— В казино? — голос Сабель послышался позади.

— Неа.

— Логан. — Она схватила его за руку, когда он проходил мимо, и глаза демона засияли, мышцы напряглись. К счастью, она его отпустила. Ксандр не хотел вмешиваться — это была плохая идея, когда в дело вмешался Логан, хотя самец не был известен тем, что нападал на самок. — Конечно, Калла рассказала бы, если бы на его месте был ты. Скажи мне, где он.

Казалось, он сдался, и его глаза смягчились грустью, как будто мысль об этом была слишком сильной для него.

— Мы идём за ним. Он сдался за Денью.

Ксандр неодобрительно выдохнул.

— Потому что это заставит её потерять интерес.

Её рука соскользнула с перил, её лицо потемнело, как будто она потеряла сознание. Ноздри раздулись, грудь вздымалась, она потёрла виски.

— Нет-нет-нет. Это моя ошибка. Это всё моя вина.

— У меня нет времени играть в психотерапевта, — сказал Логан. — Мне нужно забрать Ферно.

Чертов король сострадания, как всегда.

Она выпрямилась, подняв подбородок.

— Ну, я пойду с вами.

— Нет, не пойдёшь.

— Логан, я скажу тебе прямо, так что приготовься надеть штаны для большого мальчика. — Она сохраняла серьёзный взгляд. — Мой мужчина там. Если он в беде, моя задница отправится с тобой, и ты ни хера не сможешь сделать, чтобы остановить.

— Горячая штучка! — Ксандр усмехнулся, несмотря на взгляд Логана.

— Я могу многое сделать, чтобы остановить тебя, — сказал демон.

— Она идёт. — Ферно спустился по лестнице.

Логан вытянул пальцы, словно осознавая необходимость ударить своего огромного брата по лицу.

— В чем причина твоего внезапного сострадания?

— Она пойдёт. Конец истории.

— Отлично. Но твоя задница далжна присматривать за ней. — Он указал на Ферно. — И ты объяснишь всё Гевину, если с ней что-нибудь случится.

***

Глаза Гевина сузились, увидев высокого мужчину, стоящего среди обломков, усеявших первый этаж здания «Глобус», в то время как мужчина смотрел в ответ своим покрытым шрамами лицом и скривлённой губой.

— Ты. В Обсидиусе. Это был ты. Ты сражался с лубриксиа, который пытался напасть на меня.

Взгляд Виссаула метнулся к Терриуну, но мужчина даже не удосужился обернуться.

— Это был он. — Виссаул обошёл гораздо более крупного мужчину, который стоял в такой же мускулистой позе, как послушный солдат. — Если бы суккуб не вытащил тебя, его лицо было бы последним, что ты видел перед ударом смерти.

— Сын Гнева? — Голос Гевина звучал недоверчиво.

— Да. У твоего брата самая тёмная душа из всех. И пока вы наслаждались роскошью, он пережил самую ужасную боль. Ты сможешь представить себе только занозу на его плече.

— Если бы я знал, я бы приложил все усилия, чтобы избавить его от таких страданий. — Гевин не сводил взгляда с Терриуна. — Пригласил его побыть вместе с другими своими братьями.

— И он бы посчитал это прекрасной возможностью выполнить миссию, данную ему давным-давно. Чтобы убить тебя.

— Почему?

— К сожалению, у меня нет времени вводить тебя в курс дела. У него тоже. После того, как он прикончит Эгузу, ему было поручено допросить тебя любыми средствами.

— Зачем меня допрашивать?

— Ты присутствовал в ту ночь, когда загорелся дом Уэйда Джексона. Я хочу получить дневник. Ты скажешь мне, где его найти.

Гевин покачал головой. Как и предупреждал Маррик, гонка за журнал с лекарством от санга началась.

— Ты теряешь время.

— К счастью для меня, Терриун очень опытен, особенно в пытках демонов Гнева. — Он похлопал мужчину по спине. — Большую часть своей жизни он провёл в плену у умбраки, прежде чем они сделали его одним из них. Самый жестокий наёмник в преступном мире.

Господи Иисусе. На протяжении веков демоны боялись наёмников умбраки. Известные как воины-призраки, они, как все полагали, умели побеждать самые жестокие армии в одиночку, с помощью блестяще проведённых атак. Со временем они стали известны как миф — пугающие страшилки для историй у костра. Их никогда не видели и не слышали, их существование всегда было под вопросом. Либо они никогда не несли потерь, либо забирали своих мертвецов с полей сражений, потому что от них не оставалось ни единого следа, кроме крови и единственного выжившего, которого они всегда предпочитали оставлять в живых. Часто замученные на грани бреда и смерти, они говорили о тёмных и беспощадных воинах, и, таким образом, их наследие рождалось из страха.

— И ты знаешь, что говорят о повстанцах умбраки, — продолжил Виссаул. — Если демон утверждает, что не боится встретить абсолютную смерть в стигии, то он либо лжёт сквозь зубы, либо он умбраки.

Терриун шагнул вперёд, и Гевин выпрямился, сжав кулаки и приготовившись к бою. А затем резко сжал и вытянул губы, Терриун послал серебряную вспышку, прорезавшую пространство между ними.

Ледяное жало ударило в горло Гевина, и он сжал его, вынимая осколок металла, застрявший в его плоти. Ад? На кончике пылал кусочек демортиса. Недостаточно, чтобы убить его, но это чертовски больно, как сама смерть. Демон выплюнул его изо рта. Как?

— Умбраки подчинили демортис, — сказал Вассаул, как будто он услышал мысли Гевина. — Болезненные пытки, которые позволяют им быть невосприимчивыми к её последствиям. А это значит, что твой брат по сути неуничтожим.

Комната закружилась перед Гевином. Его шея, казалось, опухала, поступление воздуха сократилось до того немногого, что он мог всасывать в своё тело.

— Терриун… Я не знаю, какой ад тебе пришлось пережить. Но приближается война. Тебе нужно держаться себе подобных.

— Береги воздух. — Терриун подошёл к нему. — Он тебе понадобится.

Глава 34

Логан был за рулём, а Ксандр — навигатор, Сабель сидела на заднем сиденье внедорожника рядом с Ферно. Боже, этот мужчина заставлял её нервничать. Он не сказал ни слова с тех пор, как они покинули поместье демонов.

Детройт пролетал за окном, а мысли Сабель были заняты последними разговорами, которые она вела с Гевином. Как глупо. Какой эгоисткой она была. Он тоже потерял сына, а она лежала там, утопая в собственной жалости. Хуже того, он не смог справиться даже со своей болью. Она также свалила на него Денью. Настолько, что он почувствовал необходимость отправиться за ней.

Разговор в сознании с «Джевеном» также запомнился ей. Когда она винила его. Заставила его чувствовать себя ужасно из-за чего-то находящегося вне его контроля. Предоставила шанс Гевину взять ситуацию под контроль единственным доступным ему способом — всё или ничего.

— Я получил сигнал, — сказал Ксандр с пассажирского сиденья. — Они у Цыгана.

— Бар? — Судя по тону голоса Логана, это место его отталкивало.

— ю Что там?

— Я не знаю точно. — Логан оглянулся. — Кто, черт возьми, встречается в баре, чтобы обменять женщин?

— Каждый раз случалось, когда я выходил куда-нибудь, — сказал Ксандр и улыбнулся. — Оставлял одну, брал другую.

Логан провёл рукой по лицу.

— Зачем я взял тебя с собой?

— Кто-то должен быть мозгом у всей этой компании, иначе нам всем настанет пиздец.

— Дерьмо, — проворчал Логан, свернув на парковку Джипси.

Мотоциклы стояли вдоль главного входа, а стоянку заполонили разнообразные грузовики и дрянные седаны.

Он выключил двигатель, и все демоны высыпались наружу. Сабель последовала за ними, поправив джинсы, когда она слезла на тротуар.

Что-то было в том, как она стояла среди двух самых опасных сынов Гнева и падшего, это заставляло Сабель почувствовать себя немного непобедимой. Хотя нельзя было с уверенностью сказать, что кто-то из них поддержит её, если она начнёт творить всякую хрень.

Логан пошёл впереди, его шаги были длинными и решительными, кулаки сжимались по бокам — словно локомотив, несущийся по рельсам. Он толкнул дверь, и все трое мужчин вошли в бар вместе с Сабель. После быстрого осмотра Логан направился к задней лестнице.

Вышибала протянул руку, чтобы остановить его — поступок, достойный сожаления.

Логан схватил мужчину за запястье, поворачивая его так, что кости вышибалы щёлкнули. Упав на колени, вышибала вскрикнул, и Логан заставил его замолчать ударом в челюсть.

Следом за вышибалой шли двое мужчин, которые выглядели так, будто им уже однажды надрали задницы, с чёрными глазами и синими гематомами на лицах, казалось, они почти неохотно приближались. Логан дошёл первым и ударил высокого в живот. Второй достался Ксандру, но ангел отбросил уже избитого мужчину назад к стойке.

Через несколько секунд к ним ринулись другие самцы, и узел в животе Сабель подсказал ей, что, возможно, ей лучше стоило остаться в поместье.

— Привет, дорогуша. — Голос Джевена сзади пронзил её позвоночник.

Его улыбка, когда оркосианские охранники утаскивали её детей, обожгла её мозг, и он просто дышал тем же воздухом, что и её зажженная ярость в её венах. Я должна была догадаться, что его жалкая задница окажется там. Такой трус, как Джевен, имел тенденцию тяготеть к виду, который гарантировал ему выживание, и с Кэшем и Джессикой, вероятно, казались ему лучшим вариантом. Сабель обернулась.

Та же ухмылка, появившаяся на его лице, насмехалась над её кулаком.

— Как приятно снова видеть тебя, любимая. А дети? У них всё хорошо?

Сабель ударила его в челюсть с оттяжкой, откинув его голову набок. Он потёр то место, где она его ударила, и его дьявольская ухмылка сказала ей, что она ударила недостаточно сильно.

Принято. Следующий будет сильнее.

— Столько причин, по которым мне нужно причинить тебе боль, а ты только добавила ещё одну — Он бросился вперёд, схватив её за горло, прежде чем она успела увернуться от него, но мощный удар сбоку отправил его через всю комнату в стену, где он рухнул на пол под дождём из гипсокартона.

Ферно указал на неё пальцем, предупреждая о необходимости следить за её задницей, и Сабель улыбнулась в ответ, прежде чем подойти к Джевену, присев перед ним.

Он качнулся к ней с клинком в руке и сбил её с ног, быстро пытаясь оседлать её тело.

— Знаешь, как сильно я хотел прикончить тебя, мерзавка? Я не могу тебя трахнуть, не могу заставить тебя высосать души, так зачем же тебя держать?

— Иди нахер! — Она вонзила ногти ему в горло. Провались она к дьяволу, если это был хоть какой-то солидный ход, но, похоже, он помог ослабить хватку Джевена. Одним сильным рывком она развернула его в сторону и забралась сверху, её глаза загорелись красным туманом. — Слишком много раз, Джевен. Ты причинил мне боль, унижал и ругал меня перед моими детьми.

— Я говорил правду. Ты всего лишь шлюха.

— Я нечто большее, и ты это знаешь. — Она сильнее сжала его горло. — Я думаю, ты уже давно знаешь, какой силой я обладаю. Я могла бы убить тебя сейчас. Ты знаешь это. Вот почему ты удерживал меня столько лет. Ты. Боишься. Меня. — Она наклонила голову. — Сейчас я сильнее, чем когда-либо. Любовь дала мне больше сил, чем секс. Так что бойся меня ещё больше. — Она открыла рот и глубоко вдохнула.

Его страхи, его похоть — всё это клубами дыма заклубилось в пространстве между ними. Сабель прижала свои губы к его губам и застонала ему в рот, пока его душа просачивалась в неё, заполняя пустую яму внутри её желудка, жаждавшую его похоти.

Ладони прижались к её груди, он толкал и пинал её, извиваясь, но она держалась твёрдо, сосала и наслаждалась энергией, текущей сквозь её тело.

При появлении лица Гевина в её памяти она засосала ещё сильнее, пока, наконец, причина, по которой он пришёл на ум, не стала на переднем плане её мыслей. Она отстранилась от Джевена.

Его лицо побледнело. Губы посинели. Глаза стеклянные, отстранённые. Она чуть не засосала его до смерти. Слава богу, что она остановилась — последнее, что ей было нужно, это отправить её задницу в обсидиус за убийство кого-то столь никчёмного в её жизни. Кроме того, придурок он или нет, он был отцом её детей. Полное исключение его из их жизни поставило бы их на тот же путь, что и испорченное детство любого другого суккуба.

— Где женщина? — она спросила.

Его голова склонилась набок, и вместо него, она оглядела комнату в поисках ответов, уловив вспышку красного цвета наверху лестницы, за пределами схватки сражающихся демонов.

Она повернулась к Джевену.

— Ты будешь держаться подальше от меня и моих детей. Я позволила тебе жить только потому, что они называют тебя отцом. Однако в следующий раз, когда ты приблизишься к нам, я прикончу тебя.

Он кивнул, прежде чем его голова упала на грудь.

Поднявшись по лестнице, Сабель помчалась за фигурой, которую она увидела, пока не достигла двери. Встав в стороне, она подняла ботинок и кинула его, отшатнувшись назад при звуке выстрелов. Сабель опустилась на пол и выглянула из-за угла и увидела женщину, возившуюся с окном.

Адреналин зашкаливал. Её сердце билось в груди так, словно вот-вот выскочит на пол и уползёт прочь. Сабель вздохнула и побежала к ней, ударив её в животу и повалив женщину на землю. Звон пистолета, ударившегося об пол, на короткую секунду сжал её живот, когда она подняла голову, чтобы увидеть, куда упал пистолет, сидя верхом на рыжей.

— Сука! — Женщина ударила Сабель вверх в челюсть, отбросив её в сторону. — Иди на хер!

Сгибая челюсть, Сабель снова приняла стойку и прижала руки женщины к полу.

— Где он?

— Наверняка сдох!

Внутри Сабель закипела ярость. До этого момента она даже не была уверена, что эта женщина — Джессика. С порывом убийцы свернуть ей шею, Сабель схватила женщину за горло, мечтая увидеть, как последние остатки жизни покинут её тело. — Где. Он? — она выругалась.

— Иди на хер!

— Где?

— Он у Виссаула… ты никогда его не увидишь… снова.

Она сжала сильнее, но через мгновение Сабель перевернули на спину, прижав руки к горлу.

— Я опытная убийца, сука.

— Как и… его братья. Они здесь… чтобы убить тебя. — Воздух не мог выйти из-под неумолимой хватки Джессики, а парящие предметы подсказали Сабель, что она, вероятно, вот-вот потеряет сознание.