Дата: 229.10.28 Время: 23.04

– Ты, наверное, даже лучше меня этаж знаешь, – сказал Томас, когда они завернули за угол и пошли по следующему длинному коридору. – Вы же тут все излазили.

– Ага, – согласился Ньют.

– Дальше пока чисто? – спросил Томас Терезу. Она направляла их по самым безлюдным закоулкам. Перед этим Тереза изучила видеозаписи с камер наблюдения и ясно дала понять, что Томас у нее в болыпом-преболыпом долгу.

– Угу, – пришел ответ. – Идите через лабораторию, про которую я говорила, там вообще пикого не бывает. В дальнем углу – аварийный выход, он приведет прямо к баракам.

– Понял.

Еще несколько поворотов, и перед ними возникла бронированная дверь с надписью «Научно-исследовательская лаборатория», одна из многих, куда доступ им был запрещен.

– Должно быть открыто, – подсказала Тереза, будто смотрела на них в реальном времени. – И обратно тоже. Я спать. Постарайтесь, чтобы вас не поймали и не подстрелили.

Тереза не стала ждать, пока Томас ответит, только послала картинку с изображением поцелуя в щечку – чтобы его смутить, конечно.

– Томми, – прошептал Ньют, присев на корточки у двери. – Чего ты разлыбился, пошли.

Не обращая внимания на его слова, Томас толкнул дверь, юркнул внутрь и сделал Ньюту знак идти за ним. Они закрыли дверь и принялись искать запасной выход из лаборатории – большой пустой комнаты с металлическими столами, уставленными оборудованием и компьютерами. Еще там были стеклянные колбы и какие-то странные приборы, сплошь утыканные трубками и проводами. На стенах висели инструменты, похожие на средневековые орудия пыток: железные, блестящие, с острыми лезвиями. Друзья проползли под столом, делящим лабораторию напополам.

– Что они тут химичат? – недоумевал Ньют.

В зловещей тишине его шепот показался чуть ли не криком.

Томас вздрогнул от неожиданности и замер. Ньют наткнулся на него, оба повалились на пол и расхохотались – наверное, истерика от напряжения началась.

– А ПОРОК точно не ошибся? – хохотнул Ньют, вставая и отряхиваясь. – Какой из тебя особый кандидат? Ты же клоун вообще.

Томас собирался сострить в ответ, когда его внимание привлекло нечто странное – что-то в глубине темной лаборатории испускало зеленое свечение. Завораживающее, оно действовало на Томаса почти гипнотически.

Улыбка исчезла с лица Ньюта.

– Это еще что такое?

Вокруг источника зеленого света вились клубы тумана.

Томас знал, что нужно уходить и искать запасной выход, но ничего не мог с собой поделать.

– Пошли посмотрим, – прошептал он, словно боялся разбудить какое-нибудь чудовище, спрятавшееся в зеленой жиже.

Они осторожно прошли мимо столов и приблизились к источнику зловещего света. Стало ясно, что свечение идет из-под огромной стеклянной крышки контейнера размером в половину человеческого роста. Выбивавшийся из-под крышки белесоватый туман вился в воздухе и поднимался вверх, растворяясь в темноте.

Томас наклонился над крышкой, усеянной каплями конденсата, и оглянулся на Ньюта. Странное сияние придавало лицу друга нездоровый зеленоватый оттенок. Томас отогнал мысль о болезни.

– Не надо было сюда соваться. – Ньют поглядел на друга из-за зеленого чана. – По мне, так тут что-то радиоактивное. Проснемся утром шестипалые и одноглазые.

Рассеянно улыбнувшись, Томас присмотрелся к «инопланетному» контейнеру. Под туманом проглядывался какой-то темный силуэт.

– Томми? – позвал Ньют. – Пойдем, а? Мне жутко.

Томас не мог пошевелиться. Ему отчаянно хотелось узнать, что внутри. Глыба в контейнере вздрогнула и глухо ударила в стекло. Томас отпрыгнул. Что-то скрежетнуло по стеклу и вновь скрылось в тумане. Коричневатое, пронизанное венами… Рука. Похоже на руку.

Томас уже собрался уйти, как к стеклу прижалось нечто похожее на торс, покрытый паутиной вен и вдобавок слизью. Томаса чуть не стошнило.

– Гляди, Томми! – сказал Ньют, приближаясь к стеклу. – У него… что-то из кожи растет. – Он отступил и отвел взгляд от контейнера.

С неожиданной для себя храбростью Томас наклонился над контейнером и стер капли с крышки. На прижавшейся к стеклу мясистой туше было несколько наростов, похожих на опухоли или гигантские мозоли. И если зрение его не обманывало, сияние шло как раз из этих наростов.

Наконец, Томас отошел и протер глаза. Он уже много странного в жизни видел, но такого никогда.

– Что это может быть?

– А я-то откуда знаю, – ответил Ньют, старательно не глядя на контейнер. – Может, хватит тут торчать?

Туман подобрался к вороту его рубашки, заструился вокруг головы.

– Да уж, – согласился Томас. – Пошли скорей.

Ему снова удалось заглянуть в тайники ПОРОКа, и то, что он там увидел, ему не понравилось.

* * *

С угрюмыми лицами они прошли до конца лаборатории и ступили в потайной ход, о котором говорила Тереза.

Он заканчивался ложной нишей, где была спрятана дверь, ведущая в бараки Группы Б. Всякий раз, как Томас думал, что ко всему в ПОРОКе привык, он натыкался на что-нибудь вроде чудища с наростами, растущего в чане, как в гигантском чреве.

Конечно, ему не все говорят. И не скажут. Порой возникало ощущение, что ему не говорят вообще ничего, а только тестируют, как и остальных. Будто он просто один из субъектов. Кто знает, какие еще ужасы заготовлены для тех, кто отправится в Лабиринты. Гриверы, тварь из контейнера…

Томас вздохнул. Ньют тем временем раскрыл панель в ложной стене. За ней оказалась каморка с приоткрытой дверью, в которую виднелись ряды коек вдоль стен.

– Вдруг перепугаются? – прошептал Томас. – Не хочу, чтобы на меня разом набросились сорок девчонок.

– А я думал, тебе такое нравится, – ответил Ньют. Лица его было не видно в темноте, но Томас понял, что друг усмехается.

Томас покачал головой и легонько втолкнул Ньюта в каморку, потом вошел вслед за ним. Сквозь щель двери они смотрели на спящую Группу Б. Кто-то вздыхал во сне, кто-то сопел, иногда поскрипывали пружины коек.

Глаза привыкли к темноте. Том оглядывал спальню, когда неожиданно перед ним возникла чья-то фигура. Он отпрянул от двери, чуть не вскрикнув. Девочка шагнула в темноту каморки.

– Что вам тут надо? Кто вы такие? – злобно прошептала она.

Томас собрался с духом:

– Прости, что тайком пробрались. Мы из Группы А. Ньют хочет попрощаться с сестренкой перед отправкой в Лабиринт.

Лица Ньюта он в темноте не видел – наверное, ржет над тем, как Томас подскочил.

– Хоть бы предупредили сначала, – ответила девочка. – А как вас зовут? То есть тебя. Ньюта я знаю. Соня – моя подруга.

– Я Томас.

– Ясно, – протянула она разочарованно. Или раздраженно. Может, Группа Б тоже наслышана о нем и Терезе, как они – о Рейчел и Эрисе. ПОРОК, похоже, постарался распространить слухи. – А я Миоко. Сейчас Соню позову.

Она тенью скользнула обратно в полутемную комнату.

– Надеюсь, они за нас, – сказал Ньют. – Эта девчонка половину наших за пояс заткнет.

Томас не ответил – темнота вдруг показалась зловещей.

Миоко вернулась и привела еще одну девочку. Та вихрем промчалась мимо Томаса к Ньюту. Они обнялись и чуть не упали.

– Отойди, – сказала Миоко, отдергивая Томаса от двери и закрывая ее. Потом включила свет, яркий, будто два солнца вспыхнули – пришлось сощуриться и прикрыть глаза ладонью.

По звуку было понятно, что Ньют всхлипывает, уткнувшись сестре в плечо или в шею. Наконец, глаза привыкли к свету, и Томас увидел, что плачут оба – и сестра и брат. Он не знал, давно ли они не виделись, и была ли у них возможность как-то общаться. Сердце сжалось.

– Пойдем. – Миоко потянула Томаса за руку. – Пусть поговорят.

– Ненавижу, – громко сказал Ньют, всхлипывая. Он отстранился от сестры и вытер мокрые щеки. – Ненавижу их всех! Как можно было так поступить? Забрать детей из дома, не давать им видеться? Как можно?! – Последние слова он выкрикнул.

Миоко поморщилась и покосилась на дверь.

– Ну-ну, тише, – успокаивала его Соня. Обхватив лицо брата руками, она смотрела ему в глаза. – Посмотри на это по-другому. Нам лучше, чем девяносто девяти процентам детей снаружи. Нас спасли, братишка. Мы бы не выжили. – Она снова притянула Ньюта к себе.

– Почему нам не дают видеться? – От печальных слов Ньюта сердце разрывалось. – Зачем все эти тесты и жестокие игры? Я их ненавижу, что бы ты ни говорила.

– Все это когда-нибудь закончится, – прошептала сестра. – Не забывай, у тебя нет иммунитета. Мы сделаем так, чтобы тебе ничего не угрожало, и потом будем вместе. Ну, не унывай. Ты же мой старший брат. Это ты должен меня успокаивать.

– Я люблю тебя, Лиззи, – ответил он, сжимая ее руку. – Очень люблю. – Он отстранился и посмотрел на нее.

Она улыбнулась. Ньют снова ее обнял, сокрушенно покачав головой, а у Томаса возникло предчувствие, что ничего хорошего в ближайшем будущем их не ждет.