Национальный парк,

Португалия, октябрь 2021 года

В туристическом центре служащий, с которым они разговаривали раньше, в одиночестве сидит за столом и таращится на экран перед собой. И пусть он улыбается, но улыбка выглядит натянутой и профессиональной, выдавая его настороженность.

– И снова здравствуйте. – Его улыбка немного сползает с лица, один глаз по-прежнему устремлен в компьютер. – Боюсь, если у вас возникли новые вопросы относительно вашей знакомой, мне нечего добавить.

– Нет, не о ней. – Элин подходит ближе к столу. – Может, вы что-нибудь знаете об этом? – Она вытаскивает из сумки буклет и кладет на стол. – Тут написано обращаться в туристический центр, а вот этот рисунок… – она переворачивает листок и указывает на погребальный костер, – мы опознали как работу Кир, той девушки, которую мы ищем. Вероятно, вы могли бы помочь нам лучше понять, что она здесь делала.

Мужчина на мгновение останавливает взгляд на буклете, и его щеки розовеют.

– Я… – Он откашливается и начинает заново. – Где вы это взяли?

Элин с Айзеком переглядываются.

– Нашли.

– Нашли?

– Да, и нам интересно, знаете ли вы, что это. – Она снова тычет пальцем в рисунок. – Что означает этот символ?

Мужчина слегка дергает головой, после чего заметно сглатывает, словно пытаясь взять себя в руки. И Элин чувствует, что именно ей нужно направлять разговор.

– Мы знаем, что это как-то связано с погребальными кострами, расставленными по парку.

– С погребальными кострами? – хмурится он.

– Да, их сооружают из веток, установленных в форме вигвама.

На его лице мелькает узнавание, но потом мужчина снова с отрешенным видом опускает глаза на стол.

– Сложно объяснить, – наконец произносит он. – Могу сказать лишь, что туристический центр – это нейтральное место, где люди могут получить информацию.

– От Мэгги? – Перевернув буклет, Айзек проводит пальцем по надписи под рисунком. – Именно так здесь сказано. Спросите Мэгги. Вы с ней знакомы?

– Простите, больше я ничего не могу вам сказать, – с дрожью в голосе отзывается служащий.

– Но почему Мэгги? – с нотками раздражения напирает Айзек. – Какое она имеет к этому отношение?

– Вам лучше поговорить с ней.

– Этого мы сделать не можем. У нас немного натянутые отношения с их группой. – Элин решает сменить тактику. – Пожалуйста, нам нужно только узнать, о чем написано в буклете. Брат Кир сходит с ума от тревоги, очень важно узнать, что случилось. Помогите, прошу вас!

Лицо мужчины смягчается.

– Слушайте, я могу лишь заверить вас, что Кир не участвовала в чем-то незаконном. Вообще-то, совсем наоборот. – Он кладет ладонь на рисунок. – Этот символ – способ коммуникации с людьми. С людьми, которым это особенно необходимо. – Краснея, он косится на дверь. – Боюсь, я просто не могу открыть вам больше. Вам все-таки следует пообщаться с Мэгги. – Он резко поворачивает голову обратно к компьютеру. – Я должен вернуться к работе. Простите, но больше ничем помочь не могу.

Они выходят на улицу и некоторое время молча стоят, погрузившись в размышления.

– И теперь возникает еще больше вопросов, да? – наконец отмирает Айзек. – Ничего подобного я не ожидал…

Элин кивает, мысленно прокручивая фразу «с людьми, которым это особенно необходимо», и где-то в глубине сознания начинают формироваться связи. Мысли и события, которые до текущего момента казались совершенно безобидными, стягиваются вместе, образуя хрупкие узы.

– Кофе? – Айзек кивает на кафе неподалеку. – Похоже, нам понадобится помощь, чтобы во всем разобраться.

Элин слышит его голос, но воспринимает как не более чем фоновый шум, поскольку стремительно вспоминает последние несколько дней, переключаясь с одного эпизода на другой.

– Что с тобой? – Айзек машет рукой у нее перед лицом. – Ты странно выглядишь.

– Да так, просто размышляла.

– Могу заказать сам, если тебе нужно время подумать, – предлагает он, останавливаясь перед кафе.

– Да, давай. Мне только кофе.

За угловым столиком вопит ребенок, сидящий на детском стульчике, и бросает кусочки печенья, но этот звук ничто по сравнению с гулом мыслей у нее в голове.

Карта Кир. Пылко охраняемая тайна кемпинга. Шрам Лии. И Мэгги. Опасения Лии, что ее бывший где-то в парке и взорвал трейлер. Танцующая на поляне Брайди. Филантропия Роми. Нацарапанные инициалы на дереве у речного пляжа. Обрывки фраз.

«Мы как семья. В особенности Лия. Она из тех, кто действительно понимает, каково это…» «Лия ей как дочь. Как и все мы…»

Лия.

Появляются новые образы. Испуганная Лия в лесу. Испуганная настолько, чтобы поверить, что трейлер взорвал ее бывший.

А вдруг он…

В голове у Элин выстраиваются теории, она вспоминает статьи про Лию. Там упоминался ее бывший. Их обоих обвиняли в вымогательстве. Тогда Элин приняла это как данность, но…

Взяв телефон, она снова ищет ту статью. Найдя его имя, Раймонд Кенни, Элин вбивает его в поисковую строку и прочесывает результаты в поисках тех, что имеют отношение к району, где раньше жила Лия.

Раймонд Кенни упоминается в нескольких новостных статьях. На некоторых сайтах говорится об обвинении в вымогательстве, но на других о совершенно ином преступлении.

Элин читает и перечитывает первую статью, описывающую подробности, и в ее голове эхом повторяются слова Лии: «На ее месте должна была быть я».

Она же имела в виду именно это?

Элин дрожащими руками кладет телефон на стол и прикидывает, как это относится к исчезновению Кир. В голове всплывают прежние идеи.

Чтобы сосредоточиться и дать волю памяти, Элин закрывает глаза. Перед мысленным взором всплывают новые образы: дверь трейлера у пляжа, мужской голос на повышенных тонах.

А дальше выкристаллизовывается воспоминание, словно одна мысль породила другую. Теперь Элин во всех ярких подробностях видит сцену у ночного клуба в гавани. То же лицо, та же ярость. Кого-то толкают к стене.

По-прежнему с закрытыми глазами она старается вспомнить все. Появляются отдельные детали. Не только то, что она видела, но и что слышала и ощущала.

Женский плач. Страх. Пот холодит ее кожу.

Одна картина тянет за собой другую и третью, и связи между ними становятся крепче. Элин удивлена, почему не замечала этого раньше.

У нее бегут мурашки по коже.

Выложив буклет на стол, она обводит пальцем рисунок Кир, пробуя свою догадку на прочность. Выискивая ее изъяны. Но не находит. А новые мысли лишь подкрепляют теорию.

– Прости, что пришлось ждать. – Айзек ставит на стол кофе, и Элин вздрагивает от звука его голоса. – Народа оказалось больше, чем я ожидал. – Он умолкает, изучая ее лицо. – Ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь по-прежнему странно.

– Все хорошо, – медленно произносит Элин. – Я обдумывала слова того человека. Похоже, мы все время смотрели не в том направлении. Совершенно не в том.