— Где был палец? — спросил Дэниел, ухмыляясь.

— Лорду Сэро принадлежит много поместий, — сказал Джин Ён. — Я побывал во многих, прежде чем нашёл способ проникнуть внутрь.

— Ты пробрался в дом Лорда Сэро?

Джин Ён, выглядевший почти невыносимо самодовольным, сказал:

— Я побывал во многих местах. Я очччень хорошо умею прятаться. Кроме того, у меня есть друг, который очень хорош в создании новых лиц для людей.

— Заметила, что это продолжалось не слишком долго, — заметила я.

— Я расчувствовался, — сказал он, пожимая одним плечом и посылая в мою сторону сияющую улыбку. — Я потерял контроль над заклинанием.

— Хочешь, мы оставим тебя здесь флиртовать, пока будем осматривать подземелье? — спросил Дэниел. Он был слишком доволен собой.

— Нет! — сказала, в то же время, что и Джин Ён, «Ne».

И всё же, он последовал за мной, когда я присоединилась к остальным.

Хотя я была единственной, кто мог почувствовать каждую линию и связь в доме, именно Зеро повёл меня к темнице, укрепив моё подозрение, что он знал это поместье гораздо лучше, чем говорил.

Я была рада, что он вёл меня, когда мы были на нижних этажах: в воздухе царили темнота и промозглость, которые были чем-то большим, чем просто физическая темнота и сырость, и я, казалось, не могла унять дрожь. Даже несмотря на освещение, которое Зеро включил щелчком пальцев, здесь царили полумрак и ощущение сырости, которые, казалось, проникали в мои кости.

— Милое местечко, — пробормотала я, когда мы спустились ещё ниже.

Наконец мы добрались до этажа, где был единственный коридор, выложенный с одной стороны непроницаемым мрамором, а с другой — железными прутьями. Когда мы дошли до конца, в зарешёченной стене была единственная дверь, которая открывалась на петлях и не имела замка: я была уверена, что железная. Она открылась передо мной, но Зеро обошел её стороной, а вторая дверь, отделанная большим количеством серебряных прутьев, заставила ликантропов заскулить, когда они проходили через неё.

— Посмотрите на меня, я такой человечный и услужливый, — не удержалась я от восклицания.

Зеро пошёл впереди меня, а Джин Ён остался рядом: думаю, они были слишком обеспокоены тем, что меня снова схватят, чтобы предпринять что-то ещё. Но, в конце концов, им не о чем было беспокоиться. Моё зрение могло бы показать мне, что здесь, внизу, есть что-то живое, но те, кого мы нашли в этой ужасной комнате, были едва живы: группа из примерно двадцати самых разных существ, растянувшихся на мокром мраморном полу в собственной крови и месиве.

Все они подняли головы, когда мы вошли, и я услышала рычание сзади, хотя и не думала, что у кого-то из этих негодяев найдутся средства, чтобы осуществить эту угрозу.

— Ладно, ребятки, — сказала я, прежде чем кто-либо из оборотней успел зарычать в ответ. — Весь этот дом вернётся в мир людей или в мир За, откуда бы он ни появился. Вы можете либо тратить время, пытаясь устроить здесь неприятности, либо убираться из дома, пока он не вернулся туда, откуда его стащил Лорд Сэро. Почти уверена, что там, откуда он появился, будет несколько его людей, так что, если вы хотите сбежать, сейчас самое время.

Голубая девушка с жабрами и хвостом проскрежетала:

— Вы не собираетесь нас убивать?

— Нет. Вы выйдете отсюда в ближайшие пятнадцать минут и просто вернётесь туда, откуда пришли до того, как вас забрали на испытания. Просто убедитесь, что вас нет дома, если хотите быть в безопасности.

— Ты уверена, что хочешь этого? — спросил Зеро. Он спросил это громко, чтобы все его услышали. — Скорее всего, они вернутся и попытаются убить тебя позже.

— Мы не будем, — сказала девушка в голубом, делая глубокий вдох. — Я обещаю, что не буду!

— Прямо сейчас они не пытаются убить меня, — сказала я. — Я не могу убивать людей, которые прямо сейчас не пытаются убить меня. Они и так живы лишь наполовину.

— Позже у вас может не представиться такой возможности, — сказал он.

Джин Ён бросил на него укоризненный взгляд.

— Не пытайся превратить её в убийцу, Хайион, — сказал он. — Она уже дала тебе свой ответ.

— Я не собираюсь становиться запредельной, — коротко ответила я, хотя и не была уверена, подбадриваю ли я Джин Ёна или выражаю неодобрение Зеро. — Пусть идут, половина из них даже стоять прямо не может.

— Очень хорошо, — сказал он, и я не думаю, что он был разочарован. Может быть, смирился, но не разочаровался. Обращаясь к разношёрстной компании, собравшейся в зале, он сказал: — Вы поступили бы мудро, если бы не ждали появления короля и не наблюдали за испытаниями, когда выйдете на свободу; я предлагаю бежать быстро и далеко.

Я не думала, что больше, чем один или двое из них смогут стоять на ногах, но при упоминании короля по комнате пронесся панический переполох, поскольку эрлинги и слуги зашаркали, пошатнулись и вскочили на ноги, щупальца или лапы и так же быстро направились к двери как только могли.

— Нам тоже нужно уходить, пока есть возможность, — сказал Зеро, настороженно наблюдая за схваткой. Возможно, он всё ещё ожидал, что кто-то из них нападёт на нас. — Если ты думаешь, что сможешь захватить весь дом на этот раз, то да.

Я кивнула, но не смогла удержаться от того, чтобы не окинуть комнату долгим взглядом. Не то чтобы я чувствовала что-то с человеческой, магической стороны себя, и не то чтобы та часть меня, которая понимала, как работает Между, тоже что-то заметила. Скорее всего, это был мой простой человеческий нос, который пытался мне что-то сказать.

Я почувствовала запах крови — какой-то особенной крови. И в комнате не было видно ни капли этой крови, хотя в целом там было достаточно крови тех, кто стоял за дверью. И всё же нескольких тел тоже. Во всем доме царил бардак, и я не должна была чувствовать запах крови даже сквозь одеколон Джин Ёна.

— Подождите, — медленно произнесла я и ещё раз оглядела комнату.

Нет, не во всём помещении. Там был пустой угол, в котором не было ни грязи, ни крови. Просто пустой угол, и когда я пересекла комнату, окруженная молчаливой тенью, которая была Джин Ёном, с одной стороны, и громадой Зеро с другой, она не стала менее подозрительно пустой.

Я некоторое время смотрела на это, потом коротко рассмеялась. Это был не пустой угол. Это был угол, который изо всех сил пытался убедить людей, что он пуст.

— Тебе лучше перестать притворяться, — сказал я в тот угол. — Ты всё равно потеряешь контроль, когда потеряешь сознание. Может, выйдешь и поздороваешься.

Ощущение пустоты исчезло не сразу; оно медленно рассеивалось, погружаясь во мрак, в котором было достаточно ясно видно лежащую на спине фигуру, барахтающуюся во тьме голубой крови вокруг неё.

Зеро остался на месте, его руки рефлекторно сжались в кулаки, так что я была первой, кто отошла в угол и подтвердила то, что мы все уже знали.

— Ну что ж, — сказал Атилас, улыбаясь мне посиневшими, окровавленными губами, — разве это не приятный сюрприз?

Глава 13

— Вот блин, — машинально сказала я.

Правая рука Джин Ёна сомкнулась на моей левой, как раз в тот момент, когда я схватила правой за кожаный рукав Зеро. Зеро рванулся вперёд, и мы оба, вопреки всему, покатились вперёд, скользя ботинками по мху и плесени.

— Стой! — рявкнула я на Зеро, бесполезно дёргая его за рукав. — Остановись и подумай!

— Это ты всегда говоришь мне, что нужно прислушиваться к своим чувствам, — сказал он тихо и яростно. — Почему же сейчас ты хочешь, чтобы я остановился и подумал?

— Хайион, мне нужно задать тебе несколько вопросов, — сказал Джин Ён. — Есть много вещей, которые нужно прояснить.

— О, думаю, тебе всё достаточно ясно, не так ли? — спросил Атилас, мягко рассмеявшись так, что казалось, будто лёгкие наполнились кровью. — Такой очаровательный способ встретиться снова!

Ликантропы и другие девочки оставили нас наедине, Ральф прижался к Саре, но жадно наблюдал за происходящим. Прямо сейчас Зеро никак нельзя было позволить отомстить. Возможно, формально Ральфа и не был живым, но он всё ещё был ребёнком и всё ещё был способен воспринимать происходящее.

— Тебе лучше взять его с собой, — сказала я, моя кожа была такой же холодной, как и мой голос. Я поняла, что не могу смотреть на Атиласа, поэтому вместо этого посмотрела на Зеро. — Джин Ён прав: нам нужно задать ему несколько вопросов, и я не думаю, что мы получим какие-либо ответы, передав его кому-либо прямо сейчас.

— Я и не думал отдавать его следователям, — сказал Зеро, и его голос заставил меня похолодеть ещё больше.

— Мы также не получим от него ответов, если он умрёт, — напомнила я ему. — Приведи его живым, нам пора возвращаться домой.

Зеро, наконец, взглянул на меня как следует.

— Вот так просто? Что изменилось?

— Твой отец умер, — сказала я. — И дома всё это время сливались воедино — теперь это наш потолок. Всё, что нам нужно сделать, это открыть дверь и выйти. Прямо сейчас никто не должен умирать — мы можем разобраться с этим позже.

— Ничего не обещаю, — сказал Зеро, но мне показалось, что убийственное выражение исчезло из его глаз.

Конечно, всё было не так просто: закрытая система попыталась бы остановить нас, если бы могла, но к тому времени арена была скорее домом, чем закрытой системой. Поместье Лорда Сэро больше ему не принадлежало: даже темница вокруг нас, всё заплесневелое и сырое, имело потолок, похожий на домашний, и стало намного меньше. Теперь это мой дом. И он не только привык делать то, что я от него хотела, ему нравилось делать то, что я от него хотела.

— Хорошенько свяжи Атиласа, — сказала я Зеро. — Мы занимаемся домом, и не уверена, что всё останется на своих местах, когда я закончу.

— Очаровательно! — пробормотал Атилас. Из него текло много крови, из разных мест, так что я не была уверена, пытался ли он подколоть меня, или его разум лишь наполовину осознавал, что происходит, и он действительно был очарован происходящим.

Зеро, отвернувшись от своего бывшего слуги, сжал его руку так, что Атилас побледнел, но не посмотрел на него.

Едва слышным голосом Атилас добавил:

— Так приятно принять участие в этом неожиданном семейном воссоединении! Я действительно ожидал, что ты сразу убьёшь меня.

— Цыплят по осени считают, — сказал Дэниел.

Моргана, у которой заметно покраснели глаза, добавила:

— Возможно, однажды ты и убил меня, но если ты попытаешься сделать то же самое с Пэт, то должен знать, что в последнее время я очень быстрая и очень голодная.

— И всё же ты жива, — сказал Атилас и отхаркал слишком много голубой крови, чтобы быть здоровым. — Тебе когда-нибудь удавалось прекратить питаться от своих родителей, маленькая зомби? В свою очередь, они так долго питались тобой, что я сомневаюсь, что они пережили твой исход.

— Не обращай внимания на старика, — прошептал Джин Ён мне на ухо. — Если он начинает так много болтать, значит, на то есть причина.

Его голос отвлёк меня от путаницы мыслей, которые кружились в голове и терзали моё сердце.

— У меня нет времени слушать тебя, — сказала я Атиласу. — И Джин Ён прав: нам нужно действовать, а не говорить.

— Комар, — сказал Атилас Джин Ёну и потерял сознание.

— Все должны быть рядом со мной, — сказала я им. — Это касается и тебя, Ральф! Я не собираюсь соскребать тебя от стен или картин, так что оставайся с Сарой и постарайся не поворачивать комнаты в разные стороны.

Ральф, насупившись, пробормотал что-то о том, что он не нравится дому и что он хочет жить в своём собственном доме, а Сара без всякого сочувствия сказала:

— Заткнись, маленький ужас. Твой собственный дом, вероятно, дал тебе пинка, потому что ты ему не нравился.

— Я — ревенант! — с ледяной яростью воскликнул Ральф, и его скелет засветился голубым, мгновенно лишив его всякого сходства с обычным маленьким мальчиком. — Как ты смеешь называть меня ужасом!

— Ревенанты — это ужас, — сказала она ему, не впечатлённая зрелищем. — Жуй своё печенье. Я знаю, что у тебя затесалось одно в кармане.

— Я ничего не ем, я мёртв.

— Лжец. Тебе просто не нужно ничего есть, — сказала она. — Пэт собирается что-то сделать с домом, и все будут чувствовать себя намного спокойнее, если ты уже будешь что-то делать своими маленькими костлявыми ручонками.

Ко всеобщему удивлению, Ральф достал печенье из кармана и щелкнул им раз или два, пока снова не превратился из скелета в маленького мальчика.

Я откашлялась и добавила:

— Наверное, будет лучше, если мы все выйдем из дома на передний двор как можно быстрее, когда вернёмся.

— Мы помчимся со скоростью ветра, — сухо сказала Челси. — С меня хватит колебаний времени и пространства, большое спасибо! Что нам теперь делать?

— Стой здесь и молчи, — сказала я ей, чувствуя, как поместье содрогается вокруг меня, когда оно присоединяется к моему собственному дому. — Дом почти достаточно большой, и думаю, что арене не потребуется много времени, чтобы признать его победителем. Когда это произойдёт, эта дверь снова должна будет синхронизирована с миром людей.

— Должна? — переспросил Зеро, приподняв брови.

— Ну, теоретически, — сказала я. — Заткнись, Дэниел.

— Он ничего не сказал! — с упрёком произнесла Моргана.

— Он посмотрел на меня. Начинаем: все в коридор за мной, живо!

Я почувствовала глубокое, абсолютное единение в тот момент, когда мой дом стал таким огромным, что прижался к внешнему пузырю арены эрлингов; в тот момент, когда арена признала один дом, один выбор, одну возможность. Момент, когда темница вокруг нас покрылась ковром и снова стала моей гостиной, сближая нас друг к другу.

Дом, казалось, жужжал вокруг меня, пока я не почувствовала, что это жужжание отдаётся прямо у меня в зубах, а затем осело на своём основании и просто… прекратилось.

— Живо! — скомандовала я, направляясь по коридору к входной двери.

Я потянулась к дверной ручке, и мы действительно вышли через парадную дверь, как я и говорила. Дверь открылась передо мной без малейшей заминки, и я толкнула её о стену, выходя на солнечный свет, Джин Ён следовал за мной по пятам, а остальные были между мной и Зеро.