— Томас, — прошептала она, её голос донёс предупреждение ему. — Не груби. Эта еда полезна для тебя. Сделает тебя сильным.

— Я… я… я буду как дядя Гевин, если съем это?

Дядя Гевин? Когда, чёрт возьми, он начал его так называть?

— О, да! — Анна поставила перед детьми стаканы с шоколадным молоком. — Хозяин Гевин доедает свои овощи начисто! — Она наклонилась вперёд. — И спаржа, оказывается, его любимая. — Подмигивание, вероятно, стало завершающим штрихом в их заговоре. — Съешь её и станешь таким же сильным.

— И я стану красивой, как мама, да, Анна? — Джейни тыкала в стебли с неуверенным выражением лица.

— О, ты будешь великолепна, как твоя мама, дорогая! Она творит чудеса с кожей.

Сабель уткнулась красными щеками в стакан с лимонной водой, который поднесла ко рту.

— Спасибо, Анна. За всё. Эта еда очень вкусная.

— С удовольствием, — ответила Анна, разрезая спаржу Джейни на небольшие кусочки. — Что-нибудь ещё принести вам, дорогая?

— Нет. Нет, всё хорошо.

— Великолепно! — Она вытерла руки о фартук. — Теперь наслаждайтесь едой. Наполните свои животики! Я вернусь, чтобы проверить вас.

— О, в этом нет необходимости, Анна. У нас всё под контролем. — Сабель откусила лосося, прилагая сознательные усилия, чтобы не впасть в оргазм от восхитительного вкуса, наполнившего её рот. Блин, эта женщина умела готовить.

— Ерунда, милая. — Анна протиснулась в вращающуюся дверь.

Они ели втроем, не разговаривая, Томас и Джейни поглощали каждый кусочек на своих тарелках.

Примерно через полчаса Анна вернулась с подносом и начала складывать пустые тарелки. Сабель положила на поднос свою, собрала столовое серебро и пустые стаканы.

— Я соберу их, дорогая.

— Всё в порядке, Анна. Я помогу тебе. Поднос будет тяжелым, если ты всё понесёшь.

— Правда, я справлюсь.

Плечи Сабель опустились.

— Пожалуйста, Анна. Мне всё это кажется неправильным. Я не хочу тебя беспокоить, но я просто не могу позволить тебе прислуживать нам и убирать за нами.

Кивнув, Анна сделала шаг назад и улыбнулась.

— В таком случае, следуйте за мной, мисс.

***

Когда Сабель разложила небольшие стопки своей одежды на матрасе Гевина, в комнату вошёл он сам.

Подойдя к кровати, заложив руки за спину, он улыбнулся, его взгляд бродил по стопкам, задерживаясь дольше на кучке её трусиков.

— Уже расположилась?

— Прости, я сейчас уберу этот беспорядок. Просто пытаюсь всё организовать. Мы быстро собрались, поэтому я не уверена, что у меня здесь есть полный комплект одежды. — Хотя Сабель чувствовала, что имела небольшой авторитет в своём собственном доме, пребывание в комнате Гевина, особенно в его комнате, заставляло этого мужчину казаться ещё более могущественным.

— Не торопись. Я хочу убедиться, что тебе здесь комфортно.

Милостивый боже. Ей стало плохо из-за того, что она была ужасной хозяйкой в собственном доме. С другой стороны, единственное очарование, которым она обладала, было в виде фальшивой золотой подделки, которую ей подарили на день матери пару лет назад. Доброта не была естественной, с той лёгкостью, с которой Гевин её так легко раздавал. Как будто этот человек мог нанести удар и оставить тебя истекать кровью, но простое подмигивание заставит тебя простить его за всё.

— Когда ты закончишь, я бы хотел, чтобы ты сопровождала меня, — сказал он. — Анна предложила присмотреть за детьми, если ты не против.

— Я не так обеспокоена, как в прошлый раз, когда мы здесь останавливались. Пока демоны гамбис не так ловко крадут детей, как кошельки.

Гевин усмехнулся.

— Анна и не мечтала об этом. Но чтобы не волноваться по поводу кошельков, я заколдовал дом, чтобы она не могла воровать, даже если бы захотела.

— Нужно ли мне её оповестить? — Сабель взяла на руки стопку одежды и подошла к шкафу, где Анна освободила место в ящике.

— Я взял на себя смелость спросить, конечно, ожидая твоего одобрения. Она очень взволнована. Я оставил её набивающей руки настольными играми и домино.

— Ого. Кроме Деньи, я не могу сказать, что встречала кого-нибудь, кто с энтузиазмом присматривал бы за моими детьми. Конечно, я не оставляла их никому, кроме Деньи, но всё же.

— Анна в молодости работала няней. — Гевин провёл рукой по покрывалу — возможно, это был бессмысленный жест, но он определенно вывел его руки на передний план мыслей Сабель. — Она заботилась о королевской семье. Учитывая то, как она обожает всех нас здесь, я подозреваю, что твои дети устанут от неё первыми.

Улыбаясь, Сабель положила остатки своей одежды в ящик шкафа.

— Ладно, я закончила.

Гевин смотрел на неё, пока она закрывала ящик.

— Мне нравится делить с тобой своё пространство, Сабель. У тебя есть черта… не навязываться, но при этом оставаться вполне присутствующей. — Его брови нахмурились. — Иногда тебя окружает так много людей, но ты всё равно чувствуешь себя совершенно одиноким.

С натянутой ухмылкой она встала, положив руки на бедра.

— А здесь, я думала, что у нас есть взаимопонимание. Ты меня раздражаешь, я тебя раздражаю. Твой комментарий ставит под угрозу нашу договоренность.

На его щеках снова появились ямочки.

— Не волнуйся, ты всё ещё раздражаешь меня в тех редких случаях, когда я не нахожу тебя забавной.

Сабель от смеха откинула голову назад.

— Полагаю, время от времени я готова немного развлечься. — Она указала пальцем. — Только не напои меня.

Уголок его губы приподнялся в знаменитой очаровательной ухмылке.

— Однажды я это сделал. Думаю, тот вечер закончился довольно неплохо.

Его упоминание о паре ночей назад, когда они ссорились из-за фрикаделек, вызвало у неё улыбку.

— О, я не жалуюсь. Я просто предупреждаю, что не смогу нести ответственность за свои действия, особенно если половину из них не вспомню.

— Я буду иметь это в виду.

— И куда мне сегодня тебя сопровождать?

— В логово ликанов.

Глава 13

Сабель сидела на пассажирском сиденье автомобиля Гевина, наблюдая, как за её окном серыми и черными полосами пролетают здания.

— Куда, чёрт возьми, мы едем?

— На разведку.

— А?

— Ты не часто работала скрыто, да? — Он снова обратил внимание на дорогу. — Ты всегда должна для начала всё разузнать. Ты обязана знать, во что, ты ввязываешься, катись оно всё в ад.

— Ты знаешь, где находится церковь?

— Ага. — Он оглянулся. — Не самое лучшее место в Детройте.

— Меня это не пугает. — Конечно, он воспользовался прекрасной возможностью отговорить её от миссии — она должна была это предвидеть.

Гевин остановился в квартале от заброшенной церкви и припарковал машину в парке.

— Я подумал об этом.

Бездомный, одетый в рваные лохмотья, ковылял по тротуару, но остановился, дойдя до церкви, склонив голову набок, как будто что-то услышал. Он сделал шаг вперёд, затем отступил, прежде чем развернуться обратно на путь, по которому шел, и быстро побрёл прочь от церкви.

— Наверное, что-то услышал. — Гевин наклонился, опёршись локтем на консоль. Его взгляд почти прожёг дыры на лице Сабель, пока она наблюдала за ним со своей периферии. — Выглядит испуганным.

— Зачем ты это делаешь?

Он снова повернулся вперёд, его рука сжалась в кулак.

— На днях меня навестили. Ликаны. Ликан-соперник того, кого ты собираешься соблазнить. Сабель, ты не единственная, кто ищет эту чёрную книгу. И, насколько я понимаю, этот Лахлан делает из любого дикого ликана похожим на милого домашнего любимца.

— Я не понимаю. Кому ещё может быть интересна книга Кэша?

— Тем, кто хочет создать больше чистокровных, — сказал он, не оборачиваясь.

— Зачем?

— Они единственные, кто сопротивляется тому белому существу, которого ты видела на днях. Чем быстрее будет обнаружено, что делает их более стабильными и смирными, тем скорее все остальные виды, включая демонов и людей, окажутся ими порабощены.

Демоны, порабощенные ликанами?

— Как это возможно? — Она нахмурилась. — Ликаны слабее демонов. Всегда так было.

— Ликаны сравнительно слабее по отношению к нам. Но было время, когда мы были восприимчивы к сангам, а они — нет. Если организм станет тем, чем был, псы будут держать поводок, а мы останемся в истории. — Он покачал головой. — Это пугает, когда что-то столь примитивное и нецивилизованное угрожает стать доминирующим видом.

Сабель смотрела через лобовое стекло на церковь.

— Почему же тогда никто не преследует Лахлана? Его противник?

— Единственные, кто будет заинтересован в этом, — это те, кто хочет предотвратить это. Демоны в данный момент. Люди тоже станут жертвами, но если они узнают о лекарстве, они станут наиболее сильными игроками в нашей игре. Победит тот, кто сможет управлять организмом. — Он провёл рукой по своим идеально ухоженным волосам, немного растрепав их. — Я не рассказал Маррику о книге. Он утверждает, что является союзником, но он остаётся ликаном. Я ещё не решил, могу ли я ему полностью доверять. И я не хочу усложнять миссию. Моя цель — безопасно доставить тебя туда и обратно.

— Если они устойчивы к тому существу, почему бы не обратиться непосредственно к источнику? Чего они ждут?

— Есть ещё одна часть головоломки. У Алекси был журнал, в котором содержался единственный недостающий элемент, необходимый для поддержания организма Сангов. Он позволил бы ему развиваться внутри своего хозяина. Итак, у тебя есть армия стойких бойцовых собак и организм, способный уничтожить все остальные виды. Насколько я понимаю, ни один из лагерей пока не владеет им.

— Кто бы этого захотел?

— Люди стремятся уничтожить демонов. Или демоны, стремящиеся очистить себе подобных, — сказал он, снова привлекая её взгляд. — Понимаешь? Речь идёт не только о получении книги. Ты попала в самую гущу войны. — Его серьезные глаза скользнули по изгибам её груди. — Лахлан неприкосновенен по какой-то причине. Его защищает нечто гораздо выше него.

Да, от этой новости у Сабель свело желудок. Два дня назад она просто подписалась на это, чтобы получить книгу, и понятия не имела, что окунет свою руку в жерло войны. Тем не менее, оказалось больше причин продолжить миссию. Её имя было в этой книге. Имя Деньи тоже. Кто знает, что, чёрт возьми, ликаны сделают с этой информацией?

— Он любит суккубов. Ему нравятся рыжие. Получение этой книги даст мне свободу, а также свободу для многих других.

Гевин потёр виски.

— Ты упрямая женщина.

— Да? Ты тоже. — Она скрестила руки. — Если бы ты был женщиной.

Он открыл дверь и соскользнул с водительского сиденья.

Расправив руки, она скользнула ближе к окну.

— Что ты делаешь?

— Я говорил тебе. Идём на разведку. Просто оставайся на месте. Я скоро вернусь.

— Я так не думаю. — Она распахнула пассажирскую дверь и поднялась со своего сиденья. — Если ты пойдёшь, я тоже.

— У меня было предчувствие, что ты собираешься это сказать. — Он указал пальцем, его глаза излучали власть. — Держись рядом и молчи.

Сабель последовала за Гевином, когда они прошли через соседний двор, перепрыгнув через забор, отделявший неопрятную территорию, и пошли окольным путем к задней части церкви.

Звук шороха и мучительный крик из церкви заставили Гевина подать сигнал к тишине — возможно, это и напугало бездомного.

И Гевин, и Сабель заглянули через разбитое окно на группу мальчиков, собравшихся внутри. Зал был расчищен, скамьи убраны. Бетонный пол и стены с искусной резьбой были пустыми.

Тёмно-красная лужа растеклась по полу, просачиваясь из круга, и крик эхом разнёсся по пустынной церкви.

— Это кровь? — прошептала Сабель.

Мальчики попятились, открыв проход большому взрослому ликану, чья пасть сжимала горло мальчика.

Мальчику, должно быть, было десять. Как ягненок, пойманный волком.

Боги! Сабель рванулась, чтобы помочь ему, но Гевин вытянул руку, чтобы остановить её, несмотря на крики мальчика.

— Слишком поздно. Он изменится. К вечеру он либо умрёт, либо будет корчиться от боли, — предупредил Гевин.

Она смотрела на него сквозь туман в глазах, её разрывала боль от нехарактерной холодности, пронизывающей его слова.

— Мог бы ты так легко сказать мне это, если бы на его месте был Томас?

Бесстрастное лицо Гевина перекосило.

— Конечно, нет.

— Что бы ты сделал?

Его губа вытянулась в рычании.

***

После быстрой проверки оружия — двух кинжалов и Глока на груди — Гевин забрался внутрь через разбитое церковное окно, а Сабель последовала за ним.

Старшие мальчики, собравшиеся вокруг младших, вероятно, в какой-то момент уже были укушены. Ни малейшего шанса, что ликан позволит зрителям прорваться сквозь толпу, если только за ним не наблюдает его стая — хотя Гевин сомневался, что они составляют здесь всю стаю.

Ещё один надрывный крик мальчика укрепил его решимость, и Гевин шагнул вперёд, но не успел сделать и шага, как группа развернулась, заставив Гевина остановиться. Рассредоточившись, они образовали линию, похожую на защитную стену, между Гевином и жуткой тварью, их плечи были сведены вместе, а в воздухе раздалась симфония рычания.

На лице Гевина появилась дерзкая улыбка, когда он внимательно разглядел их возраст, их юность, которая, несомненно, облегчила бы бой.

— Вечер добрый, мальчики.

Двое младших мальчиков приняли форму ликанов и помчались к нему.

«Осторожнее, не убивай, — напомнил он себе. — Это просто мальчишки».

Когда рыжий волк прыгнул к нему, Гевин поймал его живот, отбросив в стену, где он рухнул на пол.

Чёрный волк бросился вперёд. Когда Гевин выставил ногу для удара, он поймал коричневого волка, крадущегося у пола. После двух мощных ударов Гевина они вскрикнули и отступили.

Полдюжины мальчиков всё ещё стояли на двух ногах, казалось, не желая принимать форму ликана. Один склонил голову и сделал шаг назад, когда взрослый ликан оскалил зубы.