лишь договорённости мужчин, за которые не мне нести ответственность. Это приносило облегчение и злило одновременно, ведь всё произошло за моей спиной.

Актеон знал, что я захочу восстанавливаться так же, как любой новобранец, будь он на моём месте, без преференций и помощи королевских специалистов, и придумал другой способ повлиять на ситуацию. Хотя, надо сказать, не такой уж и плохой, но сам факт ультиматума вызывал полнейшее неприятие. Только что получается, раз Теориса больше ничто не вынуждает помогать мне, он просто уйдёт? Сосредоточится на своём развитии и собственной жизни, как это сделал Яннис? И что тогда будет со мной, если меня бросит второй партнёр? Я ведь уже начала подстраивать свой билд под него.

На паре не удалось сосредоточиться, мысли варились в котле разнообразных эмоций. Я то приближалась по состоянию к истерике, то была готова посмеяться над своей наивностью. Похоже, сосредоточенная на развитии резерва и своих навыков, не сумела обучиться банальной оценке окружающих и теперь обманывалась раз за разом. Сначала не увидела трусости и эгоизма в Яннисе, следом не разглядела фальши в Теорисе. И ладно бы признать свою глупость, но моя наивность не знала границ, я боялась и одновременно с надеждой ожидала разговора с названым братом. Хотела верить ему и услышать, что он рядом не из-за угрозы своему будущему.

После пары шли занятия по физической подготовке и полётам, потому я отправилась к себе и унеслась в астрал. Мне бы стоило отыскать ещё пару кристаллов, но мой текущий билд снова был под угрозой, потому пришлось заняться плетением крыла. Теорис, к моему удивлению, появился в астрале через час.

— Ты что так рано? — удивилась я, присматриваясь к его лицу.

Пыталась разглядеть на нём чувство вины, решимости, но наткнулась на недовольство.

— Я видел тебя. Ты подслушивала, — он скрестил руки на груди и сощурил чёрные глаза.

Если хотел меня пристыдить, у него получилось. Мало кто решился бы подслушивать разговор легата. Как хорошо, что в астрале можно не краснеть, иначе бы выдала себя с головой.

— Это касается меня. Мне неприятно, что… — я выдохнула, заставляя себя замолчать. Снова огрызаюсь, снова пытаюсь ему противостоять. Так мы лишь опять поссоримся. — Что будет дальше, Теорис?

— А ты как думаешь?

— Я не знаю, — нахмурилась, покусав нижнюю губу. — Я уже говорила, меня пугает, что ты действуешь во вред себе. Теперь мне понятна причина. Я не буду осуждать тебя, если…

— Ты серьёзно, Алекса⁈ — разозлился он, стремительно приблизившись ко мне, и слегка присел, согнув колени, передо мной, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

Черты лица Тео посуровели, зелёные прожилки в чёрной глубине радужки засияли яркостью резерва.

— Правда думаешь, что я предложил помощь из-за Актеона? — он пронзительно посмотрел в мои глаза, вызывая во мне полнейшую растерянность.

— Говорю же, не знаю, — пролепетала. — Раньше я думала, что хорошо знаю Янниса, но он предал меня. А тебя… тебя я будто и вовсе никогда не знала. Ты другой.

— Какой? — рыкнул он.

— Выводящий из равновесия, — прошептала и, кажется, всё же отпустила контроль над астральным телом и начала краснеть. Но заставила себя собраться, мотнула головой. — Как оказалось, я плохо разбираюсь в фениксах и многого не понимаю. Просто скажи прямо, зачем ты мне помогаешь и будешь ли помогать впредь, пока я не приняла решение по дальнейшей работе.

— Почему я помогаю? — как-то горько он усмехнулся, и его взгляд внезапно сосредоточился на моих губах.

Так явственно и остро, что я ощутила покалывания на коже и испугалась. Резко опустила голову, пряча лицо за рассыпавшимися волосами.

— Если всё настолько неправильно, то не надо…

— Неправильно? — хмыкнул он, и я вновь присмотрелась к его закаменевшему лицу. — Я отвечу тебе так же, что сказал Актеону, Алекса. И это чистая правда. Весть о том, что ты разбилась, застала меня во время приземлении после полёта. Я сразу понёсся к тебе в лазарет, но там не смог даже войти к тебе. Словно последний трус весь день топтался на пороге твоей палаты, не зная, как могу помочь и боясь ещё больше тебя расстроить. И тогда появился Актеон.

— Он правда угрожал помешать твоему распределению?

— Ты бы его видела в тот день, он был в ужасе и бешенстве одновременно. Я его не виню, о чём сообщил и ему. Наоборот, я рад. Он придал мне решимости и подсказал, что можно сделать. Говорю же, ты от меня больше не избавишься. Я помогу тебе подняться в небо. И стану твоей парой в полёте. Ты получишь лучшее распределение.

— Ты меня не бросаешь, — с облегчением улыбнулась я.

Когда он только предложил это безумство, как могла отказывалась, не хотела его напрягать, а на самом деле попросту боялась сближения, слухов, возможной правды. Но стоило подпустить его ближе, как поняла, мне одной не справиться, не в этот раз. Я нуждаюсь в партнёре. Нуждаюсь в Теорисе. И если он откажется от меня, придётся либо лишить себя распределения, идя на поводу гордости, либо задушить её на корню и отправиться к брату. Но тогда вряд ли мне удастся себя уважать.

— Нет, конечно, дурочка, — Теорис приблизился ко мне, опускаясь на колени.

Я подалась к нему и с облегчением окунулась в братские объятия. Они были именно такими: родными, надёжными, безопасными для моего разбитого сердца и моей испорченной репутации.

— Раз мы определились, — Тео аккуратно отстранился и поддел пальцем мой подбородок, — давай работать, Алекса. И сделай одолжение…

— Какое?

— Хватит реветь из-за Янниса. Теперь у тебя новый партнёр.

— Договорились, — на моих губах расплылась улыбка облегчения. — Я поговорю с эвокатом Зиноном, раз мы определились.

— Определились, — кивнул он, на миг отведя взгляд.

— Тео? — забеспокоилась я.

— Всё хорошо, — он вновь поддел пальцем мой подбородок и удобно сел на землю.

Но мне чудилась тревога в чёрных глазах. Я его понимала, нам придётся максимально выложиться, чтобы сработаться за столь короткий срок. Но мы справимся. Нельзя сомневаться.

* * *

— Как проходит работа с Теорисом? — Айлин единственная, кто относился к нашей паре с настороженностью и подозрением.

Но она девушка основательная, не склонная к излишней доверчивости, не то что я. Видимо, дело том, что она в целом настороженно относится к мужчинам после изнасилования. Сама мне говорила. Актеон вызвался помочь ей преодолеть страхи, но они не общаются уже две недели. Судя по всему, поссорились из-за меня, только она не признаётся.

— Хорошо. Мы, похоже, на пути к тому, чтобы найти общий язык, — кисло улыбнулась я, вспомнив вчерашнюю тренировку.

Мы с Тео снова поссорились из-за какой-то мелочи. Пробовали поддержки, упали, стукнулись лбами, слово за слово, и вот итог. Теперь мне стыдно. Надеюсь, Тео тоже. Вечером надо бы помириться.

— Падшая, как тебя выносит твой брат легат? — воскликнул незнакомый мне парень, прерывая наше с Айлин общение.

Всё вокруг будто стихло, в ушах зашумело от столь неприкрытой вражды и оскорбительного обращения. Он назвал меня падшей, так обращаются только к лишённым крыла преступникам. Мне стоило собраться, что-то ответить и уйти, но я будто впала в ступор. Чего не скажешь об Айлин…

— А ты, курица, как выносишь себя? — прорычала она, угрожающе двинувшись на опешившего феникса.

Он тоже явно не ожидал оскорблений со стороны новобранца из Кириуса. Фениксы очень не любили сравнения с птицами, особенно с такими. Но Айлин было не остановить, она буквально озверела. Никогда не видела мою уравновешенную подругу в таком бешенстве. Она налетела на парня, повалила его на землю, обвила водным жгутом его крыло и начала натягивать словно на дыбе, изображая попытку оторвать.

— Хочешь стать падшим, курица? — яростно осведомилась она.

Я была в шоке, как и все зрители, а парень под ней пребывал в ужасе.

Безобразие прервали быстро: появился эвокат Вазилис, ответственный за новобранцев, поступивших из Кириуса по программе обмена. Айлин отчитали, но, как ни странно, приняли её сторону, согласившись с её принципами и причинами нападения. Однако за создание беспорядков её всё равно наказали, на месяц заперли в академии. А оскорбившему меня парню назначили плеть. Он явно не ожидал подобного итога.

— Не унывай, Алекса, — эвокат Вазилис похлопал меня по плечу, прежде чем уйти.

Я же направилась к Айлин. Теперь чувствовала себя виноватой из-за того, что её наказали. Она же вступилась за меня и за это получила.

— Теперь больше никто не позволит себе над тобой издеваться, потому что будут знать, что у тебя бешеная подруга, — заявила она, кажется, не испытывая досады из-за наказания.

На душе стало тепло. Мне сложно, но рядом друзья и приятели, готовые закрыть меня от любых невзгод. Их поддержка помогла мне быстро встать на ноги и легко перестроить билд. А Айлин даже бросилась сражаться за мою честь. Это дорогого стоит.

— Я думала, ты ему оторвёшь крыло, — к нам подлетела Кассия. Она была в восторге от поступка лучшей подруги. — Это было потрясающе, Айлин! Жаль только, тебя наказали.

— Ничего, я всё равно никуда не выбираюсь. Стараюсь больше работать в астрале, — отмахнулась Айлин, чем подтвердила мои предположения о прекращении отношений с Актеоном.

Мне стало грустно, я бы гордилась такой сестрой. И радовалась бы за брата, ведь он получил бы верную и добрую жену. А он, дурак, упустил своё счастье. Сколько ещё она будет одинока? Айлин ведь хорошеет на глазах, многие смотрят в её сторону. Пока она грустит и заперта в академии, но ведь однажды выберет счастливчика, которому позволит за собой ухаживать.

— Предлагаю сегодня погулять, — Тео перехватил меня в обед на выходе из аудитории.

— И тебе привет, — я мотнула головой, оценивающе его оглядев. Злым или обиженным не выглядел, значит, вчерашний инцидент исчерпан. — Погулять?

— Да, нам надо сблизиться, чтобы лучше взаимодействовать, — пояснил он, пожав плечами.

— Ага, — кивнула я. Ну почему его заявления всегда такие неоднозначные? Или это я снова надумала лишнего? — Нам надо работать, Тео. Времени мало.

— Если мы загоним себя, ничего не добьёмся. Надо уметь отдыхать, расслабляться, Алекса. Ты же знаешь, что такое отдых? — он весело поиграл светлыми бровями, и я просто не смогла удержаться от закатывания глаз.

— Наверное, ты прав. Нам надо вспомнить, как быть друзьями, — согласилась я. — Тогда пошли на танцы. Позовём Руфию и Иониса.

— Танцы? — кашлянул Теорис.

— Конечно. Все парники отлично танцуют, ты не знал?

— Если честно, не особо интересовался досугом парников.

— Теперь знаешь. В клубе обычно много парников. В боевой двойке важно чувствовать партнёра, танец помогает…

— Алекса, — рассмеялся он. — Я предлагал развеяться, отдохнуть, разгрузить голову, а ты снова за своё. Ты не умеешь расслабляться.

— Всё я умею!

— Вот и докажешь, — приблизившись, он поддел пальцем мой подбородок. — Танцы так танцы. Договорились.

Остаток дня прошёл без происшествий, а вечером мы с Руфией прихорошились и принялись ждать своих партнёров. Теорис с Ионисом появились без опозданий, и мы с подругой залюбовались двумя статными тёмными фениксами, ожидающими нас на пороге нашей комнаты. Руфь сразу бросилась на шею своему любимому, стоило ему войти. Ионис мимолётно поцеловал её в щёку. При нас они не стеснялись демонстрировать свои отношения.

Теорис приблизился ко мне. Он облачился в чёрную удлинённую тунику со шнуровкой на груди и брюки. Светлые волосы отвёл от лица назад. В ухе привычно сверкала серьга. Интересно, что это за артефакт?

— Ты отлично выглядишь, — похвалил он, протягивая мне белоснежный цветок.

— Спасибо, — я пригладила подол голубого платья, вдруг ощутив прилив смущения.

Хотела одеться скромнее, а теперь жалела, что не подобрала что-то элегантнее. Но ведь это дружеский выход, не свидание, значит, всё правильно.

— Сейчас, — Теорис приблизился и вплел цветок мне в волосы, просунув стебель через косу. — Красотка, — и в своём привычном жесте поддел мой подбородок пальцем.

Чёрные с зелёными прожилками глаза сияли, на губах играла мягкая улыбка. Я залюбовалась им. Всё же Теорис — привлекательный феникс. Интересно, он за кем-нибудь ухаживает? Я ведь даже не спросила, больше сосредоточенная на распределении и нашем развитии. Вдруг он в отношениях. Как его девушка относится к тому, что он проводит время со мной? Хотя вряд ли у него кто-то есть, иначе бы он не предложил формировать пару. По крайней мере, я бы на месте его девушки не отпустила своего мужчину даже к сестре, особенно к названой. Собственные мысли вызвали замешательство, и мне захотелось скорее прояснить этот момент.

— Теорис, я не спрашивала. Ты в отношениях?

— Что? — усмехнулся он, удивившись вопросу.

— Вдруг у тебя кто-то есть, и я мешаю.

— Есть одна девушка, которая мне нравится, — расплывчато ответил он.

— Она знает об этом? Ты за ней ухаживаешь? — после кратких мгновений изумления хрипло спросила я.

Просто не могла представить его хоть с кем-то.

— Да, ухаживаю, — мотнул он головой, беря меня за руку, и потянул за собой на выход. — Идём, Алекса, а то не успеем вернуться.

— И кто она? — нахмурилась я. — Мы знакомы?

— Личная жизнь, слышала про такое? — подмигнул он.

— Ну и ладно, — надулась я. — Лишь бы не мешало нашей работе.

Так, у Теориса кто-то есть. Я должна относиться к этому спокойно, даже радоваться за него, но почему-то не получается.