Его агония заставила её двигаться и, наконец сработали инстинкты, Сабель бросилась в смежную ванную. Боль, должно быть, была вызвана регенерацией нервов, которые снова соединялись с его глазными яблоками. Это объясняло странный цвет одного и пятно на другом. Она читала о регенерации. Она очень болезненна, особенно в органах, связанных с нервной системой. Она на мгновение прикусила губу, пока её разум пытался придумать решение.

Она посмотрела на свечи, стоявшие вдоль ванны. Наклонившись вперёд, она порылась в шкафчиках и нашла зажигалку и смазку, прежде чем броситься обратно в спальню, по пути прихватив кинжал.

Зик продолжал кричать, что, вероятно, и привлекло внимание Анны, когда старушка протиснулась в дверь, а Сабель подошла к кровати.

— О боже! Мастер Зик! Почему вы не нажали кнопку помощи? — Она проковыляла к тумбочке. — Я позвоню доктору.

— Один момент, Анна. Позволь мне попробовать кое-что. — Выражение лица Анны сказало Сабель, что она была не уверена. — Я кое-что знаю.

— Хорошо. Но если это не поможет, я позвоню врачу.

Сабель выдавила смазку на лезвие, включила зажигалку и пропустила сквозь огонь кинжал. Сняв шорты, обнажила Зику правое бедро, и он, извиваясь, пнул её ногой.

— Шшш. Успокойся. Я собираюсь облегчить боль.

Она вонзила кинжал ему в бедро, и он выругался, когда она быстро нанесла удар.

— Божечки, женщина, что вы делаете? — Анна бросилась вперёд, положив руку на предплечье Сабель. — Судя по всему, такой способ не облегчит его страдания!

— Чёрт возьми, убери её от меня!

Рана кровоточила, и смазка покрыла внутреннюю часть раны, не давая ей моментально затянуться.

— Секунду. — Сабель коснулась пальцев Анны. — Я знаю, выглядит этот вариант ужасно. Только подожди.

После минуты извиваний Зика, он успокоился, замедлился и глубоко выдохнул.

— Смазка замедляет регенерацию. Обычно рана заживала довольно быстро. Она срастается, но гораздо медленнее. А также её замедляет жар от ожога. Интенсивность нервных болей в его глазных яблоках уменьшается, поскольку защитные силы его тела спешат залечить рану на бедре. Остальные твои раны в основном зажили и покрыты шрамами, поэтому ты сейчас чувствуешь такую сильную боль в глазницах.

— О, мы всё это время давали ему сияние.

— Неплохой вариант, но я знаю некоторых демонов, которые пристрастились к нему. В некоторых изданиях говорится, что если принять слишком большую дозу, можно попасть в состояние фиксированных галлюцинаций. Кроме того, оно также замедляет регенерацию у всего тела. А это означает, что его глаз будет исцеляться медленнее.

— Да, его брат, кажется, очень любит этот наркотик.

— В любом случае, это не постоянное решение. Должно пройти несколько дней, чтобы его рана затянулась, и у него не останется шрам. Должно зажить красиво и чисто.

— Спасибо, — прохрипел Зик.

Анна похлопала Сабелль по спине.

— Так хорошо, что вы были рядом, мисс. У вас дар! Никогда не думали стать врачом?

Конечно нет. Да, она, вероятно, могла бы заработать намного больше денег, но это означало бы долгое нахождение вдали от своих детей и многочисленные часы в больнице, полной больных и умирающих. «Обсидиус» звучал для неё более привлекательным вариантом.

— На самом деле я знаю не так уж много. Моя сестра немного безбашена. Когда мы были детьми, мы часто ранились, а у моей мамы просто не было денег, чтобы отвозить её к врачу, когда ей нужно было что-то зафиксировать или пришить. Так я и научилась. Однако никакого желания делать на этом карьеру нет.

— Жаль. Вы довольно опытны. — Она снова переключила свое внимание на Зика. — Что-нибудь ещё я могу для вас сделать, хозяин?

— Нет. — Его голос был намного спокойнее. — Теперь со мной всё в порядке.

Анна вышла из комнаты.

Ещё раз осмотрев рану, Сабель положила руки на бёдра.

— Тебе должно стать лучше на какое-то время. Просто постарайся не пинаться так сильно, пока рана заживает, ладно? — Её схватили за руку, когда она развернулась, и Сабель повернулась к Зику, смотрящих на неё умоляющими глазами.

— Останься. Ненадолго. Пожалуйста.

— Ладно. — Она откашлялась от неуверенности, проскользнувшей в её тон.

— Присядь. Пожалуйста.

Словно окончание реплик на слове «пожалуйста» заставило бы её подчиниться, она всё равно сделала, как он просил, опустившись на кровать рядом с ним.

— Мне жаль… за то, что было раньше. Что произошло в казино. За увольнение. — Его слова прерывались отдышкой и хрипотцой в голосе.

— Всё… в порядке, Зик. — Её пальцы сомкнулись, когда она заёрзала рядом с ним. Извинения всегда доставляли Сабелле дискомфорт. Не то чтобы она выросла, слушая их часто в детстве. — Теперь я выше этого.

— Нет, не в порядке. Я усложнил жизнь твоей семье. Твоим детям.

— У нас всё нормально. Я справляюсь.

— Я хочу, чтобы ты знала… когда мне станет лучше. Когда я встану… встану с этой кровати, я собираюсь загладить свою вину перед тобой. Слышишь меня? Я собираюсь… всё исправить.

— Тебе не обязательно этого делать. — Она потёрла лоб и заставила себя улыбнуться. — Правда, у нас всё в порядке.

— Не… Нет. — Он покачал головой. — Я сделаю всё… что смогу, чтобы помочь тебе.

Его предложение на самом деле было довольно милым. Совсем не в стиле Зика.

— Как насчёт того, чтобы для начала поправиться?

— Звучит как план. — Он положил на неё руку. — Итак… вы с Гевином уже трахались?

Сабель закатила глаза от хриплого смеха, наполнившего комнату, и попыталась встать.

Его хватка усилилась.

— Я просто прикалываюсь над тобой. Сядь. Садись уже. Просто шучу.

— Я рада врезать тебе уже в другое бедро.

Его улыбка растянулась на лице.

— Серьёзно, тебе нравится… мой брат?

Как она могла не ответить мужчине, который лежал изуродованный в постели? Сабель надула щеки и выдохнула.

— Честно? Ага. Гевин… просто потрясающий.

Белые зубы засветились в тёмной комнате.

— Разве это не конец света? У Гевина появилась женщина.

Она почесала затылок.

— Я… я не говорила, что я его женщина.

— Как долго ты здесь?

— Два дня.

— Где ты… спала? — Только Зику удавалось задать смелый вопрос, не прозвучав при этом оскорбительно.

— В постели Гевина.

— Ты его… женщина. Мой брат… не шутит, и он точно… не будет держать женщину два дня… в своей постели, при этом ни разу не трахнув её. Ты нечто особенное. — Из груди Зика вырвался кашель.

— Спасибо. — Её плечи опустились. — Рада узнать, что я оцениваюсь дороже, чем другие женщины, которые оставались до этого в его постели. Разве это не имеет никакого отношения к тому факту, что я поработила его, и у него нет особого выбора?

— Тут замешано нечто большее. Он привёл детей… чтобы познакомить их со мной вчера. Красивые дети… насколько я мог разглядеть. Однако, даже полуслепой, я мог сказать… он испытывал чувство гордости за них. Как будто они были его собственными.

Сабель откашлялась.

— У меня не сложилось впечатление, что Гевин хочет собственных детей.

— Гевин боится… иметь детей. Он боится подвести людей… и особенно детей. Он когда-нибудь рассказывал тебе… о своём брате?

— Ага. Он умер?

— Гевин должен был… следить за ним. С его брата содрали кожу… на его глазах повстанцы, вторгшиеся в их деревню… когда он был мальчиком. Они искали Гевина.

Она поднесла руку ко рту, резко выдохнув в ладонь. Это знание пронзило сердце Сабель, оставив после себя ледяной холод в костях.

— О, боги. — Сама мысль о том, чтобы стать свидетелем подобного, будучи взрослым, была достаточно ужасной. Но ребёнок?

— Ага. Полагаю, это долгое время мучает его. — Плечи Зика расправились, прежде чем он снова уселся на кровать. — Ты не найдёшь никого… более преданного и ответственного, чем мой брат. Гевин не из тех, кто… отказывается от тех, кого любит.

Она отвела взгляд от Зика, опасаясь, что он увидит её насквозь своим слепым глазом. Увидит, что она стала ценить Гевина так, как никогда не предполагала.

— Я должна сказать, что этим я больше всего восхищаюсь в нём. Он был готов отдаться в рабство, чтобы спасти жизнь своего брата.

— Хотя я не думаю, что это было плохим решением.

Его комментарий вызвал на её лице улыбку.

— Я тоже.

***

Гевин выскользнул из поля зрения и, оглянувшись, увидел, что Анна все ещё ждёт в коридоре.

— Анна, я бы хотел, чтобы ты помогла Сабель найти что-нибудь красивое на вечер. Покажи ей как зайти на сайт Джейса и посмотреть, понравится ли ей что-нибудь — попроси её выбрать несколько вещей, но особенно что-нибудь официальное для этого вечера. Пусть доставят сегодня днём.

Из всех универмагов города у Джейса была лучшая линия модной женской одежды, а его владельцем оказался друг Гевина. Доставить одежду не будет проблемой.

— Да, хозяин. — В её словах он услышал чуточку иронии.

Он пошёл дальше по коридору к своему офису, куда направлялся до того, как услышал голоса из комнаты Зика. Его телефон завибрировал, и Гевин вытащил его из кармана.

— Да, — ответил он, — спасибо, что перезвонил. Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу. Организуй отдельный столик на этот вечер. На двоих.

***

Сабель сидела на кровати Гевина, складывая одежду, которую Анна постирала после того, как дети играли в ней на улице, прежде чем спрятать её в ящики шкафа, который Гевин отвёл для неё.

Анна заглянула в комнату.

— Мисс Сабель? — Она катила деревянную тележку с серебряным ноутбуком. — Мастер Гевин попросил меня помочь подобрать вам подходящий наряд на вечер.

— Что, прости? — Она нахмурилась. — Что будет сегодня вечером?

— Не могу сказать, мисс. — Демоница улыбнулась губами. — Он только попросил вас выбрать некоторые товары на сайте Джейса.

— Джейс? Ох, я не знаю, Анна. Я бы не хотела. Одно платье в том месте стоит как трехмесячная оплата ипотеки.

— Ох, но он взбесится, если я не помогу вам с выбором! Если вы будете так любезны, развлечь меня, я буду благодарна.

— Ты шутишь? — Сабель усмехнулась. — Гевин обожает тебя.

Она вздохнула.

— Возможно. Итак, вот сайт. Он попросил вас выбрать всё, что вы захотите, но… нужно что-нибудь особенное на этот вечер. Полагаю, формальное.

Она повернула экран ноутбука лицом к Сабель, и, чёрт её дери, ценники просто выскакивали с экрана. Рубашки, платья, юбки, капри, джинсы — всё, о чем девушка может мечтать летом, было представлено на сайте. Столько милых нарядов.

А также платье — самое великолепное и элегантное из ткани, которую она никогда не видела в своей жизни. Ей бы очень хотелось надеть что-нибудь настолько сексуальное для Гевина. Если бы только ценник не заставлял её глаза выкатываться из орбит.

— Можем ли мы просто сказать ему, что я ничего не нашла?

— Скажу ли я ему правду? На сайте нет ничего, что вам хотелось бы надеть? — Её взгляд метался между экраном и Сабель. — Потому что ваш взгляд на чём-то завис, мисс.

Сабель оторвала взгляд от чёрного платья.

— Так заметно? Эта одежда прекрасна. Но было бы неправильно, если я соглашусь на такое. Извини, я не смогу.

— Если вы этого не сделаете, то это сделаю я.

— Удачи в угадывании моего размера.

Анна приподняла бровь.

— Пять, девять и три четверти? Обувь девятого размера? Тридцать шесть, двадцать четыре, тридцать восемь — примерно так? Чёрное платье?

Губы Сабель приоткрылись. В последний раз, когда она проверяла, эти цифры офигенно точно совпали с её.

— В прошлом я работала швеёй. К вашим услугам, миледи. Я доставлю заказ сегодня днём.

***

Сабель сидела на кровати, глядя на платье, туфли на шпильке и на коробку у себя на коленях, которые ей доставили несколько минут назад. Возле кровати также стояла ваза с цветами — сиренью — и, вдыхая их, Сабель взглянула на мужчину, преподнёсшего подарки, как будто это было пустяковое дело. Ничего особенного.

— Ты всё это сделал? Для меня? Зачем?

Гевин не ответил, а просто стоял, выглядя, как всегда, сексуально, с плотно поджатыми губами и ничего не говорящим взглядом.

— Ты купил мне цветы? — Подняв коробку, она обнаружила великолепную розовую бутылку с чёрной биркой V&R. — И… духи?

Какого черта он купил ей духи? — Цветочная бомба?

Уголок его рта приподнялся в пикантной игривой улыбке.

— Я подумал, что это уместно, учитывая, что прошлая ночь была для тебя первой. Есть что отпраздновать.

Умно. После этого он довёл её до оргазма ещё дважды.

— Ты празднуешь все свои первые умопомрачительные оргазмы?

— Для меня это тоже будет впервые. Зачем подчёркивать свою неловкость? — Он наклонил голову. — Я так понимаю, ты сопротивлялись просьбе Анны выбрать несколько вещей для своего гардероба. — Он наклонился вперёд, его ладони прижались к матрасу по обе стороны от неё, заставляя её отклониться. — В следующий раз, когда я попрошу тебя выбрать что-нибудь сексуальное, пожалуйста, сделай, как тебя просят. — Сабел нахмурила брови. Возможно, он забыл, кто из них оказался порабощённым.

— Разве нет более насущных проблем, которые тебя должны волновать?

— Всегда. На самом деле мой стол выглядит так, будто на него кого-то вырвало насущными проблемами. Но если бы я когда-нибудь сосредоточился только на том, что мир бросает мне на колени, я бы никогда не научился тому трюку с языком, который, как мне кажется, очень понравился тебе вчера вечером. — Гевин подмигнул и встал с кровати.

Скрестив ноги, она не смогла подавить внезапный мондраж прокатившейся вниз к бёдрам.

— И вот… — Она глотнула. — Этот аромат должен олицетворять мою реношу?

— Не совсем. — Гевин фыркнул. — Предполагается, что этот аромат поможет мне не залезать к тебе под стол, пока мы ужинаем, и наслаждаться твоими звуками. — То, как легко его язык провёл по губам, могло вызвать у женщины серьёзные проблемы с сердцебиением. — Твой естественный запах сводит меня с ума, Сабель. Ты должна знать, немногие мужчины представляют для тебя такую большую опасность, как я в данный момент.