Рефлексы убийцы пришлось ненадолго отключить. Всего на один глубокий вздох, что понадобился Рэю сразу для нескольких вещей. Он вытащил из Инвентаря стрелу и взвёл её одним ровным, слитным движением. Затем прицелился куда-то в сторону чащи, даже не близко к тому месту, где находился противник. Азарт разгорался где-то внутри него, заставляя допускать этот маленький риск.

Стрела вспыхнула, но всего лишь зелёным. Сразу по нескольким причинам. Большего мог не выдержать ни лук, ни Рэй. Если стрела будет лететь слишком быстро, он попросту не успеет использовать Корректировку траектории. И даже сейчас придётся снова использовать Рефлексы убийцы – как оказалось, если не слишком злоупотреблять этим навыком и не растягивать каждое его применение надолго, особого вреда нет.

Корректировка траектории, как и Ливень стрел, оказались далеко не такими простыми навыками, как изначально полагал Рэй, пользуясь ими при помощи мира. Но стоило освоить их и принцип работы стал полностью понятен.

На и без того сияющую зелёным светом Усиленного выстрела стрелу, лёг конструкт Корректировки траектории. Внешне стрела никак не изменилась, всё так же продолжая сиять зелёным. А вот с использованным следом Ливнем стрел третьего уровня дело обстояло иначе. Зелёное сияние словно вспороли десятки насыщенно синих прожилков, а затем разом спрятались в стреле, дожидаясь, команды, которая высвободит их наружу.

Рэй же на себе ощутил, как запас внутренней энергии одномоментно просел. От количества истраченной разом силы тело пробило ознобом. Даже стрела на тетиве слабо подрагивала, словно готовая надломиться в любой момент. Ещё бы! Прямо сейчас на неё наложили целых три навыка. Два из них и вовсе третьего уровня!

Ещё раз возобновив в памяти весь маршрут полёта стрелы, Рэй активировал Рефлексы убийцы уже в который раз за этот вечер.

Пропела тетива и пара пылающих синим огнём глаз проводила стрелу в её непродолжительном полёте.

Как казалось самому Рэю, чьё восприятие сильно замедлял навык, стрела провела в воздухе почти две полных секунды. За это время он успел активировать прикреплённый к ней конструкт Корректировки траектории дважды, вынуждая снаряд огибать деревья. Со звуками, похожими на тихие выбросы пара, стрела виляла между исполинских стволов, широкой дугой приближаясь к тому месту, где скрывался враг.

И в последний, решающий момент, Рэй всё же успел заметить бледный силуэт, вынырнувший из-за укрытия. Тот Рывком ушёл куда-то в сторону, к другому дереву и, пожалуй, начни он двигаться на секунду раньше, вполне мог бы успеть.

Рэй применил Корректировку последний – третий раз – направляя стрелу прямо в сторону беглеца и немного вниз, в сторону его ног. Затем сразу же активировал последний конструкт навыка. Ливень стрел, вложенный в стрелу, заставил ту вспыхнуть так, словно посреди леса кто-то решил зажечь здоровенный зелёный костёр. Именно зелёный. Хоть вложенный конструкт и был третьего уровня, копии он создавал, основываясь на материале. И прямо сейчас им служила стрела. С Усиленным выстрелом первого уровня.

Пожалуй, потребовалось бы сложить воедино энергию десятка таких вот лучников, чтобы воссоздать атаку, которую только что применил Рэй. А позади так и не успевшего выйти из Рывка противника появилось ещё семь стрел, объятых сиянием Усиленного выстрела. Навык поглощал безумное количество силы. Несоизмеримо большее, чем если бы пришлось попросту использовать Усиленный выстрел семь раз под ряд.

Зрелище завораживало. Рэй невольно представил себе сотню копий того же Усиленного выстрела, но уже третьего уровня. Насколько большой кусок леса превратило бы сейчас в щепки? И сколько на это ушло бы энергии?

Непрошенную мысль пришлось силой выбросить из головы. Может, она закралась туда оттого, что Рэй ещё ни разу не использовал столь сложную связку навыков Лучника в бою? Или дело было в том, что эта единственная атака решила исход скоротечного сражения?

Противник не успел увернуться. По лесу разнёсся крик нестерпимой боли. И пускай Усиленные выстрелы были всего первого уровня, результат не разочаровал. С такого расстояния разглядеть удавалось только душу и о том, чтобы сказать насколько серьёзно ранен противник, не шло и речи. Но сама душа тело не покинула, а значит ночной гость пока что не погиб, хоть и не мог подняться на ноги.

Всё решилось слишком быстро, но Рэй такой исход исключительно удовлетворял. Охота, которая заканчивается после первого же выстрела – всегда самая удачная. И тот факт, что для этого выстрела ему пришлось выложиться на полную ничего не менял. Всё же, нынешнее мастерство стало результатом непрерывного труда. Полгода назад о столь филигранном использовании собственных способностей можно было разве что мечтать.

«Пожалуй, стоит поспешить, пока он не истёк кровью». — Рэй разом расслабился, понимая, что бой окончен. Так всегда бывало после столь напряжённых моментов. И чем опаснее ситуация, тем спокойнее по её окончанию. Словно затишье, но не перед бурей, а после неё.

Убивать этого наёмника Рэй пока не собирался. А то без всяких сомнений был один из тех, кого послали за Гофри и Соней. Другими словами – весьма ценный источник информации.

Вызвав Иллюзорную Тень, Рэй окутался Исчезновением с Тишиной и уверенным шагом двинулся следом за зелёным двойником, размышляя о том, какие вопросы задать в первую очередь. Здесь нужно отталкиваться от того, что он уже успел узнать. И по всему выходило, что почти ничего. Это, если говорить о том, зачем Богиня указала именно на этих двоих. В остальном же, знакомство состоялось весьма успешно и о жизни Гофри с Соней, Рэй успел наслушаться вдоволь.

Старик, к примеру, изъездил вдоль и поперёк весь материк, а оттого весьма ловко обращался с лошадьми. Ещё он владел шестью наречиями, на одном из которых ныне уже почти никто и не говорил, мог сварить на диво вкусный суп чуть ли не из подножной грязи и травы, а, что самое главное, – он почти не задавал неудобных вопросов, предпочитая говорить самому. Сказывался опыт повидавшего жизнь человека.

О Соне же сложно что-то сказать, – всё же, девушка с ним и не заговорила ни разу, а отец болтал о дочери без особой на то охоты. Но Рэй не был настолько слеп, чтобы не замечать весьма недвусмысленные взгляды. И, при нужде, планировал этим воспользоваться.

Под ногами Тени, которая торила путь к раненному противнику, вспыхнул зелёный свет и Рэй вынырнул из своих размышлений, машинально применив Отступление. Как оказалось – зря. Навык противника чем-то напоминал Ловушку, но работал иначе.

«Это похоже то, на что наступил Цесс в лагере наёмников. По крайней мере, вспышка точно та же». — Зелёные нити, что словно паутина опутали двойника, выглядели почти невидимыми – всё же, Тень была соткана из той же зелёной энергии, а оттого цвета сливались в один.

Двойник попытался вырваться, но лишь повалился наземь, дёрнулся ещё несколько раз и бессильно застыл в неподвижности. Рэй понаблюдал за этим мгновение-другое, пожал плечами и развеял Тень. Секундой позже рядом с ним стоял уже другой зелёный двойник, тут же бесстрашно ринувшийся вперёд. Прямо в темноту из которой доносились приглушённые стоны.

Первое, о чём задумался Рэй – вовсе не раны ночного гостя. Ему, меж тем, перебило в голени одну из ног и сильно разворотило стопу. Но Рея это не заботило – истечь кровью прямо тут он наёмнику не позволит, а значит спешка излишня.

Гораздо интереснее оказалось то, что перед Реем лежал вовсе не человек. Зато сразу стало понятно, как этот лучник обнаружил его даже сквозь Исчезновение – противнику помог слух. Без привычной зелёной брони весьма непросто признать фаросца – не так уж сильно этот народ отличался от людей. Неверный свет луны скрадывал цвета, не давая увидеть оттенок кожи. Но пальцы, увенчанные похожими на когти ногтями, Рэй разглядеть всё же сумел. Как раз в тот момент, когда полумёртвый, на первый взгляд, воин, попытался воткнуть ему в бедро кинжал. За что и лежал сейчас, сотрясаясь всем телом и захлёбываясь собственной слюной. Молния сорвалась с ладони Рея едва ли не быстрее, чем он сам успел это сообразить.

Глава 237

«Не зря я столько тренировался!» — Рэй довольно хмыкнул собственной скорости реакции и поднял обронённый противником кинжал.

Пришлось расплыться в довольной улыбке – лезвие поблёскивало зелёным. Атанит. Оружие старое, но зато первоклассное.

Не церемонясь, Рэй схватил вяло отпирающегося фаросца за руку, вывернул ту ему за спину и прямо из воздуха выхватил кусок верёвки, крепко стянув предплечья вместе. Сын леса ещё не оклемался после разряда током, а потому Рэй, нимало не стесняясь, той же верёвкой туго перетянул изувеченную ногу выше того места, где стрела разорвала мышцы. Это никоим образом не помогло бы раненному – на таком морозе кровоточащая нога полностью отмёрзнет за несколько минут. Потом её разве что отнять, пока не взялась гнилью. Но зато фаросец не истечёт кровью за это время, а дольше ему жить и не надо.

— Сегодня твоя охота не удалась, — обронил Рэй, поднимая с земли лук. Жаль, не из атанита. Это оружие вышло из-под рук людей, а не фаросцев. Не потрудившись снять тетиву, Рэй спрятал найденное в Инвентарь – там лук не испортится, даже оставшись взведённым.

Слова на родном языке заставили фаросца застыть неподвижно. Он недоверчиво поднял голову вверх, желая убедиться, правда ли перед ним человек. Пара взглядов встретились и теперь неподвижно застыл уже Рэй. Всё лицо лесного, что лежал подле него, пересекал длинный, уродливый шрам. Взяв своё начало у основания глаза, он тянулся к самому подбородку. Пересекал губы, немного задевал нос.

В памяти, в самом отдалённом её уголке, куда Рэй запрятал терзающие его воспоминания, всплыл разговор. Слова зазвучали в голове звоном колокольчиков. Он ехал верхом на пантере, а Тесса – на своей тигрице. Девушка говорила, а Рэй упивался звучанием её голоса. После нескольких одиноких месяцев на севере Фароса, звук человеческой речи казался чем-то изумительным. Тесса ужасно говорила на языке народа леса, но зато весело, слегка высокомерно и по-девичьи задорно:

— «И зачем тебе это? Думаешь, вы когда-нибудь встретитесь? Но, если так интересно, его звали…»

— Харис, — Рэй произнёс имя вслух и по реакции фаросца понял – это он. Тот самый изгнанник, что приглядывал за ставшей сиротой девушкой. Он научил её языку и тому, как постоять за себя. В каком-то смысле, благодаря ему они с Тессой встретились.

Невероятное совпадение.

Фаросец болезненно засопел, вроде даже что-то сказал, но его не услышали.

— Что это значит? — Рэй поднял взгляд вверх, к черноте ночного неба. Лесной вновь что-то пробормотал – может Хариса насторожил незнакомый язык, на который перешёл его сегодняшний противник, а может фаросец просто проклинал своего обидчика. Рэю было едино. Он стоял и смотрел в темноту, дожидаясь ответа.

— «Ты винишь меня?» — Голос прозвучал в голове, словно порыв холодного ветра. Странный, ровный и в то же время расплывающийся эхом, непохожий ни на что другое. Он слегка остудил злость Рэя.

— Ты знала, что он будет здесь.

— «Я говорила это раньше и скажу ещё раз: прошлое не изменить. И его призраки не должны тебя беспокоить».

— Если бы не ты, мы бы с ним и не встретились! Не было бы призраков! — Рэй и сам не заметил, что почти перешёл на крик, иначе тут же успокоился бы.

— «Ты спросил совета и получил его. И нынешняя проблема – самая малая из тех, с которыми тебе ещё предстоит столкнуться. Если ты не готов даже к этому – лучше остановись прямо здесь».

Рэй опустил голову, вновь втянув в себя воздух. Теперь к свежести зимы и леса примешался сладковатый запах меди, – кровь фаросца продолжала пускай и медленно, но убывать. И вместе с ней убывало время, отведённое сыну леса в этом мире.

Говорить что-либо ещё Рэй не собирался. Даже то, что он уже сказал, было лишним. Богиня в самом начале предупредила: Она собирается показать ему, что совпадений не существует. И пока что очень крепко держала своё слово. Нынче Рэй убедился, что, казалось бы, самые маленькие детали могут складываться в что-то непостижимо большее. Это… оказалось чрезмерным.

Успокоился Рэй точно так же, как и вспыхнул – в один момент. Разум охотника не мог находиться в смятении слишком долго. Да, этот фаросец служил ниточкой, ведущей куда-то в прошлое. Вот только прошлое уже осталось позади. Рэй прислушался к себе и не нашёл ни возможности, ни желания спасать Хариса.

— Ты уже мёртв и сам это понимаешь, — он заговорил, а фаросец напротив – затих. С болью сын леса уже успел совладать. — Расскажи мне всё, что знаешь об этих двоих, и я прерву твои страдания.

— Старик нашёл какое-то место, — столь быстрого ответа ожидать и близко не приходилось, скорее того, что фаросец решит подпортить жизнь своему убийце и молчать до последнего, но нет. Сам Рэй этого не понимал, он бы поступил иначе. А лесной тем временем говорил. Говорил чётко, но быстро. Похоже, не желая и дальше терпеть боль в изувеченной ноге. — Как он это сделал и как об этом прознали те, кто меня нанял, я понятия не имею. Мне было велено поймать эту парочку и вернуть в Арн. Или проследить за ними до самого конца. Кто именно наниматель я тоже не знаю. Напарников у меня нет. Это всё. Закончи начатое.

— Что ты сделал с моей пантерой?

Харис посмотрел на человека перед собой полными непонимания глазами и заявил, что никаких пантер по дороге не встречал.

Рэй не видел смысла долго обдумывать сказанное. Даже если фаросец и врал, уличить его в этом невозможно. А больше спросить у него и нечего.

Ну разве что о Тессе…

«Нет». — Рэй перехватил кинжал фаросца, наклонился и выверенным ударом вогнал лезвие в грудь наёмника. Будто отсекая этим взмахом ту самую ниточку в прошлое.

На несколько секунд он застыл неподвижно, борясь с нахлынувшими эмоциями. А затем медленно извлёк оружие из уже мёртвого тела и выпрямился полностью собранным.

Фаросец прояснил не так уж много. По всему выходило, что Гофри нашёл какую-то сокровищницу или вроде того.