Российская Империя.

Что-то последнее время появилась тенденция пробивать мою броню в образе горкала. Мне это абсолютно не нравится, и нужно что-то с этим делать. А теперь ещё и магия добавилась. Что за магия сумела снести мне броню на правой стороне груди, захватив плечо и слегка прожарив мои мышцы.

Я схватил князя за руку, вывернул её, отчего тот заорал, а я на его глазах зарастил свои раны, полностью восстановив покров брони. Способностью энергетического вампира я мощным потоком стал вытягивать из него ману, одновременно правой рукой взламывая его щит.

Долгоруков напрягся и не на шутку испугался. Он понял, что его скорлупа вот-вот треснет, и при этом он сделать ничего не может, поскольку сформировать даже самое простейшее заклинание в таких условиях невозможно, ведь я вытягиваю из него ману и при попытке сформировать хоть что-то, мана, которой он пытается воспользоваться немедленно перетекает ко мне.

Надо отдать князю должное, он сопротивлялся минут десять, но в результате его щит рухнул, и я, схватив Долгорукова своими когтистыми руками за грудь выдернул его из машины. К этому времени ребята принялись вытаскивать из машины водителя, который тщетно пытался убить себя, в отличие от князя. Вот только я ему не дал этого сделать.

Князь заорал, от того, что я, выдернув его, сломал ему ноги, но он быстро замолчал и стиснул зубы.

— Ты что творишь, падаль? Ты хоть соображаешь, что с тобой будет после этого?

— Соображаю. Меня наградят. Заигрался ты, князь. Не ту сторону выбрал, — ответил я, волоча его за собой по асфальтовой дороге в арендованную для нас машину, оформленную на какого-то нищего. Понятное дело, что вычислить, кто на самом деле арендовал этот транспорт проблем не составит. Вот только к тому времени уже будет поздно.

Да, узнав, что Долгоруков знает кого-то из своего начальства в сообществе, Львом Николаевичем было принято решение начать играть в открытую, пока князь не свалил куда-нибудь, как Оскомин, или его не грохнули.

— Какую сторону? Что ты несёшь?

— Есть неопровержимые доказательства того, что ты был союзником Оскомина, а точнее, его начальником. Он выполнял твои приказы, — сообщил я и перед машиной надел на него антимагические кандалы, а после этого мои гвардейцы тщательно обыскали князя и нашли у него много интересных артефактов.

Я вытянул из Долгорукова почти всю ману, а после этого ещё и энергию жизни. И только тогда я его запихнул в машину. Он оставался в сознании, но что-то сделать у него не хватало сил.

По дороге мы бросили арендованную машину на обочине и пересели в транспорт без номеров и опознавательных знаков, принадлежащий императорской канцелярии.

Какое-то время мы попетляли по населённым пунктам недалеко от Питера и убедившись, что за нами никто не следит и никаких следящих устройств и артефактов ни на машине, ни на наших пленниках нет, мы окольными путями добрались до застенков императорской канцелярии.

Долгоруков долго сопротивлялся и надеялся, что ему удастся убедить нас в своей невиновности. А когда понял, что не получится, попытался самоубиться. После чего сильно удивился, что у него это не получается. Затем он испробовал другие способы, которые тоже не увенчались успехом. И тут до него дошло, что так будет продолжаться, пока он не начнёт говорить. Тогда-то князь и заорал:

— Вы не понимаете! Они нас убьют! Они нас всех убьют! А те, кто останутся будут их рабами! У нас есть лишь маленький шанс, стать чуть выше остальных рабов, чтобы наши семьи жили хоть немного лучше! Мы ничего не сможем с ними сделать! Этот мир обречён!

— Он готов поговорить, — сообщил по телефону дознаватель, и через несколько минут в камеру вошёл Лев Николаевич. То ли он уже был рядом, то ли у императора Российской Империи имеется телепорт, но человек, которому подали стул со спинкой, определённо был Львом Николаевичем Романовым.

— Ну, рассказывай, Дмитрий Константинович, что сподвигло тебя предать Российскую империю и меня? — задал вопрос император.

— Не будет скоро ни Российской, ни Китайской и никакой другой империи. Этот мир обречён. Те, кто будут сопротивляться умрут, или их угонят в рабство. И остальные будут жить здесь и делать то, что им прикажут, а приказать могут что угодно.

— Им невозможно сопротивляться. Они невероятно сильны. Я лично видел их силу и понимаю, что у нас шансов нет.

— Шансы есть всегда, Дмитрий Константинович. Нужно их только найти.

— Это не тот случай, Ваше императорское Величество. Вы просто не понимаете, о чём говорите. У нас шансов столько же, сколько у таракана, на которого опускается тапок человека.

— А кто эти они? О ком ты сейчас говоришь?

— Люди из другого мира. Существуют миры, вроде нашего, которые живут не знают о том, что существуют другие цивилизации в других уголках вселенной. Мы лишь предполагаем о существовании жизни на других планетах и занимаемся своей мышиной вознёй, считая себя венцом божьего творения.

То дружим, то ссоримся, то делим земли, идём друг на друга войной или защищаемся от кого-то. В то время, как другие миры ушли от распрей между собой, объединились и начали совершенствоваться.

Однажды один из таких миров научился создавать порталы в другие миры. Портал открылся в мир, который был менее развит и менее силён из-за того, что они вовремя не поняли, что, объединившись, люди станут сильнее.

Захватить этот мир и сделать его своей колонией не составило труда. После чего у захватчиков появился источник ресурсов, в том числе и человеческих.

В захваченном мире есть определённые люди, которые присматривают за остальными рабами. Их не трогают, и они живут лучше. Едят лучше, спят лучше, дома у них лучше и семьи их живут лучше. Не так, как они жили прежде, но всё равно лучше, чем остальные. Так вот, когда захватят этот мир, я хочу, чтобы моя семья жила лучше.

— А с чего ты взял, что наш мир захватят?

— Вы когда-нибудь видели, как самых опасных монстров убивают, не напрягаясь? А щиты, которые невозможно пробить? А заклинания, которые затмевают половину неба? — после этих слов все посмотрели на меня.

— Он один такой, а в том мире каждый гвардеец. А есть и те, кто намного сильнее и него и их. И вообще, я не удивлюсь, если он иномирец, — пояснил Долгоруков.

— Я действительно иномирец, но я не из того мира, о котором ты говоришь. Я из мира, где вообще нет магии.

— Технический мир? Для них это лакомый кусочек. Я бы даже сказал деликатес. Если они сумеют открыть портал в твой мир, я не позавидую тем, кто в нем живёт.

— А ты бывал в том мире, про который рассказал? — спросил император.

— Бывал. Всех, кто будет на них работать они увозят в тот мир на неделю, чтобы мы поняли, с чем столкнулись и, чтобы в нас не теплилась надежда на счастливый исход. Мы не в силах им противостоять. У владык того мира, который нашёл проход к нашему уже десяток захваченных миров.

Мы для них источник ресурсов и больше ничего. Наши архимаги не способны противостоять даже их студентам магических академий. Воины и сотней не смогут поцарапать одного их гвардейца. Разве что, все столпы соберутся в одну армию. Тогда может и продержаться какое-то время. Может даже победят роту гвардейцев, но их там не рота, и есть люди намного сильнее обычных гвардейцев. Наш мир обречён.

Если вы, Ваше императорское Величество желаете выжить и спасти свою семью, скажите об этом их представителю. Тогда вас и ваших детей оставят в живых и не будут трогать. Императором вы уже не будете, но определённая власть у вас останется. Правда ослушаться их приказа вы уже не сможете. За непослушание наказывают они очень жестко.

— Когда прибудет их представитель?

— Точную дату они никогда не называют. Примерно через месяц. Может, раньше, а может и позже.

— Его кто-то встречать будет?

— Нет, в этом нет необходимости. Когда они приходят в этот мир, то знают местонахождение всех, кого завербовали. У них и наши наряды имеются. Мы всё подготовили для того, чтобы они могли приходить сюда в любое время и находиться в этом мире столько, сколько захотят.

— То есть, они уже могут быть среди нас?

— Могут, но это маловероятно. Сейчас они дожимают один из захваченных миров и только после этого займутся нами вплотную. Пока они хотят узнать на что мы способны и чего от нас ждать.

— Что ты им рассказал?

— Всё. Всё что знал, рассказал. Я хочу, чтобы моя семья выжила. Я не хочу, чтобы они стали рабами. Ради них я сделаю, что угодно и пойду на любую смерть.

— Значит сотрудничать ты с нами не будешь?

— Не буду. Расскажу всё что знаю, но против иномирцев не пойду. Вы и понятия не имеете, что они сотворят с моей семьёй, если я начну действовать против них.

— Тогда сообщи дознавателю всё, что знаешь.

— Хорошо, Ваше Величество. То, что будет со мной, я прекрасно знаю, но что ждёт мою семью?

— Для всех она будет решена дворянского титула и изгнана из страны почти без денег.

— А на самом деле?

— А на самом деле всё будет зависеть от тебя. Чем подробнее ты распишешь всё, что знаешь, выдашь все контакты, явки, пароли, всё, что ты видел в другом мире, тем лучше будет жить твоя родня. Есть у моих спецслужб недвижимость за границей. Твоя семья будет жить в уединённым особняке под присмотром, но ни в чём не нуждаясь.

— Благодарю вас, Ваше императорское Величество. Я отплачу за вашу щедрость и расскажу всё, что знаю и о чём догадываюсь.

— Тогда можешь считать, что мы договорились. Пойдём Максим Валерьевич. Дальше дознаватели сами справятся. Я передам вам записи допроса. У вас сейчас очень много дел. Вам ещё княжество принимать нужно. Справитесь с управлением? — вопрос император тогда, когда мы уже покинули камеру и шли по коридору.

— Справлюсь, Ваше императорское Величество. Вот только я бы хотел махнуться на сочинское княжество, если вы не против.

— Ты хочешь обменять княжество Долгорукова на княжество Айдарова? Ты хоть представляешь себя разницу в доходах?

— Честно говоря слабо, но догадываюсь. Кроме того, я собираюсь обменяться исключительно землями княжества. Доходные предприятия и недвижимость находящиеся за их пределами останутся моими.

— Ну, так ещё куда ни шло. Но я не понимаю зачем тебе это нужно?

— Не хочу своё баронство терять, да и соседи у меня очень приятные люди. Как мы с ними будем дружить на расстоянии?

— А если серьёзно?

— А если серьёзно, то берите супругу и приезжайте ко мне в гости на денёк-другой. Я вам покажу истинную причину, но только при условии, что вы сначала разрешите мне обменяться княжествами с Айдаровым.

— Ладно, будет тебе разрешение, шантажист.

— Когда вы увидите то, что я собираюсь вам показать, вам станет стыдно за свои слова, Ваше императорское Величество. Потому что для того, чтобы это сделать нужно иметь неограниченное доверие к человеку, которому раскрываешь тайну.

— Заинтриговал. Ладно, денька через три загляну к тебе. Завтра с утра во всех средствах массовой информации расскажут о предательстве князя Долгорукова и там же объявят о том, что княжество теперь переходит к тебе. Ну и титул князя, соответственно, ты тоже получишь завтра. Что думаешь делать с вассалами Долгорукова? Они определённо заартачатся. Казнишь парочку, чтобы остальные успокоились?

— Нет. Убивать я никого не стану, если в этом не будет необходимости, но силу продемонстрирую. А затем передам их Айдарову, когда они осознают, что со мной ссориться вредно для жизни, и тогда они начнут молиться за вас, за то, что вы разрешили обменяться нам княжествами. Айдаров человек дипломатии. Он сможет с ними договориться так, что все останутся довольны.

— Отличный план. А знаешь, запиши-ка номер моего телефона. Они наверняка будут угрожать тебе тем, что пожалуется мне. Не стоит тратить кучу времени на бюрократию. Позвони мне, когда они решат пожаловаться мне на тебя. Ну и вообще, пусть у тебя будет мой телефон, раз уж сложилась такая ситуация. Кстати, ты один из немногих графов, у кого будет мой номер. Цени это и не злоупотребляй.

— Понял вас, Ваше императорское Величество. Буду ценить и не буду злоупотреблять. Диктуйте, — ответил я и записал номер телефона императора.

— Ну всё, нам пора расходиться. Тебе в ту сторону, а мне в ту, — указал пальцем на разные ветви коридоров Романов и протянул руку.

— До связи, Лев Николаевич и спасибо за доверие.

— До связи Максим Валерьевич. Я рассчитываю на вас, — мы пожали друг другу руки и разошлись. В свой гостиничный номер я попал только под утро и поспал всего часа четыре, но моё тело этой усталости даже не заметит.

Только я умылся и почистил зубы, как зазвонил телефон. На экране высветилось всего одна буква «Ю».

— Максим, срочно включи новости! — даже не поздоровавшись выпалила принцесса Китайской Империи.

Я огляделся вокруг, нашёл пульт от телевизора, и включил новостной канал, где вовсю чихвостили князя Долгорукова.

— Ты видишь? Ты это видишь? Долгоруков оказался предателем! Его и его род лишают дворянства и выселяют из страны, а всё его имущество и даже княжество передают кому-то. Правда ещё не сказали кому, но уже сказали, что тому, с кем у князя была война родов.

Представляешь повезёт кому-то⁈ Такое богатство на голову свалится. Лишь бы ему эту голову не оторвали. А то ты был прав. Люди до чужого добра жадные.

— Я в курсе, Ю. Это со мной у него война родов. Вчера только объявил, когда узнал, что он причастен к нападению Оскомина на мои земли. Точнее он и отдал приказ Оскомину объявить мне войну. А ночью выяснилось, что он ещё и предатель короны.

— Так это и было поручение императора?

— Нет. Император поручил мне провести расследование, в ходе которого и обнаружилась эта информация.

— Понятно. И что, теперь ты переедешь княжество Долгорукова? — слегка погрустнев, спросила принцесса.

— Нет, я не собираюсь отказываться от своих ленных владений. У меня есть решение этой проблемы. Не переживай, свою красоту я ни на что не променяю.

— Надеюсь, ты это обо мне, — пошутила принцесса, а может и не пошутила. А я думал, что она сегодня даже разговаривать со мной не станет из-за того, что произошло вчера.

— Кстати, я хотела извиниться за вчерашнее. Тебе пришлось взять ответственность на себя. Да и вообще я себя так не веду. Не знаю, что на меня вчера нашло, но мне так захотелось тебя поцеловать, что я не стала сдерживаться. В своё оправдание могу сказать, что мне понравилось с тобой целоваться и на балу, и перед тем, как ты ушёл. Вот, я всё-таки это сказала.

— Ну, не мог же я ткнуть в тебя пальцем и сказать, что я не виноват, она первая начала, — попытался я разрядить обстановку шуткой, и шутка удалась. Принцесса засмеялась.

— А в твоё оправдание я могу сказать, что мне тоже понравилось с тобой целоваться, — добавил я, чем ещё больше рассмешил девушку.

— Какие у тебя планы на сегодня? — опросила она, отсмеявшись.

— Сегодня собираю всех своих новых вассалов и еду в свои новые владения. Встретиться с ними нужно обязательно.

— А меня с собой возьмёшь?

— Нет. Сегодня будет демонстрация силы и укрощение вассалов. Им определённо не понравится то, что теперь я их господин. Тебе там делать нечего. Я должен пойти один и без охраны, чтобы они осознали, что мне перечить не стоит.

— Понимаю. Ну, тогда до завтра?

— Почему до завтра? Я не собираюсь с ними возиться целый день. Правда, у меня есть ещё дела, но вечером мы с тобой можем сходить в ресторан, если хочешь.

— Очень хочу.

— Ну, тогда до вечера.

— До вечера, — ответил я и сбросил звонок.

Затем я зашёл в родовое приложение и увидел в нём всё то, что вчера обещал мне император. Помимо того, что я уже являюсь князем, у меня были контакты всех моих новых вассалов.

«Через два часа всем быть в моём замке», — отправил я сообщение главам всех моих новых родов, а после этого написал сообщение Лихачу:

«Через три дня к нам в гости приезжает император. Всё должно быть готово к его приёму. Возвращайся домой без меня. Я вернусь чуть позже». После чего убрал телефон в карман.

Надо бы позавтракать перед совещанием. Сходить что ли в лучший ресторан Питера? Хотя не стоит. У меня ведь теперь целое княжество и загородное поместье в Питере. Там меня и накормят. Вот только как туда добираться? Машину князя-то я разбил. Да и водителя его никто не отпустит из императорской канцелярии, а своего на первую встречу точно брать не стоит.

Но несколько машин охраны остались нетронутыми. Парни их отогнали на платную парковку. Что ж, придётся взять одну из этих машин и самому ехать за рулём. У Лихача очень много дел, и отрывать я его от них не стану.

Я снова открыл родовое приложение и увидел, где припаркованы машины, которые достались мне буквально сегодня утром. Я заказал такси и через полтора часа уже въезжал в ворота своего нового поместья…