/Кэссиди Сэнфордэску/

Я коротко выдохнула, переживая момент боли, и прикрыла глаза, стремясь подавить сигналы тела.

— Прости, — прошелестела Стефэния. — Прежде мне не приходилось рисовать иглой по человеческому телу.

— Всё в порядке, — отозвалась я, возвращая рассеянный взгляд к разложенным передо мной записям.

— Ты торопишься с нанесением, — изображение Марко на экране алофона зарябило, но снова стало чётким.

Брат летел с Сандой и Кастэлем на воздушном судне в саванну по следам Ранзо. А я сидела в заброшенном доме и спешно впитывала в себя знания о портальной магии, пока Стефэния вырезала на моём теле первую линию преобразователей, призванных снова сделать меня «богом».

— Нет времени, — напомнила я ему.

— Если мы успеем остановить Ранзо, времени будет предостаточно.

— Нам это неизвестно. Ранзо давно добрался до места и может начать действовать в любой момент.

Либо меня снова водят за нос. Возможны любые варианты. Конечно, «союзники» рассматривали возможность предотвращения причины, но решили не рисковать и начать готовиться к ритуалу. То есть закрыть разлом раз и навсегда. И не приступали к работе только из-за меня, ведь я должна была их всех спасти.

— Понять бы, как он сумеет пробраться на охраняемую базу, — проворчал Марко. — Мне кажется, угроза открытия разлома — новая ложь, чтобы ограничить тебя по времени в раздумьях.

— Я прослушиваю их разговоры, они не лгут и серьёзно встревожены. Меня больше напрягает, что Александреску мог соврать.

— Нет, он намерен помочь, — проворчал Марко. — И мама напугана. Не сомневайся в них.

— Я сейчас ни в ком не уверена.

— Даже во мне?

— Я сижу перед тобой в лифе и обсуждаю преобразователи для добавления в систему моего тела, так что как ты думаешь, я в тебе уверена?

— Прости, сестрёнка, — он прикрыл глаза и медленно выдохнул. — Что думаешь по поводу портального перемещения? Не представляю, как приладить к алхимии письмена магов.

— А у папы получилось, — я подняла перед алофоном чертёж прибора, сдерживающего пространственные колебания. — Я ведь иногда размышляла в направлении закрытия разлома и отбрасывала эту идею, как несостоятельную, а у него получилось. Он обратился к магии, вычленил принцип работы магических письмён и создал на его основе алхимические преобразователи. Мне как-то надо, опираясь на алгоритм его действий, создать преобразователь меньшего масштаба, чтобы добавить к своей системе.

— У тебя там полный дом магов, — напомнил он неприязненно.

Похоже, после совместного закрытия разлома Стоудор навсегда поссорится с магическими странами.

— Ну да… — вздохнула я, глянув на дверь, и пустила воздушную волну с просьбой о помощи.

Джианна принеслась в комнату через три минуты. Взгляд её необычных глаз наполняли ошеломление и настороженность. Следовавший за ней Конрад Зан тихо выругался, когда увидел, в каком я виде, извинился и закрыл за супругой дверь.

— Как ты влезла в мою голову? — подозрительно уточнила Джианна.

— Никак. Отправила эхо, — я поманила её пальцем. — Мне нужно понять принцип действия ваших плетений, чтобы создать на их основе преобразователь.

Джианна нахмурилась, присматриваясь к Стефэнии.

— Тогда что рисует принцесса?

— Необходимые мне дополнения.

— Понятно, — кивнула она, проходя к столу, и заняла свободный стул.

Тоже не доверяла мне, но это я как раз могла понять. На данный момент не имела права безоговорочно верить даже Марко, что бы ему ни говорила.

Мы углубились в обсуждения, вскоре позвали за наш столик и Джослин, как ещё одного дипломированного мага. А там к нам напросились и Виолет с Кассией, чтобы поддержать и подсказать. Участие ведьмы действительно ускорило процесс, она решила возникшую у нас проблему с системой связок разных функций преобразователей с помощью сигмы.

— Я всё, — вскоре утомлённо сообщила Стефэния. — Надеюсь, моих навыков рисования хватило.

— Хватило, — подтвердила я, направляя поток силы по новым преобразователям.

И окружающее вспыхнуло яркостью ощущений. Мне вновь стало доступно видеть тонкие нити связи, течение силы и магии в пространстве. Правда, времени действительно было мало, потому пришлось рисовать на себе много того, что, возможно, и не нужно.

— Я могу ускорить заживление и обработать раны, — деликатно предложила Джослин. — Тебе, наверное, больно. Ты истекаешь кровью.

— Не стоит, пока не нанесён последний знак. Если, конечно, там осталось место для ещё одного преобразователя…

— Зависит от его размаха, — деловито сообщила Стефэния. — Не думала, что на тебе столько рисунков. А под штанами тоже есть?

— Даже на пальцах ног. Свободна только задница, — фыркнула я, отодвигая от себя бумаги, и положила руку на столешницу.

В воздух поднялся дымок, когда на потёртой поверхности старого стола начали выжигаться линии созданного совместными усилиями преобразователя.

— Думаешь, разумно его испытывать? — уточнила Джослин встревоженно. — Создание порталов требует много сил. Как долго восстанавливаются алхимики?

— Мне надо прикинуть расход для дальнейших расчётов. Возможно, не хватит даже моего сосуда. Но предполагаю, открытые портала соразмерно по затратам энергии созданию прохода за грань.

На столешнице образовался выжженный преобразователь, и я коснулась его, чтобы влить силу. Старалась вкладывать как можно меньше и ориентироваться на перемещение на расстояние в метр. И получилось! Над столом начал формироваться голубоватый шар портала, а чуть дальше от него соткался второй. Хмыкнув, Джианна бросила в первый скомканный лист, и тот вылетел из второго прохода. Я сразу прекратила воздействие. Оба портала рассеялись.

— Получилось! — радостно улыбнулась Виолет. — Мы такие молодцы!

— Что ты можешь сказать по расходу? — обратилась ко мне императрица драконов.

— Что рискую погибнуть за вас, — подытожила, передавая Стефэнии через плечо рисунок нового преобразователя. — Сможешь?

— Сложный, — отозвалась она сипло.

— Я смогу, — вызвалась Джианна, обращая пальцы острыми лезвиями. Думаю, со своим уровнем резерва она могла обращаться любым оружием. — Сделаю быстро. Если доверишься.

— Сделай, — кивнула я.

Стефэния уступила место Джианне, и та приступила к работе. Рисовала действительно споро и профессионально. Всё же она только выглядела молодой, а душа её была намного старше. Джианна Аскания успела и получить образование, и построить блистательную военную карьеру, должна была и сесть на трон, да не сложилось, она погибла в день собственной свадьбы, а очнулась уже в новом теле. Чтобы стать портальным магом и однажды спасти мир.

А раз мы завершили с исследованиями, я отодвинула от себя бумаги с грифелями и пододвинула чашку с остывшим кофе.

— Могу согреть, — вызвалась Кассия. — А… уже не надо, — пробормотала, заметив, что из чашки повалил пар.

— Алхимики удивительные, — отметила осторожно Джослин. — В тот день ты перекрыла нам доступ к резерву, ведь так? А Дорос упоминал, что ты можешь лишить слуха и остановить сердце.

— Я могу воздействовать на каждую клетку в ваших телах, посылая импульсы энергии от преобразователей по любой твёрдой поверхности или воздуху, если говорить о менее слабых трансмутациях. Маги развивают свою связь со стихиями, алхимики работают с внутренними резервами. Мы… можем достигнуть уровня богов. К нашему общему счастью, таких алхимиков мало, и не все из их числа знают, как этого добиться или вообще стремятся к подобной силе.

— Ты знаешь? — спросила взволнованным голосом Кассия.

Во взгляде светло-зелёных глаза удивительным образом соединились недоверие, восторг и страх.

— Я уже достигла, — сообщила прямо. — Десять минут назад.

— Значит, вот что наносила принцесса, — протянула Джианна. — И какого это, чувствовать себя богом?

— Я могу обратить прахом всё на расстоянии в сотни километров, и не в состоянии спасти любимого. Чувствую себя так же беспомощно, как обычный человек на пороге беды.

— Ты не одинока, — вздохнула Виолет. — Все мы в ужасе.

— И это мягко сказано, — нервно усмехнулась Кассия, проведя ладонью по встрёпанным пепельным волосам.

— Всё, проверь, — объявила Джианна.

Я пустила импульс силы и отметила, как расширилось моё внутреннее зрение, указывая теперь и незримые подпространственные связи.

— Что ж, предлагаю всем собраться через десять минут и обсудить план, — я поднялась из-за стола и прошла к стоя́щему чуть поодаль ростовому зеркалу.

На моём теле оставалось всё меньше свободного места. Но не уверена, что мне понадобится добавлять новые преобразователи. Да и может не представиться шанса, ведь открытие стольких порталов, скорее всего, меня уничтожит.

— Почему вы не уходите? — удивилась я, заметив, что все женщины так и сидят на своих местах.

— А ты… точно спустишься? Теперь ты можешь просто уйти, — пояснила Кассия, судорожно стиснув между собой пальцы на столешнице.

— Да, я спущусь.

И расскажу о том, что задумала.

— Идёмте, — махнула рукой Джианна. — Если и уйдёт, это её право. А мы будем действовать по изначальному плану, пойдём и закроем, наконец, этот прокля́тый разлом. И так долго растягивали удовольствие.

Джианна, Кассия и Виолет ушли. В комнате остались только Стефэния и Джослин.

— Я помогу обработать раны, — пояснила императрица, выкладывая из сумочки на поясе мотки бинтов и баночки со снадобьями. Насколько знала, она была боевым целителем. — И выпей настой. Он восполнит потерянные из-за кровопотери силы. Магические эликсиры ведь не вредны алхимикам?

— Не вредны, — подтвердила я, возвращаясь к столу, и села к ней спиной.

— Ты пойдёшь за ним? — тихо спросила Джослин.

— А ты как думаешь?

— Я бы пошла за Итаном и за грань, — призналась она грустным голосом. — Думаю, и ты готова на всё ради своего Эрика.

— Так и есть. Хочешь меня отговорить? Поэтому осталась?

— Нет… я… поддержу тебя, — ответила она на выдохе, чем сумела меня удивить. — Думаю, мы сошли с пути, раз начали решать, кто достойнее жить.

От её слов сердце задрожало и стало тесно в груди от переполняющих меня эмоций. И меня рвёт на части эта дилемма. Но никто никогда не подскажет, как именно правильно и где рубеж перехода к ошибке. Мы можем только действовать, идти до конца, не сдаваться на пути достижения своих целей и делать всё, чтобы не предать свои идеалы. Я давно не праздная аристократка, я солдат Стоудора, сильнейший в мире алхимик, и моя сила должна спасать жизни, а не губить их. Не мне определять, кто достоин спасения, а кому следует умереть. Я не судья. И они тоже. Просто каждый борется за себя и своих близких. И так случилось, что их борьба задела мою жизнь. Я не обязана их любить, но и не имею права бросать в беде. Значит, попробую помочь всем.

— Я вас не оставлю. Хочу рискнуть и обойти закон алхимии. Спасти всех и никем не жертвовать.

— Надеюсь, это возможно.

— Я тоже.

«Я на пути к тебе, Эрик. Не сдавайся».

* * *

— Исключено, — отрезал император Вилдбэрн, коротко взмахнув рукой.

Видимо, этот жест предполагал завершение всех споров, но я не была его подданной, потому только приподняла бровь, требуя продолжения.

Разговор проходил за большим круглым столом, здесь собрались все портальные маги и их супруги. Но пока что общались или, скорее, спорили только я и Вилдбэрн. Остальные слушали наши пикировки.

— Ты намерена рисковать своей жизнью, когда тебе следует сидеть здесь и ждать сигнала, — продолжил он назидательным тоном, какой очень любила Флорентина. Наверное, все правители одинаковые. — А ты собираешься открыть портал на границу Стоудора, что уже потребует огромного влива сил, и отправиться спасать…

— Любимого, — мягко завершила за него речь Джослин и коснулась его сжатой в кулак руки.

Лицо ледяного мага дрогнуло на миг, но вновь стало непроницаемым.

— Вот именно. Кэссиди, ты уже не смогла раз защититься, не смогла напасть на Вегу. Что случится, когда вы встретитесь вновь? Вдруг снова не сумеешь напасть, а он снова выстрелит. Если ты погибнешь, погибнут и портальные маги.

Да уж, император бил по больному, умело воскрешая болезненные воспоминания из недавнего прошлого. Я действительно не смогла напасть на Эрика и не уверена, что смогу при новой встрече. Слишком люблю и не хочу видеть его врагом.

— Если не перемещу Эрика до закрытия разлома к Александреску, и он не освободит его разум, тогда потеряю его, — ответила я ровным тоном, несмотря на душевный раздрай. — Королева сказала, асатру погибнут после закрытия разлома. Думаю, потому она и закрепила его удержание, не пыталась даже думать в направлении постепенного закрытия. Как только вы закроете разлом, без моего участия погибнут не только портальщики, но и Эрик.

— Твой план нереален, тебе не хватит сил спасти всех, — на его щеках заходили желваки. — И ты это понимаешь, Кэссиди.

— Шанс есть, если подгадать момент, — возразил Дорос. — Не говоря о том, что Кэссиди может успеть остановить Ранзо до открытия разлома. Тогда и нам не придётся рисковать сегодня, проведём ритуал спокойно, без спешки.

— Если королева и маршал не убьют или не пленят Кэссиди, когда она вернётся к ним с Эриком, — протянула королева-ведьма Виолет, постучав тонкими пальцами по столешнице. — Они не люди, им чуждо сострадание. Они могли пообещать помочь Эрику, чтобы гарантированно вернуть Кэссиди во дворец.

— Маршал выполнит обещание, — отрезала Стефэния, смерив Виолет уничижительным взглядом. И сейчас как никогда напоминала Флорентину. — Не смей оскорблять их. Ты их не знаешь, чтобы судить, чужды ли им человеческие чувства или нет.

— Нам известно, что асатру не бесчувственны, — примирительно вступила в разговор Джослин. — Асатру вырастила меня.

— Чтобы использовать тебя, — скривилась ведьма, но не стала продолжать спор.

— Послушай, Итан, — я устало потёрла переносицу, — единственный шанс спасти Эрика — переместить его во дворец до того, как вы закроете разлом. Сделать это могу только я, ведь остальным портальщикам нужно находиться в другом месте, готовиться к ритуалу. Да и все их силы понадобятся на закрытие разлома. Они не могут их тратить для перемещений по стране.

— А ты явно переоцениваешь себя, если считаешь, что сумеешь переместиться на другую часть страны, прихватить Эрика, переместить его во дворец и открыть портал к нам, — выговорил он мне.

— К нам? — нахмурилась Джослин.

— К портальщикам, — исправился он, но продолжал смотреть на меня, потому не видел, как встревожилась его супруга.

— У нас есть шанс предотвратить катастрофу, — убеждённо заговорила я. — Быть может, я успею перенастроить полярность прибора напрямую через преобразователи и остановить открытие разлома. Там должен находиться не только портальный маг, а именно алхимик.

— К базе летит принц Марко, — возразил он.

— Марко… возможно, мы не союзники в этом бою, — покачала я головой.

— Прибор сдерживал расширение разлома целый год, — вступила в спор Стефэния. — Может, есть смысл отправить силы на его защиту, а не проводить опасный ритуал?

Ей было сложно, закрытие разлома оставит её круглой сиротой. Я боялась, что и она может в последний момент ударить в спину. Но Стефэния поддержала меня, она должна стать королевой после смерти Флорентины. Присяга обязывает защищать её. Да и лучше сохранить хорошие отношения с будущей правительницей страны.

— Вдруг мы переместимся туда, потратим силы, но будет поздно. Что тогда? Мы должны находиться в вычисленной точке проведения ритуала, — отрезала Джианна. — Не говоря о том, что сдерживание разлома — не вариант. Наши солдаты ежедневно рискуют жизнями, патрулируя заражённые зоны. Выходящая из разлома мгла отравляет природу, создаёт полчища умертвий.

— Стоудор может предоставить сдерживающие линии обороны, — предложила Стефэния. — Мгла и порождения будут погибать при попытке их перехода.

— Заражение проникает и под землю, — глубоким, хорошо поставленным голосом возразила Анэйс, посмотрев на принцессу с превосходством. Сразу видно: бывшая королева. — Мир погибает каждую секунду, пока открыт разлом. Ведьмы связаны с природой, мы чувствуем, как она стонет и плачет, пока её порабощает магия чужого мира.

— Понимаю, что означает для тебя закрытие разлома, — произнесла я тише, обращаясь к принцессе. — Но ты и сама осознаёшь, что сдерживание — временный вариант, а не спасение.

— Осознаю, — выдохнула она дрогнувшим голосом. — Но закрытие разлома лишит меня матери…

— И меня. А Стоудор — сильнейшей за историю королевы, — мои ладони сжались в кулаки, ногти впились в кожу. Мы избавимся от бича всего мира, но в стране наступит пора смуты. Надеюсь, у нас хватит сил её пережить. — Флорентина не зря прощалась. Она знала, что закрытия разлома не избежать.

Стефэния судорожно выдохнула и отвернулась. Мне самой было больно и страшно. Флорентина действительно не самая эмоциональная женщина, но она стала мне строгой почти матерью, а для страны — идолом и гарантом процветания. Участие в операции по закрытию разлома может лишить меня любви Марко, лояльности Стефэнии, друзей, привычного течения жизни, а возможно и вовсе убить.

— Ты не сможешь открыть портал и для него, и для портальщиков, — припечатал Итан, возвращая меня к главному обсуждению. — У тебя не хватит сил.

Он-то и вовсе не рассматривал варианта с ожиданием и предотвращением беды. Может, успел пообщаться с Валери, и с ним она была откровеннее всего.

— Смогу. Я отведу Эрика во дворец и открою для портальщиков портал. По моим расчётам, ёмкости сосуда должно хватить.

— Твои расчёты опираются на бездействие по другим фронтам, то есть невступление в бой, — напомнил о слабой части плана он.

— Но ведь и вы можете только верить в меня, вот и я стараюсь верить в лучшее, чтобы спасти любимого, — хотела произнести эти слова твёрдо, но их наполнили нотки беспомощности.

Да, шанс спасти всех невелик, но надежда есть.

— Хорошо, — ответил он на выдохе, и чёрно-синие глаза прояснились, будто их покинула ледяная буря. Присутствующие переглянулись, не меньше меня удивившись столь простому согласию. — Спасай любимого, Кэссиди. С тобой отправится вся наша поддержка. В бой не вступаешь, полагаешься во всём на них. Экономишь силы.

— А портальщикам не нужна поддержка? — удивилась я.

— Это билет в один конец, — скупо улыбнулась Джианна, поднимаясь из-за стола. — Пора прощаться, друзья.

— Готовность пятнадцать минут. Мы достаточно задержались, — строго произнёс Итан, тоже вставая с места.

Джослин порывисто схватилась за его руку, и он поспешно потянул её на выход.

— Ты ведь оговорился, Итан? — послышался её встревоженный голос. — Ты должен отправиться с Кэссиди, защищать её, выжить ради нашего сына.

— Конечно, оговорился, — заверил он её.

А я чувствовала, как тревожно бьются их сердца, словно в унисон. Ледяным Итан Вилдбэрн был только снаружи.

— Конрад отправится с тобой и обеспечит твоё возвращение за нами, — сообщила Джианна, вырывая меня из тягостных мыслей.

— Что ты придумала? — Зан потемнел лицом.

— А ты собирался отправиться со мной и погибнуть? Нет уж, Кэссиди нужна защита, а Вильгельму — живой отец.

Он схватил её за локоть и потащил прочь из комнаты, чтобы не ругаться при нас.

— Дорос, ты тоже отправляйся… — заговорила Кассия.

— Даже не начинай, — фыркнул легат, подхватил её под колени, забросил на плечо и двинулся к выходу, пока она смешно причитала и стучала ладонью по его спине. — Пошли лучше прощаться.

Анэйс и Клод покинули комнату молча, но крепко держась за руки. Их связывала тонкая серая нить. Такую я видела у Грифона. Насколько знаю, и он здесь, но у меня нет желания с ним общаться.

— Что это за связь между Анэйс и Клодом? — обратилась я к Виолет.

— О, ты видишь и это? — на мгновение удивилась она. — Алхимики действительно пугают, — и забавно поморщилась.

— Связь между ведьмой и её шевалье, — ответил вместо неё король Иден.

— Чей же слуга Вирджил? — насторожилась я.

Слышала о подобном, и это не брачный ритуал, а обещание служения ведьме.

— Жаклис, — пожала плечами Виолет. — В его случае это сделка и продление жизни. Чтобы не состариться раньше любимой.

— Ну да, его возлюбленная полукровка, — нахмурилась я, вспоминая заплаканное лицо Женевры. — Ради этого он предал страну, ради продления жизни?

— Нет, он узнал об асатру. А ритуал шевалье исполнил его заветное желание. Но любимая теперь считает его предателем и не желает общаться с ним. Какая же сложная штука любовь, без неё так спокойно, легко, скучно, пресно и бесцельно, что проще и вовсе не жить. Лучше вечность страдать в любовной горячке, правда, дорогой? — она лукаво улыбнулась своему оборотню.

— Любовь — самая желанная в мире болезнь, — улыбнулся он в ответ.

— И к счастью, неизлечимая, — согласилась я неслышно, положив руку на живот.

Надеюсь, у меня всё получится, и мы с моим дорогим стрелком вернёмся к нашей любовной лихорадке. Тем более, судя по ощущениям, наша «болезнь» может получить продолжение.

* * *

— Стефэния там будет опасно, — напомнила я принцессе. — Может, посидишь при охране в доме и дождёшься машины? — предложила без надежды.

Было бы проще оставить её в безопасном месте, и заодно я бы не боялась удара в спину от неё.

— Если вернёшься без меня, Александреску может отказать тебе в помощи, — фыркнула она.

— Возможно открытие разлома. Из него повалят полчища монстров.

— Если погибну в первых рядах, избегу агонии беспомощности в борьбе за умирающий мир, — растянув губы в ироничной улыбке, она передёрнула плечами. — Естественно, я не буду спускаться с вами на базу, не потяну ваш темп и просто стану обузой. Подожду наверху.

— Наверху заветы, и они не самая дружелюбная компания, — покачала я головой, но махнула рукой, мол, больше не собираюсь спорить, поступай как знаешь.

Она принцесса, мне следует подчиняться ей, и игнорировать её приказы можно только в ситуации, когда нужно организовывать защиту от опасности. Возможно, ей действительно будет полезно и посмотреть на заветов, и поучаствовать в спасательной миссии бок о бок с магами, чтобы в будущем суметь построить с ними диалог. В конце концов, может, у королевы не получилось как раз потому, что она не сумела или не захотела их понять. Конечно, и мне это не особо удалось, но общение с ними сдержало переход из настороженности к ненависти.

Сборы были завершены, но я чувствовала себя невероятно взвинченной, потому пока спускалась в фойе, по новому кругу проверяла оружие. Благо меня, наверняка не без участия Грифона, обеспечили стандартной экипировкой.

В фойе было не протолкнуться, маленькая армия нелюдей готовилась к боевой миссии. Они возбуждённо переговаривались, о чём-то спорили, смеялись. Сейчас они ничем не отличались от простых солдат Стоудора, так же переживали, подбадривали друг друга. Эта атмосфера была мне знакома, я почувствовала себя увереннее.

Кивая всем и отвечая на короткие вопросы, видимо, старших по званию, я провела Стефэнию в зал, куда нас изначально переместили. Здесь собрались портальные маги со своими спутниками жизни и, судя по всему, друзьями. Пятнадцати минут на прощание хватило не всем.

Королева Виолет встревоженно хмурилась, в голубых глазах плескались все испытываемые ею сомнения, но она пыталась улыбаться, пока жалась к груди своего оборотня, когда тот излучал уверенность и спокойствие. Иден отправится с ней, ведь погибнет без истинной пары.

Анэйс с Клодом просто скромно стояли рядом с ними и держались за руки в ожидании открытия портала. Видимо, уже всё сказали друг другу, либо продолжали общаться по связи шевалье и ведьмы. Я не знала, включает ли она обмен мыслями. Ведьмы — очень скрытный народ.

Кассия сердито спорила с Доросом. Она экспрессивно взмахивала руками, иногда пуская вокруг себя безвредные огненные искры. А вот в её глазах горело вполне опасное пламя. Легат же лишь улыбался, посмеивался и находил возражения на каждый её словесный выпад. Их окружали другие фениксы, среди которых я узнавала только Крайоса, Димитру и Нереуса. Остальные мужчины явно тоже были воинами, и, судя по значкам на кирасах с изображениями астральных духов, — легатами, членами привилегированного отряда короля Тироса.

— Я уже говорил, не смогу без тебя, — Дорос щёлкнул пышущую негодованием Кассию по носу. — Да и как отправить тебя одну? Ты такая капуша, растеряешься, разнервничаешься, плетения забудешь.

— Они нанесены на крылья, — она сердито оттолкнула его руку. — Ты должен остаться, у тебя вся жизнь впереди. Никос, скажи ему! Ты же его брат! — обратилась она к стоя́щему поодаль светлому фениксу.

Это оказался длинноволосый рыжий мужчина. Алый цвет астрального крыла подсказывал о его принадлежности к стихии огня. Когда прозвучало имя, я убедилась в том, что передо мной один из легатов, а также кровный брат Дороса по отцу.

— Я пытался, — сипло ответил Никос. — Он никого не слушает.

— Хватит ссориться, Кассия, — мягко произнесла Димитра, сжав плечо девушки. — Прими его решение, проведите минуты прощания в любви и согласии. И старайтесь верить в лучшее. Как мы все…

Несмотря на её слова, легаты мельком посмотрели на меня. Всё же их вера в лучшее связана именно со мной. Они не знают меня, но вынуждены доверять. Впрочем, я в той же ситуации.

Крайос криво ухмыльнулся и подмигнул мне. Я кивнула в ответ.

— Послушай Димитру, мы справимся, — Дорос притянул всхлипнувшую Кассию к груди и порывисто обнял.

Лишь тогда с его лица сползла задорная улыбка, а зелёные глаза наполнились тревогой, но её быстро скрыло решительное пламя.

Я отвернулась, не выдержав укола в грудь. Мне самой не удалось попрощаться с любимым. Но это не менее больно, чем терять безмолвно.

— Ты загоняешь меня в угол… — раздался хриплый упрёк Конрада Зана.

Он судорожно прижимал Джианну к груди. Его пальцы порывисто перебирали алые волосы. А растерянный взгляд синих глаз будто смотрел в пустоту.

— Со мной ты будешь просто стоять и ждать смерти, а там сможешь действовать, — мягко ответила она.

— Но я слаб без своего оружия, без тебя.

— Не прибедняйся. Справишься. А если мы не выживем, вернёшься к Вильгельму и однажды расскажешь ему обо мне. Хочу, чтобы он меня помнил.

— Говорю же, загоняешь меня в угол… — ответил он лишённым эмоций голосом и посмотрел на меня.

— Мне нужна вся возможная помощь, — произнесла слышно только для него.

Может, поступала неправильно, присоединяясь к манипуляциям Джианны, но разделяла её позицию. Я бы тоже соврала, предала, сделала бы что угодно, лишь бы оградить Эрика от опасности. Да не удалось. Он слишком упрям.

— Скоро увидимся, Джослин, — златовласая хрупкая женщина обняла императрицу Вилдбэрн и сразу отступила от неё. Улыбка на её лице подрагивала, в голубых глазах плескались слёзы. — Обязательно вернёмся в то кафе. А то я не все пирожные попробовала.

Судя по внешности, это Кэтрин Салливан, родная сестра Джослин по отцу, свергнутому императору Уильяму.

— Надеюсь, — отозвалась императрица, проведя пальцами по собранным в тугой пучок тёмным волосам. — Я тоже хочу вернуться.

— Всё отлично будет, Джо, — рослый брюнет с длинными волосами похлопал её по плечу.

Да так активно, что она пошатнулась, и зеленоглазому блондину пришлось её поддержать под локоть.

Судя по полевой форме, оба мужчины были военными из расы драконов.

— Да, не реви, сестрёнка, — улыбнулся блондин, приобнимая встревоженную девушку за плечи.

Насколько знала, у императрицы нет братьев. Видимо, это её близкий друг. Кем когда-то был для меня Марко. Не уверена, что мы сохраним эту связь, но сейчас вокруг меня одни незнакомцы, и мне было тревожно без его поддержки. Ладно хоть Джослин не одна.

— Скоро увидимся, — закивала она, растягивая подрагивающие губы в улыбке. — Картер, Калеб, Кэтрин, спасибо. Позаботьтесь об Итане и Уильяме, очень вас прошу.

Как только прозвучали имена, я убедилась в своих выводах о личностях незнакомцев. Блондинка действительно оказалась родной сестрой Джослин. Брюнет — Калеб Салливан, друг императора и муж сестры императрицы. А блондин — Картер Ланкастер, тоже друг правящей четы и ведущий следователь столицы империи драконов.

— Ну вот ты опять, — закатил глаза Калеб и рассмеялся.

Он производил впечатление жизнерадостного мужчины.

— Думай о хорошем, — Картер Ланкастер снова её обнял.

Его прикосновения веяли трепетностью и сдерживаемым беспокойством.

— Всё будет хорошо, — стоя́щий за спиной девушки и невероятно невозмутимый Итан сжал её локоть. — Пора. Кэссиди здесь.

Его слова завершили прощания. Мы все отступили к стенам. Итан передал Джианне магический кристалл-накопитель, и она заняла место в центре вычерченного на полу знака. Судя по всему, ей проще всего давалось открытие порталов. Хотя и неудивительно, в роду Аскания были портальные маги, а её новое тело — сложная, уникальная и совершенная система, которая выстроила гены в наиболее выгодной последовательности. Видимо, в её случае портальный дар не просто способность, которую можно развить, а продолжение стихийного дара.

Воздух наэлектризовался, поднялся магический ветер. Перед Джианной сформировался сияющий голубым светом шар. Первым в него влетел Дорос, но через секунду вылетел обратно, чтобы подтвердить безопасность перемещения. И тогда в портал по очереди вошли Анэйс с Клодом, следом Иден подхватил взвизгнувшую Виолет и вбежал в шар за ними. Дорос с Кассией взялись за руки и тоже исчезли в голубоватом сиянии. А потом произошло неожиданное, Итан поднял ахнувшую Джослин и понёс её к порталу.

— Нет, пожалуйста, нет, — взмолилась она, заколотив кулаками по его плечам, но ничего не добилась. — Итан, ты должен остаться!

Метнувшегося следом Калеба удержал Картер. Кэтрин задохнулась, прижав руку к губам. По её щекам побежали слёзы. А Итан взглянул на меня, кивнул уверенно и сделал последний шаг к переходу. Императора и императрицу Кириуса поглотил свет портала.

— Удачи и, надеюсь, до встречи, — махнув мне рукой и улыбнувшись Конраду, Джианна последней прыгнула в портал.

Я вцепилась в локоть Зана, когда заметила, что он потянулся за ней. Мужчина посмотрел на меня почти беспомощно.

Голубой шар развеялся. В комнате будто воцарилась тьма.

— Ты знал⁈ — Калеб сердито толкнул Картера в плечо.

— Он просил не говорить, — ответил тот и на всякий случай поднял руки в защитном жесте.

Но удара не последовало, Кэтрин прижалась к груди Калеба и горестно заплакала. Он обнял её и посмотрел на меня с такой кипучей надеждой в огненных глазах, что я готова была рухнуть на пол от нахлынувшего бессилия. Они все верят в меня. Хватит ли мне сил спасти всех? Может, правильнее остаться здесь и ждать сигнала? Но как бросить в беде Эрика?

— Всё хорошо, Кэссиди? — забеспокоилась Стефэния.

И взгляды всех присутствующих обратились ко мне: напряжённые, встревоженные, полные сомнений и рьяной надежды.

— Да, — я выпрямилась, придавая голосу уверенность, которую на самом деле не испытывала. — Отправляемся. Готовность две минуты.

— Кэссиди! — в помещение вошли обеспокоенные Вирджил и ведьма Жаклис. — С тобой хочет поговорить Валери.

/Эрик Вега/

«Поразительная наивность», — подумал про себя Ранзо, но у нас была одна голова на двоих, потому мне были доступны его мысли и чувства.

Если, конечно, тот спектр эмоций, которые он временами испытывает, можно так назвать. Он напоминал механического солдата с вырубившейся системой управления, просто идёт вперёд и сносит все препятствия на пути. Как только услышал заветные слова от Кэссиди, особо не раздумывал, решил избавиться от свидетелей разговора, выхватил пистолет и принялся стрелять. Без эмоций, без сожалений, просто взял и сделал. Мне до сих пор неизвестно, выжил ли легат, но я сумел отвести пистолет от груди Кэссиди. Рана не смертельная, ей наверняка помогли. И только мысль о том, что моя Кэсси Сэнд жива, поддерживает во мне силы на борьбу с подселенцем.

«Это не наивность, а доверие, — ответил я гневно. — Они верят тебе, потому не сомневаются в твоих словах. Точнее, они верят мне… — протянул, мысленно скривившись».

«Да, удачное мне досталось тело, правильные знакомства скоро приведут меня к пульту управления прибором, и тогда путь в мой мир откроется», — тихо рассмеялся Ранзо, покидая палатку вождя.

Я мысленно выругался от злости, но больше не мог ничего сделать. Асатру активно и беспощадно атаковал мой разум, постепенно уничтожая меня, чтобы добраться до воспоминаний и навыков. Ему уже удалось угнать воздушное судно и достигнуть племени, в котором мы с Сэнд гостили. Думаю, ещё немного и Ранзо меня убьёт. Радует только, что открытие разлома ему не поможет, наложенный Коиши таймер скоро разрушит моё тело. Его воздействие будто усилилось из-за побега. Временами на Ранзо накатывала слабость. Впрочем, если асатру добьётся своей цели, всё будет неважно, ведь мгла заполонит атмосферу планеты и наступит конец привычного нам мира.

— Что тебя так позабавило? — поинтересовался покинувший палатку следом за нами Иоан Лардеску, что выступал для Ранзо переводчиком.

— Предвкушаю смерть похитивших Кэссиди врагов, — ответил он, естественно, моим телом! — Они за всё заплатят.

«Я про вас, людишки, и про предателей Коиши и Зордо», — заявил он специально для меня.

— Ты уверен, что Кэссиди на базе? — засомневался Иоан, и я мысленно возрадовался. — Планируется атака на военную базу, многие пострадают.

Когда Ранзо принёсся к заветам и заявил о похищении Кэссиди ради открытия разлома, все всполошились и принялись за обсуждение плана спасения, однако, теперь эмоции улеглись, и Лардеску явно задумался о правдоподобности моих заявлений.

— Да, в ней проснулся портальный дар. Именно его не хватало, чтобы база заработала. До этого они собирали прибор для расширения разлома. Там порождения на патрулировании. Сам скоро увидишь и поймёшь, что зря во мне сомневался, — заверил его Ранзо. — Лучше собирайся. Вождь приказал выступать через десять минут.

— Хорошо, так и сделаю, — продолжая хмуриться, Лардеску кивнул и двинулся к своей палатке.

Хмыкнув, Ранзо подождал вдали и вскоре последовал за ним, чтобы проследить. А я замер в напряжении, когда Иоан вдруг направился прочь от лагеря и скрылся за рыжими скалами вдали у самого края продолговатого оврага.

«Может, отошёл отлить», — попытался я пошутить.

«Ага, конечно», — Ранзо направился к Лардеску с другой стороны, по краю оврага.

Солнце жарило нещадно. Асатру потел и мысленно ругался, рискуя сорваться с покатого склона, но упрямо полз к своей цели.

— Здравствуйте, принц Марко, — раздался голос Лардеску. — Вы сказали, я могу с вами связаться, если понадобится помощь.

— Что случилось? Вега у вас? — ответил встревоженно Марко.

— Да, уверяет, что Кэссиди в плену на базе.

— Он врёт, в его теле подселенец, пришелец из мира мглы. Если доберётся до базы, он перенастроит прибор сдерживания для расширения разлома.

— Так и знал, — прорычал разгневанно Лардеску. — Он выглядел другим, странным. Да и его история…

— Что он планирует? Где вы?

— Мы…

В этот момент Ранзо достиг скалы и выскользнул к Иоану. Тот лишь вскинулся, пытаясь выставить руку для защиты, но не успел. Удар рукоятью пистолета пришёлся на висок. Охнув, мужчина повалился на рыжеватую землю и затих. От его виска по загорелому лицу скользнул ручеёк крови.

— Не смей! — прокричал Марко, когда Ранзо навёл пистолет на голову Иоана.

Изображение принца на экране алофона рябило, на заднем фоне маячила встревоженная Санда. Оба были облачены в полевую форму и находились в воздушном судне. Хотя должны быть на свадьбе…

«Выстрел привлечёт внимание!», — рыкнул я, пытаясь остановить Ранзо.

Его рука дрогнула и опустилась. Проворчав ругательство под нос, он вложил пистолет обратно в кобуру, следом подтянул Лардеску за ноги к краю оврага и толкнул вниз. Раздался шелест камней. Поднимая пыль, тело Иоана покатилось по каменному склону.

«Ты чудовище!», — проорал я яростно, и Ранзо пошатнулся, коснувшись висков.

— У тебя ничего не выйдет, — заговорил Марко, но асатру сердито пнул алофон, и тот покатился по склону следом за Лардеску.

— Не смей мне мешать, Эрик, — прорычал Ранзо, ударяя по мне мощью своей воли.

Я сжался, пытаясь удержать оборону, но вышло не особо хорошо, потому что, когда очнулся, обнаружил себя уже в подземном тоннеле. Похоже, на время потерял связь с реальностью.

Вокруг царила полутьма. Ранзо с воинами заветов продвигался к базе.

«Мы вам ничего не сделали. Открытие разлома убьёт ни в чём не повинных существ. Не только воинов, но женщин, детей, стариков, — в отчаянии произнёс я, пытаясь до него достучаться. — Неужели тебе действительно наплевать на невинные жизни?».

«Думаешь, в моём мире нет женщин, детей и стариков? В нём так же живут ни в чём не повинные асатру, которые каждый день ждут гибели. Вы слабы, поэтому умрёте, а они продолжат жить».

«За наш счёт⁈».

«Вы слабы», — повторил он.

«Посмотрим», — хмыкнул я.

Сэнд, где же ты? На этот раз я принцесса, и меня нужно спасать!

«Да, пусть приходит, — от Ранзо повеяло злым предвкушением, что вызвало во мне замешательство. — Заодно выполню данное Григору обещание».

«Её отцу?», — переспросил я встревоженно.

«Да, я обещал, что убью и его дочь, если он не отдаст мне чертежи прибора для открытия пути в мой мир. Но он предпочёл смерть, а эта тварь ранила меня. Из-за неё мне не удалось уйти, когда за мной пришёл Зордо. У меня к твоей Кэсси Сэнд давние счёты».

«Ты… ты убил её родителей?», — моим существом овладел ужас, я заметался, в тревоге, но Ранзо даже не сбился с шага.

«Представь её реакцию, когда она узнает, что в теле, которому она боится навредить, находится тот, кому она мечтала отомстить? Кэссиди придётся беспомощно слушать, как из твоих уст льются подробности убийства её родных. Думаю, ей будет интересно узнать, как корчилась в муках её мать и как её отец умолял пощадить хотя бы дочь. А когда умрёт она, ты потеряешь волю к жизни и, наконец, затихнешь», — Ранзо рассмеялся, привлекая внимание идущих рядом заветов.

Исходящая от него злоба душила своим поглощающим неистовством.

«Она не поддастся, — возразил я сердито. — Не станет слушать и сделает, что должна».

«Посмотрим», — ответил он моей же фразой, словно издеваясь.

Ох… Сэнд, лучше не приходи…