— Я всегда учитываю последствия… а что-то изменится? В любом случае, я делаю всё, что нахер захочу.

Глава 33

Безопасность. Она воссоединилась со своими детьми. Получила всё, на что когда-либо надеялась, и всё же, часть Сабель до сих пор не могла полностью насладиться жизнью, пока она лежала в постели Гевина, глядя в окно. Ещё нет. Пока она не узнает, что Денья тоже в безопасности.

Сабель никогда не была против того, чтобы женщины делали аборты, но, будучи лишённой права выбора, она чувствовала себя униженной, её тело было опустошено ядами. В течение нескольких дней она позволяла Гевину баловать её, утешать. Его забота о ней была бескорыстна. Ничего не ожидая взамен. Он даже убил ради неё. Убил того самого мужчину, который вызывал кошмары, которые преследовали её каждый раз, когда она закрывала глаза.

Чёрт возьми, она бы ему отплатила.

Иногда она слышала его по ночам. Кряхтел, ворочался, вертелся от боли в свой савидон. Спокойно смирившийся с тем фактом, что Сабель не сможет дать ему желанное облегчение. Освобождение обещала только его пара.

Но творилась херня. Она снова и снова говорила себе, что мужчина заслуживает кого-то получше, и если бы потребовалась вся энергия, чтобы задействовать её дар соблазнения, она стала бы лучшей женщиной.

Для него.

Выходя из комнаты, она столкнулась лицом к лицу с Анной и Джейни.

— О, привет, Анна.

— Мы скучали! Рада видеть вас на ногах!

— Ты видела Гевина?

— Нет, извините меня. Я играла с детьми. Хозяин Зик показывает Томасу довольно жестокую игру «Go Fish». Поэтому, мы с Джейни решили узнать, захочет ли мисс Калла посидеть в саду. Вечером здесь очень красиво. — Её рука с любовью огладила локоны Джейни, совсем как бабушка, о которой она всегда мечтала для неё. — Принести вам что-нибудь?

— Нет, спасибо. Я просто собираюсь проверить пару мест в поисках Гевина.

Джейни обменялась взглядами с Анной и Сабель.

— Мамочка, можно я пойду с тобой?

— Да, конечно, дорогая.

— Я поиграю позже, Анна, — сказала Джейни.

Старая демоница рассмеялась.

— Сначала ты проведёшь некоторое время со своей мамой, сладкая, я потом догоню тебя.

Сабель тепло улыбнулась.

— Спасибо, Анна.

***

Сабель обыскивала офис Гевина, Комнату крушения, игровую комнату, пока не добралась до библиотеки. Распахнув дверь, она внутренне вскрикнула, едва не врезавшись прямо в массивную грудь Ферно.

Он сидел спиной к столу, в глубине комнаты.

— Ой. Прости. Я ищу Гевина.

— Не видел его.

— Ладно. — Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась. — Ферно? Я никогда не говорила, спасибо тебе. За то, что пошел в альтернативный мир ради моей сестры. — Завернув, она снова оказалась с ним лицом к нему. — Спасибо за помощь той ночью. И с охраной…. Это значило очень многое.

Его глаз дёрнулся — его присутствие заставляло всех чувствовать себя некомфортно, особенно Сабель.

— Хорошо. — Она потянула Джейни за собой, но дочь отпустила её руку и побежала обратно к Ферно.

Она потянула его за штанину, и у Сабель едва не случился инсульт. Вытянув руки вверх, Джейни подняла своего плюшевого щенка. Почему она вдруг почувствовала к нему симпатию, Сабель так и не поняла.

— Дорогая. Не надо. Пойдём.

Однако она упорствовала, пока крупный мужчина не посмотрел на неё сверху вниз. Сквозь быстрые вдохи-выдохи паники Сабель вся съежилась от резкой разницы между ними.

Высокий, мускулистый убийца и её милая, невинная девочка.

К крайнему удивлению Сабель, он поднял её на руки, как будто никогда в жизни не держал на руках ребенка, зрелище было таким неловким, что ей хотелось смеяться и плакать одновременно.

Засунув большой палец в рот и держа щенка под мышкой, Джейни протянула другую руку к его лицу.

Ферно отпрянул, и у Сабель перехватило дыхание, когда она приготовилась перехватить у него ребёнка. Не скованная его первым отказом, Джейни снова потянулась, пока кончики её пальцев не коснулись большого шрама на его горле.

Опустив большой палец, она посмотрела ему в глаза.

— Как ты поранился?

О, боже. Сабель хотелось залезть в себя и умереть. Ей хотелось сказать Джейни, чтобы она замолчала и последовала за ней обратно в комнату Гевина, чтобы она могла упрекнуть её никогда больше не приближаться к этому мужчине. За исключением того, что Ферно наклонил голову и, казалось, изучал её.

— Я сделал что-то очень плохое.

— Насколько плохое?

— Очень плохое.

Джейни подняла на него взгляд.

— Твоя мама тебя отшлёпала?

Его челюсть дёрнулась, как будто он хотел рассмеяться.

— Нет.

Она проследила рукой ещё один шрам от его губы до глаза. Если слухи в баре были правдой, то именно там пара Зейна вцепилась в него, чтобы спастись.

— Ты сожалеешь?

Его глаз дёрнулся.

— Очень.

Рука Джейни опустилась, и она наклонила голову, устремив взгляд на него.

— Тогда ты не плохой.

Его брови опустились, и Сабель прижала руку ко рту, чтобы не потерять её.

— Как тебя зовут?

— Джейни. — Её драгоценные голубые глаза загорелись улыбкой. — А как тебя?

Он фыркнул.

— Ферно.

— Теперь мы друзья. — Её взгляд скользнул по Сабель и снова к Ферно. — Мама говорит, что незнакомцы — это люди, которых… имён не знаешь. Так что теперь мы друзья.

— Ага. Друзья.

Джейни наклонилась вперёд, и, нежно поцеловала его шрам, Сабель, затаила дыхание.

— Я надеюсь, тебе станет лучше.

Сдвинув брови, словно потрясение и замешательство боролись друг с другом в его голове, Ферно опустил Джейни на землю, его взгляд проследил за её возвращением к Сабель.

Схватив дочь за руку, Сабель развернулась прежде, чем он успел заметить, что у неё слезятся глаза.

— Пойдём, малышка.

— Сабель. — Услышав его грубый голос, она оглянулась, и он кивнул.

— Пожалуйста.

***

Стоя прямо в центре здания «Глобуса», Гевин подставил клинок под горло Джессики. Бумаги и мусор валялись на полу, окна были выбиты, а окружающую сталь покрывала ржавчина старости.

— Странно. — Голос раздался за несколько секунд до того, как перед ним появился дородный мужчина. — Я всегда считал тебя более умным из братьев. И всё же, вот он ты. Как ягнёнок, беспомощно падающий в аквариум с акулами. Совершенно один, в комнате, полной тех, кто хотел разорвать тебя на части, конечность за конечностью. — Его взгляд остановился на Гевине. Сравнение с акулами казалось уместным, поскольку глаза самца, круглые и чёрные, почти напоминали безжизненные бусины, смотрящие на него — холодные и отстранённые.

— Любой сын Гнева заслуживает смерти. Но потом тебе пришлось перейти черту и вдобавок ко всему трахнуть мою женщину.

— Денья в обмен на Джессику.

— Денья в обмен на Джессику. — Виссаул расхаживал, снисходительно насмехаясь над словами. — Ты просишь меня обменять Денью на мою херовую пару. Хммммм. — Он указал пальцем. — Ну, ты не трахал Денью, и это делает её для меня значительно более ценной, чем Джессика. — Погладив подбородок, он улыбнулся. — Как насчёт того, чтобы оставить себе блудную сучку, а я оставлю себе молодую и сочную задницу? — Он заставил себя вздохнуть. — А что касается Джессики, не стесняйся, можешь убить эту лживую пиздопроёбину. Она вся твоя.

— Виссаул… что ты делаешь? — мышцы Джессики ослабли в объятиях Гевина.

— Скажи-ка мне ещё разок, дорогая. Как тебе удалось избежать тюремного заключения?

— Ты хочешь, чтобы я призналась? Опять?

Виссаул склонил голову набок.

— На этот раз попробуй сказать правду.

— Я сказала тебе правду. Я трахнула начальника тюрьмы.

— Ты трахалась с куда большим количеством кобелей, чем один надзиратель. Насколько я помню… прежде чем я заставил его съесть собственный член, ты заключила с ним сделку. Пятьдесят процентов доходов ты заработала на «Чёрной книге шлюх» Кэша. Какая ты предприимчивая. Я бы даже зауважал, если бы твой план с самого начала не состоял в том, чтобы вернуть её обратно. — Виссаул поднял подбородок. — Где чип?

— В руках того, кто скорее отдаст свои яйца, чем чип, — ответил Гевин.

— Ах, Джессика. — Виссаул покачал головой. — Такое разочарование.

— Мы… мы же спланировали это. Ты сказал мне… всё произошло так, как ты… меня просил.

— За исключением той части, где ты пыталась меня убить. — Виссаул улыбнулся. — Ты забываешь, любимая. Я знаю тебя лучше, чем ты знаешь себя. Навязчивые идеи с тобой трудно забываются. — Он потёр челюсть. — Трахнуть мою правую руку, наверное, было не самой мудрой идеей. Подумать только, мне пришлось пройти через трудности, пытаясь сделать твоё пребывание в обсидиусе менее травматичным.

Её челюсть напряглась.

— Ты послал меня туда без колебаний.

— Политика, дорогая. Я не мог проигнорировать тот факт, что ты трахнула другого мужчину, пытаясь узурпировать мою власть. Это будет выглядеть плохо с моей стороны.

— …врёшь. — Она говорила сквозь стиснутые зубы. — Охранники и их больные фантазии. Каждую ночь я клялась тебе отомстить. Ты не сделал ничего чтобы облегчить моё пребывание там.

— Боюсь, именно здесь наши пути расходятся, моя дорогая. Ты больше не под моей защитой. Тем, кому ты пообещала сократить расходы, придётся смириться с тем фактом, что ты их обманула. Они могут убить тебя, в зависимости от обстоятельств. Я бы и сам оказал эту честь, но зачем подвергать себя невыносимой физической боли из-за тебя? Обратная сторона связи с ебанутой психопаткой. Кроме того, я гораздо более милостив, чем твои должники, и уверен, что они заплатят тебе так, как ты того заслуживаешь. — Он провёл пальцем по носу. — Я так понимаю, ты и некоторые твои мальчики-игрушки поеб*лись с ангелом-мстителем? Без сомнения, его братья будут охотиться за твоей задницей. Они не терпят причинения вреда кому-либо из своих. Однако… — он вытащил пистолет из кобуры и нацелил его на неё. — Если твоя лживая задница не исчезнет из моего поля зрения примерно через десять секунд, у меня не будет проблем самому снести её голову. Это будет стоить всей боли.

Она вырвалась из рук Гевина и на мгновение остановилась. На её лице появилось сожалеющее выражение, прежде чем она попятилась и убежала в противоположном направлении.

— Теперь… где мы остановились? — Виссаул сделал вид, что размышляет. — О, да. Денья. Ого, она потрясающее создание. Оказывается, я понятия не имею, где сейчас находится Денья. Она настолько затерялась в мире работорговли, что может быть заперта в клетке где-нибудь здесь или растянулась на кровати шейха, в нескольких мирах отсюда. В любом случае, ты никогда её не найдёшь.

— Я сдаюсь тебе, чтобы Денья вернулась к её сестре. Сообщи мне, кому она была продана, и мои братья вернут её. Я останусь здесь в твоём распоряжении.

— Очень ловкий бизнесмен. — Острый палец Виссаула ударил по воздуху. — Это, мой мальчик, всё равно, что пытаться продать мне мою же собственную лошадь. Я уже владею тобой.

— По законам Оркоса я неприкосновенен до тех пор, пока не освобожусь из порабощения суккуба. Если ты посадишь в тюрьму или попытаешься причинить мне вред, тебя казнят.

— Я хорошо разбираюсь в законах Оркоса. Но больше всего мне нравится принудительное освобождение из рабства. Если ты совершишь преступление, более серьезное, чем твоё первоначальное преступление, ты будешь вынужден вернуться в обсидиус.

— Я не совершил никакого преступления.

— Пока. Но, возможно, у тебя была мечта убить высокопоставленного и очень уважаемого чиновника оркосианского двора?

Глаза Гевина сузились.

— Позволь мне просветить тебя.

За спиной Виссаула зажёгся прожектор. Сидя обнажённым в кресле со связанными руками и ногами, Эгуза ссутулился, лицо его было искалечено, пятна крови разбросаны по коже, а на горле была петля.

Мышцы Гевина напряглись, его пальцы сжались в кулак. Его челюсть дёрнулась.

— Теперь, друг мой, всё становится особенно интересно… — Виссаул махнул рукой, и из тени рядом с ним появилось знакомое лицо. — Я бы хотел, чтобы вы познакомились с моим самым доверенным убийцей. Терриун. Твой брат.

***

Ксандр протиснулся в двери комнаты крушения и обнаружил Логана бьющего боксёрскую грушу.

Брат остановился при приближении Ксандра.

— Кто-то нарушил правила безопасности?

— Можно и так сказать.

— Что происходит?

— Что, если я скажу тебе, что один твой брат пошёл и сделал что-то охеренно глупое и совершил ошибку, доверившись мне, что я не скажу ни слова?

— Я бы сказал, тебе лучше начать говорить.

Ксандр фыркнул.

— Он думает, что я убеждён, что он встретился с парой той Джессики, чтобы обменять её на сестру своей женщины.

Логан нахмурился.

— Как, черт возьми, ты вообще это сказал, не заикаясь?

— У меня такое ощущение, что старший брат сдался ради сестры Сабель.

— Сукин сын! — Логан ударил кулаком по груше, чуть не повалив её на пол.

— Разве тебе не следовало надеть перчатки?

— Я оставил их вместе со своей сумкой. — Демон упёр руки в бёдра. — Где он, чёрт возьми?

— Он должен быть в клубе Грязная Ди в центре города. Но было бы глупо думать, что хоть кто-нибудь из боссов встретится на нейтральной территории. Они так не работают.

Логан закатил глаза.

— Другими словами, ты не знаешь.

— Я этого не говорил. Видишь ли, я украл номер телефона той сучки. — Ксандр ухмыльнулся. — Гевин отключил её отслеживание. Вчера вечером я снова включил его.

— Поехали. Мне нужно будет вытащить хандрящую задницу Ферно из постели. И где, черт возьми, Зейн?

— Слышал, как Гевин сказал: он ушел.

— Эмопроёбина. — Логан вырвался из двери комнаты разрушений. — Какого черта он не может просто сидеть в своей комнате и слушать The Cure целыми днями, как и все остальные?

По пути в холл Сабель скатилась вниз по лестнице.

— Привет. Вы видели Гевина? Его нигде нет.

— О, он где-то, это точно, — пробормотал Логан, не замедляя шага.