/Джианна Аскания/

— Тебя поздравлять, Джейна? — обратилась ко мне Саша, стоило мне войти в нашу комнату.

— С чем? — опешила я.

Пребывала в расстройстве из-за решения Герлинга, потому удивилась радости на лице подруги. Но потом вспомнилось, что она оставила меня вчера с Заном и не дождалась ночью.

— Нет, мы просто общались, связь не установлена, — ответила я нейтральным тоном, присмотревшись к своей ауре.

Странно, до сих пор до конца не сформировалась. Интересно, дело в высоком классе или в проявлении портального дара? Очевидно, что именно эта особенность помогла мне исчезнуть из организованной ловушки. Сходить что ли к Дикману? Он хороший инженер и вряд ли имеет отношение к моей смерти.

— Жаль, я слышала о мастере Зане только хорошее. Многие тебе завидуют, — Саша продолжала улыбаться.

Кажется, искренне за меня радовалась.

— Да, он… хороший.

— Значит, ты выбрала. А как же Руди? — Саша не смогла скрыть своей заинтересованности.

— Он не для меня. И теперь свободен, кстати. Идеальный мастер для тебя. Не обидит, вряд ли долго задержится на передовой, да и не станет принуждать к близости.

— А ты не будешь против?

— Нет, — дёрнула я плечом. — Я сообщу Руди.

Саша при её силе робкая, мало кто из мастеров высокого ранга решится взять её под крыло. А из молодого поколения я никого не знаю, потому могу ошибиться с советом. Герлинг — неплохой вариант, такой же робкий, как Саша. Из них может выйти эффективная команда. А мне не стоит формировать с ним союз. К прошлому не вернуться, я готова это принять. Но для начала нужно найти Руди и поговорить. Нам есть что обсудить.

Думала, Герлинг будет от меня бегать. В конце концов, он начал меня подозревать, а я и не стала его разубеждать, ведь планировала либо списать, либо посвятить в свои планы на его счёт. Но он удивил, перехватил меня во время утренней разминки.

— Здравствуй, Джи, — произнёс он хрипло, глядя в мои глаза с некоторой опаской.

И ясно дал понять, что обо всём знает.

— Сам догадался? Или кто подсказал? — протянула я, действительно испытывая лёгкое любопытство.

— Когда Зан обратился к тебе… И… — он создался вокруг нас купол безмолвия. — Мария подтвердила.

— Неглупый же, Герлинг. Почему не хочешь в короли?

— Вряд ли из меня выйдет хороший король, — поморщился он. — И ты это понимаешь. Тебе просто нужен удобный человек на троне.

— Я не собираюсь оставаться возле трона, если дело во мне.

— Что⁈ — удивился он. — А как же Мария?

— Вот для этого я хочу выдать её за мужчину, который будет уважать её и любить. Ну же, Герлинг, подумай ещё, — улыбнулась я заискивающе. — Ты же любил Марию. Неужели не хочешь спасти её?

— Любил, но это было давно, — на его лицо вуалью легла грусть. — До смерти отца и угроз моим родным.

— Райнер забегал? И когда только успел с отравлением-то?

— Угроза поступила анонимно. Сразу после дуэли. Думаешь, это Джерхолд?

— Может быть кто угодно.

— Пойми меня, Джианна, — попросил он, заглядывая в мои глаза. — Я переживаю за Марию и постараюсь ей помочь, если необходимо. Но жениться на ней, вступать в борьбу за трон… я не справлюсь, да и она этого не хочет.

— Я помогу вам справиться.

— Про её желание ты не услышала? Это ведь не просто формальность, это брак, общая постель, дети. Как ты себе это представляешь?

— Очень легко представляю, — поморщилась я. — Вам что подарить учебник по анатомии?

— Я о другом.

— Знаю.

Сама особо не нервничала перед своей свадьбой, учитывая, что даже не целовалась с женихом. Мне казалось, всё наладится само собой по стандартному сценарию, и вряд ли я ошибалась. Но не все столь прагматичны в вопросах близости и любви. Да и я, стоит признать, дала слабину, когда в мою жизнь вошли чувства.

— Подумай ещё, Руди. Мария в сложном положении. Чтобы заменить отца на троне, она должна выйти замуж. Выбор кандидатов на эту роль огромный, но только ты знаком ей и не вызываешь неприятия. Пойми, она в ужасе после прессинга Людвига и ненавидит мужчин. Навязанный брак сломает её. А ты можешь стать для неё другом и той поддержкой, которая необходима ей, чтобы вновь воспрянуть. Как только вступите в брак и объявите об этом, вы оба будете в безопасности. Засядете во дворце, окружите себя союзниками, продолжите мою политику и получите посильную помощь других стран.

— И всё под твоим руководством?

— Я буду помогать первое время, потом исчезну. Поэтому союза со мной не выйдет, Руди. Зато ты можешь наладить связь с Сашей. Она робкая и нежная девушка, но высокого класса и расположена к тебе.

— Не уверен, что справлюсь, Джианна, — выдохнул он обречённо.

— Так наберись уверенности, ты ведь не один. Мария нуждается в тебе, как и весь Традан. Райнер оправится от ран, даже избежит обвинений, если я позволю, но примет на себя удар короля. Тогда на сцену выйдешь ты. Я уберу с пути всё то, что тебя пугает. Просто подожди.

— Сейчас меня пугаешь ты, — прошептал он и нахмурился, когда раздался сигнал его артефакта связи.

Он извлёк его, прочитал сообщение. Зелёные глаза Руди распахнулись от удивления, рот приоткрылся. Новость явно его шокировала.

— Что-то случилось?

— В газеты просочилась информация… — сипло проговорил он. — Джерхолд умер в госпитале от отравления.

— Что⁈ — я приблизилась, вчитываясь в сообщение.

Судя по всему, его прислала мать Руди. Вдова Герлинг наверняка понимает, какие интриги закручиваются вокруг её сына.

— Информация официальная или на грани слухов? — уточнила я, стараясь не обращать внимания на болезненное покалывание в груди.

Мне пришлось действовать ради спасения сестры, но это не отменяло моего уважительного и даже тёплого отношения к Райнеру. Я надеялась лишь вывести его из игры, но в итоге подвела к краю.

— Непонятно, — пробормотал Герлинг, принявшись листать сообщения из официальных каналов. — Джианна! — прошептал, указав на только появившуюся новость.

«Принцесса Джианна жива!», — гласил заголовок.

— «Король издал указ задержать и расформировать гладио с душой принцессы. Закон един для всех», — прочитала я, не удержавшись от закатывания глаз. — Папочка вспоминает о законах, только когда ему это выгодно. Решил избавиться от воскресшей дочки. Вот только кто нашептал ему обо мне?

— Какая разница? — Герлинг схватил меня за руку. — Ты должна бежать, Джианна. Немедленно!

— Нет, — качнула я головой.

— Что значит нет?

— Отец прав, закон един для всех. Меня воскресили, но я нарушаю законы мироздания. Если сбегу, то создам проблемы для Марии. Ну и для короля возле неё, пошатнув ваш авторитет.

— Ты с ума сошла⁈ Не ты себя воскресила, совершили…

— Да, совершили преступление. Я здесь по воле неизвестного убийцы. Вот и подожду его появления. Не верю, что он позволит умереть своему детищу.

— Джейна! — раздался крик Урбана.

Ректор нёсся к нам со всех ног. Серые глаза наполняла тревога, длинные чёрные волосы растрепались.

— Джейна, — он подлетел ко мне, развеяв купол. — Кто-то сообщил о тебе королю. Ты должна бежать или тебя расформируют.

— Ещё один, — протянула я, несколько удивлённая его поведением.

Выходит, меня выдала не оппозиция? Кто тогда? Райнер? Или Фалко решил отомстить за смерть мастера? Может, Руди вдруг стал потрясающим актёром?

— Не могу. Я бывшая принцесса и не имею права препятствовать исполнению закона.

— Но…

— Не волнуйся, Клаус, я не собираюсь выдавать твой секрет.

— Джианна… — выдохнул он совершенно беспомощно.

Движение вокруг нас останавливалось. Мастера и гладио перешёптывались. Тут и там звучало моё имя. Новость опубликовали раньше появления полицейских. Видимо, чтобы не удалось замять дело. Ну и, скорее всего, следователь Шефер не особо спешит на мою поимку.

— Принцесса Джианна! — Бинди выступила вперёд и присела на колено.

И многие гладио последовали её примеру. Один за другим девушки и юноши опускались на колени, выражая мне уважение. Руди с Клаусом тоже отступили и склонили головы.

И так сжимавшееся в тревоге сердце задрожало. Кое-чего я всё же добилась, прожила достойную жизнь, раз меня приветствуют даже в теле гладио.

Но момент общего благоговения продлился недолго: сквозь толпу студентов прошли трое мастеров в форме полицейских с ведущим следователем Гюнтером Шефером во главе. Как ни удивительно, они были без гладио.

— Джейна… — передо мной выступил невероятно взволнованный Шефер. Оглядевшись, он тоже склонил голову. — Всё как вы предупреждали, принцесса Джианна, — произнёс шёпотом.

С ним я связалась сразу после побега сестры, и он не стал томить меня с ответом, решил поддержать во всём.

— Уже не принцесса. Рада видеть тебя, Гюнтер.

— И я вам рад, — улыбнулся он, но тут же поник. — У нас приказ короля задержать вас. Вы не изменили решения?

— Нет. Я пойду с вами и не буду сопротивляться.

— Джианна, нет, — Руди дёрнул меня за руку. — Подумай, что станет с Марией, если тебя расформируют.

Ключевое слово «если»…

— Поэтому позаботься о ней, — попросила я, высвобождаясь из его хватки. — Идёмте, Шефер.

— На всякий случай, — шепнул он мне, вкладывая в мою руку ключ от блокиратора.

Что за день? Все пытаются меня спасти. Но должна признать: это приятно.

/Райнер Джерхолд/

— Где Джианна? — потребовал я ответа, влетая в приёмную полицейского участка.

Служащие за стойками приподнялись со своих мест, глядя на меня в удивлении.

И стоило пускать волну дезинформации о собственной смерти, если появился на людях в первый же день? Идущий рядом Фалко наверняка подумал о том же, потому иронично ухмыльнулся, приподняв зелёные брови.

— Мастер-воитель Джерхолд, здравствуйте, — с волнением в голосе произнесла молодая женщина, выходя из-за стойки, и отсалютовала мне.

— Где Джианна? Только не говорите, что её отправили на расформирование.

— Принцесса Джианна… — женщина огляделась и приблизилась, чтобы говорить тише. — Она в комнате отдыха для сотрудников на третьем этаже, общается со следователем Шефером.

— В комнате для сотрудников… — усмехнулся я, прикрыв глаза.

Несусь к ней, боюсь, что опоздал, а она даже не в камере. Джианна действительно не меняется.

Я поднялся на третий этаж, а здесь меня пусть и с неохотой, но проводили до комнаты отдыха сотрудников. На вопрос о причине выбора помещения ответили довольно просто: «Так принцесса же и не собирается бежать». Последнее и обрадовало, и напрягло. К Джианне в первую очередь относились по прошлым заслугам, не обращая внимания на новое тело. Но она не собиралась избегать расформирования. Логично, учитывая, что это норма закона, вот только неприемлемо для многих и для меня, в том числе.

— Не вмешивайся, даже если она меня ударит, — попросил я у Фалко, прежде чем открыть дверь.

— И если попытается убить?

— Не попытается.

— Уже пыталась, — возразил он.

Я знаком с Джианной давно, считал её другом и потому делал ей предложение. Моё отношение не изменилось после её воскрешения, просто обстоятельства сложились так, что мне приходится её опасаться. Джианна не та, кого хочется видеть во врагах.

— Если бы пыталась, я бы уже не дышал, — рассмеялся, толкая дверь.

Комната отдыха оказалась небольшим помещением с мягкой мебелью в тёплой бежево-коричневой гамме. Джианна предстала в форме студента. Она расслабленно сидела на диване, пила кофе и перебирала какие-то бумаги, общаясь с ведущим следователем столицы — Гюнтером Шефером. Они были знакомы много лет, часто взаимодействовали по разным делам, потому разговор проходил в доброжелательной атмосфере. Которая, впрочем, рассеялась с моим появлением.

— Райнер, а я гадала, когда зайдёшь, — улыбнулась Джианна невероятно нежно.

Сразу стало ясно: ещё злится. Я тоже злился за подставу, но это не означало, что останусь в стороне, когда ей грозит смерть.

— Ты не удивлена, — отметил я, проходя в помещение.

— А должна? — идеальная бровь приподнялась в насмешливом выражении.

Знакомые прищур глаз и улыбка были подобны удару под дых. Я похоронил Джианну, оплакал, кажется, почти смирился с её смертью, и вот она снова здесь, не менее опасная, чем раньше, отчаянная, злая и внезапно привлекательная. Тот, кто сотворил с ней это, явно создавал идеал для себя.

— Я ожидал, что ты не поверишь в мою смерть, — мимоходом пожав руку Шефера, опустился в кресло напротив Джианны.

И отметил про себя, что на ней нет блокираторов. В неё настолько верят? Правда, в твёрдости данного ею слова никогда не приходилось сомневаться. Она всегда действовала в соответствии с законом, оказывала содействие в расследованиях, если требуется, потому в полиции её так уважают. Но, конечно, не последнюю роль играют и тёплые отношения с Шефером. Как бы с её подачи не задержаться в местной камере. Стоит ей шепнуть, и меня арестуют или хотя бы оставят на допрос. Всё же из-за неё меня обвиняют в нарушении правил дуэли и убийстве.

— Пожалуй, позволю вам пообщаться наедине, Джианна. Материалы дела оставить? — вежливо уточнил Шефер, поднимаясь с дивана.

— Да, я их изучу. Райнер скоро уйдёт, и мы продолжим. Спасибо, Гюнтер.

— Что-нибудь ещё нужно?

— Вернись с шоколадом. С малиной, если есть.

— Хорошо, — усмехнулся он чуть сконфуженно.

Я тоже удивился, но промолчал, ожидая, когда мы с Джианной останемся одни.

— Твои вкусы изменились?

— Зачем ты пришёл, Райнер? — она отложила бумаги на стол и закрыла папку.

Я лишь успел увидеть пугающие изображения. Она изучала дело о своём убийстве. Видимо, для того и общалась с Шефером. Её хладнокровию можно позавидовать. Она совершенно спокойна, даже глядя на собственную смерть.

— Как тебя вытащить, Джианна? — я решил сразу перейти к делу.

Потому и принёсся сюда, снова напившись поддерживающих настоев, от которых придёт откат. Отравление ещё давало о себе знать.

— Зачем меня вытаскивать? — рассмеялась Джианна, будто я выдал несусветную глупость.

— Потому что это неправильно, ты…

— Да, моё существование неправильно. Отец впервые прав, закон един для всех, а инженеры Традана не боги. Мы не можем допустить прецедента, даже для меня. Точнее, особенно для меня, ведь это ляжет пятном на правлении Марии.

— Если правильно преподнести информацию, люди примут. Будто ты сама не знаешь…

— Райнер, ты первый, кому выгоден мой арест. Зачем ты хочешь меня вытащить? Чтобы допросить без препятствий и выяснить, где Мария? Её там уже нет. Я предполагала такой исход. Она должна покинуть своё убежище в случае моего ареста.

— Это не я, — горячо возразил, протягивая ей руку. — Можешь проверить.

Она нахмурилась, приглядываясь к моему лицу, и медленно качнула головой.

— Так поняла, ты меня простил, — она отпила кофе и откинулась на спинку дивана.

— Я ещё злюсь, — проворчал. — Ты отравила меня и подставила.

— Яд был лёгким, — ясно улыбнулась она, продемонстрировав белоснежные зубы.

Всё в ней казалось идеальным и притягательным: черты лица, тело, голос. Для чего создавать такой образ, если не из желания получить её?

— Да, якобы для ослабления противника, — выдохнул я, вновь ощутив вспышку злости.

В общении с Джианной это норма, половину времени хочется её придушить, другую — не можешь избавиться от восхищения. Если бы я подавил гордость в своё время, если бы проявил больше настойчивости, возможно, смог бы добиться от неё согласия на брак и защитить её от убийцы. Она стала бы прекрасной королевой. А для комфортного сосуществования хватило бы и установившейся между нами дружбы.

— Послушай, Руди у нас, а Мария рано или поздно выдаст себя. Ты не нужна мне на пути получения трона. Я здесь по другой причине.

— А подозреваемым в убийстве можно похищать людей? — ухмыльнулась она, но взгляд хлестнул яростью.

— Он с нами добровольно, — с улыбкой соврал я в ответ. — Но ты отходишь от важного для меня. Как тебя вытащить?

— Райнер, я уже говорила Конраду, что никуда не пойду, — она устало помассировала переносицу.

— Придётся пойти. Или хочешь, чтобы Мария и все твои друзья снова тебя хоронили? — пророкотал ожесточённо.

Свадьба Джианны должна была стать началом перемен, а обратилась крахом всех надежд и болью. Вместо того чтобы слушать её ворчание по поводу скучного бала и тесного платья, мне пришлось нестись в столицу на церемонию прощания и похороны.

— А давить на чувства ещё неправильнее, — алая сердцевина в зелёной глубине её глаз загорелась огнём.

— Джи, ты же меня знаешь, я тебя вытащу. От тебя зависит, будет это грубо или тонко.

— Ты, правда, обо мне заботишься? — спросила она как-то обречённо.

Джианна никогда не умела принимать заботу о себе.

— А ты думаешь, не должен? Мы же друзья. И ты спасла меня. Это не первый раз.

Два года назад она помогла мне разобраться с разыгранной вокруг меня подставой. Тогда я предвкушал получение первого ранга, а столкнулся с обвинением в незаконной продаже продуктов, предназначенных для военных. Естественно, намеревался разобраться сам, но поделился бедой с Конрадом, а он связался с Джианной. Она распутала этот клубок интриг за сутки, а от моих благодарностей только отмахнулась, будто не сделала ничего особенного.

— Наверное, я прожила хорошую жизнь, — произнесла она почти неслышно.

Яркую уж точно. Никого не оставила равнодушным.

— Ну, что ты решила? Выйдешь на моих условиях или…

— Вот поэтому я не пошла за тебя замуж. Ты всегда поступаешь по-своему.

— Да нет, просто в день нашей дуэли я оступился во время боя, — лучезарно улыбнулся. — Значит, выбираем грубый вариант?

— Ладно. Свяжись с императором Вилдбэрном, — произнесла она почти приказным тоном. — Скажи, что в воскресшей принцессе проявился портальный дар.

Точно, ведь как иначе она могла исчезнуть из закрытого помещения?

— И Вилдбэрн вмешается в дела чужой страны? — засомневался я.

— Кириус совместно с Тринатой, Альвианом и Акрией формируют портальную сеть для закрытия Разлома. Они обязательно вмешаются.

Впервые слышу. Видимо, это закрытая информация. Но такая радостная. Сколько хороших людей погибло от когтей порождений или в агонии от отравления мглой. А теперь появился шанс на окончательное закрытие Разлома и избавление от единой для всего мира беды.

— И ты, зная, что портальный дар может послужить во благо, пришла на расформирование? — обвинил я.

— Я хоть и бывшая, но принцесса, и обязана подчиняться закону. Как и ты, Райнер.

— Не в этот раз, — отрезал я, поднимаясь с кресла. — Потяни время. Я всё устрою.

— Ещё один безумец, — вздохнула она, отпивая кофе.

Только сейчас заметил, что напиток с молоком вопреки её прошлым вкусам. Может, это знак смягчения её нрава?

— Потяни время, — повторил я.

— Иди уже. Бесишь, — взмахнула она рукой.

Усмехнувшись, я направился на выход. Фалко вышел следом за мной.

— Думаешь, это сработает? — спросил он с тревогой в голосе. — Не похоже, что она желает освобождения.

— Возможно, она выжидает, перетягивает внимание на себя, чтобы Мария смогла улизнуть, — пожал я плечами. — Это же Джианна.

— Ты уверен, что её стоит освобождать?

— Я её должник. Но будет лучше, если после освобождения она будет у меня на виду.

Артефакт связи в кармане затрезвонил. Со мной пытался связаться Конрад.

— Я у Джианны. Есть вариант её вытащить, — сообщил сразу, чтобы избежать обвинений и ругани.

Арест Джианны шокировал всех нас, а его вверг в отчаяние.

— Как? — взгляд Конрада загорелся надеждой.

— Нужно достать контакт Вилдбэрна.

— Он у меня есть, — раздался голос Марии на заднем фоне.

— Принцесса хочет с тобой поговорить, — пояснил Конрад.

Надо же… Я весь в предвкушении. Но стоит быть внимательным. Вдруг где мелькнёт паутинка сети интриг Джианны.

/Мария Аскания/

Карета остановилась точно у проулка, в тени которого затаилась я. Дверь распахнулась, и в воздухе замерцал защитный барьер, чтобы закрыть от возможных атак. Но вряд ли кто-то будет на меня нападать. Наследница нужна живой.

— Быстрее, — шепнул Зан, выглядывая наружу.

До боли прикусив щеку изнутри, чтобы придать себе смелости, я пробежала к карете и запрыгнула внутрь. Но чуть не споткнулась. Мастер деликатно поддержал меня под локоть и помог сесть, после чего закрыл дверь.

— Сомневаюсь, что Джианна рекомендовала обратиться ко мне, — синие глаза смотрели устало и настороженно.

— Да, она посоветовала мне скрыться с Руди и вернуться замужней после смерти отца, либо бежать в другую страну и просить политического убежища. Дала деньги, расписала, как всё провернуть, — перечислила я безэмоционально, стараясь не выдать свою ложь.

Джианна постаралась предусмотреть всё. И если Руди станет недоступен, она потребовала от меня выйти на оппозицию и изобразить принятие всех условий. Только просила дождаться выполнения приказа короля, но я решила по-своему.

— Ожидаемо. Но вопреки её рекомендациям вы связались со мной…

— Я не позволю сестре снова умереть. Не собираюсь снова терять Джианну, — ответила, твёрдо посмотрев в его глаза.

Если сбегу, она погибнет. По словам сестры, она выбрала оптимальный вариант, её жизнь не должна бросать тень на моё правление. Но мне не нужен трон, не нужна власть, даже не нужен Традан, если рядом не будет её. С самого детства лишь Джианна заботилась обо мне и дарила свою любовь. Погибнет она — и что останется от меня? Жалкая, помыкаемая тень в вечном горе об утраченном.

— Думаете, сможете её уговорить? Она не заперта в участке, её магия не заблокирована. Джианна пришла добровольно и упряма в своих намерениях, — взгляд Зана наполнился мукой, а голос поник.

— Вы видели её? С ней точно хорошо обращаются? — уточнила взволнованно в надежде получить информацию о сестре.

— Да, пытался уговорить сбежать. Она даже не стала слушать. Не волнуйтесь, принцесса, к ней относятся с тем же уважением, что при жизни.

— Хорошо, что её не обижают, — улыбнулась, коснувшись дрожащими пальцами груди, где гулко билось сердце.

Мне было страшно выбираться из своего уютного убежища и обращаться к тому, кому совершенно не доверяю, но Джианна никогда не позволяла личному мешать на пути достижения целей. Она считала, что нужно использовать все ресурсы. Я сама была не в состоянии ни на что повлиять, зато сестру за меня мог спасти уважаемый мастер-опустошитель первого ранга. У него больше возможностей и связей, сестра доверяла ему. И будто даже была расположена. Её голос в последний раз зазвучал невероятно мягко, когда разговор зашёл о Зане.

— Вы же знаете Джианну, её не уговорить, — прошептал он почти обречённо.

— Значит, заставим её остаться с нами.

— Похитим, например? — усмехнулся он. — Принцесса, она гладио «А-плюс»-класса, её сложно заставить.

— Значит, отменим приказ отца. Наверняка ведь есть лазейка. Хоть что-то!

— Он король, — покачал головой Конрад, но сапфировый взгляд наполнился металлом.

Показалось, проходит общение с Джианной, и разговор постепенно подведёт меня к решению. Может, интриги — не моя сильная сторона, но мной так долго манипулируют, что касания нитей кукловодов ощущаются почти физически.

— Не нужно уловок. Я здесь, потому что отчаялась и готова умереть за сестру, — произнесла уверенно.

— Король не показывается на людях, приказы доносит его советник Изаак Рёдер. Вы можете поднять вопрос о недееспособности отца и заявить о своих правах на трон. В том числе подвергнуть сомнению все его последние приказы. Но…

— Я должна быть замужем, — кивнула, прекрасно понимая, к чему он ведёт.

Даже сестре пришлось пойти на помолвку и начать готовиться к свадьбе, чтобы выстроить свою дорогу к трону. Таков закон: претендент на трон должен находиться в браке, чтобы обеспечить страну наследником.

— Если пойдём по этому пути, то предстоит полусиловой захват власти. Вам придётся войти во дворец при серьёзной поддержке военных высших рангов. У Герлинга такой поддержки нет.

— Зато есть у вас.

— Есть, но я не могу выступать один, как и стать вам мужем. Происхождение не позволяет.

— Джерхолд погиб. Кто следующий на очереди? — иронично улыбнулась я.

— Райнер не погиб. «Утка» в жёлтые газеты была заброшена, чтобы взять передышку и отсрочить дачу показаний. Он сейчас у Джианны.

— Что⁈ — удивилась я. — И что он хочет от сестры? Узнать, где я? Насладиться триумфом? Поиздеваться?

— Райнер уговаривает её сбежать.

— Что⁈ Я думала, с его подачи её и задержали!

Одна новость невероятнее другой. И Джерхолд жив, значит, вариант с более приятным для меня мужем отпадает, и при этом он намерен вытащить сестру из участка.

— У Райнера и Джианны сложные отношения, но по итогу они не желают друг другу зла, — поморщился Зан, будто этот факт ему чем-то не нравился.

— Отношения? Райнер и Джианна были близки⁈ — прижав пальцы к губам, я даже приподнялась на скамье, шокированная его заявлением.

— Они друзья. По крайней мере, насколько может быть дружна с кем-то Джианна. Были ли они в близких отношениях, не знаю. Меня это и не касается. Но Райнер наплевал на брошенную «утку» и помчался в участок к Джианне. Вряд ли уговорит, но прямо заявит, что ей никто не позволит умереть.

— Я совершенно ничего не понимаю. С другой стороны, Джианна никогда не отзывалась о Джерхолде как о враге…

— Мы не знаем, кто выдал секрет Джианны, подозреваем, заявил о себе её убийца.

— В голове не укладывается. Я столько всего неверно толковала. И вам будто небезразлична судьба Джианны, мастер Зан.

— Так и есть, Джианна важна для меня, я не желаю ей зла, — голос мужчины смягчился, глаза на миг наполнились эмоциями. — И для меня её благополучие важнее ваших чувств и удобств, принцесса.

— Что вы имеете в виду? — я задохнулась от ужаса.

— Что я вас не отпущу. Мы свяжемся с Райнером, вы обговорите условия вашего союза. Ради спасения сестры вам придётся выйти за него замуж и заявить права на трон, — произнёс он жёстким тоном. — И как можно скорее.

— Хорошо, — прошептала я, тихо выдохнув с облегчением.

После его заявления решила, что вышла на врага и дальше меня ожидают смерть или плен. А он лишь не собирается давать мне возможность передумать. Ради Джианны. Похоже, она действительно для него важна.

— Но, может… — заговорила я, прикусив губу.

— Что? — уточнил он.

— Можно мне выбрать другого мужа, не Джерхолда? Клауса Урбана, например. Знаю, он увлечён женой, и ему не будет до меня дела.

— Джерхолд — лучший вариант, принцесса. Его происхождение, ранг, прошлые заслуги и поддержка военных позволят избежать неприятия со стороны знати и населения. Помимо этого он прекрасный друг, уверен, станет вам хорошим мужем. С ним вы будете чувствовать себя в безопасности.

— Он мне не нравится, — призналась я, но понимала, насколько это слабый аргумент.

Сестра выбирала мужа исходя из полезности и происхождения. Насколько знаю, они с Людвигом не ходили на свидания и ни разу не целовались. Джианна тщательно следила за своей репутацией и до самой смерти не была близка с мужчиной. Я могла гордиться только тем, что моё падение произошло в совершеннолетнем возрасте.

— Уверен, вы найдёте общий язык, — тон слов Зана не предполагал возражений.

Передо мной сидел военный в высшем ранге, он привык отдавать приказы и не стремился смягчить для меня реальность. Джианна умела подавать информацию тоньше в зависимости от ситуации. Я бы хотела слышать не об отсутствии выбора, а о положительных сторонах. Ранг, заслуги и отношение к друзьям теряют своё значение, когда мужчина приходит в спальню к женщине. Людвиг тоже внешне был благороден, красив и пользовался уважением, только как же он оказался жесток наедине со мной. Впрочем, это вопрос моих личных ожиданий, от Джерхолда мне нужно одно, выполнение моих условий. Я не сильна в интригах, но всё же могу заставить его подчиниться. Если правильно выскажу угрозу, тогда добьюсь желанного. Страна получит сильного правителя, а мы с Джианной — свободу ото всех. Нужно лишь немного потерпеть неприятного мужчину. Это будет намного проще, чем уговорить сестру выбрать счастье со мной.

— Тогда вызывайте Джерхолда, мастер Зан, и мы обговорим условия нашего брака, — махнула я рукой, отворачиваясь к окну. — Лучше сделать это быстрее. Перед встречей я выпила яд. Если Джерхолд не примет моих условий, будете проводить переворот без меня, — голос на последних словах стих и задрожал.

Раньше мне не приходилось никому угрожать. Но эффект неожиданно понравился. Зан сердито выругался и принялся связываться с Джерхолдом, моим будущим бывшим мужем.

* * *

— Где она? — раздался из соседней комнаты встревоженный голос Джерхолда.

Волоски на теле приподнялись от волнения, а сердце совершило в груди невероятный кульбит. Я отставила на журнальный столик чашку с чаем, боясь не удержать её дрожащими руками.

— В гостиной, — послышался ответ Зана.

Он привёз меня в свою городскую квартиру и всю дорогу пытался уговорить принять противоядие. Но ничего не добился и оставил одну в гостиной за чаепитием, пока мы оба ожидаем приезда Джерхолда. И вот спокойные мгновения завершились, мне предстояло обсуждение условий брака. Главное, не дрогнуть, стоит вопрос моего будущего.

— Принцесса Мария, — дверь распахнулась, являя Райнера Джерхолда.

На мгновение показалось, мы снова в кабинете академии, и он пришёл, чтобы опозорить меня перед записывающими артефактами журналистов. Наверное, потому что внешне он выглядел так же, как в тот день. Военные редко расстаются со своей формой. Разве что прибавилось теней от усталости на лице. Райнер сейчас казался ещё выше и взрослее, чем раньше. Интересно, какая между нами разница? Десять лет? Скорее, пятнадцать. Маги стареют медленнее, особенно такие сильные.

— Это правда, вы выпили яд? — тёмно-зелёные глаза посмотрели в мои с препарирующим желанием докопаться до правды.

— Мастер Зан проводил диагностику, но можете повторить, — махнула я рукой.

Хотела, чтобы жест вышел беспечным, а получилось чрезмерно дёрганно.

— Не вижу смысла, раз проверка проводилась, — Джерхолд снял фуражку с головы и, тяжело ступая, прошёл к креслу, стоящему напротив моего. — Вам нужен целитель? — уточнил и опустился на сиденье.

— Нет, я чувствую себя… сносно, — поморщилась.

На самом деле меня тошнило и кружилась голова, но думаю это эффект волнения, а не последствия от выпитого яда.

— Мария, мы не собираемся вредить вам. Отравление излишне…

— Вот мои условия, — я придвинула к нему по столешнице столика свои наброски. — Черновик брачного договора.

— Когда нужно принять противоядие? — уточнил он, лишь мельком взглянув на бумаги.

— Через пять часов, — ответила я после сверки с наручными часами. — Но яд — лишь демонстрация моих намерений. Я не дорожу жизнью и не вижу будущего без сестры. А счастье для меня заключается в избавлении от обязанностей и давления посторонних.

— Что вы имеете в виду? — когда хмурился, Джерхолд выглядел ещё старше.

— Всё отражено в бумагах, — тускло улыбнулась я и поднялась с кресла, чтобы пройти к окну. — Ознакомьтесь.

Мужчина отложил в сторону фуражку и взял мои наброски. Некоторое время царила тишина. Джерхолд читал, я любовалась видом из окна сквозь полупрозрачный тюль. Порывистый ветер кружил в хороводе крупные хлопья снега. Прохожие возводили взгляды к небу, спешили спрятаться в тёплых домах от наступающей зимы. В мою душу она пришла намного раньше. Смерть сестры покрыла всё светлое слоем льда и снега. Её воскрешение подарило надежду на наступление весны, но та почти истаяла под властью обстоятельств. Я ощущала, что подступила к краю отчаяния и готова исчезнуть вместе с Джианной, если не удастся её спасти.

— Я правильно понял, вы намерены родить наследника и развестись со мной? — слова Джерхолда прозвучали на удивление ровно.

Наверняка и его устроили мои условия. Не нужно жить с равнодушной и неинтересной девушкой. Несколько ночей вместе, а если повезёт, даже одна, и потом можно попрощаться, чтобы подобрать более подходящую жену.

— Да, я откажусь от притязаний на трон в пользу рождённого от вас ребёнка. Вы станете регентом при нём. Род Аскания сохранит за собой корону.

— А вы? Откажетесь от своего ребёнка?

— Это будет ваш ребёнок, ваш и рода Аскания. Я откажусь и от фамилии.

И тогда наступит настоящая свобода от всего и ото всех. Нужно только вытащить сестру и убедить её, что это лучший и самый желанный для меня вариант. Надеюсь, её любви хватит, чтобы принять мой ход.

— Принцесса Мария, ваши условия неразумны. Понимаю, вы против навязанного брака и разбиты поступками Аденауэра, но позвольте себе узнать меня. Уверяю, вас ждёт брак в уважении.

— Опасаетесь, что развод скажется на вашей репутации? — предположила я, отворачиваясь от окна. — Разве вас самого не тяготит необходимость жениться на незнакомке?

— Я аристократ, как и вы, принцесса, — слова Джерхолда напоминали скрежет металла. Похоже, его всё же разозлили мои условия. — Не на вас, так я женился бы на другой одобренной родом девушке. Как и для вас отец либо сестра подобрали бы подходящего жениха. Это норма, а не случай из ряда вон. Или вас не устраивает конкретно моя кандидатура? Насколько знаю, вы влюблены…

— Я не влюблена, — прервала его сердито. — Не стоит придумывать то, чего нет.

— Значит, дело во мне, — заключил он.

— Лишь отчасти. Я не вижу разницы между вами и Людвигом, — вздёрнула руку, прерывая его возражения. — Как и разницы между любым из мужчин. Мне неприятна мысль о браке, а необходимость близости с кем-либо вызывает отвращение. Я готова потерпеть несколько раз, пока случится зачатие. Но очень надеюсь, что при поддержке настоек у нас получится сразу же и повторения не потребуется. Естественно, я понимаю, что мужчины зависимы от животных инстинктов и только одобрю связь на стороне.

— Похоже, Людвиг легко отделался, — внезапно зло и неожиданно для меня заявил Джерхолд. — Вы пережили травмирующий опыт, принцесса. Дайте мне возможность доказать…

— Меня не нужно разубеждать, — замотала головой, скривившись от неприятных воспоминаний.

Людвигу было плевать на моё удовольствие, а в моменты, когда он вдруг проявлял интерес к моим желаниям, казался другим человеком. И чем внимательнее я присматривалась, тем больше уверялась, что так оно и есть. Видимо, Бруно как раз пытался добиться отклика, даже был нежен. Вот только ничего не менялось, я ощущала постоянный стыд и омерзение ко всему, в том числе к себе.

— Мои условия прописаны, я не собираюсь их менять. Само собой, как только приму противоядие, вы можете отказаться от всех наших договорённостей, принудить меня к браку и требовать подчинения, но проконтролировать во всём не сможете. Особенно во дворце. Однажды я доберусь до балкона или до нового яда. Но если вы будете соблюдать мои условия, обещаю не доставлять вам неудобств.

— То есть, откровенно говоря, у меня нет выбора. Либо жениться на вас на этих условиях, либо бросить в беде, — заключил он неопределённым тоном.

— Брак необходим, — согласилась я с обречённостью смертника. — К счастью, эта необходимость временная. Каждый из нас сможет обрести свободу из этой клетки.

— Клеткой наш будущий брак считаете только вы, принцесса, — отозвался он недовольно. — Да, мало кто обрадуется браку с незнакомкой, я не исключение. Но мне известно, в чём мой долг, и я считаю, отношения можно построить даже в договорном союзе. Было бы желание.

— У меня его нет. Я здесь потому, что хочу спасти сестру.

— В этом наши желания схожи.

— Я рада. Хотя меня и удивляет ваше стремление помочь Джианне. Мастер Зан сказал, что вы друзья. У меня не было друзей, но дружба представлялась иначе.

— С Джианной возможна только такая. По крайней мере, с её стороны. Да, мы не враги, надеюсь, однажды вернёмся к тем отношениям, которые были до её смерти.

Неужели они правда были близки? Может, потому Джианна так рьяно протестовала против этого брака, что банально ревновала? Ну нет, это даже представить сложно. Как ни смешно, Джианна невиннее меня.

— Ладно, как сказал, у меня нет выбора, — Джерхолд неприязненно тряхнул моими набросками. — Я приму ваши условия. Но буду надеяться, ваше отношение ко мне станет мягче.

Если он спасёт Джианну, то вполне.

— Тогда передайте мне контакт императора Вилдбэрна. Я попытаюсь договориться о дипломатической неприкосновенности для Джианны.

— Думаете, сработает?

— Джианна предложила этот вариант. Должно сработать.

— Значит, она хочет освободиться? — обрадовалась я.

— Нет, просто не хочет, чтобы я вытащил её своими методами.

— Вот как? — расстроилась я, а по позвоночнику прошёл холодок.

Знала о его методах, ведь сама попала в расставленную им ловушку.

— Также я вызову юриста. Составим на основе ваших условий брачный договор, подпишем и поженимся.

— Поженимся⁈

— Во дворец вы должны войти, будучи в полном праве требовать ответа от короля. Не вижу смысла откладывать. А торжественную церемонию благословения стихиями можно провести позднее.

— Можно и без неё, — обняв себя руками, отвернулась.

В памяти явственно предстала Джианна в окружении окровавленных обрывков свадебного платья.

— Церемонию проведём, — отрезал Джерхолд. — Должны же быть условия и у меня.

— Если условие лишь в церемонии, не вижу смысла вам отказывать.

— И брачная ночь. Она тоже пройдёт сразу, — заявил он, поднимаясь с кресла.

— Но… в ней нет смысла, — пролепетала я в полнейшем неприятии. — Я пила противозачаточную настойку, она ещё действует.

— Консумация обязательна. Я не уверен, что вы вышли на меня не по настоянию Джианны. Вдруг вы восстановили невинность, чтобы позже потребовать аннулирования брака на основе моей недееспособности.

— Зачем мне так делать? — ахнула я, совершенно растерянная и смущённая его заявлением.

— Тем более. Вы не невинны, значит, консумация пройдёт просто.

— Я ничего не восстанавливала, — ответила, с трудом сдержав нотки обиды в голосе. — Консумация будет, но сначала мы войдём во дворец и заявим о желании забрать трон. Зачем мне терпеть, если по итогу ничего не получится?

— Значит, на этом и решим, — выдохнул он сердито, и малахитовые глаза на миг вспыхнули жёлтым светом его магии. — Теперь вы примете противоядие, принцесса? Оно с вами?

— Теперь выпью, — подтвердила, демонстрируя ему потайной карман за оборкой платья, куда вшила капсулу.

— Пейте при мне. Потом я проведу диагностику, — произнёс он бескомпромиссно.

Джианна говорила, Джерхолд своенравный и упрямый, похоже, здесь она оказалась права. Надеюсь, она не ошиблась и в оценке степени его благородства. Не хотелось бы, чтобы он отыгрывался на мне в наши редкие совместные ночи, как это делал Людвиг. Хочется верить, что не все мужчины одинаковые.