У меня было подозрение, что он может попытаться остаться в доме, поэтому я позволила ликантропам восклицать о солнечном свете, лёгком ветерке и реальности человеческого мира, а сама отошла во внутренний дворик и подождала, пока Зеро выйдет со своим пленником.

Зеро замешкался в коридоре, когда Ральф вышел оттуда рука об руку с Сарой, опасаясь солнечного света и готовый прижаться к ней, как будто она действительно была его старшей сестрой.

— Ты такой грязный! — я услышала, как она сказала, проходя мимо. — Когда ты в последний раз мылся?

— Я не моюсь, я ревенант!

— Ладно, тогда ты вонючий ревенант, — парировала она, её голос затихал, когда она вытаскивала его во двор.

— Продолжай без меня, Пэт, — сказал Зеро, его лицо было скрыто в тени. — Я позже пойду за тобой.

— Хайион, — позвал Джин Ён. — Выходи. Здесь оставаться плохая затея.

— Ты тоже должен выйти, — сказала я Зеро бодро и твёрдо. Я не хотела, чтобы он знал, что я вижу тени на его лице и что Атилас уже проснулся, и в его серых глазах та же тень. — Я хочу убедиться, что всё переместилось в мир людей должным образом, прежде чем мы вернёмся в дом.

— Не стоит обращать на меня внимания! — прошептал Атилас. — Нам с моим господином нужно кое-что обсудить.

Я не стала дожидаться, пока Зеро снова ответит; я протянула руку и схватила его за рукав кожаной куртки, и он двинулся вместе со мной, как будто его придавили к земле и требовался лишь небольшой дополнительный вес, чтобы потянуть его вперёд.

Вперёд, через холл, через порог и во внутренний дворик — и когда он вошёл, весь дом снова содрогнулся.

— Быстрее! — крикнула я. — Убирайтесь с внутреннего дворика!

В нём оставались только мы четверо, и мы сошли как раз вовремя. Возникло ощущение огромной тяжести, затем вибрации, и что-то тяжёлое и не совсем правильное оторвалось от дома и втянулось обратно в За с разрушительной силой, которая, казалось, могла бы утащить нас с собой, если бы мы не были прочными в совершенно ином смысле.

Моргана сказала дрожащим голосом:

— Это было слишком близко, ещё бы чуть-чуть — и всё, Пэт!

— Ага, — сказала я, переводя дыхание. В какой-то момент времени мне всё равно придётся сказать ей своё имя — вероятно, после того как люди перестанут угрожать мне его использованием. — В смысле, может быть, нас бы и не затянуло, если бы мы всё ещё были во внутреннем дворике, но я правда не хотела рисковать.

— Отличная работа, Пэт! — сказал Атилас едва слышным голосом. — Ты действительно вступаешь в права, принадлежащие тебе по праву рождения!

— Тебя, чёрт возьми, никто не спрашивал! — яростно сказала я. Он не имел права придавать лицу Зеро такое выражение, как тогда, в коридоре. — Так что попридержи свой язык!

— Она бьёт довольно сильно, — доверительно сообщил ему один из ликантропов. — На твоём месте я бы заткнулся.

— Ты тоже заткнись, Даррен!

— Я Дилан.

— Заткнитесь вы оба, чёрт вас дери!

— Это невежливо, — сказал Даррен. — Я ничего не сделал.

— Знаю, — сказала я. — Извиняй. Но не могли бы мы, пожалуйста, перестать разговаривать с пленником?

— О, так вот кто я такой? — сказал Атилас с лёгким смешком, глядя на Зеро, который старался не встречаться с ним взглядом. — Я мог бы поклясться, что я, как говорится, покойник, но уверен, ты знаешь, о чём говоришь!

— Отведи старика обратно в дом, — сказал Джин Ён, подталкивая меня своим плечом. — Он здесь такой надоедливый.

— Уверяю вас, маловероятно, что внутри я буду доставлять меньше хлопот, — сказал Атилас. Должно быть, он, наконец, начал исцеляться, потому что теперь, когда мы были снаружи, его серые глаза смотрели острее.

— Послушай, половина из нас уже хочет убить тебя, так что тебе, наверное, стоит заткнуться, — сказал Дэниел.

От меня не ускользнул встревоженный взгляд, который он бросил на Моргану, или то, как она вцепилась в его руку. Из-за этого я чуть не рассмеялась, потому что, как она и угрожала ранее, зомби-Моргана могла бы сразиться с Атиласом и, возможно, даже победить.

Может быть, Атилас просто прикидывал, скольких из нас он сможет уколоть.

— Мне бы не хотелось лишать вас удовольствия излить свой гнев, — сказал он самым вежливым тоном слуги.

— Я найду для него местечко внутри, — сказал Зеро.

— Как восхитительно, — сказал Атилас. Он не сопротивлялся с тех пор, как Зеро схватил его; не сопротивлялся он и сейчас.

— Двое из вас пойдут с ним, — сказал Дэниел оборотням, и трое из них отделились от группы, обнюхивавшей двор, и побежали обратно к дому. — Мы подождём Северного здесь. Сара сказала, что, вероятно, она будет здесь, как только убедится, что дом Палмеров снова свободен — если повезёт, вместе с родителями!

— Мне не нужна нянька, — сказал Зеро угрожающим голосом.

— Я этого и не говорил, — сказал Дэниел, но его глаза на мгновение встретились с моими, и я увидела в них понимание. — Но мы не знаем, проникали ли в дом какие-то запредельные, пока он перемещался сюда. Я полагаю, ты не желаешь упускать из виду своего пленника, потому что вынужден сражаться со странными запредельными.

Зеро заколебался на мгновение, и в этот момент я увидела, как на лице Атиласа промелькнули сожаление и веселье одновременно.

— Не расслабляйся, — сказала я ему. — Зеро — не тот, о ком тебе следует беспокоиться. У некоторых из нас, эрлингов, будет к тебе много вопросов.

— Как восхитительно! — повторил он. — Ты станешь палачом?

— Кажется, в этом нет необходимости, — сказала я. — Думаю, в твоей голове достаточно информации, чтобы сделать это за нас обоих: я забирала у тебя воспоминания раньше и сделаю это снова, если понадобится.

Впервые я почувствовала, что добилась настоящего успеха, а не просто позабавила Атиласа тем извращённым способом, которым он, казалось, наслаждался происходящим: его глаза опустились, веселье полностью исчезло из них, и я увидела лёгкую, горькую улыбку, на мгновение промелькнувшую на его губах.

— Как уместно! — вот что, как мне показалось, он сказал, но Зеро к тому времени уже тащил его обратно во внутренний дворик и в дом, а трое ликантропов бежали за ним слишком энергично, учитывая события последних нескольких дней.

Я почувствовала, как у меня в кармане зазвонил телефон, и когда я вытащила его, в животе у меня забурлило от восторга: у меня появились палочки сигнала! У меня были настоящие, человеческие палочки сигнала, и звонил Туату.

— Ой, — сказала я вместо ответа. — Вам с Северным лучше подойти сюда: нас нет дома, и думаю, Сара захочет повидаться со своими родителями сразу, как только сможет. Возможно, тебе тоже захочется узнать, как они относятся к скелетам, потому что она, похоже, усыновила такого.

— Пэт…

— Они кажутся хорошими людьми, так что, вероятно, они тоже усыновят его, — добавила я. Джин Ён ухмыльнулся и прислонился плечами к одной из балок внутреннего дворика, в его глазах светилось злобное удовольствие. — За ним тоже не нужно много ухаживать; просто проведите немного электричества и воды для забавы, и убедитесь, что вы не позволяете ему запирать гостей в стенах.

— Пэт, Палмеры вряд ли захотят усыновить скелета и…

— Этот же совсем маленький!

— Я не собираюсь обсуждать скелеты по телефону, — твёрдо сказал Туату. — С тобой всё в порядке, Пэт?

— Оу, — удивлённо сказала я. — Да, конечно. Я ведь с тобой разговариваю, не? У Сары тоже всё хорошо, так что…

— Я спрашивал не о Саре, — сказал он. — Я уже знаю, что с ней всё в порядке. Я хотел убедиться, что у тебя не течет кровь и не отсутствуют какие-либо важные части тела.

Я слегка шмыгнула носом, неожиданно почувствовав себя побеждённой, и Джин Ен напрягся.

— Ой, Туату, — сказала я.

— Что?

— Я тебя люблю.

Он страдальчески вздохнул.

— Я тоже люблю тебя, Пэт. Пожалуйста, постарайся не умереть и не исчезнуть до того, как мы доберёмся туда, хорошо?

— Хорошо, — сказала я и повесила трубку, сказав это прищуренному Джин Ёну.

Он бросил страстный взгляд на мой телефон и сказал:

— Ты сказала этому человеку, что любишь его.

— На данный момент он, по сути, мой старший брат, — возразила я. — Конечно, я люблю его!

— А ещё ты сказала Хайиону, что любишь его.

— Он мой дядя! Я должна говорить ему, что люблю его!

— Только мне не сказала, что ты любишь меня, — угрюмо сказал он.

— Это потому, что я не люблю тебя как брата или дядю, — сказала я. — Я уже сказала, что буду встречаться с тобой, но тебе придётся немного подождать, прежде чем я подарю тебе ещё одно «я люблю тебя». Если только ты не хочешь сестринского…

— Я подожду! — поспешно сказал он. — Я не буду тебе ни дядей, ни братом!

— Ой! — воскликнул ликантроп. — Как думаете, вы двое, сможете перестать обжиматься достаточно долго, чтобы выяснить, почему этот чувак заглядывает к нам во двор?

— Ты только что сказал «обжиматься»? — спросила Моргана.

— Что я тебе говорила? — обратилась я к Кевину. — Твой словарный запас по меньшей мере пятидесятилетней давности, и… вот блин, только этого нам ещё не хватало!

Это был не просто чувак, заглянувший в наш двор: это был золотистый лохматый мужчина со слегка сутулыми плечами и приятной внешностью золотистого ретривера.

— Отойдите от забора! — резко сказала я остальным и зашагала по дорожке к воротам. Он не мог никого из нас видеть — не мог нас слышать, если я не ошибалась, — но как только я обращусь к нему напрямую, он сможет. — Сара и Ральф, возвращайтесь в дом, где вас никто не увидит. Моргана…

— Я остаюсь, — сказала она. — В любом случае, пока не приедут Северный и Туату. Возможно, тебе понадобится подкрепление.

— Я тоже, — сказал Дэниел, когда я повернулась к нему.

Я не стала утруждать себя обращением к другим ликантропам или Джин Ёну, который всегда был рядом со мной. Я просто подождала, пока Сара и Ральф скроются из виду, затем остановилась недалеко от ворот и обратилась к Королю За.

— Пришёл убрать бардак?

Его взгляд сразу же остановился на мне, затем скользнул по лицу Джин Ёну и небольшой группе людей позади нас.

— Что-то в этом роде, — сказал он. — Но, возможно, не так, как ты ожидаешь. Я… немного удивлён, что здесь собралось так много людей. И всё же, когда я думаю об этом, это не так уж удивительно.

— Ты удивишься ещё больше, когда другие эрлинги снова появятся из ниоткуда, — посоветовала я ему. — Мы не единственные, кто выбрался.

Он некоторое время изучал меня, словно озадаченный.

— Это невозможно, — сказал он. — Только если все они не поклялись тебе в верности. Они поклялись тебе в верности? Думаю, ты пожалеешь об этом.

— Не-а, — сказала я. — Я не хочу, чтобы люди присягали мне на верность, чтобы я не убивала их. Это твоя фишка.

— Вовсе нет, — любезно ответил он. — Я предпочитаю полностью подчищать все концы. Те, кто присягает на верность, всегда считают эту верность обременительной по прошествии определённого количества лет или службы. Гораздо лучше покончить с этим раз и навсегда.

— Не думаю, что на этот раз тебе это удалось, — сказала я. — Думала, ты немного умнее: для тебя это не очень хорошо, если будет выбран эрлинг, не?

— Ничего хорошего, — сказал он. — Я не нёс ответственности за этот раунд испытаний эрлингов — если бы это было так, я бы позаботился о том, чтобы иметь возможность наблюдать за ходом испытаний.

— В смысле, участвовать, не? — спросила я, радуясь, что это конкретное подозрение подтвердилось.

— Уверен, что Лорд Сэро, по крайней мере, так думал, — сказал он, не отвечая прямо.

— Думаешь, Лорд Сэро знал, что это произойдёт, и занял выгодную позицию на арене.

— А ты нет? Я бы подумал, что ты должна была его там видеть.

— В этом ты прав, — признала я. Я не хотела раскрывать слишком много, потому что не знала, что было важным. — Он немного надоел мне.

Король некоторое время пристально смотрел на меня, затем на Джин Ёна, который тихо зарычал, демонстрируя клыки. Я заметила, как в его глазах промелькнуло веселье. Он сказал:

— Понятно. Думаю, я хотел бы поговорить с Лордом Сэро.

— Извиняй, — сказала я. — Он мёртв. Мы оставили его тело где-то там, так что можешь пойти и поговорить с ним, если хочешь, но оно может быть немного раздавлено, если вообще ещё существует.

Он осторожно спросил:

— Ты… ты позволила вампиру убить его?

— Полагаю, можно сказать и так, — сказала я, ущипнув Джин Ёна за пальцы, когда он открыл рот, чтобы — предположительно — исправить неверную часть предположения короля.

— Похоже, Лорд Сэро совершил ошибку, не позаботившись о том, чтобы вас разлучили.

— Он пытался, — сказала я. — У него не очень хорошо получилось.

— Понятно, — снова сказал король. На этот раз веселье было более заметным. — Конечно, это прискорбно с чисто информационной точки зрения, но он был… занозой в моём боку уже довольно долгое время.

— А, — неожиданно тихо произнёс Джин Ён, только для моих ушей. — Здесь есть история.

— Kuroegae, — сказала я и сразу же заметила восторг в его тёмных глазах. Прежде чем он успел сделать что-нибудь нелепо поспешное, например, поцеловать меня на глазах у короля, я сказала: — Не увлекайся. Нет необходимости, чтобы все понимали, о чём мы говорим, вот и всё.

— Вас, безусловно, следует разлучить, — сказал король. Теперь на его лице не было веселья; вместо приветливого золотоволосого щенка он выглядел косматой, изуродованной возрастом, каменной копией самого себя.

Теперь, когда мне было не просто интересно, как именно Лорд Сэро повлиял на короля, чтобы его было так трудно убить, мне было интересно, что мы собираемся сделать, чтобы он не убил нас, если ему удастся проникнуть во двор.

Он, вероятно, понял, о чем я думаю, потому что он на мгновение позволил нижней части своего лица открыться, прежде чем снова принять свой обычный щенячий вид. Он любезно сказал:

— Если поговорить с Лордом Сэро невозможно, я хотел бы поговорить со слугой. Я совершенно уверен, что один из них всё ещё жив, всеми правдами и неправдами.