Элара, вскрикнув, очнулась на холодном полу. Подскочила, осмотрела сырую темницу, мерцающий факел. Под ее кожей лилась сила – древняя, глубокая магия из царства ее грез.

Элара поняла, что изменилось.

Невероятно! Боль, которая всегда тяжелым грузом лежала на ее сердце, исчезла.

Девушка невольно радостно рассмеялась, но тут же взяла себя в руки. Предательство Энцо грозило утащить ее обратно на дно. Небольшая, хрупкая часть ее души все еще держалась за крупицу надежды, что все это – жестокая шутка, хитроумная уловка. В уме крутилась какая-то важная мысль, которая никак не желала сформироваться в слова. Девушка прикусила губу, накрутила на палец прядь волос. Вспомнила каждый проведенный с Энцо момент.

Элара не верила, что Изра, Мерисса или даже Лео знали о планах принца. Не могла поверить, что все они предали ее. С другой стороны, они были знакомы с ней лишь несколько месяцев, а с Энцо – всю жизнь. Можно сказать, для них Элара мало что значила.

Девушка ущипнула себя, пытаясь собраться с мыслями. Она ведь почувствовала душевную связь между ней и Энцо. Это не могло быть ложью. И зачем он создал с ней сумрак-стекло, раз собирался отдать его тому, кого они намеревались им убить? Почему изувечил Ариета, если подумывал встать с ним на одну сторону?

Элара прищурилась и обдумала предупреждение ангела. Селин советовала не давать сумрак-стекло принцу. Но что-то в этой фразе Элару смущало. Почему Селин не сообщила о предательстве Энцо прямо? Почему общалась с ним учтиво, если знала правду?

Разум Элары работал, искал ответы. Сквозь щель в окне темницы блеснула полоска света. Наконец девушка пришла к выводу, но проверить догадку можно было только одним способом.

Снаружи послышались твердые шаги. Загорелая рука, унизанная кольцами, открыла дверь. В небольшую камеру, минуя стражников, которые даже не шелохнулись, прошел Энцо. Элара не двигалась. Принц пинком захлопнул решетчатую дверь и запер на замок. Притворившись равнодушной, девушка всмотрелась в жестокое лицо Энцо, заметила блеск сережки. Камеру наполнил аромат небесных лилий.

Принц крутил в руках острый клинок из сумрак-стекла. Его черная поверхность поблескивала от пламени факелов.

– Аккуратно, а то порежешься, – лениво протянула Элара.

Энцо повернулся к ней. Губы его тронула улыбка.

– Должен признать, Элара, меня немного ранит, что ты не убита горем. Я-то думал, увижу тебя на коленях.

Девушка хмыкнула.

– Ты всегда себя чересчур переоценивал.

Энцо ядовито ухмыльнулся.

– Знаешь, мне вот было интересно: зачем тебе этот клинок? – Элара кивнула на сумрак-стекло. – Зачем ты вообще его создал со мной, если все это время был на стороне Ариета?

Она опустила взгляд на свои ногти. Энцо прищурился, но ничего не ответил.

– Клинок, способный убить Звезду, – продолжила она. – Славное оружие.

– Аккуратней с языком, а то вдруг завтра очутишься в Долине мертвецов?

Элара рассмеялась.

– Очень сомневаюсь. Видишь ли, Ариет не может меня убить. Помнишь? – Она поднялась на ноги. – Так что, возможно, в Долину мертвецов скоро отправишься ты.

Девушка моргнула. Первая ее иллюзия – безоружной, беззащитной Элары – рассеялась. Теперь на ее правом бедре появился клинок из стекла цвета оникса. Одним взмахом руки она выхватила его из ножен. Энцо отшатнулся к стене, держа в ладони такое же оружие. Он растерянно, испуганно смотрел то на один, то на другой клинок.

Элара неспешно подошла к нему.

– Как ты там говорил? «Не только ты хорошо создаешь иллюзии».

Девушка щелкнула пальцами, и оружие в руках Лоренцо превратилось в кинжал Софии. Она взмахнула настоящим клинком из сумрак-стекла – тем, который держала при себе все это время…

…и с улыбкой вонзила его прямо в сердце Энцо.