Дата: 229.11.22 Время: 8.47

– На Минхо посмотри, – мысленно сказала Тереза.

Наступило утро накануне важного дня – первую партию испытуемых отправляли в Лабиринт. В коридоре выстроилась очередь на медосмотр. Сорок мальчиков из Группы А. Ньют, Минхо, Алби, Галли – все, с кем Томас подружился за эти годы. По коридору ходили санитары, измеряли всем температуру, давление, осматривали глаза, язык.

– Ага, вижу, – телепатировал в ответ Томас. Советник попросил их с Терезой понаблюдать за подготовкой и поддержать друзей. Однако Томас не чувствовал ничего, кроме глубокой печали перед разлукой, и за все это время не проронил ни слова.

До Минхо в очереди было еще человек десять. Все утро он вел себя беспокойно, а теперь и вовсе напоминал сжатую пружину.

– Лишь бы не выкинул чего, – взмолился Томас.

Впрочем, друг нервничал не зря. В приоткрытые двери палат было видно, что над каждой койкой висит какой-то жуткий прибор, напоминающий маску робота с проводами и трубками, – наверное, для супертщательных измерений зоны поражения.

– Иди за мной. – Тереза направилась к Минхо с таким уверенным видом, что санитары на нее почти не взглянули. Возле Минхо она остановилась и положила руку ему на плечо. Тот вздрогнул, будто сейчас и правда бросится наутек, потом посмотрел Терезе в глаза, и по его телу прошла волна спокойствия. Томас с удивлением увидел в глазах Минхо слезы.

– Все хорошо, – говорила Тереза. – Не сопротивляйся – только хуже сделаешь. В Лабиринте нормально, вот увидишь.

– Вы с нами пойдете?

– Э-э… – замялась Тереза.

– Пока нет, – ответил вместо нее Томас, надеясь, что друзья на этом успокоятся и не будут задавать вопросов.

На лице Минхо появилось злобное выражение.

– Сопротивляться, значит, не советуешь, да?

А сама-то будешь? А ты, Томас? Что, не хочется в загон с остальным стадом?

– Вот-вот. – К ним повернулся стоящий неподалеку Алби. – Нас сейчас на опыты проводите, а сами в постельки и баиньки? Вы вообще собирались нам сказать, что не идете? Или так и притворялись бы, а потом бац – и сюрприз!

Томас не знал, что ответить. Он убедил себя, что ничем не отличается от друзей, что у него просто другая роль в эксперименте. Ему и в голову не приходило, что кто-то станет его попрекать.

– Забыл, что говорить велели? – продолжал Алби. – Или друганов своих обидеть боишься? – Он кивнул на врачей и санитаров, невозмутимо продолжающих обследование.

– Ребят, ну хватит, – вмешалась наконец Тереза. – Мы ведь тоже делаем то, что нам велят.

– Да хоть заоправдывайтесь! – Сложив руки на груди, Алби отвернулся. Еще немного, и они поссорятся окончательно.

И тут Томас со всей ясностью понял: неизвестно, пошлют ли его вообще в Лабиринт. Пришлось наконец-то признаться самому себе, что он отличается от друзей. Вот они стоят у стены и сердито на него смотрят, будто бы он знал, что никуда не идет, а им нагло врал. Даже Ньют в конце очереди глядит на Томаса с какой-то злобой.

Томас был совершенно раздавлен.

Минхо молчал, только снова смотрел на всех взглядом кобры, готовой к броску. Злость, страх перед неизвестностью… Томас понимал и разделял чувства друзей, но что во всем будут винить его, не ожидал.

Минхо сбросил руку Терезы со своего плеча.

– Алби прав. А я-то вам верил, ребята. Думал, нам помогать будете. А вы им помогали. Готовились нас услать подальше?! – Он дважды стукнул себя кулаком в грудь.

– Минхо, послушай… – начала Тереза.

– Уйди!

Мир Томаса рушился. Алби, Ньют, Минхо… еще пять минут назад он считал их лучшими друзьями, которые всегда поймут и поддержат. А теперь стоит перед ними, как законченный идиот, и все, что он прежде говорил, даже самому кажется враньем.

Краем глаза Томас заметил какое-то движение – Галли вышел из очереди и теперь шагал к ним с лицом, перекошенным от злости. Его нагоняли санитары.

– Томас! – Парень подошел ближе, и стало понятно, что на лице его не злость, а страх. – Ты должен нам помочь! Ты ведь можешь?! Тебя послушают. Помоги! – отчаянно вопил он, оборачиваясь, пока санитары волокли его в кабинет.

Томас ощущал полное бессилие. Сердце сжалось. Минхо, Алби, Ньют – глаза друзей были полны презрения. Как до такого дошло?

Нужно что-то сказать, и быстро. Второго шанса не будет. Надо объяснить друзьям, что они не правы, что он и Тереза не работают в ПОРОКе, а подчиняются ему. И помогли бы им обязательно, даже в Лабиринт отправились бы, если нужно. Надо успеть!

Томас открыл рот, чтобы объяснить, успокоить, извиниться.

И тут что-то произошло. Будто что-то щелкнуло в голове, и его мыслями, нервами, да всем телом стала управлять чья-то невидимая рука. Словно одержимый злым духом, он произнес:

– Мне жаль. – Слова шли против воли, а собственный голос казался чужим. – Ничем не могу помочь.

Душа исходила безмолвным криком. Застыв, Томас смотрел, как уводят его друзей.