Ни за что. Ни за что её не убьют. Она уже пережила ад. Наученный убийца или нет, эта сука сдастся. Она высвободила руку из-под женщины и потянула её за большой палец — движение, которому её недавно научили на обучении самообороны.

Выбравшись из ловушки с пальцем, женщина с ещё большей яростью снова прижала руки к горлу Сабель.

Сабель свободной рукой взяла прядь волос Джессики, обвила их вокруг пальцев и дёрнула назад, пока Джессика не отпустила её горло.

Приступ кашля отбросил Сабель вперёд, и она выпустила локоны Джессики, а затем ударила её по лицу. Это дало ей возможность на секунду повернуться в сторону, и Сабель наклонилась и укусила её. Жестко.

Серия ударов ударила её по спине и шее, заставив выбить зубы в ответ. Джессика выбросила руку, блокируя удар по лицу, но Сабель нанесла правый хук в щеку женщины.

— Тварь, может, ты и опытный убийца, но я выросла на улицах Детройта.

Ещё один удар отбросил её назад, и когда она не пошевелилась, Сабель упала на бок и подтолкнула её. Никакого движения. Мать твою. Она нокаутировала её.

— Неплохо, милая. У кого-нибудь есть нюхательная соль? — Она подняла глаза и увидела, как Ксандр вытягивает руки, прислонившись к дверному косяку.

Логан протиснулся мимо него, потирая щетинистый подбородок, и остановился перед ней.

— Ты её вырубила.

— Да, и ей лучше прийти в себя, прежде чем я её прикончу.

— Давай привяжем её. Беспомощность способна заставить любого заговорить.

Ксандр взял с тумбочки сотовый телефон.

— Как ты думаешь, какой бы у тебя был пароль, если бы ты была коварной сукой?

— Иди на хер, — ответила Сабель.

— И ты пошла бы на хуй.

— Попробуй.

Он приподнял бровь.

— Это приглашение?

— Нет. Её пароль. — Сабель указала на телефон. — Попробуй это.

— Ну, учитывая, что я не могу уместить восемь букв, давай попробуем ИНХР. Его лицо просветлело. — Эй, откуда ты узнала? Представь себе, дерьмо случилось. Ты её мысли прочла или что?

— Нет. Она отправляла меня трахнуться как минимум дважды. Я решила, что это её фирменная фраза.

— Ну, всё было зря. Она удалила сообщения.

***

Гевин дважды моргнул, чтобы избежать размытия, поглощающего его взгляд. Потолок. Камень. Подвал? Холодная твёрдость, которая могла быть только бетоном, под его спиной, подтвердила это.

Щелчок потянул его взгляд вниз.

Терриун стоял возле подноса с инструментами и смотрел на длинную зубастую улыбку пилы. Он выдавил бордовую субстанцию на металл, снова просматривая его взглядом. Удовлетворившись, он отложил инструмент в сторону и поднял устрашающую штуковину, напоминающую дрель с ветвящимися крючками. От жужжания инструмента крючки закрутились по спирали, прежде чем звук прекратился.

Он снова взглянул на металл.

— Слишком много боли вызовет у тебя сердечный шок. Необходимо ровно столько, чтобы сохранить тебе жизнь и сознание, — сказал Терриун во время работы.

— Зачем ты это делаешь?

Терриун оглянулся через плечо.

— У меня нет причин. Мне просто нравится убивать. Пытать. И когда я брошу заниматься твоим телом, я всё равно не насыщусь.

Гевин рассмеялся.

— Да, наслаждайся этими моментами. Ибо они будут твоими последними как у личности. — Он включил два быстрых пульсирующих вращения чего-то похожего на адский дремель с шероховатой поверхностью с металлическими зубцами и положил инструмент рядом с остальными.

Гевин покачал головой на бетоне.

— Ты напоминаешь мне Логана.

— Я совсем не похож на вас, ублюдки. Моя радость в жизни настигнет меня, если каждый из вас встретит мой клинок.

— Ну, я просто к слову сказал. — Гевин снова рассмеялся. — Думаю, вы с Логаном два сапога пара.

— Логан из-за этого пострадает больше остальных.

— Ты не знаешь Логана. Ты приставляешь к нему клинок, а он воспринимает это как проявление привязанности.

— Я знаю, что ты пытаешься сделать, и это не сработает. — Терриун подкатил к Гевину поднос, заставленный инструментами, цепями, скотчем, бумагой и солью.

— Для чего соль?

— Охотники так сохраняют шкуру. — Терриун взял с подноса клинок. — Я не собираюсь лгать. Мне плевать на дневник. Скажешь ты мне или нет, я всё равно убью тебя. Медленно. Мучительно.

— Я провёл два тура в обсидиусе, Брат. Развлекайся.

Наклонив голову и подняв клинок, Терриун встал над телом Гевина.

— Где журнал?

— Я понятия не имею. Где Денья?

Первый позрез обжёг бедро Гевина, заставив его напрячь мышцы и дышать сквозь ядовитую лаву, сочившуюся из лезвия. Как только металл отделил его кожу, ожог усилился, распространившись на всю мускулатуру, словно лесной пожар, охвативший лес.

— Говорят, яд растения джузеппа — худший способ умереть. Он разрушает органы изнутри. Разжижаясь, они заполняют пространство между клетками и вызывают кровоизлияние. У тебя буквально вытекает с кровью кишечник изо рта, носа и глазных яблок.

— Если бы ты целился в мои кишки, я бы сказал, что ты сильно промахнулся.

— Я только что заразил им твою бедренную артерию. Потерпи. Требуется время, чтобы распространиться. — Терриун натёр солью рану, и спина Гевина выгнулась, но Гевин по-прежнему отказывался издать звук. — Это редкость в подземном мире. Для выращивания требуется два столетия, и он может расти только в диких джунглях Оркосии. Наши коренные предки приглашали поселенцев на пир и приправляли мясо джузеппой. Через несколько дней они заболевали. А когда они наконец истекали кровью, вся деревня выпивала их разжиженные органы.

— Знаешь, чего мне больше всего не хватает в инфорсерах в обсидиусе? — Гевин склонил голову набок. — Они не так болтливы.

— Я спрошу ещё раз. Где журнал?

— Думаю, я оставил его в ванной — на раковине рядом с твоими трусиками и помадой. Где Денья?

Острая, иррадиирующая боль ударила в другое бедро, и за ним последовал пронзительный гул ротора. Хлюпающие звуки, похожие на разрывающуюся ткань плоти, заставили Гевина крепко зажмуриться и сделать вид, что его бедро не было поражено до увечий. Яд, которым Терриун смазал лезвия, распространился до его лодыжек, и небольшая часть его желала, чтобы ублюдок просто прикончил его. Лезвие замедлилось и остановилось, как будто на нём остановился двигатель, всё ещё оставаясь внутри плоти Гевина. Второй дремель издал мелодию агонии, ударив ему в живот и раздирая там плоть. Гевин громко выругался.

— Поскольку ты не позволил мне закончить. Я забыл сказать тебе. джузеппа усиливает боль. Прогрессируя, то есть, к тому времени, как я закончу с тобой, удар по твоему лицу будет ощущаться так, словно я раздробил тебе скулу. От него, кстати, нет лекарства. — Терриун улыбнулся. — Теперь я спрошу тебя ещё раз. Где журнал?

Глава 35

Сабель ходила по комнате Джессики, почесывая затылок, пока женщина лежала без сознания. С каждой минутой внутри неё росла тревога. С каждой секундой Гевин всё больше отдалялся от неё. Она уже потеряла ребёнка, и будь проклята Сабель, если после всего, через что она прошла, после всего, что мужчина для неё сделал, она позволит кому-то забрать и его у неё. Нет, она не могла представить себе мир, в котором не было бы Гевина. От этой мысли у неё комок подкатил к горлу.

Не время и не место для слёз.

— К черту всё. — Сабель отстранилась и сильно шлёпнула Джессику по лицу.

Её глаза вздрогнули, но она не открыла их. Ещё один сильный шлепок заставил её резко вдохнуть, прежде чем её веки поднялись.

Логан и Ксандр привязали её к кровати и стояли по обе стороны от неё, а Ферно стоял в изножье кровати, скрестив руки, невесело и совершенно безучастно.

Нервы на пределе, Сабель дошла до того, что слетела с катушек. Жизнь Гевина оказалась в опасности, и потеря его в такой момент может полностью разрушить её. Она наклонилась над рыжей.

— Говори.

Ленивое движение глаз Джессики сопровождало отстранённую улыбку. — Иди на хер.

Тревога вырвалась на поверхность, и Сабель выдернула кинжал из кобуры, приставив его к животу женщины.

— Черт тебя дери, скажи мне, где он, или я разрежу тебе живот, как ягненка на заклание. — Она прижала его к ней. — Он умрёт.

По какой-то причине глаза Джессики наполнились слезами, как будто ей вдруг стало не наплевать.

— Он. Что за жалость, да? В конце концов, ни одна из нас не получит его.

— Не еби мне мозг. Я прикажу каждому из этих парней оторвать тебе конечности одну за другой, а я выпотрошу.

Ксандр присвистнул позади неё.

— Моя девочка.

Взгляд Джессики скользнул по братьям, прежде чем снова остановиться на Сабель.

— Старое здание «Глобуса». И когда ты станешь жить спокойно в своей идеальной маленькой семье, просто помни: в начале, он был моим. — Она улыбнулась самодовольно и гордо. — Этот красивый член так сильно меня трахнул. — Она изобразила явную дрожь.

Губы Сабель скривились.

— Он никогда не был твоим, сука. Если бы он был, то твоя одинокая задница не рыдала бы, утопившись в страданиях.

Сабель разрезала путы и отступила назад, вскакивая на ноги с кровати.

— Единственная причина, по которой моя задница однинока, только потому, что вы, вонючие куски дерьма, суккубы, обладаете силой убеждения, которой нет у остальных женщин. Если бы вы, шлюхи, не были такими чертовски манипуляторшами, у вас никогда не было бы силы поставить мужчину на колени.

— Возможно, нет. — Сабель ударила кулаком по скуле женщины, улыбнувшись хрусту, когда она упала на колени, прежде чем поцеловать пол. — Но я думаю, что эволюция отдала предпочтение манипулирующим сукам, а не изменщицам.

***

Все заброшенные здания выглядели одинаково. Темные. Разбитые. Помещения «Глобуса» простирались через Этуотер и Орлеан за забором, который охранял прилегающую, заваленную мусором территорию. Желудок Сабель сжался при виде грязного заброшенного места, где Гевин вполне мог бы провести свои последние минуты в одиночестве. Окна были выбиты, как и большинство разрушенных зданий в Детройте. Граффити украшало стены ненормативной лексикой, хотя растущий мох и виноградная лоза, взбирающаяся на кирпич, мешали его разборчивости.

Она подумала о белой стерильной комнате, где она несколько раз была уверена, что умерла. Будь он белым и бесплодным или тёмным и заброшенным, страх умереть в одиночестве оставался прежним.

Логан выключил свет, прежде чем остановить машину у обочины и, повернувшись на сиденье, указал на Сабель.

— Я голосую за то, чтобы она осталась здесь. Там может оказаться какая-то херня.

Сабель закатила глаза.

— Логан, я ценю, что ты заботишься о моём благополучии, но если Гевин там, я пойду, с твоим разрешением или без него.

— Там может стать опасно, Сабель. Человек, у которого Гевин, — очень могущественный лорд в подземном мире. Там окажется не кучка отверженных байкеров в баре. А обученные убийцы.

— Как Джессика? Я отлично справилась с задачей, надрав ей задницу.

Ухмылка Ксандра растянула его губы. — Я уже говорил, что мне нравится эта женщина?

— Ради меня он прошел бы через ад. Он и прошёл через ад ради меня. Я хочу, чтобы он знал, что я сделаю для него то же самое.

— И было бы очень жаль, если такая хорошая женщина, как ты, умерла. — Ферно не удосужился взглянуть на неё, но его слова всё равно пронзили её.

— Я не умру. — Она вылезла из машины, расстроенная разговором. Да, она поняла — они присматривали за девушкой Гевина — но к чёрту лишнюю трату времени на обсуждение всякой ерунды.

Все четыре демона вышли из машины вслед за ней. Ей-богу, если кто-нибудь из них попытается остановить её…

Логан ворчал, проходя мимо неё, взяв на себя инициативу, и проследовал по периметру в поисках охранников, остальные выстроились в ряд.

— Мы собираемся рассредоточиться. Все мы попадём на первый этаж с разных сторон. А встретимся посередине. — Логан указал на Сабель. — Ты, держись подальше от горячей зоны. Если будет драка, ты куда-нибудь спрячешься, пока она не закончится. Ясно?

Конечно, если только в бою не будет участвовать Гевин.

— Да.

Оба брата и Сабель кивнули, и Логан ударил кулаком в ДСП, прибитую к входу. Внутри высокие стальные балки доходили до высокого потолка, находящегося на высоте трех этажей над землей. На полу валялись осколки стекла и мусор. Вдали виднелась лестница, и, когда братья разошлись, Сабель направилась к ней. Всё в здании, казалось, было сделано из стали, включая конструкцию лестницы, окруженную разрушенным бетоном.

Когда Сабель поднялась по ступенькам, всё казалось тихо. Слишком тихо.

Сабель остановилась наверху, и от грохота она прижалась к стене, едва осмеливаясь вдохнуть, когда вспышка пронеслась по её периферии. Защищённая стальными балками и гниющим, осыпающимся кирпичом, она с трепетом наблюдала, как существо остановилось недалеко от края, глядя на первый этаж.

Он был размером с грузовик, тело покрывал длинный чёрный блестящий панцирь, а хвост загибался вверх, как у скорпиона. Верхняя часть тела представляла собой нечто среднее между демоном и насекомым, с большими чёрными глазами, человеческим туловищем и тончайшими руками, заканчивавшимися когтями.

Сабель глубоко выдохнула и закрыла рот. Чёрт побери, её сердце колотилось в груди, когда она смотрела, как оно преследует демонов на уровень ниже неё, где они собрались в центре здания, Логан покачал головой.

Его тело наклонилось вперёд, словно собиралось спуститься по стене, но не издало ни малейшего звука. Затаив дыхание, Сабель подняла с пола ржавую консервную банку и швырнула её через перила. Банка пролетела по воздуху и приземлилась на уровне земли, позади Ферно, как раз в тот момент, когда существо побежало дальше по стене.

Все четыре демона повернулись.

— О, черт! — крикнул Мэддокс, когда зверь бросился на них.

Вспышка пламени вырвалась из тела Ферно, а пронзительный визг, за которым последовало шипение, подсказал Сабель, что существо ранили.