Национальный парк,

Португалия, октябрь 2021 года

– Я пришла слишком поздно, – с опустошенным видом говорит Брайди. – Я слышала, как хлопнула дверь ее трейлера, но решила, что Кир просто зачем-то вышла. А медлить было нельзя.

– Ты же не знала. – Мэгги берет ее за руку. – Как ты могла знать?

– Но Кир упоминала, что чувствует слежку. Она ведь говорила нам! Надо было принять все меры предосторожности. – Голос Брайди становится пронзительным, она вот-вот сорвется. – Не следовало оставлять ее одну.

Брайди начинает плакать навзрыд. Элин не в силах сказать ни слова.

Не только бремя вины, которое ощущает Брайди, но и пережитый ужас, еще витающий в воздухе, как будто душат Элин. Пусть она и старается отгородиться, но мысленно представляет все мельчайшие подробности: каждый крик, каждое страшное мгновение.

Элин вспоминает о Стиде.

Представляет себе его лицо, когда он повернулся и посмотрел на нее с болью в глазах. Да, все указывало на такую развязку, но в глубине души она до сих пор надеялась на другой исход. У нее болит сердце за Стида. Элин еще злится на него на то, как он поступил с ней, но понимает, как его сокрушит это известие.

– Так значит, Кир… где-то здесь? – задает вопрос Элин, хотя уже догадывается, что Кир где-то здесь, в лагере. Как и Зеф.

Вот почему остальные не уехали. Не сбежали от кошмара.

Они просто не могли. Не могли их покинуть.

После долгого молчания Брайди кивает.

– Она здесь. – По ее щекам текут слезы, и она сначала смотрит на Мэгги, а потом на Этту, которая щебечет что-то себе под нос, листая книжку на ковре. – Она здесь, недалеко.