/Джианна Аскания/

— Раз ты опасаешься нападения, я провожу тебя до жилого здания или даже до комнаты, если позволишь, — предложил Руди, подтверждая своё безупречное воспитание.

Пока что я бы предпочла не светиться в его обществе, но и отказывать было бы недальновидно. Да и защита для гладио моего класса никогда не будет лишней. Как же мне не хватает Лиис. С ней я никогда не оставалась одна и без защиты.

— Благодарю за заботу, Руди, — улыбнулась я как можно нежнее.

Мы собрали свои вещи, покинули аудиторию и даже без лишнего внимания спустились на первый этаж. Но на выходе из здания всё же столкнулись с одной из моих вычеркнутых целей. Долго избегать общения с Бруно не удалось…

— Добрый вечер, Герлинг, Джейна, — произнёс он, с трудом изобразив радость от встречи.

Но мой сопровождающий даже не попытался ответить взаимностью, так что я отработала свою партию за двоих: растянула губы в улыбке.

— Добрый вечер, мастер-за…

— Я же просил обращаться ко мне по имени, — перебил меня Бруно, внезапно нетерпеливо и даже истерично.

Он никогда не отличался чрезмерной выдержкой, ещё и потому мой выбор пал на Людвига. Судя по всему, стоило послать в пекло обоих братьев.

— Простите, Бруно, я думала, это возможно лишь наедине и в присутствии других мастеров такое обращение будет вас оскорблять, — повинилась расстроенно, чуть отодвинувшись за плечо Руди.

Может, он хоть попытается за меня заступиться?

— Ваши слова не вяжутся с делом, Аденауэр, — поддел Руди. — Предложили личное общение, но одёргиваете Джейну при других, словно она уже ваша собственность и должна догадываться, что у вас в голове.

А ты не так безнадёжен, Герлинг, надо же…

— Не забывайся, Руди, вокруг полно посторонних, ты вынуждаешь напомнить тебе о моём статусе, — Бруно многозначительно огляделся, намекая на присутствие в коридоре других студентов.

— Разве я нарушил субординацию? Лишь указал на ваш промах в отношении Джейны. Она девушка ранимая, только родилась и многого не понимает, а вы лишь больше её запутываете.

— Ты прав, — кисло улыбнулся Бруно, удивив нас обоих. — Видимо, ревность взыграла. Мне казалось, Джейна проявила ко мне расположение. Грустно ошибаться.

— Она упоминала, что пробовала установление связи с вами, — отозвался Руди. — Ничего удивительного в том, что гладио такого класса ищет идеальный вариант для себя.

— Да, наверное, — Бруно перевёл хмурый взгляд ко мне. — Я не напугал тебя, Джейна?

— Нет, всё в порядке, — заверила я его, продолжая играть смущение.

— Но будьте осторожны оба, — произнёс Аденауэр многозначительно.

— Это угроза? — напрягся Руди.

— Род Герлинг обезглавлен после смерти твоего отца. Ты как новый глава рода не обрёл пока должной поддержки. Твоё желание получить гладио «А-плюс»-класса многие могут воспринять в штыки и пожелать ослабить тебя до обретения силы.

— К чему вы это, Аденауэр? — раздражённо поторопил его тот.

— Джейна, как ты отметил, только родилась, даже если наша связь не удастся, я желаю защитить её. Не хотелось бы, чтобы твои враги ударили по ней, — голубой взгляд Бруно сделался острым.

— Спасибо за предупреждение, — осклабился Руди, подавая мне руку. — И до встречи.

Я продолжала изображать недоумение, потому спокойно позволила себя увести.

— Мне жаль, но он прав, — вздохнул Герлинг, когда мы вышли в осеннюю прохладу вечера.

— Зачем же ты так быстро опускаешь руки? Я так поняла, что твоя главная проблема в отсутствии сильной поддержки? Неужели её сложно обрести?

— Не так просто. Но ты права, нужно её обрести, — улыбнулся он тускло. — Смерть отца выбила меня из колеи, — вздохнул тоскливо.

И теперь всё встало на свои места. Род Герлинг мог поддержать Марию в стремлении посадить на трон своего первого сына, потому от главы рода быстренько избавились. Уж не братья Аденауэр ли? Бруно слишком остро отреагировал на наше общение. И ведь сразу ударил по зоне моих интересов. Знак ли это? Или он лишь указал на опасную сторону этого союза?

— Мне очень жаль, Руди, — я взяла его за руку.

На этот раз не играла. Его отец был своенравным мастером, но он вызывал уважение. И я знала, каково это — терять близких. Папочка забрал у меня мать.

— Спасибо, Джейна, — улыбнулся он. — Если ты выберешь меня, я буду за нас бороться, — заверил он.

Хорошие слова, их я и ждала.

* * *

Вечером настало время снова отправиться во дворец. Пора было привлечь к игре основного союзника. И впервые со своего пробуждения я волновалась до лёгкой дрожи в пальцах. Впрочем, мандраж не означал невнимательность. Я не уставала сканировать пространство вокруг себя. Первым делом прошлась по своим артефактам, проверила заряд, перебросила на накопитель последние записи. И только потом отправилась к покоям сестры. А здесь застала очередную неприятную сцену.

— Прекрати, мне не нравится, — охнула Мария, и я не смогла удержать себя в тайном тоннеле.

Как и в прошлый раз, свет лился только из спальни. Любовники лежали на кровати. На этот раз обнажённая Мария растянулась на подушках, а Людвиг расположился между её разведённых ног.

«Как тебе больше нравится, Конрад? Кого ты хочешь больше?», — загорелось в мыслях, и мои щёки моментально вспыхнули от смущения, настолько ярко резонировала представшая сцена с воспоминанием.

— Расслабься и расскажи, как тебе может понравиться, — хрипло попросил Людвиг.

— Не так, — Мария отвела взгляд в сторону.

Я затихла, боясь, что она меня заметит, но глаза сестры наполняли слёзы, вряд ли она присматривалась к обстановке вокруг. Это позволило мне скрыться за портьерой.

— Я для тебя стараюсь, — Людвиг сердито подскочил с кровати.

В этот момент напоминал Бруно, когда он вспылил из-за нашей с Руди тренировки. Братья действительно очень похожи.

— Ты думал не о моей репутации, когда заставил с тобой спать, — Мария села и подтянула к груди одеяло, чтобы прикрыться.

— Вопрос со свадьбой — дело решённое, твоя репутация в безопасности, — пророкотал он. — Я пытаюсь наладить отношения с тобой, хочу доставить тебе удовольствие. Но ничего не выйдет, если ты не пойдёшь мне навстречу.

Мария лишь тихо вздохнула, но не нашлась что ответить.

— Дело ведь на самом деле не во мне. Ты бы предпочла видеть вместо меня слабака Герлинга, — иронично усмехнулся он, принявшись собирать свою одежду с пола.

Мария вздрогнула и вся сгорбилась, словно пытаясь закрыться от злых слов жениха.

— Не говори о нём, — попросила она глухо.

— Не в нём проблема? Может, в Зане? Думаешь, я не знаю о вашей встрече? Что он тебе напел?

— Он лишь справлялся о моём самочувствии после смерти Джианны, — Мария окончательно закрылась, упрямо поджала губы и тоже поднялась с кровати. — Я в купальню. Надеюсь, найдёшь выход. Спасибо за доставленное удовольствие, — и отвернувшись, двинулась прочь.

Я мысленно усмехнулась, не думала, что сестра способна на подобные выпады. Людвиг же почернел лицом от бешенства. Он вскинул руку. На кончиках его пальцев заискрилась магия. Я приготовилась действовать ради защиты сестры, но не пришлось. Аденауэр сдержал себя, махнул рукой и вернулся к прерванному занятию. Мария так и не обернулась, но судя по напряжению спины, понимала, какая ей грозила опасность.

Вскоре Людвиг оделся и, зло чеканя шаг, покинул комнату. Сестрёнка выскользнула из купальни практически сразу, дождалась, когда он уйдёт, и направилась к кровати. По её щекам бежали солёные капли, она тихо всхлипывала. Хотелось подойти, обнять, успокоить, но я ждала, уж больно решительный был взгляд у Марии, несмотря на слёзы. Она выхватила из кармана лежащего на полу халата артефакт связи, отыскала в списке контактов один нужный и занесла палец, чтобы осуществить вызов. Конрад Зан, он всё же надавил на правильные точки в желании добиться союза с будущей королевой.

— Почему ты спишь с моим женихом? — подала голос я, и артефакт выскользнул из рук Марии.

— Почему? — горько рассмеялась она, продолжая смотреть вниз, будто тот ещё находился в её пальцах. — Потому что ты меня бросила, Джианна! Оставила одну на растерзание хищникам!

— Я ушла не по своей воле, если забыла, — хмыкнула, вскинув голову, чтобы сдержать слёзы.

Её слова резали по живому. Я плохо себя защитила, не предусмотрела всё и оставила единственное близкое мне существо в опасности.

— Но ты ушла! — воскликнула она истерично. — Бросила меня! И мне пришлось искать защитника. Но Людвиг оказался…

— Ублюдком? Или ты сама его соблазнила? — предположила я.

— Нет! — Мария резко выпрямилась, забыв об артефакте, и ошеломлённо заморгала. — Я схожу с ума… Слышу голоса и разговариваю сама с собой.

— Ты не сошла с ума, Мари, но поверить будет сложно…

— Кто ты? — она коснулась браслета на запястье, и её окружил защитный купол.

— Джианна, твоя сестра. Но в новом теле. Помнишь день моей свадьбы? Лучше бы я послушалась тебя, и мы отправились есть ванильную вату. Но я осталась и пошла на встречу с Конрадом. Там меня ждали. Убийца подобрался со спины и перерезал мне горло. Трус даже не приблизился, чтобы насладиться победой. Я не увидела его лица. Думала, это конец, но проснулась в камере для гладио в новом теле.

— В новом теле? — переспросила она. — Думаешь, я дура, чтобы поверить?

— Но ты до сих пор не вызвала стражу, значит, готова послушать доказательства. Спроси меня, спроси о том, что знает только Джианна.

— Хорошо, — задумалась она. — Как погибла мать Джианны?

— Мать с отцом поздно возвращались с бала. Мне надлежало находиться в своих покоях и спать, но я желала встретить маму, увидеть её в красивом платье. Я любила её. Они с отцом ссорились, он обвинял её в том, что она не может забеременеть и… толкнул, когда они находились на лестнице. Она умерла раньше, чем мне удалось до неё добежать. Перелом шеи. Я даже не успела взять её напоследок за руку, отец перехватил меня, увёл в спальню и там пообещал, что со мной произойдёт то же самое, если посмею болтать. Впрочем, мне никто и не верил. Только ты, — выдохнула, стирая слёзы с глаз.

— Джианна… — Мария всхлипнула и замотала головой.

— Да, это я. Спрашивай что угодно, — выйдя из-за портьеры, направилась к сестре. — Но сначала загляни в мои глаза. Убийца был жесток, он вырезал их, чтобы вставить в новое тело. Подозреваю, и сердце моё, — зло рассмеялась, коснувшись груди.

Мария дрожала всем телом, пока я приближалась, и задохнулась, стоило заглянуть в мои глаза.

— Как же в это поверить? — пролепетала она.

— Сложно. Но и времени не так много. Дата твоей свадьбы приближается, а ты собиралась связаться с Заном. Думаю, это верный выбор.

— Что? — она нахмурилась. — Откуда ты…

— Я заходила к тебе раз и разместила записывающий артефакт. Знаю, что Зан приходил к тебе и предлагал защиту. Как и видела тебя с Людвигом. Признаться, некоторое время я подозревала и тебя в моём убийстве.

— Как ты…

— Да, прости. Мне не стоило сомневаться в тебе. Но сама понимаешь, моё настоящее тело в могиле, а ты в постели с моим женихом. Картинка не из приятных. Если бы ты не рыдала после его ухода, мне бы пришлось долго сомневаться.

— Я не рыдала, — смутилась она.

— Рыдала, но лишь сама с собой. Похвально, что ты не демонстрируешь свои слабости Людвигу. Но я бы предпочла, чтобы ты избавилась от них. Между вами всё свершилось, ты не невинна и знала, на что шла. Прекрати рыдать об ошибках и думай о том, как выплыть из ситуации, в которую себя загнала.

— У меня нет союзников, никто не считается со мной, как с тобой, потому мне и не к кому было обратиться, — принялась упрямо объяснять она.

— Не нужно оправданий, — вскинула я руку. — Мне понятны причины, я не обвиняю тебя. Но у нас нет времени, чтобы бросаться упрёками и спорить. Я введу тебя в курс дела, расскажу о своих догадках и наработках.

— Ты действительно Джианна, — гневно рассмеялась она сквозь слёзы, внезапно приблизившись ко мне. Полог вокруг неё развеялся. Тонкая рука звонко налетела на мою щёку. — Ты умерла и воскресла, мы вновь обрели друг друга! Но вместо того, чтобы обнять и успокоить, ты рассказываешь о том, чего от меня ждёшь и делишься своими планами! — прокричала яростно в моё изумлённое лицо.

— Прости… — задохнулась я, ощущая, как по моим щекам текут слёзы. — Мне больно за нас, я в ужасе и в постоянной ярости. И боюсь, что мне не хватит сил спасти нас. Теперь я всего лишь бесправная гладио.

— Но мы обрели друг друга, Джианна, — прошептала она, сделав ещё один шаг ко мне. — Разве это не половина победы?

— Не знаю, но ты поверила мне. Мы придумаем, как спасти тебя от козней отца и влияния Людвига.

— Я сяду на трон и дам свободу гладио.

— Это сложно, Мари. Думаю, за это меня и убили.

— Это необходимость, — нахмурилась она упрямо, беря меня за руку. — И как ты можешь думать о делах, когда пришла после смерти ко мне в гости?

— Я воскресла почти два месяца назад, у меня было время на осмысление, — придушенно рассмеялась, притягивая сестрёнку к груди. — Прости меня, прости, что бросила. Но я исправлю свои ошибки, — пообещала, водя ладонью по её встрёпанным волосам.

Сердце сжималось в одновременной радости и тоске. Из глаз лились слёзы. Я решилась вновь обрести сестру и дать ей надежду на благополучный исход, но не могла ручаться за исполнение наших мечтаний. Быть может, убийца испугается и поспешит убрать меня с шахматной доски. Возможно, для этого ему нужно лишь нажать кнопку на артефакте. Он мог вложить в меня разные особенности, в том числе смерть на расстоянии.

— Джианна, пожалуйста, больше не бросай меня, — взмолилась Мария, словно маленькая девочка.

Но и я сейчас по-детски желала чуда и заверений в волшебстве. Позволить себе мгновения нежности и наивной веры в лучшее, запечатлеть их, чтобы хранить в памяти, словно драгоценность, и доставать, когда свет надежды начнёт угасать.

— Я постараюсь, Мария, очень постараюсь.

— Мы постараемся, — она вдруг отстранилась от меня и решительно заглянула в мои глаза.

Никогда не видела свою сестрёнку такой. Но жизнь обошлась с ней жестоко. Видимо, и для неё настал момент стать сильной.

— Раньше ты всего добивалась одна для нас обеих, защищала меня от отца, принимала на себя все его удары, боролась за нас всех. Больше я тебе не позволю. Больше никогда. Теперь мы вместе, Джианна.

— Я рада, что ты повзрослела, — с трепетом стёрла слёзы с покрасневшей щеки сестры. — Что ж, пешка на нашей шахматной доске готова перейти в дамки? — усмехнулась я, пытаясь собраться.

— Наверное, лучше пусть меня по-прежнему считают пешкой? — предположила она осторожно.

— Правильно, королеве следует наблюдать, пока сражаются другие фигуры. Начнём с малого.

— С чего же, Джианна? — растирая щёки, поинтересовалась она.

— Свяжись с Заном. Раз он готов расчистить вокруг тебя место, не будем отказывать ему в этой малости.

Партия расширяется. Игра становится интереснее.

/Конрад Зан/

— Мария готова сотрудничать, а ты будто и вовсе не рад, — уколол Клаус, покачав головой.

Мы расположились в гостиной его загородного дома, отдыхали после рабочего дня, обсуждали последние события и ждали прибытия важных гостей. Коричневые и бежевые тона оформления и приглушённый свет создавали способствующую расслаблению атмосферу, но мои думы были мрачны и наполнены тревогами.

— Не смейся над немощными. Конрад просто не умеет улыбаться? — «вступилась» за меня Лилиана.

Девушка изящной походкой вплыла в комнату с подносом в руках. Мы общались весь день, но мне до сих пор с трудом верилось в её воскрешение. Но это была Лилиана, точнее, более совершенная версия супруги Клауса. Пепельные волосы пышной волной стелились по спине, кожа сияла, янтарные глаза горели так ярко, будто могли ослепить. Именно они больше других признаков выдавали в ней гладио.

— Я умею улыбаться, — благодарно кивнул, когда она поставила на журнальный столик поднос и передала мне чашку с ароматным чаем.

Клаус расположился напротив на софе и протянул руку к жене. Чтобы не вызывать подозрений, он вынужден проводить всё время в столице, потому и не спешит возвращаться в пустую квартиру, а здесь наконец может позволить себе то, в чём так долго отказывает: прикоснуться к воскресшей любви, поцеловать, поймать её улыбку. Глядя на них, я ощущаю, как во мне всё ярче разгорается пламя надежды, обращая пеплом любые сомнения в возможности воскрешения Джианны.

— Ты улыбаешься слишком редко, чтобы другие об этом помнили, — хитро ухмыльнулась Лили, присаживаясь на софу возле супруга.

Клаус сразу приобнял её за талию и привлёк ближе. Рядом с ней он расслаблялся, будто сбрасывал груз проблем, хотя их ситуация вызывала множество опасений. Его могут обвинить в нарушении закона с целью воскрешения жены. Он рискует попасть в тюрьму из-за действий неизвестных злоумышленников, а её могут расформировать, чтобы не создавать прецедент возрождения умершего. Особенно в условиях нынешней власти. Король жесток, а будущая королева непонятна даже себе.

— Мария слишком резко передумала. Как раз после нападения. Джианна видела больше, чем нам кажется, и начала действовать.

— Джейна, — поправил меня осторожно Урбан. — Пока не доказано обратное… ты рискуешь погрязнуть в стране фантазий.

— Это не фантазия, а вполне реальная опасность. Если я прав, Джианна успела связаться с Марией и определилась с дальнейшими шагами.

— Хорошо. Предположим, ты прав. Но Джианна представляет опасность лишь в силу своих заблуждений. Она может подозревать нас в желании узурпировать власть. Нам лишь надо убедить её в обратном, — уверенно заявил он.

— Ты плохо знаешь Джианну. Её не устроит наш вариант. Она подберёт сестре мужа, которым сама сможет управлять. Именно поэтому её выбор изначально пал на Людвига. Он готов был подчиняться, в отличие от Райнера.

Раздался сигнал звонка. Прибыл гость, которого мы ожидали.

— Я открою, — слишком поспешно поднявшись, Клаус быстрым шагом покинул гостиную.

Волновался, хоть и пытался это скрыть.

— Он тебе верит, но желал бы, чтобы ты ошибся, — произнесла тихим голосом Лили. — Возрождение погибшей принцессы в теле сильнейшего гладио. Она слишком опасна.

— Знаю.

На кону дальнейшая судьба целой страны, мне стоит проявить хладнокровие и предупредить союзников. Вот только они могут решить избавиться от угрозы. И тогда я снова потеряю Джианну.

— Проходите, — в комнату вернулся Клаус.

За ним вошёл Райнер Джерхолд, мастер-воитель первого ранга, со своим гладио Фалко.

— Добрый вечер, господа, — Лилиана поднялась и почтительно склонила голову.

— Добрый вечер, Конрад, — кивнул мне Райнер, внимательно оценивая взглядом зелёных глаз помещение. — Рад новой встрече, Лили.

Короткие каштановые волосы были отведены от лица, в них блестели капли дождя. На жёстком лице отпечаталась задумчивая мина. Сшитая на заказ форма подчёркивала разворот плеч и развитость фигуры. Стоящий за его спиной зеленоволосый Фалко был готов к мгновенной атаке, что только усилило нашу общую тревожность. Мы решились рассказать Райнеру о воскрешении Лили, он обещал помочь, но мог и передумать.

— Добрый, — отставив чашку на столик, я поднялся с кресла, приблизился и пожал его руку.

— Давно не виделись, — криво ухмыльнулся он.

Райнер был известен и уважаем в военных кругах. Многие желали бы видеть его на троне рядом с Джианной, но своенравная принцесса отмела его предложение раньше, чем начали шептаться о возможном союзе. После её смерти надежды на его возвышение вспыхнули с новой силой. Как военный Традана и аристократ Райнер не мог их проигнорировать, хотя вряд ли радовался выпавшей на его долю роли.

— Мне очень жаль, что с вами так поступили, — он приблизился и аккуратно сжал руку Лили.

Этот жест позволил всем расслабиться. Фалко скупо улыбнулся и кивнул мне.

— Доверенный мастер-инженер в карете, он готов осмотреть вас. Так мы узнаем, не вбиты ли в вас опасные установки. Если вы не передумали, Фалко пригласит его в дом, — предложил Джерхолд.

— Спасибо. Я не передумала, — уверенно ответила она.

— Тогда не будем откладывать, — он указал ей на своего гладио.

Фалко повёл Клауса и Лили прочь из комнаты. Я остался один на один с Райнером. Возможно, с будущим королём Традана.

— Значит, Мария готова сотрудничать. Как ты этого добился? — обратился он ко мне, тяжёлой походкой проходя к креслу.

Из-за потери многими мастерами высокого ранга своих гладио на сохранивших оружие военных легло много работы и ответственности. Райнер прибыл прямиком с линии фронта. Но на данный момент главный бой происходил именно здесь, в столице.

— Она желает избавиться от Людвига, ей нужна помощь, — отозвался я.

Судя по всему, дело не во мне, но Райнеру об этом пока лучше не знать.

— Я виделся с ней всего раз или два, когда она была совсем девчонкой. Скажи, она похожа характером на Джианну?

— Сёстры полные противоположности, — качнул я головой, возвращаясь в своё кресло.

— Наверное… это хорошо. Будет легче, — хмыкнул он, постучав указательным пальцем по деревянному подлокотнику. — Значит, Мария не невинна?

Слова прозвучали ровно, если этот факт и вызывал в нём какие-то эмоции, он их не продемонстрировал.

— Мы не уверены, но всё указывает на её интимную связь с Людвигом. Возможно, под принуждением.

— И ты предлагаешь скомпрометировать падшую принцессу… — произнёс Райнер, будто ни к кому не обращаясь, и тут же скривился.

Мы с ним похожи, оба предпочитали держаться подальше от дворцовых интриг и поближе к полю боя. Но теперь ситуация требовала от нас обоих окунуться в эту грязь с головой.

— Это самый неожиданный вариант, остальные пресекут, — поморщился я. — И… есть риски. Думаю, принцесса пошла на сотрудничество, чтобы мы вместо неё убрали Людвига. Видимо, ждёт, что мы сделаем это тихо, и наверняка готова быстро провести замену жениха. Нам необходимо это пресечь твоим молниеносным выходом на сцену.

И не попасть в процессе под меч в лице Джианны. Сложная задача. Особенно для меня. Если мы добьёмся цели и устроим брак Райнера с Марией, Джианна меня не простит. Хорошо, если не убьёт. Но на кону будущее нашей страны, мне нельзя пасовать из-за давней влюблённости.

— Пресечём, — дёрнул он плечом. — А Мария… она красива? — вдруг спросил и снова скривился.

Внешность не столь важна, как её статус, но ведь Райнеру предстоит вступить с ней в брак, а это общая постель и дети.

— Да, красива. Тебе повезло.

— Мне предстоит принудить её к браку, — горько усмехнулся он. — Очень повезло.

А я предложил этот вариант, зная о возможной реакции Джианны. Мы оба просто баловни судьбы…

/Джианна Аскания/

Мария отправила мне сообщение рано утром, просила срочно с ней связаться. Пришлось выпрыгивать из кровати и нестись на чердак, придумывая на ходу сотни отговорок для встрепенувшейся Саши. Новости не радовали, сестра сообщила о внезапном смотре в академии, на котором ей необходимо присутствовать.

— Не нравится мне это, откажись, — качнула я головой, рассматривая уставшее лицо сестры.

Под глазами пролегли тёмные круги. Видимо, опять плохо спала ночью. Не удивлюсь, если из-за очередного визита Людвига. Быстрее бы избавиться от этого мерзавца.

— Не могу. Зан настаивает на моём присутствии. Сказал, мне надо появиться перед журналистами, сообщить о своих планах.

— Думаешь, дело только в этом? Похитят, выдадут замуж за своего кандидата и вернут уже беременной.

— Вряд ли это так просто, — она прикусила губу в сомнении.

— Избавься от этой привычки, — вздохнула я. — Все губы в ранках.

— Я пытаюсь, — насупилась она. — Тебе бы тоже пора избавиться от привычки поучать меня, — вдруг огрызнулась.

Мне это понравилось, сестра отращивала клыки.

— Сделай так, чтобы у меня пропало желание поучать тебя, — парировала я.

Наверное, стоило извиниться, но она должна учиться держать удар даже передо мной, если хочет выжить.

— Я приду на смотр, пообщаюсь с журналистами. А ты устроишь мою встречу с Руди, — заговорила она сердито. — Будет хорошо, если нас заметят вместе.

— Ты подставишь его, — качнула я головой. — Его поспешат убрать.

— Может, тогда мне сбежать с ним, выйти за него замуж и вернуться беременной? — проворчала она, скрестив руки на груди.

— Видимо, так и придётся сделать. Вернётесь после смерти отца, — прикрыв глаза, я медленно выдохнула. Ужасный вариант, зато самый невинный. — Но надо придумать, где вам скрыться. И да, нужно поговорить с Руди. Надеюсь, у него хватит смелости на побег с тобой.

— Джианна, я не хочу за него замуж, — внезапно заявила она.

— Как? Ты же любила его.

— Давно, — пожала она плечами. — И я согласна с тобой, мне нужен сильный мужчина, а он… думаю, связь со мной подпишет ему смертный приговор.

— Ты правда не хочешь за него замуж или пытаешься его защитить? — прищурилась я.

— Я вообще замуж не хочу, — тускло улыбнулась она, отведя взгляд.

— Боюсь, нам не оставляют выбора. Вряд ли Зан предложил тебе помощь лишь из желания спасти. За его спиной поддержка знати, и они уже знают, кого хотят видеть на троне.

— И кого же? — насторожилась она.

— Джерхолда, вероятнее всего. Возможно, средний сын рода Урбан. Да и старший относительно свободен. Фаренгейт показал себя отлично при последнем прорыве. Вариантов не так много, но все не по тебе, особенно первый.

— Райнер Джерхолд? — нахмурилась она. — Такой высокий? Он подарил тебе не цветы, а набор метательных ножей?

— Хороших ножей, кстати, забери-ка его, если найдёшь.

— Подожди, ты победила его в дуэли…

— Это был дружеский закрытый бой за мою руку. Райнер благородно оставил победу за мной. Опасный мужчина, и не из тех, кто делится властью. Он не для тебя.

— Но… Джианна, мне не нужна власть, — тихо проговорила Мария. — И королевой я быть не хочу. Это не по мне.

— Ты принадлежишь роду Аскания и обязана служить своей стране. Если не произойдёт законного перехода власти, в Традане начнётся смута. Этого ты хочешь, чтобы аристократы перегрызлись, пока делят трон?

— Я хочу спокойной жизни. Хочу сбежать с тобой и есть ванильную вату, — на миг надула она губы, а моё сердце сжалось от тоски. Если бы это было возможно… — Хорошо. Значит, увидимся в академии. Я постараюсь остаться в одиночестве и дам тебе сигнал. Приведи ко мне Руди.

— Будь осторожна, не пренебрегай проверками помещений и защитными артефактами.

— До встречи, Джианна.

— Пока, — я отключила вызов и подошла к потемневшему от времени окну.

Академия просыпалась. Пора было спускаться, собираться и идти на пробежку. Сегодня предстоит сложный день. И внутреннее чутьё подсказывает, что он может обернуться против нас с Марией. Она одна, без поддержки, а я всего лишь гладио. Мы вынуждены нестись по течению, когда враги готовы действовать.

— Всё в порядке? — поинтересовалась Саша, когда я вернулась в комнату. — Может, мне сходить за желудочным порошком для тебя?

— Нет, всё хорошо, — я погладила живот и поморщилась, изображая дискомфорт. — Видимо, не то съела, — соврала, направляясь к шкафу, чтобы переодеться.

— Джейна, скажи, а мастер, с которым ты общаешься, Руди Герлинг, он для тебя или для меня?

— Я пока не решила.

Если вариант с Руди тоже провалится, то придётся искать не ведо́мого, а союзника. И значит, сообщить всю правду.

«Мы бы могли стать не только сбалансированной боевой парой, Джи, но и возлюбленными», — вспомнились слова Конрада.

Возможно, придётся задуматься. В конце концов, раз не могу противостоять, стоит присоединиться и приглядеться, а там и ударить в случае необходимости. Он обозначил свою позицию и вряд ли даст мне много времени на раздумья.

Завершив со сборами, мы сходили на пробежку, после чего отправились на завтрак. Академия уже кипела. Слухи разносились со скоростью света. Сегодня планировался смотр, который возглавит принцесса Мария.

Я старалась придерживаться общего состояния возбуждения, но терпеливо ждала появления сестры. Само собой, не собиралась общаться с ней лично, мне следовало устроить её свидание с Руди. Вскоре от Марии пришло сообщение: после официальной части она планировала отдохнуть за чашкой чая. Для этой цели специально подготовили аудиторию на этаже администрации. Следом должно было пройти общение с журналистами, что ограничивало меня во времени.

— Руди, ты не поверишь, — я подбежала к своему возможному мастеру, играя воодушевление.

— Что случилось? — он блёкло улыбнулся.

Появление бывшей возлюбленной в академии явно не способствовало его хорошему настроению.

— Принцесса Мария послала за тобой, передала записку.

— Именно тебе? — насторожился он.

— Нет, не мне. Слуга искал тебя, обратились к старосте твоего потока, он увидел меня, спросил, где тебя можно найти, и я вызвалась передать послание, — пояснила, вручая ему записку, написанную аккуратным почерком Марии.

Руди открыл послание и вчитался в строки. Лицо его просветлело, хотя глаза продолжала наполнять настороженность.

— Надо же, она просит о встрече, — пробормотал он.

— Принцесса хочет тебя выделить, как замечательно, — хлопнула я в ладони. — Можно я с тобой? Посмотрю только краем глаза. Ну пожалуйста!

Руди немного посопротивлялся, но позволил себя увести. По пути я играла полнейшую наивность и строила предположения о причине проявления интереса принцессы к моему будущему мастеру. И конечно же, все теории сводились к нашему союзу.

Мы тем временем поднялись на третий этаж. Здесь было немноголюдно и тише, чем внизу. Оставалось лишь добраться до нужного кабинета. Естественно, перед дверью выстроилась охрана принцессы. Но присутствовало ещё одно неожиданное лицо. Фалко. Гладио Райнера Джерхолда.