Она шагнула вперёд в темноту. Что, если другой поджидает рядом? Это не имело значения. Гевин был где-то там. Он мог пострадать.

Она проглотила мысль, что он мог быть уже мёртв, и бродила в тени, высматривая любой намёк на блестящий панцирь. К счастью, отдалённые звуки шипения и визга означали, что демоны, должно быть, взяли верх. В тёмном коридоре она уловила тихое ворчание, доносившееся из одной из комнат впереди. Сабель замедлила шаги, прижавшись к стене. Она повернула ручку и приоткрыла дверь, заметив какое-то движение, ноги свело судорогой, словно в припадке.

Увеличив обзор открыв дверь шире её настиг ужас того, что лежало на другой стороне.

— О, боже, — прошептала она.

***

Логан вытащил кинжал из сердца твари и глубоко вздохнул. Чёрт возьми, прошли годы с тех пор, как он в последний раз сражался со скорпиусом, и эти ублюдки никогда не сдавались легко, но Ферно сумел сохранить свою задницу красивой и обугленной, поэтому несколько отборных парирований и ударов привели к лёгкой победе.

Демон лежал на земле, его жало уже было отрублено и дёргалось рядом.

— Господи Иисусе, — голос Мэддокса звучал достаточно мрачно, чтобы разорвать мгновенное самодовольство Логана.

Он взглянул вверх. Со второго уровня ещё две твари сползли по стене и направились прямо к ним. Логан выпрямился и вытащил дополнительный кинжал из второй кобуры на бедре.

Один из них прыгнул вперёд.

Пиздец.

***

Сабель ворвалась в комнату с кинжалом в руке и разрезала путы, удерживающие обнажённого старика, лежащего на столе. В качестве кляпа использовалась сталь с шипами, и она перерезала провод, выдернув зазубрины из его плоти. Его глаза были закатаны, а кожа казалась холодной, как лёд. Кровь текла из его глаз и уголков рта.

Она удерживала его неподвижно, скользя руками по открытым ранам на его теле. Наконец он перестал извиваться, хотя глаза его по-прежнему закатывались.

— Ты в безопасности. Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль. — Она погладила его по волосам. — Я ищу мужчину. Его зовут Гевин. Он здесь?

Каменно-серые радужки скатились с его век, и его взгляд остановился на ней. Глубокий красный заполнил белый цвет.

— Да, — прохрипел он.

— Как тебя зовут?

— Э… Эгуза.

Она узнала это имя. Лорд, который освободил её из тюрьмы. Боже.

— Братья Гнева здесь. Мы собираемся вытащить тебя отсюда, но мне нужно найти Гевина. Я вернусь за тобой. Я обещаю.

Мужчина разрыдался. Сабель хотелось бы, чтобы у неё было чем-нибудь прикрыть его тело, но вокруг ничего не было. Во всяком случае, она не собиралась накрывать его чем-то грязным.

— Оставайся здесь. Я вернусь.

Его глаза закатились, и Сабель прокралась обратно в коридор.

На цыпочках дошла к другой двери. Она заглянула в трещину и обнаружила лужу крови на полу. Когда жидкость стекла к её ботинку, сердце у неё застряло в горле. Столько крови.

Высокий, здоровый мужчина стоял над телом, распростёртым на бетонном столе, и, сузив глаза, она увидела его лицо в затемненной комнате.

Его.

Мужчина из переулка, который предложил ей деньги и свободу, если уйдет от Гевина. Ужасающий шрам на его лице был выдающимся признаком. Безвредный, как он себя назвал, мясник, каким она его теперь увидела. Она сама почти сдала ему Гевина. Ушла. Сжимание живота не уменьшило волну желчи. Её руки задрожали у губ, когда она боролась с позывом блевоты.

Держись. Позже она сможет забить себя чувством вины.

Инструменты были воткнуты в тело мужчины на столе и, казалось, держали его зияющие раны открытыми. Его мучитель воткнул шприц в шею мужчины, и воздух наполнился рёвом боли. Отчётливый голос заморозил её позвоночник.

Гевин.

Сабель сглотнула, её адреналин зашкаливал, пульс участился. Она упала на пол, а мясник снова повернулся к скамейке, и она поползла по пропитанному кровью полу, пока не оказалась прямо под изуродованным телом Гевина. Склонив голову, она глубоко вздохнула. Всё, что у неё было, это кинжал. У мясника был арсенал. Если она потерпит неудачу, она подведёт и Гевина, и себя.

Но она не могла смириться с мыслью, что после всего, через что она прошла с Гевином, он умрёт от руки незнакомца, лежащим, как кусок мяса, в то время как у неё появилась возможность спасти его. Она не позволит ему умереть. Даже рискуя собственной жизнью, она просто не могла этого допустить.

Стоны Гевина взывали к её инстинктам, её готовности спасти и защитить то, что принадлежало ей. Стиснув зубы, она напрягла мышцы, обползла вокруг стола и тем же инстинктом вонзила ублюдку нож в голень. Он уронил второй шприц на пол, и, даже не зная, что, чёрт возьми, в нём содержится, она воткнула его ему в руку, а он наклонился вперёд, чтобы поднять её.

Влажные чёрные глаза, наполненные яростью, поглощали её взгляд.

— Блядь! Знаешь, что ты натворила? — Он прижал её тело к Гевину. — Блядь!

Отведя руку назад, он поднял кинжал над головой. Когда его взгляд упал на её горло, где висел кулон, подаренный ей Гевином — свисток — его глаза расширились, словно в трансе.

Словно внезапно потеряв рассудок, он ударил ладонями по ушам и вскрикнул. Отступив назад, он уронил клинок, тяжело вздымая грудь, словно он… боялся? Её?

Выпрямившись, Сабель шагнула к нему, и он отступил ещё дальше. Он остановился в дверном проёме, встретив её тупым взглядом, но когда Сабель наклонилась вперёд, чтобы сделать ещё шаг, его губа скривилась, и он рванул подальше от комнаты.

Ну, это было чертовски странно. Хотя ей придётся всё оценить позже. Она развернулась и бросилась к столу, разрезая путы Гевина, но он лежал без сознания.

Она шлёпнула его по щеке.

— Гевин? Очнись, Гевин! Очнись!

Тем не менее, он не очнулся, и она подняла шприц рядом с ним. Прозрачная жидкость внутри не давала никаких намёков на то, что ему могло быть введено. Его лицо стало горячим, тело горело, а кожа покраснела. Засасывание его зияющих ран, пытавшихся закрыться, привлекло её внимание к местам, где в его плоть были воткнуты серебряные инструменты. У него были порезы на лице и шее. Измученный и изувеченный.

Она выдернула инструменты из его ног и живота, швырнула их на пол и вернулась к его лицу.

— Гевин! — Сабель положила голову ему на грудь. Нет сердцебиения. Подняв голову, она изучала его лицо, отчаянно ожидая каких-либо признаков жизни. — Гевин!

Запрокинув ему голову назад, она начала дышать рот в рот, после чего последовала компрессия грудной клетки. Послушала. Сердцебиения по-прежнему не было. Она повторила всё. Послушала ещё раз. Ничего.

На глазах у неё выступили слезы. Нет, только не Гевин. Черт тебя побери, если ты заберёшь его.

— Не умирай. Не умирай, чёрт, Гевин. — Она ударила его в грудь. — Очнись! Давай же! Ты меня слышишь? Я тебя люблю! А я за всю свою жизнь ни одного мужчину не любила, так что ты очнись уже!

Его тело даже не вздрогнуло.

Неверие поглотило её. Гнев и боль сталкивались внутри её внутренностей. Она издала душераздирающий крик, хлопнув руками по ушам, когда он отразился в ответ. Она упала вперёд, прикрывая его избитое туловище, и рыдания вырвались из её груди.

Его слова, сказанные ранее у Джевена, обрушились на неё.

Я пройду сквозь адский огонь, чтобы вернуть Денью… Чего бы это ни стоило. Ради тебя.

Реальность пронзила её сердце, и она сжала пальцы в кулаки в желании ударить что-нибудь.

Нет. Она не позволит этому стать его концом. Он заслуживал лучшего. Он заслужил шанс.

Она вздрогнула и повернулась к лотку с инструментами. Ещё два шприца стояли рядом. В первом, тёмно-бордовая жидкость. В другом, белая. Она обшарила комнату, осматривая глазами, и обнаружила двух крыс, пирующих на чём-то, похожем на куски плоти Гевина. Рядом с мясом неподвижно лежала крыса. Одна из двух приподнялась на задние лапы, как будто в оборонительной стойке, и с визгом упала рядом с другой мёртвой крысой. Сабель подняла её, уклоняясь от его слабой попытки укусить её, и вонзила первую иглу в её тело. Крыса ничего не сделала. Не двигалась. Не визжала. Ничего.

Прошла минута. Ничего.

Сабель воткнула вторую иглу и влила только часть белой жидкости. Крыса дёрнулась в её хватке. Оно свернулось и укусила её за палец.

— Сука! — Сабель бросила грызуна на пол и, вернувшись к плите, воткнула шприц в тело Гевина.

— Очнись! — Она ударила его. — Черт возьми, очнись! — Она снова разрыдалась.

Первая дрожь пробежала по её коже, и Сабель подняла голову. Волосы встали дыбом на её руке, и, приняв предупреждение, она медленно скользнула взглядом по направлению к двери.

Из пустого пространства за ней следили два чёрных глаза-бусинки.

Нет.

Она поднялась с тела Гевина, но чернота вспыхнула, как молния, и схватила Сабель за талию, подняв её в воздух. Она летела через пространство, отделяющее её от зверя, пока не повисла перед ним, как свисающая морковка. Оно облизнуло губы. Эти безжизненные глаза блуждали по её телу. Захват на её талии усилился, и Сабель вскрикнула.

— Тварь!

Она запинала ногами и сгорбилась, впилась зубами в непроницаемый панцирь, но застыла, когда острое жало подняло её подбородок. Малейшее движение пронзило бы ей горло, и его яд означал бы мгновенную смерть.

Существо наклонило голову, как будто с любопытством, и его когтистый палец смахнул её рубашку с плеча. Она захныкала, прорычав бесполезное предупреждение.

Коготь упал ей на грудь, и когда она сильно прикусила язык, её глаза остановились на существе.

Его глаза-бусинки тут же расширились, прежде чем он издал оглушительное шипение, уронив её на пол.

Стоя с его правой стороны, Гевин держал кинжал, воткнутый ему в живот. Однако он не был Гевином. Его тело потемнело до тёмно-красного цвета, глаза бушевали, как алые грозы. Рога торчали из его головы, а мышцы вздулись.

Как красный Халк.

Направляя кинжал вверх, Гевин вовремя повернулся, чтобы поймать размахнувшееся жало и вонзил его в собственное туловище зверя. Визги и шипение отскакивали от стен, а Гевин двигался, словно красная буря, подавляя зверя своими быстрыми движениями и внезапными атаками. Всё равно что наблюдать за чистой яростью и хаосом, наблюдать за тем, как двое соперничают за господство. Гевин наконец нанёс смертельный удар ему в сердце и тварь упала. Он добил его, оторвав хвост от тела.

И тут её наконец осенило.

Гевин был жив.

Он повернулся к ней лицом и был похож не на милого Гевина, которого она знала, а на зверя. Дикий, злой зверь, более свирепый, чем она когда-либо видела, направился прямо к ней.

Что, чёрт возьми, она ему вколола?

Что, если он причинит ей боль? В конце концов, та проклятая крыса её укусила.

Она прижалась спиной к стене и соскользнула на пол, когда он приблизился. Его грудь поднималась и опускалась, глаза пылали красным, ноздри раздувались. Ужасно, но красиво.

Он рухнул камнем ей на колени. Его мышцы дёргались, но глаза оставались закрытыми. Сабель на мгновение поколебалась, а затем погладила его по волосам.

Ферно появился первым, оглядел комнату, прежде чем перешагнуть через скорпиона, лежащего кучей. Он перекинул Гевина через плечо и протянул руку к Сабель.

— Это место кишит ими. Мне придётся сжечь дом.

В коридоре они встретили Логана, Ксандра и Мэддокса. Эгуза висел на плече Логана, прикрытый рубашкой брата. Они прошли по коридору к открытому этажу, где впервые вошли в здание.

Шесть скорпионов лежали кучей, и ещё около дюжины роились. Взрыв за взрывом адского огня вырывался из Ферно, охватывая каждого из зверей, пока они не превратились в пылающие огненные шары, карабкающиеся по полу. Они развернулись и поспешили в том направлении, откуда пришли, но Ферно всё же отступил в коридор, поддерживая устойчивый поток пламени, охвативший дерево.

Мэддокс вырвал Гевина из рук Ферно и перекинул старшего брата себе на плечо.

Ещё два существа выскочили из тени, преградив путь Логану, и Ферно направил на них своё пламя, заставив группу переместиться в соседнюю комнату. Выбив остатки стекла из уже разбитого окна внутри, Логан быстро выглянул наружу и прыгнул в проём.

Как только он упал на землю, он поставил Эгузу рядом с собой. По его зову Сабель прыгнула прямо в ожидающие руки Логана.

Мэддокс и Ксандр последовали за ними, и прошли невыносимые секунды, пока они ждали Ферно.

Взрыв кирпича упал, как фейерверк, когда Ферно врезался в стену, а существо-скорпион пинало ногами воздух над демоном. Как в замедленном фильме, они рухнули на землю.

Ксандр поднял тело Гевина с Мэддокса, и брат схватил за руки Ферно, поднимая на ноги. Ещё один взрыв пламени поджёг существо, когда его жало вонзилось в землю, едва не задев Ферно. Сжавшись, он с шипением отступил обратно в здание.

***

Когда они все погрузились во внедорожник, Сабель погладила Гевина по волосам и шее, пока он неподвижно лежал у неё на коленях. Слёзы наполнили её глаза, когда она слегка провела пальцем по его закрытым векам. Как сильно она хотела, чтобы он их открыл. Оглянулся на неё с той проницательностью, которую он так хорошо носил, и улыбнулся. Она почти потеряла его. При этой мысли её желудок свело тошнотой.

На заднем сиденье Эгуза схватился и заворчал, кровь струйкой текла из его тела, Мэддокс держал его, чтобы тот не поранился. Эгуза издал булькающий, сдавленный звук, от которого губы Сабель сжались.

— Нам придётся отправить его на осмотр к Дрехлеру. — Мэддокс поднял шприц. — Это лежало рядом с ним. Мы попросим врача осмотреть.

Сабель проверила жидкость. Чистая, такая же, как та, которую ввели Гевину. Она рассмотрела его лицо. Если не считать нескольких сохраняющихся зверских черт, кровотечения не было. Его раны начали затягиваться. Она провела пальцем по тому, что было на его груди, и растёрла маслянистую субстанцию между пальцами. Вазолин. То же самое, что она использовала для ран Зика.

Почему яд не подействовал на него таким же образом? Гевин лежал неподвижно. Мирный. Не схватываясь и не кашляя кровью, как продолжал делать Эгуза на заднем сиденье.