Дата: 224.10.20 Время: 12.15

Ньют уже давно обещал показать что-то особенное, но каждый раз, когда Томас или Тереза напоминали об обещании, изображал, что рот у него закрыт на замок, а глаза у самого хитро поблескивали.

Куда бы ни лежал их путь ночью, сначала они всегда собирались в подсобке. Старая пыльная комната стала чем-то вроде тайного убежища. После третьей вылазки Ньют уже не приходил за Томасом и Терезой, и радостное возбуждение от того, что они самостоятельно шныряют по темным коридорам ПОРОКа, делало вылазки еще увлекательнее.

Обычно Томас тихонько стучал в дверь Терезиной комнаты, она сразу открывала и осторожно высовывала голову в коридор.

– Как думаешь?.. – спросила она на четвертую ночь, улыбаясь в предвкушении. – Куда сегодня?

Томас изобразил «замочек», как обычно делал Ньют, и притворно охнул, схлопотав тычок в бок.

Когда они вошли в подсобку, то увидели, что Минхо и Алби дерутся. Сначала Томас подумал, что взаправду, но потом Алби, издав торжествующий смешок, хитрым приемом положил Минхо на лопатки.

– Не твой день, салага! – завопил Алби, вдавив локоть в грудь Минхо, а Ньют трижды хлопнул по двери.

Алби вскочил с пола и победно вскинул руки.

Минхо тоже встал и принялся отряхиваться, попутно отпустив несколько словечек, которые Томас слышал от отца.

– Ну, молодец, что ли…

– Ладно вам. – Ньют потянулся и зевнул. – Пошли уже, а?

– Какой сегодня сюрприз? – спросил Томас. – Куда идем?

Ньют посмотрел в потолок.

– Да мы уже везде были.

Томас не удержался и посмотрел на Терезу. Значит, Ньют с друзьями понятия не имеют о том, что скрыто прямо под ними. Дружба дружбой, но про Лабиринт им говорить нельзя. Удивительно, что, обойдя все здание вдоль и поперек, они так на него и не наткнулись, тем более что лабиринтов два.

– Томми? – Ньют смотрел на Томаса, вопросительно подняв брови.

– Ой, извини, – смутился Томас. – Задумался. Что ты сказал?

Ньют удивленно покачал головой.

– Не тормози. На улицу пойдешь?

* * *

В нише за бетонной стеной скрывалась непонятно куда ведущая лестница – здание построили задолго до того, как в нем обосновался ПОРОК. Вид у лестницы был зловещий, словно она – часть какого-то коварного плана, о котором не было известно ни проектировщикам, ни прежним хозяевам здания.

Томас поднимался последним по бесконечным ступеням, и из-под ног впереди идущих на него летела пыль, мелкие камешки и еще какой-то мусор, скопившийся на лестнице за много лет.

– А поосторожнее можно? – как можно громче прошептал он.

Ответом было хихиканье – точно проделки Минхо.

Этаже на десятом они остановились на железной площадке, куда едва втиснулись впятером. Слева в цементной стене торчала, как одинокий уродливый зуб во рту, проржавевшая металлическая дверь. Однако ручка на ней была новая, блестящая.

– И часто вы сюда забираетесь? – спросила Тереза.

– Да раз десять были, – ответил Алби. – Или пятнадцать. Не помню. А как здорово свежим воздухом-то дышать! Ну, сейчас сами узнаете. Там вдалеке еще океан шумит, я прям не могу.

– Я думал, за стенами пустыня выжженная, – сказал Томас; внутри у него все трепетало – он еще никогда так не волновался. – Радиация же, пекло и все такое? Из-за вспышек.

– Да еще шизы, – добавила Тереза. – Откуда вы знаете, что их там нет?

– Да ладно вам, – вскинул ладонь Минхо. – Мы что, по-вашему, совсем придурки? Смотались бы мы туда пятнадцать раз, если бы нам шизы каждый раз отъедали по пальцу, а причиндалы радиацией жарило? Хорош бояться!

Ньют растопырил пальцы у Томаса перед носом.

– Вот, все на месте. А по поводу причиндалов я пока не парюсь.

Томас прыснул, разбрызгивая слюни.

– Извини. – Он вытер рот рукавом.

Объяснения Алби звучали серьезней.

– Погода потихоньку улучшается. К тому же тут, на севере, вспышки меньше бед наделали. Мы даже снег на деревьях видели.

– Снег? – переспросила Тереза с таким удивлением, будто речь шла не о снеге, а о космических пришельцах. – Серьезно?

– Ага.

– Хватит болтать, – прервал их Ньют. – Минхо, открывай.

– Есть, сэр! – рявкнул Минхо. Он схватился за ручку и с усилием толкнул. Раздался лязг, дверь скрипнула на петлях.

Прочно запертый до этого воздух вольным потоком устремился наружу, а внутрь ворвались порывы ветра. Они трепали одежду и сливались с бегущим по спине холодком, усиливая нетерпение до предела. Минхо вышел первым, за ним Алби. Следующей, по знаку Ньюта, шагнула наружу Тереза, бросив многозначительный взгляд на Томаса.

– Теперь ты, Томми, – скомандовал Ньют. – Смотри только башкой не ударься.

Томас скользнул в приоткрытую дверь и оказался на широкой бетонной площадке. Снаружи было свежо и холодно. Нахлынули воспоминания о жизни до ПОРОКа, когда выходить на улицу еще было можно; но вслед за теплом вспомнился изнуряющий зной. Как же странно и здорово было ощущать свежий прохладный воздух и слышать вдалеке океанские волны.

– Ну, как тебе? – спросил Минхо.

Томас огляделся. В темноте было мало что видно, да к тому же мешал свет, льющийся откуда-то сверху. Дальше площадки с перилами все тонуло в непроглядном мраке. На небе мерцали бледные точки звезд.

– Не видно почти ничего, – ответил наконец Томас. – Но, чувак, это воистину круто.

– А я что говорил! – По голосу было понятно, что Алби улыбается.

– Тут водосток идет, – сказал Ньют, перегнувшись через перила в углу площадки. – Вниз-то легко, а вот обратно придется попотеть. Ну, ничего, вам полезно.

– А давайте им лес покажем, – предложил Минхо. – Может, оленя увидим или даже приручим.

По тону Минхо никогда не было понятно, серьезно он говорит или шутит.

Алби перелез через перила и начал спускаться. На этот раз, по команде Ньюта, вторым пошел Томас. Пальцы болели – Томас изо всех сил цеплялся за края желоба. Однако спускаться – не подниматься. А когда ноги Томаса наконец коснулись земли, ощущение было такое, словно он ступил на другую планету.

Вместе с Алби они ждали остальных. Судя по холоду, где-то поблизости действительно шел снег.

– А там что? – спросил Томас, показывая на заканчивающийся лесом пустырь. – Неужели мы так запросто взяли и вышли? Можно ведь и не возвращаться тогда.

– Естественно, мы об этом думали, – ответил Алби. – Хотели жрачки как можно больше заныкать и смыться. Однако… есть проблема, чувак. Кто знает, сколько мы снаружи протянем. Внутри-то лучше – кормежка, тепло, шизов нет… В общем, мы еще думаем. – Он что-то недоговаривал.

Тереза спрыгнула с желоба последней. И тут со всех сторон вспыхнул слепящий свет, будто бы разом щелкнули гигантские переключатели. Подставив руку козырьком, Томас крутился в разные стороны.

Он прищурился и увидел в ярком свете три сгорбленные темные фигуры в шлемах, военной форме и с оружием в руках. Сзади приближался кто-то еще, и Томасу внезапно показалось, что от страха у него разъедает внутренности – он не видел этого человека с того самого дня, когда окончательно лишился прежнего имени.

Рэндалл. Похоже, его перевели куда-то повыше, где уже не носят зеленые пижамы.

– Не стоит вам тут находиться, ребятки, – сказал Рэндалл почти грустно. – Впрочем, вы это и без меня знаете, не глупые. Однако придется вас наказать, чтобы понимали, как опасен внешний мир, и ценили то, что для вас делает ПОРОК. – Он произнес это размеренно, будто проговаривал заученный текст. Потом указал на Ньюта: – У этого нет иммунитета – отведите его обратно, вызовите врача, чтобы осмотрел. Живо!

Один из охранников направился к Ньюту. Устало вздохнув, Рэндалл махнул рукой в сторону Томаса и остальных:

– А этих – к шизам.