Принц, хватая ртом воздух, лежал в луже собственной крови и дрожащими руками пытался зажать рану на груди. Цвет его крови начал меняться, она засверкала. Элара с абсолютным равнодушием взглянула на принца и присела на корточки.

– Небольшой совет от ангела, – сказала она. – Назовем это «женской интуицией».

Элара провела пальцем по торчащему из груди кинжалу. Принц тяжело задышал.

– Вы все это время скрывали от нас способы вас уничтожить, – девушка с презрением взглянула на блекнущее лицо и глаза парня. – Не правда ли, Энцо?

Элара замолчала и в притворном сожалении прикрыла рот рукой.

– Или вернее будет обратиться к тебе «Жем»?

Белые губы искривились в оскале. Облик Энцо медленно преобразился в бьющуюся в конвульсиях бледную Звезду. Ее светлые волосы намокли от блестящей крови, бесцветные глаза горели ненавистью.

– Как ты догадалась? – прошипела Жем.

– Не так уж хорошо тебе даются игры разума, – вздохнула Элара. – А для богини обмана – и совсем из рук вон плохо. Признаюсь, сначала тебе удалось меня одурачить. Да и после предупреждения Селин я поняла, что настоящее сумрак-стекло придется скрыть под иллюзией. Но меня не покидало какое-то настойчивое чувство, будто что-то не так. Понимаешь, я совершенно не могла понять, почему рядом со мной пахнет небесными лилиями. А когда ты зашла сюда, все стало ясно, – она ухмыльнулась Жем. – Мелочи важны, и я помню каждую в облике Энцо. Ты же забыла и о веснушке, и о складке между бровей. И сережка у тебя в ухе была серебряной, а не золотой.

Девушка вздохнула и поднялась на ноги. С жалостью взглянула на Жем.

– Я ударила тебя так, чтобы клинок не коснулся сердца. Если скажешь, где принц, я сохраню тебе жизнь.

Жем слабо рассмеялась.

– Еще чего.

Лицо Элары посерьезнело.

– Даю тебе слово, Жем: если ты скажешь, где вы держите Энцо, я позволю тебе уйти отсюда восвояси.

Богиня прищурилась и хрипло закашлялась.

– С какой стати ты будешь мне помогать? – поморщилась она. – После всего зла, которое я тебе причинила?

– Я не такая, как ты.

Несколько мгновений Жем молча глядела на нее.

– Ладно, – прошипела она.

Элара вынула кинжал из тела богини. Та вскрикнула от боли.

– Принц в люцирии Идриса. Я заколдовала стражников, – тяжело дыша, пробормотала она.

Элара холодно улыбнулась и сжала пальцами рукоять клинка, убивающего Звезд.

– Ты помогала в расправе над Софией. Знай, что уже за это я бы покарала тебя самой мучительной смертью. А ты пытала и меня.

Тени Элары бросились на Жем, метнулись ей в горло. Богиня выпучила глаза. Девушка вновь вонзила в нее кинжал – на этот раз прямо в сердце.

– Но ты дала слово!..

Из ноздрей Звезды повалил черный дым. Элара душила ее, охваченная трепетом. Свет в бледно-голубых глазах Жем начал меркнуть, лицо посерело. Она в отчаянии схватилась за шею.

– Нет. Я сказала, что я не такая, как ты. – Элара погрузила кинжал глубже в грудь звезды. – Я еще хуже.

* * *

Как только Жем выдохнула в последний раз, ее чары, наложенные на гвардейцев, спали. Оба мужчины, освободившись от оков богини, рухнули на пол. Но Эларе было не до них. Она обернула жгуты темной магии вокруг прутьев камеры и потянула. Решетка гнулась, поддавалась ее теперь всесильным теням. Девушку охватил восторг.

Элара понимала, что, очнувшись, стражники первым делом увидят труп Звезды. Но даже если они забьют тревогу, будет уже слишком поздно. Девушка обошла лежащих на полу мужчин, с помощью иллюзий обратилась в ничто и поспешила прочь из темницы. К счастью, коридоры по-прежнему пустовали. Элара задумалась, куда могли подеваться обитатели дворца. Она надеялась, что они успели сбежать, как только появился Ариет. Помолившись за Мериссу, Элара рванула к люцирию.

К изумлению девушки, стражников у двери не было. Она дернула за ручку – заперто. Однако замки больше не были ей преградой. Элара направила тени в щель между дверью и косяком, колдовала, пока механизм со щелчком не поддался. А затем с силой пихнула дверь.

Первое, что она увидела в комнате, – Лео, лежащего на полу без сознания.

В креслах неподалеку сидели Энцо и Идрис. Принц в изумлении обернулся к Эларе, а король даже не шелохнулся. Один из глаз Идриса распух так, что не откроешь, а нос был покрыт засохшей кровью. Позади мужчин стоял разбитый суверин.

– Что произошло? – выдохнула Элара.

Энцо ничего не ответил, молча подошел к Эларе и пылко поцеловал в губы. Девушка была так счастлива вновь оказаться в его объятиях, что едва не расплакалась. Однако она силой взяла себя в руки. Впереди еще было много дел. Она мягко отстранилась.

– Ну-ну, – раздался позади ехидный голос. – Видимо, я был прав.

Энцо медленно повернулся к отцу. Тот с отвращением смотрел на них здоровым глазом.

– Глупый, глупый мальчишка.

– Следи за словами, отец, – негромко предупредил принц.

Идрис с трудом поднялся на ноги.

– Сколько раз я говорил тебе не слушать свое мягкое наивное сердце? Я потратил долгие годы, пытаясь вырастить из тебя настоящего воина. Но стоило тебе всего раз взглянуть на какую-то астерианскую потаскуху – и ты готов предать родную страну!

В тело короля ударил мощный разряд света – такой сильный, что мужчина отлетел и врезался спиной в одно из зеркал у стены комнаты. Посыпались осколки.

– Попробуй еще хоть слово сказать, – прошипел Энцо.

Идрис изумился, но быстро взял себя в руки и слабо рассмеялся. Взмахом руки создал кошмарную, змеистую плеть из света и хлестнул сына по лицу.

Энцо охнул от боли и схватился за рану. Элара вскрикнула, зарычала, готовясь призвать тени. Но принц поднял руку, останавливая ее.

– Это мой личный бой, – объяснил он.

Элара неохотно отступила, хоть сердце ее готово было выскочить из груди.

Принц призвал целую стену света и направил ее на Идриса. Голова короля ударилась о зеркало. Прошипев от боли, он вновь замахнулся плетью и на этот раз ударил сына по коленям.

– Энцо! – взмолилась девушка.

– Нет, Элара, – резко ответил принц. Он тяжело дышал, не сводя глаз с отца.

Идрис, пошатываясь, встал и направился к сыну, всем своим видом выражая лишь презрение.

– Знаешь, эта слабость досталась тебе от матери.

Король атаковал Энцо лучами. Тот остался на ногах, но Элара видела, каких сил ему это стоило.

– Не смей говорить о ней своим поганым ртом, – с трудом выдохнул принц.

По его телу струилась кровь – словно в том его ужасном кошмаре, где однажды побывала Элара.

– Хочешь узнать правду о ее смерти? – спросил Идрис.

Девушка застыла. Даже сам Энцо, казалось, затаил дыхание.

– Всю свою жизнь я искал способ одолеть Звезд, – продолжил король. – И чтобы добиться этой цели, я нанял в помощь всех известных мне оракулов. И наконец получил ответы. Две провидицы поведали мне о своих видениях. Первой явилось стекло столь темное, что поглощало даже звездный свет. Оракул назвала его «сумрак-стекло». Угадаешь, кто это был? Подскажу: одна девчушка из Светы, которой я позволил жить во дворце.

– Изра, – шепотом прохрипел Энцо.

Идрис рассмеялся.

– Второе видение было о новорожденной девочке с чарами настолько черными, что даже небесная кара была не способна ее убить. О девочке, которой суждено полюбить Повелителя Звезд, в результате чего оба погибнут. Она и стекло – два оружия, убивающие богов. Мне сообщили, что, если умрет Повелитель, падут и остальные Звезды.

– И при чем тут мать? – рыкнул Энцо.

Элара же промолчала. Во рту у нее пересохло.

– Я повлиял на судьбу Элары не меньше, чем Пайсия. Ведь провидица, которая сообщила мне о втором пророчестве, – моя жена.

На сердце девушки словно упал камень.

– Что вы сказали?!

– Мать Лоренцо была одной из сильнейших пророчиц Гелиоса. На нее снизошла милость Звезд или другая сила, и она увидела пророчество о тебе – новорожденной принцессе Астерии. Я и поверить не мог, как мне повезло! Я отправил жену за тобой. Приказал ей пробраться во дворец и ночью после церемонии имянаречения выкрасть тебя.

– Нет, – прошептала Элара.

Энцо медленно поднял голову.

– Да, – ответил Идрис. – Вот только моя мягкосердечная жена решила поступить по-своему. Ослушаться короля и предупредить твоих родителей о пророчестве. Что ж, она не добилась в этом успеха. За такой поступок они ее казнили.

К горлу подступила тошнота.

– Экая неприятность, – монотонным, словно ему были безразличны эти события, голосом продолжил король. – Так я потерял возможность заполучить тебя. Твой отец оградил Астерию от вторжения, а тебя спрятал в стенах замка. Однако мои люди пытались найти способ… добраться до тебя.

Рука Элары дернулась. С нее полились тени, но Идрис лишь с легкой насмешкой взглянул на них.

– Это вы подослали того солдата! – прохрипела девушка.

Энцо неотрывно смотрел на отца с нескрываемым, чудовищным гневом. Веревки света, которыми был связан принц, начало лизать пламя.

Идрис улыбнулся.

– Один из моих самых верных гвардейцев, но стоило ему коснуться тебя, он превратился в фанатика.

Элара всегда ненавидела Идриса еще до того, как встретилась с ним лично. Однако теперь, когда выяснилось, что он приложил руку к каждому ужасному моменту в ее жизни, девушка пообещала себе: если Энцо не убьет короля, она сделает это сама.

– Рановато вы начали действовать, Идрис, – сказала она, усилием воли сохраняя голос ровным. Тело ее дрожало от едва сдерживаемой ярости.

– Я рассказываю тебе все это, чтобы ты поняла: с самого дня твоего рождения ты была не более чем оружием. Оружием, которому предназначено оказаться в моих руках. Ты ведешь себя чересчур дерзко: ослушиваешься приказов, убегаешь в Астерию, соблазняешь моего сына, следуешь глупым зовам сердечка. Надеюсь, теперь ты будешь знать свое место. Твоя жизнь в моих руках.

– Ариет не смог меня убить. Сомневаюсь, что вам это удастся, – протянула Элара и взяла себя в руки.

– Может, и нет, – кивнул Идрис. – Зато я могу пытать тебя, пока ты не покоришься судьбе.

В Элару полетели лучи света, Энцо взревел. Пламя жадно поглотило связывающие его путы. Принц рванул вперед, загородил собой Элару, создал пламенный щит, прикрывая ее от магии отца.

– Ты и правда сын своей матери. Предатель страны! – проревел король.

Он хлестнул Энцо светом, отшвырнул его на пол. Элара подняла руки, готовясь сражаться, однако принц вновь ее остановил.

Идрис подошел ближе и присел на корточки рядом с сыном. Приподнял его подбородок.

– Знаешь, что я сказал, узнав о кончине твоей любимой матушки от рук родителей Элары? «И поделом ей». Она заслужила такую судьбу.

В воздухе запахло дымом.

– Энцо, – прохрипела Элара.

Принц взглянул на нее. В глазах у него плясал огонь, но полыхающая в них безграничная боль грозилась задушить языки пламени.

– Я одолела своего монстра, – сказала Элара. – Теперь твоя очередь.

Из тела Энцо вырвался огонь. Идрис зашипел и отшатнулся.

Принц медленно поднялся на ноги. Пошатываясь, направился вперед. Все больше пламени лилось из его тела, наполняя комнату.

– Ты не убьешь меня, Лоренцо. Ведь ты трус, – плюнул Идрис. Однако Элара с удовлетворением заметила, что чем ближе огонь, тем сильнее глаза короля поблескивают от страха.

– Разве? – криво усмехнулся Энцо, осматривая пляшущее вокруг пламя собственного творения. – Трус ли ребенок, который плачет, когда его снова и снова порет отец? А может, труслив отец, наказывающий маленького сына силой?

– Лоренцо, – предупреждающим тоном произнес Идрис. Огонь уже лизал его ботинки.

– Я был ребенком, – тут голос Энцо дрогнул. – Да, ты сумел стереть шрамы с моего тела, но не из разума.

Парень покачал головой.

– Но больше я не мальчишка. И не принц. Я король, – завершил свою речь Лев Гелиоса. – Долгих мне лет правления.

К Идрису метнулось пламя. Он попытался отразить его световым щитом, но огонь Энцо оказался слишком яростным, слишком мощным. Поглотив щит, языки пламени охватили тело короля. Рот Идриса открылся, но он не смог даже закричать от боли. Энцо с жестокой усмешкой направил огонь прямо ему в горло. Король корчился, бился в конвульсиях. Пламя из оранжевого стало голубым, потом – ослепительно-белым. Энцо выставил перед собой руки и взревел, вложив в этот вопль всю пережитую за многие годы боль. Еще мгновение, и Идрис, всемогущий король Гелиоса, обратился в прах.