Мгновение спустя мы завернули за угол, и между двумя живыми изгородями перед нами показалась задняя часть дома Морганы: чёткая, почти двухмерная на вид, и слегка перламутрово-светящаяся между чёрными линиями. Выглядело так, как будто кто-то нарисовал домик на картоне, вырезал его и сделал тонкую, едва объёмную копию для всплывающей карточки.

Однако толпа запредельных, собравшихся вокруг окон и задней двери, была довольно внушительной. Если бы они не двигались, я бы подумала, что это просто каменные глыбы, а мне не нравилось думать о каменных глыбах, которые могут двигаться и сражаться.

— Ну и дела! — сказала я вполголоса. — Что это, блин, такое?

— Метатели камней, — сказал Зеро, убирая в ножны меньший Меч Эрлинга и вытаскивая вместо него свой двуручный палаш. — Посмотри, сможешь ли найти для боя что-нибудь потяжелее; двуручное, если сможешь, и одноручное, если нет. Тебе понадобится что-нибудь прочное, и тебе нужно будет позаботиться о том, чтобы те, что поменьше, не сбили с ног, чтобы те, что побольше, не раздавили тебя.

Так вот почему там были и более мелкие.

— Отлично, — сказала я пересохшими губами. — Ой, у них нет оружия.

— Их тела — оружие.

— Как Джин Ён, — сказала я с лёгким смешком, который застрял у меня в горле. Блин. Было бы здорово, если бы Джин Ён тоже был здесь, даже если бы он всего лишь жаловался, что его любимый костюм будет испорчен.

Зеро проигнорировал мое замечание и проинструктировал:

— Не отступай и не уступай из-за ошибочного представления о честной игре; метатели забивают живых существ до смерти ради забавы.

— Как думаешь, который из них эрлинг? — спросила я, заметив в изгороди многообещающую подстриженную ветку. Я потянулась к ней и почувствовала в пальцах не ветку, а крепкую ручку. — Если мы доберёмся до него первыми, остальные могут разбежаться, верно?

— Возможно, — сказал Зеро, но его тон был сдержанным. — Нашла что-нибудь?

— Ага, — сказала я, потянув за найденную мной крепкую ручку.

Я могла бы поклясться, что попыталась вытащить крепкий меч среднего размера, который был не слишком тяжёлым, чтобы я могла его поднять, но и не таким лёгким, чтобы его можно было разбить вдребезги. Вместо этого появилась крикетная бита.

Я уставилась на неё, и Зеро тоже.

— У тебя действительно есть свой стиль, — сказал он. — Вот как мы поступим. Бей их в головы; остальная часть тела почти такая же твёрдая, как камень, но купол их голов настолько близок к сланцу, насколько это возможно у живого существа.

— Только удар в голову, — сказала я. — Поняла.

Как только они увидели нас, они послали за нами волну мелких метателей камней: лавину высотой по колено, которая сотрясла землю и выбила меня из колеи настолько, что моя задняя нога отлетела назад.

— Осторожнее с ногами, — проинструктировал Зеро.

Я поспешно свела ноги вместе, и, возможно, это был инстинкт, но я повернулась боком и оказалась в позиции отбивающего. После этого всё произошло инстинктивно: один из метателей камней бросился прямо на меня, и я нанесла точный удар, направив быстрый удар рукоятью крикетной биты вниз, чтобы ударить по метателю камней, предположив, что он очень лёгкий, а не очень тяжелый, — и подбросила мелкого засранца вперёд шесть прямо над крышей дома.

Это, казалось, обеспокоило всю группу, потому что на мгновение воцарилась абсолютная тишина, которую Зеро нарушил словами:

— Хорошая работа, Пэт. Сделай это со всеми, если сможешь, — прежде чем мелкие метатели камней двинулись вперёд, на этот раз более осторожно.

Я не осторожничала. Я покрыла всю свою биту сущностью Между, чтобы всё, по чему я била, было лёгким, и наносила удар за ударом: удар за ударом: навес, квадратный навес, свип — всё, что я могла сделать, начиная низко и посылая высоко. Не знаю, куда подевались мелкие поганцы после того, как перелетали через дом или живую изгородь, но никто из них не вернулся, и этого было достаточно.

Зеро оставил мне последних из них и направился к более крупным метателям камней, что меня вполне устроило. Ублюдков было всего около шести, но они были огромными, и мне не нравились мои шансы против них, даже если бы у меня была бита, которая могла заставить их думать, что они лёгкие.

Я позаботилась о своих мелких метателях камней, а затем с ноющими руками поспешила в бой поближе к дому. С таким же успехом я могла бы оставить то на Зеро, несмотря на всё то хорошее, что, по моему мнению, я сделала. Каждый удар, который мне удавалось нанести, сотрясал меня до мозга костей, но, казалось, не оказывал особого влияния на метателей камней, а Зеро уже позаботился о троих из них. Он немного сбавил скорость, но, в отличие от меня, был на нужной высоте, чтобы ударять их по головам. Скалистые придурки могли наносить сильные удары, и торс Зеро был покрыт синими и фиолетовыми пятнами, которые я могла видеть сквозь прореху в его рубашке.

Очевидно, я не могла отказаться от битвы, даже если со стороны казалось, что я туплю. Я вернулась от очередного удара, от которого мои мозги превратились бы в томатную пасту, и бросилась к лестнице. Мне нужно было преимущество в росте. Когда я увернулась от удара метателя камней, летевшего ближе к лестнице, и отскочила вправо, что-то тяжёлое и терракотовое ударилось о землю в нескольких футах от меня, разбрасывая осколки керамики.

Я рискнула поднять взгляд, едва избежав удара, который заставил бы меня лежать на спине, постоянно глядя вверх, и увидела, как открываются ставни, а в каждом окне появляется толпа детей: они размахивают конечностями, швыряют друг в друга снаряды и опасно высовываются наружу, чтобы подстеречь следующую ничего не подозревающую жертву.

Детишки! Эти мелкие убийцы с цветочными горшками в руках стояли у окон и в буквальном смысле слова стреляли в метателей камней внизу, не задумываясь и, вероятно, не слишком заботясь о том, в кого они на самом деле попали — во врага или в друга.

Ещё один горшок задел меня по плечу и ударился о землю с такой силой, что защемило голень. Я вскрикнула и отскочила в сторону, инстинктивно пригибаясь и прикрываясь, что, вероятно, спасло мне жизнь, потому что прямо у меня над головой со звоном вылетела одна из металлических опор портика, обрамлявшего заднюю лестницу.

— Блин! — сказала я, перепрыгивая через две ступеньки за раз и ныряя в укрытие под портиком, который теперь наклонился как пьяный. — Ой! Вы, глупые мелкие офисные гномы! Вы чуть не сбили меня!

Они только захихикали, но следующий залп прошёл мимо меня и попал тому, кто стоял сзади, у подножия лестницы, прямо в макушку, проломив череп с тошнотворным чавкающим звуком. Я вытерла его кровь со своего лица и отбила метателя камней поменьше, который пытался ударить меня по ногам и снова столкнуть с лестницы.

В нескольких футах от него Зеро поднял свой меч на уровень плеча и вонзил его в глазницу последнего стоящего метателя камней, как будто тот был сделан из папье-маше, слегка отклонившись назад, чтобы избежать последнего, бессильного взмаха метателя.

— Это офигеть как отвратительно, — сказала я и с визгом уронила биту, когда позади меня распахнулась задняя дверь.

— Будь внимательна к тому, что тебя окружает, Пэт! — процедил Зеро сквозь зубы.

К счастью для меня, в дверном проеме стояли только Моргана и Дэниел, а не ещё кто-нибудь из метателей. Моргана, с абсолютно белым лицом, закричала:

— Пэт! — и схватила меня, когда я обернулась.

Я позволила, но предупредила:

— Осторожно! Ты вся вымажешься в крови.

— Мне плевать на кровь! — сказала она, но глаза уже закрыла. — Если я её не вижу, значит, её там нет.

— Она всё равно попадёт на твою одежду, даже если ты её не увидишь, — запротестовала я, но она всё равно продолжала обнимать меня.

— Просто позволь ей обнять тебя, — сказал Дэниел. Казалось, он смирился. — Ей не станет лучше, пока она этого не сделает, и не похоже, что это тебе навредит. Ты можешь пойти смыть кровь позже, когда она будет знать, что ты всё ещё собираешься вернуться живой.

— Я стою здесь, — с достоинством произнесла Моргана. Это достоинство было слегка подпорчено тем фактом, что, хотя она и повернула голову, чтобы посмотреть на него, глаза она так и не открыла. — Вам следует зайти, пока ещё какие-нибудь твари не начали пытаться проникнуть в дверь.

— Не парься, к тебе больше такие не должны приходить, — сказала я.

— В следующий раз они будут другими, — сказал Зеро, испортив момент. Он в два прыжка преодолел три ступеньки за раз и протиснулся мимо нас, чтобы войти в дом. — Они, вероятно, также будут более опасными. Где ваши вещи? Нам нужно уходить, пока есть возможность.

— Мы уже собрали вещи, — сказал Дэниел, следуя за ним в коридор.

Я осталась наедине с Морганой, которая отпустила меня, старательно отводя взгляд, чтобы не увидеть кровь, и поплыла по коридору вслед за двумя другими.

— Погодь-ка, — сказала я. — Ты стоишь!

— Я не хочу говорить об этом, — сказала она, по-прежнему старательно не глядя на меня. У меня было ощущение, что на этот раз это не из-за крови.

— Как скажешь, — сказала я спокойно, как будто она могла сбежать, если я не буду достаточно осторожна. Я знала, чего мне стоило поставить её на ноги, но я не пожалела об этом, когда впервые за всё время нашего знакомства увидела, что она стоит на ногах. Однако было бы неправильно ожидать, что она не пожалеет об этом. Было бы вполне справедливо не хотеть есть мозги. — Что происходит с детьми? Они идут с нами?

— Мы попрощались, — печально сказала Моргана. — Пока тебя не было рядом, мы с детьми немного поговорили. Думаю, они заперты в доме — Дэниел сказал мне, что их всех здесь убили, и я не думаю, что они могут уйти. Вот почему они были так раздражены тем, что творилось снаружи.

— Ага, заметила, — сказала я, ухмыляясь. Я мимоходом стащила чью-то футболку из стопки чистого белья на диване и вытерла лицо, чтобы Моргана могла посмотреть на меня, не падая в обморок от вида крови. — Они были очень любезны; избавили меня от нескольких метателей камней, которые были чертовски неудобны.

Следующий вопрос, который я должна была задать, был ещё более щекотливым, поэтому я подождала, пока закончу умываться, прежде чем спросить:

— А как же твои родители?

— Я не смогла попасть в их комнату, — тихо сказала она через мгновение. — Мне пришлось попытаться объяснить, стоя за дверью.

— Если это поможет, я не думаю, что здесь, на арене, есть что-то, что может причинить им вред, — сказала я ей. Если бы не чувства Морганы, мне было бы пофиг, если бы что-то могло причинить боль её родителям. Они заключили сделку с жизнью Морганы, чтобы избежать смерти, и заслужили все, что получили.

Эхо в доме было не совсем правильным, как в пустом доме, готовом к уходу, и, прежде чем Моргана успела ответить, я отчётливо услышала голос Зеро, доносившийся из кухни:

— Нам нужно уходить как можно быстрее. Чем скорее мы вернёмся, тем меньше вероятность, что кто-нибудь найдёт тела, которые мы оставили.

Моргана бросила на меня обвиняющий взгляд, который прогнал неуверенность, читавшуюся в её глазах, и я сказала:

— Мы только что убили нескольких фейри, которые нашли дом и хотели убить нас. Мы не ходили вокруг да около и не убивали людей ради забавы.

Я чуть было не добавила: «Ну, во всяком случае, не все из нас», но от этого у меня внутри всё сжалось, так что я промолчала.

— Мы готовы идти, — донёсся голос Дэниела, тоже из кухни.

Голос Зеро спросил:

— Только ты и зомби?

— У меня есть имя, — возмущённо заявила Моргана, направляясь на кухню впереди меня в своём негодовании.

— Мы тоже идём, — произнёс чей-то голос.

— Да, мы здесь не останемся, — сказал другой.

Я выглянула из-за угла и увидела пять пухлых сумок-холодильников, сложенных вместе на кухне, а также три толстые дорожные сумки и ещё шестерых ликантропов.

Я открыла рот, чтобы сказать: «Вот блин, это и всё!» — при виде сумок-холодильников, но закрыла его, как только Дэниел посмотрел на меня. Это были сумки-холодильники, и Моргана шла рядом — в этих сумках были мозги, это точно.

Вместо этого я спросила:

— Три сумки на вас восьмерых?

— У нас уже есть ещё одно изменение, — сказал один из оборотней, подмигивая мне.

Зеро бросил на него холодный взгляд, и он сглотнул и отвернулся.

Дэниел сказал:

— У нас есть всё, что нам нужно, и мы уже знаем, что там опасно. Если мы будем путешествовать налегке, так будет лучше; по одной сумке на человека. Как долго, ты сказали, мы будем заперты в вашем доме?

— Я не говорил, — сказал Зеро, которому был адресован вопрос. Его голос был мрачным, но это было вполне нормально.

— Только до тех пор, пока мы не найдём способ избежать испытаний, — сказала я. Меня никто не спрашивал, но я ни за что не собиралась сидеть взаперти в собственном доме, откуда единственным постоянным выходом было отправиться в волшебную страну и сражаться насмерть. Я ни за что не позволила бы людям выгнать Джин Ёна из дома. — Как только мы найдём выход, они могут остаться здесь и сражаться насмерть, пока мы будем давать понять, что не хотим быть эрлингами.

— Мы можем это сделать? — спросила Моргана, и её глаза загорелись. — Я тоже не хочу сражаться.

— Тебя меня не провести, — сказал один из ликантропов и получил безжалостные удары по ушам с четырёх разных сторон.

Подбородок Морганы слегка сморщился, а затем стал твёрдым.

— Я сказала им, чтобы они не заходили в дом, — сказала она.

— До метателеф камней у нас было несколько посетителей, — объяснил Дэниел. — Они застали нас врасплох, особенно после того, как вошли в дом, так что…

— Ты сказал, что нам не стоит здесь задерживаться, — сказала Моргана, хватая одну из сумок. — Так что давайте пойдём, а истории оставим на потом.

***

Моргане потребовалось ещё несколько минут, чтобы ещё раз попрощаться с детьми-призраками, прежде чем мы ушли. Не думаю, что Дэниел был от этого в восторге, но у детей была привычка сбрасывать ему что-нибудь на голову с верхних этажей, когда он поднимался по лестнице, так что я его не виню. И даже если бы снаружи не было метателей камней, то же самое ощущение угрозы всё равно витало бы над всем домом, щекоча мне уши, как холодный ветерок, которого не должно было быть там, где он был.